Постановление от 24 февраля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-10800/2025-ГК
г. Пермь
25 февраля 2026 года
Дело № А60-22714/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2026 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 25 февраля 2026 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Яринского С.А.,

судей Клочковой Л.В., Ушаковой Э.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Коржевой В.А.,

при участии:

от истца – Муниципального унитарного предприятия «ТеплоМагистраль» (МУП «ТМ»): не явились,

от ответчика – Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Североуральская Центральная городская больница» (ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ»): ФИО1 (паспорт, доверенность от 01.01.2026),

от третьего лица – Администрации Североуральского муниципального округа:

не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путём размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

ответчика – ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ»

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 16 октября 2025 года по делу № А60-22714/2025

по иску МУП «ТМ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третье лицо: Администрация Североуральского муниципального округа (ИНН <***>, ОГРН <***>),

о взыскании долга за поставленные теплоресурсы, пени,

установил:

МУП «ТМ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» (далее – ответчик) о взыскании 461 175 руб. задолженности за начисленные в период с октября по декабрь 2024 года нормативные (технологические) тепловые потери, 465 617 руб. 40 коп. неустойки, начисленной за период с 12.11.2024 по 05.10.2025 на основании части 9.1 статьи 15 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении», с продолжением начисления, начиная с 06.10.2025 по день фактической уплаты долга, исходя из 1/130 ключевой ставки Банка России (с учётом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Администрация Североуральского муниципального округа.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16 октября 2025 года исковые требования удовлетворены.

Не согласившись, ответчик обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик, ссылается на отсутствие доказательств принадлежности ответчику, на каком-либо праве, спорного участка теплосетей. По мнению ответчика, ответвления сетей от магистральных трубопроводов, идущих к зданиям, находящимся на праве оперативного управления ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ», входят в систему теплоснабжения, за которую отвечает сетевая организация, то есть входит в зону эксплуатации и ответственности сетевой организации, являются безхозяйными. Ответчик отмечает, что акты разграничения границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, подписанные прежними владельцами здания санатория и гаража, в предыдущие годы, не имеют правового значения. С учётом доводов, ответчик считает, что неустойка, как мера ответственности не должна применяться.

В дополнении к апелляционной жалобе, ответчик указывает на необоснованный отказ судом первой инстанции в привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора, МУГИСО и Минздрава СО. По мнению ответчика, вопрос о наделении ЦГБ полномочиями по владению и пользованию, включая эксплуатацию данных ответвлений от магистральных сетей, затрагивают их права и обязанности. Ответчик просит привлечь к участию в деле МУГИСО и Минздрав СО, рассмотреть дело по правилам суда первой инстанции.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Доводы, приведённые в отзыве на апелляционную жалобу, согласуются с выводами суда первой инстанции.

В судебное заседание истец, третье лицо, извещённые надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, не явились, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьёй 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

В судебном заседании, проведённом в режиме веб-конференции, представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе и заявленные в ней ходатайства.

Ответчиком заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до вынесения решения по делу № А60-72227/2025.

В обоснование ходатайства ответчик указывает на рассмотрение Арбитражным судом Свердловской области иска ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» к МУП «ТМ» об урегулировании разногласий по договору теплоснабжения. Предметом спора является определение границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности по договору.

Ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ, в удовлетворении отказано в отсутствие оснований невозможности рассмотрения данного дела до разрешения дела, рассматриваемого Арбитражным судом Свердловской области,

Из смысла пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ следует, что необходимость приостановления производства по делу зависит от того, имеют ли значение обстоятельства, устанавливаемые при разрешении другого дела, при рассмотрении спора по существу для приостанавливаемого дела.

