Постановление от 9 ноября 2025 г. по делу № А53-7285/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-7285/2024
г. Краснодар
10 ноября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 10 ноября 2025 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Артамкиной Е.В. и Коржинек Е.Л., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Спецзащита» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 18.12.2024), от ответчика – государственного автономного учреждения культуры Ростовской области «Областной дом народного творчества» (ИНН <***>, ОГРН <***>) –ФИО2 (доверенность от 21.10.2025), в отсутствие третьего лица – акционерного общества «Коммерческий банк "Локо-Банк"» (ИНН <***>, ОГРН <***>), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецзащита» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.04.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025 по делу № А53-7285/2024, установил следующее.

ООО «Спецзащита» (далее –  общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ГАУК Ростовской области «Областной дом народного творчества» (далее – учреждение) о взыскании 2 064 151 рубля 42 копеек убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен АО «Коммерческий банк "Локо-Банк"».

Учреждение обратилось со встречным иском о взыскании 2 518 557 рублей 38 копеек ущерба.

Решением суда от 28.04.2025, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 30.07.2025, в удовлетворении первоначального иска общества отказано, встречный иск учреждения удовлетворен. С общества в пользу учреждения взыскано 2 518 557 рублей 38 копеек убытков. Распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, суды необоснованно усмотрели противоречия в выводах судебной экспертизы, поскольку экспертом рассчитана стоимость устранения всех недостатков, зафиксированных в актах затопления. Суды не дали оценки доводам общества о необоснованности сметного расчета, произведенного в досудебной экспертизе, положив его в основу судебных актов. Досудебная экспертиза проведена только на основании актов визуального обследования, составленных заказчиком в одностороннем порядке; фотоматериалы на момент затопления, журналы производства работ, проектная и рабочая документация не являлись предметом исследования.

В отзыве на жалобу учреждение просит оставить без изменения судебные акты, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представители общества и учреждения высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыв, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, общество (подрядчик) и учреждение (заказчик) 15.03.2023 заключили договор подряда № 2023.38941, предметом которого явились обязательства ООО «Спецзащита» по капитальному ремонту кровли здания ответчика согласно проектно-сметной документации (приложение № 1 к договору) и техническому заданию (приложение № 3 к договору). Учреждение обязалось в порядке и сроки, предусмотренные договором, принять и оплатить выполненные работы.

Результат работ должен соответствовать требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, а также иным требованиям сертификации, безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам и правилам и т.п.; пункт 3.1 договора).

Аналогичные обязательства изложены в пункте 5.4 договора.

Согласно пункту 9.1 договора подрядчик представляет финансовое обеспечение исполнения обязательств в размере 10 % от НМЦД в сумме 2 064 151 рубль 42 копейки.

В обеспечение исполнения обязательств по договору подрядчиком предоставлена независимая гарантия АО «КБ "Локо-Банк"» от 07.03.2023 № LM0303237387 на сумму 2 064 151 рубль 42 копейки.

11 октября 2023 года бенефициар (учреждение) направил в адрес гаранта требование № 1 об осуществлении уплаты всей денежной суммы по независимой гарантии с указанием причины – неисполнение требований и правил законодательства СП 12-1352003 «Безопасность труда в строительстве» и СНиП 12-01-2004 «Организация в строительстве», что повлекло затопление помещений в здании. В обоснование факта затопления и величины убытков бенефициар представил экспертное заключение.

Требование о выплате исполнено гарантом. Принципал возместил гаранту выплаченную сумму по регрессному требованию.

Заказчик, обратившись к банку, в качестве доказательства факта причинения убытков в указанной сумме, причинно-следственной связи между убытками и действиями подрядчика представил экспертное заключение ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"» от 06.10.2023 № 06-10/23-СТЭ.

