Постановление от 28 октября 2024 г. по делу № А51-322/2024

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-322/2024
г. Владивосток
28 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 октября 2024 года.


Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей О.Ю. Еремеевой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.Р. Сацюк,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АКВАПОЛИС»,

апелляционное производство № 05АП-5572/2024

на решение от 20.08.2024

судьи М.С. Кирильченко

по делу № А51-322/2024 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АКВАПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от 30.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/110723/3283243,

при участии:

от Владивостокской таможни: представитель ФИО1 по доверенности от 21.12.2023, сроком действия до 31.12.2024;

от общества с ограниченной ответственностью «АКВАПОЛИС»: не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «АКВАПОЛИС» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 30.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/110723/3283243.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает на достоверность и достаточность документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости. Приводит довод о том, что выявленные недостатки в оформлении инвойса в части отсутствия ссылок на контракт не влияют на формирование таможенной стоимости товаров, тем более, что инвойс был оформлен продавцом, за действия которого декларант не может нести ответственность. Также поясняет, что взаимная связь представленного коммерческого инвойса с контрактом и с проформой инвойса, против которой производилась оплата товара, следует из совокупности представленных обществом документов и пояснений, что необоснованно не было учтено судом первой инстанции. Кроме того, выражает несогласие с выводом суда об отсутствии документального обоснования объективного характера значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, отмечая, что экспортная декларация не была представлена по объективным причинам, и что данный документ не является бесспорным документом, подтверждающим заявленную таможенную стоимость товара.

Представитель таможни в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось, заявлений, ходатайств не представило, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрела апелляционную жалобу в его отсутствие по имеющимся в материалах дела документам.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В июле 2023 года во исполнение внешнеторгового контракта №AP-PL0522 от 05.05.2022, заключенного обществом (покупатель) с иностранной компанией «HUASHENG PIPELINE TECHNOLOGY CO., LTD» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки FOB Шанхай были ввезены товары различных наименований на общую сумму 43334,94 долл.США, в том числе товар №3 – краны для системы водоснабжения бассейнов (не для питьевого водоснабжения) на сумму 4362,33 долл.США.

В целях таможенного оформления указанных товаров общество подало в таможню ДТ №10702070/110723/3283243, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», выпуск которой произведен в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 12.07.2023, от 10.09.2023 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые общество представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара №3, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 10.01.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/110723/3283243, в части указанного товара.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением суда отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов по названной ДТ были представлены внешнеторговый контракт №AP-PL0522 от 05.05.2022, паспорт сделки, инвойс №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023, коносамент и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска, обществом были представлены заверенные копии коммерческих документов по спорной поставке, проформа инвойса №HS-AQUAPOLIS-23004 от 18.05.2023, заявления на перевод, ведомость банковского контроля, выписки по счетам, транспортные документы по перевозке товаров, документы по внутренней реализации, а также пояснения по порядку оплаты с обоснованием причин невозможности предоставления прайс-листа и экспортной декларации.

Анализ указанных документов показывает, что согласно пункту 1.1 контракта продавец обязуется продавать, а покупатель получить и оплатить товары, а именно фитинги из ПВХ, тару и упаковку к ним. Количество товара определяется в соответствующих инвойсах на каждую поставляемую партию.

Цена за единицу товара определяется в соответствующих инвойсах на каждую поставляемую партию товара. Базовым условием поставки по настоящему контракту является FOB Shanghai (Инкотермс 2010) (пункты 2.1, 2.2 контракта).

В силу пункта 3.2 контракта оплата за товар осуществляется банковским переводом в долларах США следующим образом: 30% авансовый платеж на основании проформы инвойса до начала производства товара; 70% балансовый платеж на основании коммерческого инвойса после отгрузки товара.

По состоянию на 18.05.2023 иностранным продавцом в рамках исполнения данного контракта была сформирована проформа инвойса №HS-AQUAPOLIS-23004 на сумму 103831,43 долл.США в отношении поставки товаров различных наименований на условиях FOB Шанхай, а в дальнейшем в адрес общества был выставлен инвойс №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023 на сумму 43334,94 долл.США.