Апелляционный суд отмечает, что объективной предпосылкой применения данной нормы является невозможность рассмотрения одного дела до принятия решения по другому делу. При этом возможность рассмотрения спора по существу предопределена необходимостью установления обстоятельств, имеющих значение для дела и входящих в предмет доказывания, которые определяются арбитражным судом исходя из характера спорного правоотношения и норм законодательства, подлежащих применению (часть 1 статьи 133 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 145 АПК РФ производство по делу приостанавливается в случае, предусмотренном пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда.

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" (далее - Постановление № 46), данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания.

В силу положений пункта 1 части 1 статьи 143, части 9 статьи 130 АПК РФ критерием для определения невозможности рассмотрения дела при рассмотрении вопроса о приостановлении производства по делу является наличие существенных для дела обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении другого дела в арбитражном суде.

Необоснованное приостановление производства по делу может привести к нарушению баланса прав лиц, участвующих в деле, затягиванию судебного процесса, нарушению разумных сроков судопроизводства.

В абзаце 3 пункта 43 Постановления № 46 разъяснено, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора, в том числе в случае, когда такой иск предъявлен лицом, указанным в законе (статья 53.1, пункт 1 статьи 65.2, пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору, в силу чего, не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ. В таком случае арбитражным судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.

Апелляционным судом, с учётом данных разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, принято во внимание, что приостановление производства по делу является препятствием не только для дальнейшего движения дела, но и для реализации истцом своего законного права на максимально быструю и эффективную судебную защиту, на получение оплаты за оказанные им ответчику услуги по теплоснабжению.

В рассматриваемом споре, разногласия сторон связаны с расчётом объёма потерь тепловой энергии в период с октября по декабрь 2024 года.

При этом, в данном случае возможное заключение договора с условием о его распространении на ранее возникшие отношения и исключение из договора каких-либо точек поставки, само по себе не освобождает ответчика от обязанности по оплате фактически оказанных истцом ответчику услуг в спорный период.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции не установлена невозможность определения объёма фактически оказанных истцом услуг теплоснабжения в спорный период, подлежащих оплате ответчиком. Ответчик не лишён возможности при рассмотрении настоящего дела представлять доказательства отсутствия потребления тепловой энергии в спорный период.

В рамках дела № А60-72227/2025 в договоре № Т-0050/2025 от 11.04.2025 в предлагаемой истцом редакции не содержится условие о распространении его действия на отношения сторон, возникшие с 01.01.2024, а МУП «ТМ» возражает относительно принятия пунктов в предлагаемой ЦГБ редакции, в связи с чем, суд может не согласиться с урегулированием разногласий.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что любое приостановление производства по делу затрагивает права сторон на рассмотрение возникшего спора в установленные процессуальным законом сроки.

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что оснований для приостановления производства по делу не имеется.

Ответчиком заявлено о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство по управлению государственным имуществом Свердловской области и Министерство здравоохранения Свердловской области.

Отклоняя ходатайство истца о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в соответствии с частью 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила, в том числе, о привлечении к участию в деле третьих лиц, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" разъяснено, что установленный частью 3 статьи 266 АПК РФ запрет не распространяется на случаи, когда апелляционный суд перешёл к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Поскольку суд апелляционной инстанции при проверке законности и обоснованности судебного акта оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, не установил, оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о привлечении к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, не имеется.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно положениям статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

По смыслу содержания статьи 51 АПК РФ третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с правоотношениями, являющимися предметом разбирательства в арбитражном суде.

Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Цель участия третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

Наличие заинтересованности в исходе дела, само по себе не свидетельствует о возникновении у третьего лица права на вступление в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судебный акт по настоящему делу не может непосредственно повлиять на права и обязанности МУГИСО и Минздрава СО.

Так, ответчик является автономным учреждением и в силу статьи 2 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» от своего имени может приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Автономное учреждение осуществляет свою деятельность в соответствии с предметом и целями деятельности, определёнными федеральными законами и уставом, путём выполнения работ, оказания услуг в сферах, указанных в части 1 статьи 2 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях».