Общество в иске указывает, что, исполняя договор, подрядчик соблюдал требования проектной документации, технологии производства работ, выполнил предусмотренные защитные мероприятия с целью исключения проникновения атмосферных осадков. Устройство кровли выполнялось с разделением фронта работ на участки до момента устройства кровли, участок покрытия накрывался двумя слоями армированной пленки по каркасу с фиксацией по краям. Доказательств несоблюдения подрядной организацией требований проектной документации при проведении капитального ремонта кровли ни экспертом, ни самим заказчиком не приводится. На момент заключения договора о выполнении капитального ремонта кровли ее состояние уже оценивалось как «ограниченно работоспособное», что подтверждается заключением о техническом состоянии кровли здания № ОСК-19-О/2020, составленным ООО «Строительно-производственное управление». При осмотре помещений здания видны застарелые пятна от протечек и намокания, разрушения отделки помещений, явно вызванные длительным воздействием влаги. Однако в экспертизе, представленной заказчиком в качестве обоснования вины подрядчика, не приведен анализ срока образования намоканий и повреждений, в связи с чем доказательства наличия причинно-следственной связи между состояниями помещений здания и действиями подрядчика отсутствуют. Фактически заказчик, действуя недобросовестно, составляя односторонние акты о затоплении, перекладывает ответственность за многолетние намокания кровли на подрядчика, возлагает на него расходы по ремонту всех помещений и всех повреждений независимо от срока их образования. Действия бенефициара (заказчика) по обращению к гаранту за выплатой денежных средств в рамках исполнения обязательств по банковской гарантии, выданной истцу, и представленной им в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору, в отсутствие оснований (по мнению общества) для применения к подрядчику мер ответственности, а также последующее возмещение принципалом (истцом) гаранту выплаченной в соответствии с условиями гарантии денежной суммы послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с иском.

Учреждение исковые требования не признало, предъявило встречный иск, в котором указало, что в процессе выполнения подрядчиком работ в связи с нарушением нормативно-правовых актов в сфере строительства, в том числе СП 12-135-2003 «Безопасность труда в строительстве» и СНиП 12-01-2004 «Организация в строительстве», периодически происходили затопления помещений, что подтверждается актами визуального обследования помещений от 14.04.2023, от 19.04.2023, от 25.04.2023, от 06.09.2023, от 21.06.2023, от 28.06.2023, от 18.08.2023 и от 18.09.2023.

В иске учреждение указывает, что общество неоднократно уведомлялось о случаях затопления (в письмах от 28.04.2023 № 23.30-04/289, от 20.06.2023 № 23.30-04/405 и от 20.06.2023 № 23.30-04/409, вместе с заключением о результатах исследования стоимости ремонта, составленного ИП ФИО3), от 21.06.2023 № 23.30-04/415, от 28.06.2023 № 23.30-04/438, от 10.08.2023 № 23.30-04/593, от 24.08.2023 № 23.30-04/621, от 21.09.2023 № 23.30-04/717, от 22.09.2023 N 23.30-04/719 (вместе с актом визуального обследования помещений от 18.09.2023) и от 09.10.2023 № 23.30.-04/791.

В целях определения причин повреждений и стоимости причиненного ущерба заказчик обратился в ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"» за составлением заключения.

Согласно выводам экспертного заключения причиной затопления помещений  является демонтированная кровля здания во время производства работ подрядчиком,   общество не исполнило требования и правила СНиП 12-01-2004 «Организация в строительстве» и СП 12-135-2003 «Безопасность труда в строительстве». Нарушение технологии выполнения работ лежит в зоне ответственности подрядчика, имеет место грубое пренебрежение нормативно-правовыми актами в сфере строительства. Характер выявленных дефектов позволяет понять, что они появились в результате многократных затоплений, вероятнее всего произошедших во время ремонта кровли. Все дефекты на потолке и стенах могли появиться через попадание влаги сверху через слои кровли. Такие повреждения невозможно получить в результате естественного износа. Стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению последствий затоплений помещений учреждения составляет 4 582 708 рублей 80 копеек.

Платежным поручением от 25.10.2023 АО «КБ "Локо-Банк"» выплатило 2 064 151 рубль 42 копейки по банковской гарантии.

Поскольку уплаченная гарантом сумма по банковской гарантии не покрыла всей суммы ущерба, причиненного действиями общества, учреждение предъявило  встречный иск о взыскании 2 518 557 рублей 38 копеек ущерба.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 393, 404, 716 и 721 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и исходили из следующего.

Из материалов дела следует, что фактически между сторонами возник спор относительно причин затопления помещений учреждения и размера причиненного вреда имуществу заказчика.

Учреждение указывало на то, что причиной всех затоплений послужило некачественное выполнение обществом подрядных работ по договору от 15.03.2023, выразившееся в нарушении подрядчиком нормативно-правовых актов в сфере строительства.