Заявлениями на перевод №67 от 24.05.2023 на сумму 36389,60 долл.США, №80 от 13.06.2023 на сумму 42347,54 долл.США, №92 от 29.06.2023 на сумму 27876,59 долл.США общество произвело перечисление денежных средств в адрес своего инопартнера.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/110723/3283243, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввозимых товаров, увеличенная на стоимость транспортных расходов.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Так, по данным ИИС «Малахит» отклонение заявленного декларантом индекса таможенной стоимости товара №3 от среднего уровня, сложившегося в регионе деятельности ФТС России и ДВТУ составило 72,09% и 70,97%.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

В данном случае суд апелляционной инстанции отмечает, что неотъемлемой частью контракта №AP-PL0522 от 05.05.2022 является инвойс по каждой конкретной поставке товара, в которой согласуются существенные условия договора, в том числе количество и цена за единицу товара.

Применительно к рассматриваемому спору в качестве такого документа обществом к таможенному оформлению представлен инвойс №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023, согласно которому между обществом и его инопартнером было достигнуто соглашение о поставке на условиях FOB Шанхай товаров различных наименований на общую сумму 43334,94 долл.США.

Анализ данного документа в сопоставлении с условиями контракта и ранее выставленной проформой инвойса №HS-AQUAPOLIS-23004 на сумму 103831,43 долл.США показывает, что указанный инвойс, действительно, не содержит ссылок ни на контракт, ни на проформу инвойса, в связи с чем его взаимосвязь с указанными документами по формальным признакам не прослеживается.

Довод апелляционной жалобы о том, что данное упущение со стороны инопартнера не влияет на формирование таможенной стоимости по спорной ДТ, поскольку оферта продавца, оформленная проформой инвойса, была акцептирована покупателем путем проведения оплаты, заслуживает внимание, но при условии сопоставимости коммерческих и платежных документов друг другу, что в спорной ситуации не нашло подтверждение материалами дела.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия учитывает, что представленные обществом в ходе таможенного контроля заявления на перевод №67 от 24.05.2023, №80 от 13.06.2023, №92 от 29.06.2023 в качестве назначения платежей содержат ссылки на контракт, проформу инвойса, а также на ряд коммерческих инвойсов, включая инвойс №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023.

При этом перечисление денежных средств по заявлению на перевод №67 от 24.05.2023 было произведено как по проформе инвойса №HS-AQUAPOLIS-23004 от 18.05.2023, так и на основании инвойсов №HS-AQUAPOLIS-23005 от 05.05.2023, №HS-AQUAPOLIS-23004 от 28.04.2023 без распределения денежных средств между указанными коммерческими документами, что не позволяет установить размер предоплаты по проформе инвойса.

Пояснения общества от 11.09.2023 исх.№0818/23-1 о том, что данным заявлением на перевод им было оплачено 30% от стоимости товаров, указанных в проформе инвойса – 33607,30 долл.США, из которых часть денежных средств – 18148,95 долл.США была зачтена в уплату товарной партии, заявленной в ДТ №10702070/090623/3234646, а вторая часть (15458,35 долл.США) - в уплату спорной поставки, судебной коллегией оценивается критически, учитывая, что 30% от стоимости товаров по проформе инвойса составляют иную сумму предоплаты, и что платеж на 15458,35 долл.США не составляет и 30% от стоимости спорного инвойса №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023.

Кроме того, заявлением на перевод №80 от 13.06.2023 на сумму 42347,54 долл.США обществом также была произведена оплата по проформе инвойса №HS-AQUAPOLIS-23004 от 18.05.2023, а заявлением на перевод №92 от 29.06.2023 на сумму 27876,59 долл.США – оплата по коммерческому инвойсу №HS-AQUAPOLIS-23007 от 27.06.2023, которые в отдельности и в совокупности не соотносятся с размером спорной поставки.

Соответственно распределение денежных средств по указанным платежным документам не позволяет соотнести принцип частичной и последующей оплаты товаров с условиями по контракту и спорной поставке и, как следствие, не позволяет исключить зависимость цены товаров от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Кроме того, указанные пояснения заявителя в любом случае не опровергают вывод таможенного органа о невозможности проверить сумму денежных средств, фактически уплаченную за декларируемый товар, исходя из объема документов и сведений, представленных в ходе таможенной проверки.

