Постановление от 21 августа 2019 г. по делу № А32-21031/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-21031/2018
г. Краснодар
21 августа 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2019 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 августа 2019 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ» – Барило А.А. (доверенность от 15.03.2018), от конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Институт Здоровья» Мифтахова А.Г. – Жученко Е.А. (доверенность от 08.03.2019), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе посредством размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2019 (судья Туманова Л.Р.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019 (судьи Сулименко Н.В., Стрекачёв А.Н., Сурмалян Г.А.) по делу № А32-21031/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Институт Здоровья» (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление ООО «Агропродукт СМ» (далее – общество) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) 3 590 500 рублей задолженности.

ИП Корнилов Левон Левонович обратился в арбитражный суд с заявлением о замене общества на процессуального правопреемника ИП Корнилова Л.Л. в связи с заключением договора уступки права требования от 29.01.2019.

Определением суда от 04.03.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 08.05.2019, в удовлетворении заявления отказано. Судебные акты мотивированы тем, что действия общества и ИП Корнилова Л.Л. являются недобросовестными и преследуют противоправную цель, не подлежащую судебной защите - организацию контролируемого банкротства должника его учредителем.

В кассационной жалобе общество просит отменить определение суда от 04.03.2019 и постановление апелляционного суда от 08.05.2019, принять по делу новый судебный акт. Заявитель указывает, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельства дела. Заявитель не согласен с выводом судов о том, что предоставление займа направлено на увеличение уставного капитала. Податель жалобы указал, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требования аффилированных кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, представитель управляющего просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 04.09.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден Капора Николай Иванович. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 15.09.2018.

15 октября 2018 года в арбитражный суд обратилось общество с заявлением об установлении требований кредитора в размере 3 590 500 рублей.

В обоснование заявленного требования общество указало, что за период с января 2010 по май 2014 между должником (заемщик) и ООО «ТПК Кубань» (займодавец) заключены договоры займа № 5 от 15.05.2010, № 6 от 26.05.2010, № 7 от 31.05.2010, № 8 от 01.06.2010, № 9 от 08.06.2010, № 10 от 17.06.2010, № 11 от 21.06.2010, № 12 от 30.06.2010, № 13 от 08.07.2010, от 22.09.2010, от 20.10.2010, от 04.04.2011, от 25.04.2011, от 25.04.2011, от 30.05.2011, от 09.09.2011, от 30.09.2011, от 03.10.2011, от 12.10.2011, от 25.10.2011, от 25.10.2011, от 07.10.2011, 02.12.2011, от 29.12.2011, от 14.02.2012, от 29.03.2012, от 28.05.2012, от 25.07.2012, от 25.07.2012, от 18.09.2013, от 24.09.2013, от 25.09.2013, от 26.09.2013, от 09.10.2013, от 09.10.2013, от 24.10.2013, от 25.10.2013, от 27.10.2013, от 05.12.2013, от 05.12.2013, от 09.12.2013, от 11.12.2013, от 18.12.2013, от 27.12.2013, от 17.02.2014, от 07.03.2014 на общую сумму 5 208 100 рублей со сроком возврата в период с мая 2020 по март 2024.

ООО «ТПК Кубань» исполнило надлежащим образом обязательства по договорам займа, денежные средства в размере 5 208 100 рублей переданы должнику, что подтверждается выписками по операциям на счете и актом сверки за период с января 2010 года по май 2014 год.

После частичного погашения займа в размере 1 617 600 рублей, задолженность должника перед ООО «ТПК Кубань» составила 3 590 500 рублей.

29 мая 2014 года между ООО «ТПК Кубань» (цедент) и ООО «Агропродукт СМ» (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому цедент уступил цессионарию право требования к должнику в размере 3 150 тыс. рублей.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в суд с заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 40, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"»).

Суды установили, что заимодавцем по договорам займа являлось ООО «Торгово-промышленная компания ?Кубань?», от имени которого большинство договоров займа подписаны генеральным директором Санзяповым Виктором Ивановичем, который одновременно являлся учредителем должника.