В обоснование правовой позиции заказчик представил досудебное заключение № 06-10/23-СТЭ, составленное ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"», из которого следует, что причиной затопления помещений является демонтированная кровля здания во время производства работ подрядчиком, который не исполнял требования и правила СНиП 12-01-2004 «Организация в строительстве» и СП 12-135-2003 «Безопасность труда в строительстве». Стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению последствий затоплений помещений составляет 4 582 708 рублей 80 копеек (страница 231 заключения).

Обращаясь с первоначальным иском и возражая против удовлетворения встречного иска, подрядчик ссылался на то, что при наличии подтверждений и неудовлетворительного состояния кровли еще в апреле 2020 года вывод о том, что все затопления произошли и все повреждения образованы в период проведения работ подрядчиком и по его вине не обоснован, внесудебным экспертом завышена стоимость восстановительных работ и не верно определен их объем.

В целях выяснения обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора, определением суда от 13.12.2024 по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Новая экспертиза» ФИО4 и ФИО5

В заключении судебной экспертизы от 24.03.2025 № 25-25 эксперты указали, что причина затопления помещений не может быть точно установлена на основании только натурного обследования, в том числе визуального осмотра. На момент осмотра экспертами были зафиксированы как повреждения, возникшие до выполнения работ ООО «Спецзащита», так и текущие, появившиеся в процессе и после проведения работ силами ООО «Спецзащита». При этом определить точные виды и объемы повреждений, а также связать их с конкретными затоплениями на основе имеющихся данных не представляется возможным. В материалах дела отсутствуют документы, подписанные обеими сторонами, которые бы подтверждали, что выявленные дефекты относятся к определенному периоду. Акты комиссионных обследований, отражающие результаты осмотра, подписаны только одной стороной.

В результате затопления помещений учреждения зафиксированы дефекты на потолках, стенах и полу (следы разводов, отслоение отделочных покрытий, деформация паркета, повреждения гипсокартонных конструкций и наличие плесени). Выявленные дефекты связаны с воздействием влаги, образовавшейся в результате локальных затоплений и вызвавшей разрушение конструкций и ухудшение отделки.

Эксперты указали, что невозможно установить, стали ли работы, выполненные обществом, причиной обрушения 20.06.2023 воздуховода в помещении «Диско-зал», так как при осмотре не были обнаружены дефекты потолка, покрытия пола или самого воздуховода. Определить произошло ли обрушение во время ремонта кровли, какие именно причины его вызвали, объем и стоимость работ по восстановлению воздуховода невозможно.

Проанализировав судебное экспертное заключение, суды указали, что досудебное экспертное заключение от 06.10.2023 № 06-10/23-СТЭ, составленное ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"» по заказу учреждения, не опровергает выводы, изложенные  в судебной экспертизе, подтверждая факт затопления помещений в период производства работ ООО «Спецзащита». При этом досудебное заключение № 06-10/23-С1ТЭ более информативно, так как составлено с учетом всех повреждений, имеющихся на момент проведения осмотров, в том числе наличия упавшего вентиляционного канала, в связи с чем судами принято в качестве допустимого доказательства по делу заключение № 06-10/23-СТЭ, составленное ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"», которое положено судом в основу принятого решения.

Отклоняя доводы общества о том, что протечки имели место и до заключения договора подряда, суды отметили, что доказательств, подтверждающих данный факт, не представлено. Кроме того, сторонами велась длительная переписка по вопросу затопления помещений, в том числе о принятии мер к их предотвращению, из которой не следует, что подрядчиком заявлялось о наличии ранее произошедших затоплений.

В письме от 10.05.2023 № 10 подрядчик сообщил заказчику об отсутствии оснований для начисления штрафа, поскольку работы по ремонту кровли выполняются в соответствии с проектной документацией, в которой имеются недостатки. Проектом предусмотрен полный демонтаж кровли до плит перекрытия, при этом предусмотренные защитные мероприятия путем накрытия пленкой не способны на 100% предотвратить намокание конструкций в результате осадков. Данные мероприятия можно использовать лишь при частичных точечных ремонтах кровли, но не при полном ее демонтаже.

Таким образом, подрядчик сам указывал, что принятых мер недостаточно для предотвращения продолжающихся затоплений, но профессиональных действий, направленных на их предотвращение, не предпринял.