Согласно статье 3 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» имущество автономного учреждения закрепляется за ним на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Собственником имущества автономного учреждения является соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование.

В соответствии со статьёй 296 ГК РФ учреждение и казённое предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

Само по себе то обстоятельство, что МУГИСО является административно-распорядительным органом по согласованию с Минздравом СО как отраслевым органом власти, в подчинении которого находиться ЦГБ, не отнесено законодателем к безусловным основаниям для привлечения их к участию в деле.

Поскольку каких-либо выводов о правах и обязанностях МУГИСО, Минздрава СО обжалуемый судебный акт не содержит, правовые основания для привлечения их к участию в деле в качестве третьих лица, предусмотренные статьей 51 АПК РФ, отсутствуют.

Вопреки утверждению ответчика, в суде первой инстанции ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было заявлено только в отношении Администрации Североуральского муниципального округа, привлечённой к участию в деле судом первой инстанции.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ

Как следует из материалов дела, МУП «ТМ» являясь ресурсоснабжающей организацией, осуществляет выработку и отпуск тепловой энергии, поставку холодного и горячего водоснабжения, предоставляет услуги по водоотведению для абонентов (граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц) на территории Свердловской области.

Ранее МУП «Комэнергоресурс» (поставщик) с ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» (абонент) был заключён договор теплоснабжения № Т-0050/23 от 19.01.2023 на теплоснабжение объектов абонента, расположенных, в числе прочих, по адресу: Свердловская область, г, Североуральск, ул. Маяковского, 11а, 26, ул. Молодёжная, 8, ул. Ленина, 28, 33, 33 (мойка), Чайковского, 19, 20, 22, 24, <...>, <...>, <...>, <...>.

Договор теплоснабжения № Т-0050 в 2024, 2025 заключён не был, однако, несмотря на это истцом в адрес ответчика поставлялись теплоноситель и тепловая энергия, а ответчик потреблял отпущенные ему тепловые ресурсы.

В период с октября по декабрь 2024 года МУП «ТМ» (теплоснабжающая организация) по договору теплоснабжения №Т-0050/25 ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» (потребитель) поставлены коммунальные ресурсы (с учётом произведённых оплат задолженности в ходе судебного разбирательства) на сумму 461 175 руб., составляющую предъявленные ответчиком тепловые потери.

Выставленные истцом в адрес ответчика для оплаты счета-фактуры с указанием количества и стоимости поданного ресурса ответчиком не оплачены. Возражения по количеству и стоимости энергоресурсов ответчик заявил в части тепловых потерь.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия №582917 от 24.02.2025, содержащая требование о погашении задолженности, оставлена без удовлетворения.

Поскольку ответчиком допущена просрочка оплаты долга, истец обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями, в том числе о взыскании неустойки.

Суд первой инстанции, исходя из того, что ответчиком в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о своевременной оплате задолженности, требования истца о взыскании с ответчика 461 175 руб. за поставленную тепловую энергию, признал обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании статей 307, 309, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование истца о взыскании неустойки, удовлетворены исходя из условий, установленных в части 9.1 статьи 15 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении».

Повторно оценив представленные в дело доказательства по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заявленное истцом требование о взыскании задолженности и пени обоснованно удовлетворено в полном объёме.

Судом установлено, что истец и ответчик находятся в правоотношениях по подаче тепловой энергии. Эти отношения регулируются положениями статей 539 - 544 Гражданского кодекса Российской Федерации и специальными нормами о теплоснабжении.

Согласно статье 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим её потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Отношения, возникающие в связи с производством, передачей, потреблением тепловой энергии, тепловой мощности, теплоносителя с использованием систем теплоснабжения, права и обязанности потребителей тепловой энергии, теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций регулируются Федеральным законом от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении».

Согласно части 1 статьи 3 Закона о теплоснабжении организация отношений в сфере теплоснабжения должна формироваться на основе таких принципов как обеспечение надежности теплоснабжения в соответствии с требованиями технических регламентов и соблюдение баланса экономических интересов теплоснабжающих организаций и интересов потребителей.