Остальные договоры займа: №5 от 17.05.2010, №6 от 26.05.2010, №7 от 31.05.2010, № 8 от 01.06.2010, №9 от 08.06.2010, № 10 от 17.06.2010, № 11 от 21.06.2010, № 12 от 30.06.2010, № 13 от 04.07.2010 со стороны заимодавца подписаны Литвиновой М.А. При этом в материалы дела не представлена доверенность или иной документ, подтверждающий полномочия указанного лица на подписание договоров займа.

В результате заключения договора цессии от 29.05.2014 право требования к должнику перешло от ООО «ТПК Кубань» к обществу.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителем общества является Санзяпов Виктор Иванович (50 %) и Мурзин Азиз Аклычевич (50 %).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «ТПК Кубань» ликвидировано 09.04.2018 и исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителями должника являются: Санзяпов Виктор Иванович с размером доли 24,5 % в уставном капитале; Безручко Виктор Иванович с размером доли 24,5 % в уставном капитале; Санзяпова Альфия Вадимовна с размером доли 51% в уставном капитале, являющаяся супругой Санзяпова Виктора Ивановича.

Санзяпова А.В. подписывала от имени должника (заемщика) вышеуказанные договоры займа.

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделал вывод об аффилированности общества и должника.

На основании изложенного, общество и должник являлись аффилированными лицами.

С учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2) Верховного Суда Российской Федерации по делу № А68-10446/2015).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17- 17208).

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и обоснованно указали, что из анализа договоров займа, заключенных между должником и ООО «ТПК «Кубань», усматривается, что заемные средства предоставлены должнику на срок 10 лет, при этом, сделки не предусматривают уплату заемщиком процентов за пользование заемными денежными средствами, что нехарактерно для правовой природы договоров займа. Суды пришли к обоснованному выводу, что спорные сделки, заключены в отсутствие разумных экономических мотивов, свойственных заемным правоотношениям, участники сделки не предполагали создание правовых последствий заключения договоров займа, в том числе, возврат денежных средств заемщиком. Об этом также свидетельствует то обстоятельство, что с момента совершения уступки прав требования (29.05.2014) заявитель не обращался к должнику за взысканием задолженности по договору займа, более того, займодавец ООО «ТПК Кубань» ликвидирован, в ходе ликвидации меры по отысканию спорной дебиторской задолженности не принимались. В материалы дела заявителем не представлены письменные претензии и доказательства их направления в адрес должника, свидетельствующие о намерении взыскать с должника задолженность в размере 3 590 500 рублей. Доказательства обращения с исковыми требованиями также отсутствуют.

На основании изложенного, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления общества о включении требования в реестр.

В части заявления о замене общества на процессуального правопреемника ИП Корнилова Л.Л. в связи с заключением договора уступки права требования от 29.01.2019 суды установили следующее.

В обоснование факта уступки права требования к должнику, в материалы дела представлены: договор цессии от 29.01.2019, акт приема-передачи от 29.01.2019, платежное поручение от 29.01.2019 № 6 на сумму 150 тыс. рублей.

Суды установили, что заявление общества о включении в реестр подписано представителем Корниловым Л.Л., действовавшим на основании доверенности. Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделали обоснованный вывод о том, что заключение ИП Корниловым Л.Л. в процессе установления требований общества сделки по переуступке долга имело цель придать легитимность первоначальной уступке, и направлено на злоупотребление правом, которое судебной защите не подлежит.

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что договор цессии от 29.01.2019 является ничтожной сделкой, поскольку фактически не был направлен на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей ее сторон, а заключен с целью избежания установления судом факта аффилированности между должником и обществом.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судебных инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые судебные инстанции оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Кодекса.

Нормы права при рассмотрении дела применены судебными инстанциями правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену определения суда и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Кодекса), не установлены.

Таким образом, основания для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа




ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019 по делу № А32-21031/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина



Судьи

Е.В. Андреева


М.Г. Калашникова