Согласно письму подрядчика от 20.06.2023 № 15 им выявлено частичное обрушение вентиляционного короба и подвесного потолка в помещении «Диско-зал». При обследовании места обрушения установлено, что вентиляционный короб длиной 5 м был смонтирован и крепится только на 8 саморезах в вентиляционном проходе кровли. Подвесная система крепления вентиляционного короба к перекрытию кровли отсутствует, подвесной потолок крепится на подвесах к вентиляционному коробу, что также увеличивало нагрузку на соединение короба с вентиляционным проходом. Работы на кровле по замене вентиляционных зонтов временно приостановлены.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что не соблюдение подрядчиком требований строительных норм и правил привело к повреждению имущества истца вследствие затопления помещений, материалами дела установлено, что причинение вреда имуществу истца произошло вследствие нарушения ответчиком технологии выполнения работ по ремонту кровли, т.е. имеется прямая причинно-следственная связь между действиями подрядчика (некачественным выполнением работ по контракту) и затоплением помещений заказчика и повреждением его имущества. Доказательства, свидетельствующие о том, что ущерб мог быть причинен по иным причинам (не в результате затопления спорных помещений), в материалах дела отсутствуют.

Суды верно отметили, что заключая гражданско-правовой договор и приступая к выполнению работ по ремонту кровли, подрядчик выступал как лицо, обладающее специальными познаниями и опытом в области выполнения данного вида работ. Общество как профессиональный участник подрядных отношений, должно было знать о наличии недостатков проектной документации и незамедлительно известить об этих недостатках заказчика до начала выполнения или в процессе выполнения работ, подрядчик не мог не знать о требованиях, предъявляемых к выполнению работ по ремонту кровли здания, в связи с чем недостатки проектной документации (по мнению общества) не являются обстоятельством, исключающим вину подрядчика в несоблюдении строительных норм и правил при выполнении работ.

С учетом изложенного суды обоснованно пришли к выводу о том, что причинно-следственная связь между ненадлежащим выполнением работ по ремонту кровли подрядчиком (не соблюдение требований строительных норм и правил) и причинением заказчику убытков подтверждена материалами дела.

Определяя размер убытков, причиненных обществу, суды руководствовались выводами досудебного экспертного исследования ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"» № 06-10/23-СТЭ, согласно которому стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению последствий залива помещений составляет 4 582 708 рублей 80 копеек. Суды отметили, что контррасчет размера убытков обществом не представлен. Признав требование заказчика об уплате денежных средств по независимой гарантии обоснованным, а также установив, что указанное требование исполнено гарантом на сумму 2 064 151 рубль 42 копейки, суды удовлетворили требование учреждения о взыскании 2 518 557 рублей 38 копеек убытков (в части, не покрытой банковской гарантией) и отказали в иске обществу.

Между тем, определяя размер убытков, причинённых учреждению вследствие ненадлежащего выполнения работ по ремонту кровли, суды не учли следующее.

Возражая против заявленного учреждением размера убытков, подрядчик ссылался на выводы судебной экспертизы, согласно которой стоимость устранения дефектов, оставляет 888 845 рублей 34 копейки.

Суды приняли в качестве допустимого доказательства досудебное экспертное заключение № 06-10/23-СТЭ, представленное учреждением, и указали, что оно более информативно в сравнении с заключением судебной экспертизы, поскольку составлено с учетом всех повреждений, имеющихся на момент проведения осмотров, в том числе наличия упавшего вентиляционного канала.

Однако из выводов судебной экспертизы от 24.03.2025 № 25-25 следует, что определить объем и стоимость работ не представляется возможным только в отношении воздуховода в помещении  «Диско-зал», в связи с чем данные работы не были включены в расчет экспертов.

В отношении остальных обнаруженных повреждений (согласно исследовательской части судебного заключения) эксперты указали, что посредством комплексного анализа результатов натурного обследования и имеющихся материалов судебного дела (в частности, акты визуального обследования помещений учреждения, фото и видео материалы) экспертами определен перечень и объем повреждений в помещениях, с учетом чего составлена дефектная ведомость (таблица № 2). На объекте экспертизы после произошедших затоплений и ремонта кровли выполнялись работы по устранению последствий затоплений. В связи с этим данные о повреждениях, отраженные в таблице № 3, были получены на основе анализа фото и видео материалов, сделанных во время затоплений помещений и сопоставления их с результатами натурного осмотра, проведенного в ходе экспертизы. В таблице приведены объемы затоплений, что стало основой для дальнейшей оценки ущерба. 