В силу подпункта "а" части 18 статьи 2 названного Закона реализация тепловой энергии отнесена к регулируемым видам деятельности в сфере теплоснабжения, при осуществлении которой расчёты за товары, услуги в сфере теплоснабжения осуществляются по ценам (тарифам), подлежащим государственному регулированию.

Обязанность по оплате потерь в тепловых сетях предопределяется принадлежностью этих сетей (статьи 539, 544 ГК РФ, пункт 5 статьи 15, пункт 2 статьи 19 Закона о теплоснабжении, пункт 2 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808).

Местом исполнения обязательств теплоснабжающей организации является точка поставки, которая располагается на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки или тепловой сети потребителя и тепловой сети теплоснабжающей организации или теплосетевой организации либо в точке подключения (технологического присоединения) к тепловой сети, являющейся бесхозяйным объектом теплоснабжения (пункт 5 статьи 15 Закона о теплоснабжении).

Граница балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности в пункте 2 Правил № 808 определена, по общему правилу, по признаку собственности или владения на ином предусмотренном федеральными законами основании.

Исходя из абзаца четвертого пункта 2 Правил № 808, граница балансовой принадлежности устанавливается по линии раздела тепловых сетей, источников тепловой энергии и теплопотребляющих установок между владельцами по признаку собственности или владения на ином предусмотренном федеральными законами основании.

Обязанность по оплате потерь, возникающих в тепловых сетях, предопределяется принадлежностью этих сетей (пункт 2 статьи 19 Закона о теплоснабжении, пункт 2 Правил № 808, пункт 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016) (Раздел Судебная коллегия по экономическим спорам), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), собственникам или иным законным владельцам объектов теплосетевого хозяйства.

При этом наличие либо отсутствие гражданско-правового титула (то есть государственной регистрации), подтверждающего законность владения субъектом энергетического правоотношения соответствующим имуществом, для целей участия этого имущества в энергетическом обязательстве и возникновения обязанности его фактического владельца по оплате потребленной энергии, не является безусловно необходимым (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 07.09.2010 № 2255/10, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2015 № 303-ЭС15-6562, от 03.12.2015 № 305-ЭС15-11783, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-974).

Из указанных норм следует, что обязанность по оплате потерь в тепловых сетях возложена действующим законодательством, как на сетевые организации, так и на иных владельцев объектов теплосетевого хозяйства, которыми могут выступать не только собственники соответствующих объектов, но также и иные лица, которым эти объекты переданы во владение и пользование

В силу статьи 210 ГК РФ собственник несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

На основании пункта 4 статьи 214 ГК РФ имущество, находящееся в государственной собственности, закрепляется за государственными предприятиями и учреждениями во владение, пользование и распоряжение в соответствии с Гражданским кодекса Российской Федерации.

В силу абзаца пятого пункта 1 статьи 216 ГК РФ право оперативного управления относится к вещным правам лиц, не являющихся собственниками.

Согласно пункту 1 статьи 296 ГК РФ учреждение, за которым имущество закреплено на праве оперативного управления, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжается этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

Право оперативного управления имеет вещный характер и не только предоставляет его субъектам правомочия по владению и пользованию имуществом, но и возлагает на них обязанности по его содержанию.

Согласно правовой позиции, приведённой в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, статьями 296, 298 ГК РФ, определяющими права и обязанности собственника и учреждения в отношении имущества, находящегося в оперативном управлении, не предусмотрено сохранение обязанности собственника по содержанию переданного в оперативное управление имущества, поэтому собственник, передав во владение имущество на данном ограниченном вещном праве, возлагает на него и обязанности по его содержанию.

Обладатели права оперативного управления с момента его возникновения обязаны нести все расходы по содержанию принадлежащего ему имущества.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (пункт 1 статьи 131 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу абзаца пятого пункта 1 статьи 216 ГК РФ право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации.