С учетом изложенного довод апелляционной жалобы о том, что отсутствие в коммерческом инвойсе ссылок на контракт или на проформу инвойса не отменяет достоверности и количественной определенности заявленной таможенной стоимости, подтвержденные иными документами, судебной коллегией оценивается критически.

Указание общества на то, что во исполнение дополнительного запроса таможни им был представлен универсальный передаточный документ №645 от 16.08.2023 о дальнейшей реализации ввезенных товаров, названных выводов суда не отменяет, поскольку равнозначность показателей графы 46 спорной ДТ и сведений бухгалтерского учета не влияет на выводы таможни о недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановления Пленума ВС РФ №49), в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможни в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорным ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с актуальной ценовой информацией по аналогичным товарам и с результатами декларирования в стране вывоза.

В данном случае коллегия суда учитывает, что в ответе на запрос от 18.08.2023 исх.№0818/23-1 декларант указал, что скидки по товару не предоставлялись, и что цена сделки совпадает с первоначальной ценой предложения.

При этом какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорной ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запрос таможни, а равно коммерческие документы по спорной поставке не содержали.

Кроме того, судебной коллегией установлено, что ни при подаче ДТ, ни в ходе проведения проверки заявленной таможенной стоимости, ни в рамках судебного разбирательства по настоящему делу общество не представило экспортную декларацию, а также сведения о соответствии заявленной стоимости ввозимых товаров рыночной стоимости аналогичных товаров по информации страны отправления.

Указание декларанта на уклонение инопартнера от представления экспортной декларации в соответствии с пунктом 2.5 контракта (пояснения от 21.08.2023 исх.№0821/23-1) апелляционная коллегия оценивает критически, поскольку взаимодействие с продавцом по данному вопросу обществом документально не подтверждено.

Соответственно представление обществом пояснений о невозможности представить экспортную декларацию не свидетельствует о предоставлении доказательств, подтверждающих приобретение товара по цене, сформированной в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, и существовавшей в условиях внешнеторгового оборота в период ввоза спорных товаров для неограниченного круга лиц.

При этом непредставление декларации страны-отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

В то же время, предполагая добросовестность продавца и разумность покупателя, намеренных продать/купить товары и совершающих все необходимые подготовительные действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку товаров, доведение поставщиком/продавцом до сведения покупателя и запрос покупателя от поставщика/продавца информации о предполагаемых к продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же принципам соответствует получение покупателем от продавца/поставщика на стадии согласования в отношении интересующего товара информации о цене, о физических характеристиках, качестве, составе материала.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Довод апелляционной жалобы о том, что экспортная декларация не является бесспорным документом, подтверждающим заявленную таможенную стоимость, не может быть принят коллегией во внимание, учитывая, что в соответствии с подпунктом «в» пункта 8 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, указанный документ относится к перечню документов, запрашиваемых в рамках контроля таможенной стоимости товаров.

Указание заявителя жалобы на то, что таможенный орган не был лишен возможности самостоятельно запросить экспортную декларацию у иностранного продавца или путем межведомственного международного сотрудничества, судом апелляционной инстанции также не принимается, поскольку наличие у таможенного органа полномочий по направлению соответствующего запроса в компетентные органы иностранного государства не отменят предусмотренную законом обязанность лица, осуществляющего ввоз импортного товара, подтвердить обоснованность применения первого метода определения таможенной стоимости.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для отказа декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенного товара №3 по первому методу определения таможенной стоимости и, как следствие, для вынесения в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 2 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара №3 скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товара №3 по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации (товар №2 по ДТ №10702070/090623/3234646) сопоставим по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товаре №3, заявленном в спорной декларации. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, выполняют те же функции, могут быть коммерчески заменяемыми, имеют одну страну происхождения (КНР) и страну отправления (КНР), обозначены одним товарным знаком.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

В целом доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Таким образом, оспариваемое решение от 30.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №10702070/110723/3283243, является законным и обоснованным и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований.

Выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного следует признать, что снования для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные обществом при ее подаче, на основании статьи 110 АПК РФ относятся коллегией на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2024 по делу №А51-322/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.


Председательствующий


Н.Н. Анисимова

Судьи

О.Ю. Еремеева


С.В. Понуровская