Определяя сумму (размер, стоимость) восстановительного ремонта повреждений, образовавшихся вследствие затоплений, экспертами проведен анализ повреждений, выявлены все пострадавшие элементы и конструкции, а также оценены работы по восстановлению, включены как стоимость материалов, так и затраты на трудовые ресурсы, необходимое оборудование. Оценка учитывает возможные дополнительные расходы, такие как демонтаж поврежденных частей, утилизация материалов и восстановление систем, нарушенных в результате затопления. Смета, отражающая все эти затраты, представлена в приложении № 2.

Эксперты указали, что стоимость устранения дефектов, выявленных на натурном осмотре, включая материалы, трудовые ресурсы и оборудование, составляет 888 845 рублей 34 копейки.

Таким образом, из исследовательской части судебной экспертизы следует, что экспертами при определении стоимости устранения дефектов (убытков учреждения), были приняты во внимание акты визуального обследования помещений учреждения, фиксирующие факт затоплений во время производства работ, фото и видео материалы, сделанные во время затопления помещений, результаты визуального осмотра помещений, кроме того, оценены работы по восстановлению поврежденных участков в затопленных помещения, что свидетельствует о выявлении экспертами всех имевшихся дефектов, появившихся в результате затопления помещений в ходе производства обществом работ по кровле, за исключением стоимости устранения дефектов, вызванных обрушение воздуховода в помещении «Диско-зал».    

В свою очередь, суды, определяя размер убытков, руководствовались выводами только досудебного экспертного исследования ООО «Научно-Технический Центр "Эксперт"» № 06-10/23-СТЭ, согласно которому стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению последствий затопления помещений составляет 4 582 708 рублей 80 копеек и не отразили в судебных актах, по каким причинам не принят расчет убытков, сделанный в судебной экспертизе; не отразили, какие из повреждений, по их мнению, не учтены судебными экспертами (если такие имеются).

Усмотрев противоречия в выводах судебной экспертизы, касающихся вины и причинно-следственной связи между повреждениями и действиями подрядчика, и сделав с учетом совокупности всех представленных в дело доказательств и распределения бремени доказывания правильный вывод о том, что между имеющимися на объекте повреждениями и действиями подрядчика имеется причинно-следственная связь, установив вину подрядчика, суды фактически устранились от исследования вопроса об объеме работ, необходимых для восстановления, и стоимости возмещения; не оценили исследование и расчет убытков, рассчитанных в судебной и досудебной экспертизах, немотивированно приняли расчет, изложенный в досудебном исследовании, которое сделано по заданию учреждения, при этом эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Удовлетворяя требования в полном объеме, суды не привели мотивированных суждений, послуживших отказом в принятии расчета, выполненного судебной экспертизой, тогда как указанные расчеты существенно отличаются (размер убытков в досудебном исследовании больше в пять раз).

Несмотря на не включение в судебной экспертизе в стоимость устранения повреждений работ по восстановлению обрушившегося вентиляционного канала, суды не установили стоимость таких работ и на основании этого не определили, за счет чего произошло столь значительное  различие в выполненных экспертами расчетах (совпадают либо не совпадают количество и виды повреждений, учитываемых экспертами в расчетах, если не совпадают, то по каким позициям; каким образом и кем из экспертов с достаточным обоснованием определены объемы необходимых восстановительных работ; если повреждения и объемы работ совпадают, то правильно ли определена стоимость этих работ).

Поскольку обжалуемые судебные акты приняты судами без установления обстоятельств, подлежащих исследованию, а для принятия обоснованного и законного судебного акта по существу спора требуется исследование и оценка доказательств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции, решение и постановление подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 288 Кодекса основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам

При новом рассмотрении суду необходимо устранить отмеченные недостатки, проверить все доводы участвующих в деле лиц и дать им обоснованную оценку, с учетом требований, установленных статьей 71 Кодекса, разрешить спор, правильно применив нормы материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.04.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025 по делу № А53-7285/2024 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий                                                                                    Е.И. Афонина

Судьи                                                                                                                              Е.В. Артамкина

                                                                                                                             Е.Л. Коржинек