Таким образом, обладатели права оперативного управления с момента его регистрации обязаны нести все расходы по содержанию принадлежащего им имущества.

Указанная правовая позиция приведена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2022 № 305-ЭС22-4503.

Применительно к рассматриваемой ситуации, истцом предъявляются к оплате тепловые потери от задвижек в тепловой камере, до внешней стены каждого административного здания, принадлежащего ответчику.

Спорные участки сетей являются объектами инженерной инфраструктуры, предназначенные для обслуживания исключительно зданий, принадлежащих ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ», и не могут быть использованы никак иначе при отсутствии объектов, для обслуживания которых они предназначены.

Следует отметить, что сети инженерно-технического обеспечения, являющиеся функционально частью отдельного объекта капитального строительства, не выходящие за пределы элемента планировочной структуры (квартал, микрорайон), не являются отдельными линейными объектами. В качестве отдельных линейных объектов рассматриваются инженерно-технические сети, обеспечивающие два или более объекта капитального строительства, в том числе квартальные сети.

Исходя из представленных в материалы дела договоров теплоснабжения, заключённых ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» с МУП «Комэнергоресурс» (ресурсоснабжающей организацией, действующей на тот момент) за предшествующие периоды поставки (2021-2023 г.г.), в отношении тех же объектов теплоснабжения ответчика, акты разграничения границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности по тепловым сетям, были подписаны ответчиком без разногласий. Расчёты за теплоресурсы велись с учётом потерь, предъявляемых за те же участки тепловых сетей.

Из материалов дела следует, что проекты договоров теплоснабжения № Т-0050/24 от 23.12.2024 и № Т-0050/25 от 11.04.2025 направлены в адрес ответчика и возвращены последним с протоколом разногласий, которые, прежде всего, заключались в разграничении балансовой и эксплуатационной ответственности сторон, поскольку на балансе ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» не имеется наружных тепловых сетей, ответчик полагает, что точкой поставки тепловой энергии и теплоносителя должна быть внешняя стена (фундамент) здания по всем объектам ответчика.

Между тем, акты разграничения границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности по тепловым сетям, приложенные проектам договоров теплоснабжения № Т-0050/24 от 23.12.2024 и № Т-0050/25 от 11.04.2025, аналогичны актам, подписанным ответчиком без разногласий, за предыдущие периоды до смены ресурсоснабжающей организации.

Так, ранее МУП «Комэнергоресурс» выставлялись счета, с учётом потерь, исходя из того, что в эксплуатационной ответственности ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» находятся сети:

1. по зданию «Детская больница» ЦГБ № 3 по ул. Чайковского, 22 в г. Североуральске - от задвижек № 4 в ТК-7 тепловые сети № 1 3?Ду150 L=36м, № 2 3?Ду50 L=8м, (подземные),

2. по зданиям Родильный дом, Инфекционная больница ЦГБ № 4, Ленина, 33- от задвижек № 2 в ТК-5 тепловые сети № 1 2?Ду100 L=112м, Ду50 L=112м, № 2 3?Ду100 L=34м. (подземные),

3. по зданию пищеблока ЦГБ № 5 - от задвижек в ТК-10 тепловая сеть 3?Ду50 L=20м, (подземная),

4. по зданиям Детская поликлиника, Стоматологическая больница ЦГБ 6 - от задвижек в ТК-13 тепловые сети № 1 2?Ду100 L=48м, № 2 2?Ду80 L=24м, № 3 2?Ду80 L=20м, (подземные),

5. по зданиям гаража, морга ЦГБ 7 по ул. Чайковского 20 - от задвижек в ТК-11 тепловая сеть 2?Ду80 L=26м, (подземная),

6. по зданию поликлиники ЦГБ 8 по адресу: <...> - От задвижек в ТУ тепловая сеть 2?Ду80 L=99м, (подземная),

7. по зданию ОВП ГБУЗ СО СЦГБ 10 по адресу: <...> - от задвижек в У-2 тепловые сети: №1 2?Ду50 L=47м, (подземная); №2 2?Ду50 L=27м, (надземная),

8. по зданию гаража по адресу: <...> - от вентилей в ТК-27 тепловая сеть: №1 2?Ду50 L=30м, (подземная),

9. по зданию медсанчасти по адресу: <...> - от задвижек в ТК-2 тепловая сеть 2?Ду150 L=5м, 2?Ду100 L=5м, (подземная),

10. по зданию ЦГБ по адресу: <...> - от задвижек в ТК тепловая сеть 2?Ду80 L=53м (подземная),

11. по зданию поликлиники ЦГБ по ул. Ленина 33 в г. Североуральске - от задвижек в ТК тепловая сеть 2?Ду100 L=30м, Ду50 L=30м, (подземная).

В силу части 8 статьи 15 Закона о теплоснабжении, пункта 21 Правил № 808, к договору теплоснабжения прилагаются акт разграничения балансовой принадлежности тепловых сетей и акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон.

В пункте 2 Правил № 808 установлено, что граница эксплуатационной ответственности - это линия раздела элементов источников тепловой энергии, тепловых сетей или теплопотребляющих установок по признаку ответственности за эксплуатацию тех или иных элементов, устанавливаемая соглашением сторон договора теплоснабжения, договора оказания услуг по передаче тепловой энергии, теплоносителя, договора поставки тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя, а при отсутствии такого соглашения - определяемая по границе балансовой принадлежности. Граница балансовой принадлежности делит инженерные сети по признаку собственности или иного законного владения, а граница эксплуатационной ответственности предполагает линию раздела по признаку возложения бремени содержания инженерных коммуникаций.

В соответствии с абзацем 12 пункта 21 Правил № 808, к договору теплоснабжения прилагаются акт разграничения балансовой принадлежности тепловых сетей и акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон, под которым понимается документ, определяющий границы ответственности сторон за эксплуатацию соответствующих тепловых сетей, источников тепловой энергии и теплопотребляющих установок (абзацы 2, 3 пункта 2 Правил № 808).

Суд первой инстанции, верно отметил, что спорные участки сетей являются объектами инженерной инфраструктуры, предназначенные для обслуживания, исключительно, зданий, принадлежащих ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ», и не могут быть использованы никак иначе при отсутствии объектов, для обслуживания которых они предназначены.

Истцом предъявляются к оплате тепловые потери от задвижек в тепловой камере, до внешней стены каждого административного здания, принадлежащего ответчику.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу, что спорные участки сети, потери в которых предъявлены ответчику к оплате, находятся во владении ответчика на законном вещном праве, в том числе, с учётом расположения сетей на территории, принадлежащей ответчику на праве оперативного управления.

Законодательство о теплоснабжении обязывает лицо, владеющее на каком-либо праве объектами теплопотребления, оплачивать фактически принятое количество тепловой энергии, объем которой определяется в точке поставки, расположенной на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки или тепловой сети такого лица и тепловой сети теплоснабжающей организации или теплосетевой организации.

Указанная граница находится на линии раздела сетей по признаку собственности или владения на ином законном основании.

Из положений нормативно-правового регулирования следует, что организация, осуществляющая теплоснабжение своих абонентов, вправе получать плату за весь объём тепловой энергии, переданной в тепловые сети сторонних организаций. Тепловая энергия, потерянная в сетях, покупается у теплоснабжающей организации владельцем сетей.

С учётом изложенного, довод ответчика о том, что указанные сети являются бесхозяйными, подлежит отклонению, поскольку в качестве самостоятельных объектов прав и объектов недвижимости, которые должны находиться в муниципальной собственности, рассматриваются городские магистральные сети, то есть сети транзитные, без ответвлений, а также распределительные (квартальные) сети.

Ответвления от распределительных сетей к отдельным зданиям и сооружениям, самостоятельными объектами права не являются, а являются, как указано выше, функциональными частями обслуживаемых отдельных объектов капитального строительства либо вспомогательными объектами, предназначенными для обслуживания таких объектов.

Соответственно, владельцами таких сетей являются владельцы обслуживаемых сетями объектов капитального строительства.

То обстоятельство, что сети являются безхозяйными, материалами дела не установлено.

Согласно схеме теплоснабжения Североуральского городского округа бесхозяйных объектов на территории округа не имеется. Отсутствие государственной регистрации на спорные сети не является основанием для отнесения их к бесхозяйным, поскольку данные объекты функционально предназначены для обслуживания объектов ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ».

Согласно представленной в материалы дела выписки из реестра государственного имущества Свердловской области от 14.08.2024 в собственности, за правообладателем ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» числится объект «Теплосеть», реестровый номер 4У01391, кадастровый номер 56:60:0904019:2733, протяженностью 200 м.

Довод ГАУЗ СО «Североуральская ЦГБ» о том, что точка поставки тепловой энергии и теплоносителя должна быть расположена по внешней стене здания (по фундаменту), основан на неверном толковании норм права. Такая конфигурация точек поставки характерна для многоквартирных домов, но не исключает иные варианты расположения при поставке ресурса в административные здания.

Таким образом, суд первой инстанции, принимая во внимание технические характеристики тепловых сетей, назначение по эксплуатации только объектов ответчика и отсутствие постановки их на учёт как бесхозяйного имущества в качестве отдельного объекта, правомерно делает вывод, что данные участки тепловых сетей являются частью объектов теплоснабжения ответчика и должны эксплуатироваться ответчиком. Следовательно, обязанность по уплате тепловых потерь, возникших на данных участках сетей, в силу закона возлагается на ответчика.

Расчёт истца проверен судом, признан правильным, арифметически верным и не противоречащим законодательству Российской Федерации.

В отсутствие доказательств оплаты задолженности в сумме 461 175 руб. либо наличия обстоятельств, служащих основанием для уменьшения размера долга, судом первой инстанции правомерно удовлетворены требования истца в указанном размере.

Согласно части 9.1 статьи 15 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении» потребитель тепловой энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплативший тепловую энергию (мощность) и (или) теплоноситель по договору теплоснабжения, обязан уплатить единой теплоснабжающей организации (теплоснабжающей организации) пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

Поскольку ответчиком нарушены сроки оплаты, требование истца о взыскании с ответчика пеней признано судом первой инстанции правомерным.

Произведённый истцом расчёт пеней проверен судами и признан верным, ответчиком расчёт не оспорен, в связи с чем требования о взыскании неустойки за период с 12.11.2024 по 05.10.2025 в сумме 465 617 руб. 40 коп. правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

В силу пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 72 Постановления № 7 указано, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешёл к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Таким образом, действующее законодательство устанавливает условие, при котором апелляционный суд вправе рассмотреть вопрос о снижении неустойки – наличие соответствующего заявления должника в суде первой инстанции.

Между тем, как следует из материалов дела, при рассмотрении дела судом первой инстанции, ответчик не воспользовался предоставленными ему нормами АПК РФ правами, в том числе правом на заявление ходатайства о применении статьи 333 ГК РФ и на представление в его обоснование доказательств, в порядке статьи 65 АПК РФ, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

В силу статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Требование истца о начислении неустойки на сумму долга с 06.10.2025 до даты фактической оплаты суммы долга удовлетворено в соответствии с пунктом 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств».

Аргументы, приведённые в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта по доводам заявителя не имеется.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьёй 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 16 октября 2025 года по делу №А60-22714/2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


С.А. Яринский

Судьи


Л.В. Клочкова


Э.А. Ушакова