Постановление от 25 октября 2018 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-6319/2017
г. Краснодар
26 октября 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 октября 2018 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Калашниковой М.Г., в отсутствие в судебном заседании должника – общества с ограниченной ответственностью «Юггидромеханизация», заявителя – ФИО1, иных участвующих в обособленном споре лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.06.2018 (судья Комягин В.М.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2018 (судьи Сулименко Н.В., Стрекачёв А.Н., Шимбарева Н.В.) по делу № А53-6319/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юггидромеханизация» (далее – должник) ФИО1 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) 1 761 402 рублей 25 копеек задолженности.

Определением суда от 26.06.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 14.08.2018, в удовлетворении требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что, погасив задолженность перед работниками и заявив о включении требования в реестр, заявитель (учредитель должника и единоличный исполнительный орган) при наличии неразрешенного корпоративного спора преследовал противоправную цель контроля над ходом процедуры банкротства.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение суда от 26.06.2018, постановление суда апелляционной инстанции от 14.08.2018, удовлетворить заявленные требования. По мнению заявителя, правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) и от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049, не подлежат применению в данном обособленном споре. Податель жалобы считает, что при погашении задолженности перед работниками ФИО1 не являлся руководителем должника, доля участия в обществе составляет 10%, что не позволяет его считать мажоритарным акционером. Заявитель указывает, что работники должника дали согласие на получение денежных средств. Заявитель не согласен с выводом судов о том, что им допущено злоупотребление правом с целью получения контроля над процедурой банкротства, поскольку спорная задолженность относится ко второй очереди и не дает права голосовать на собрании кредиторов.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением суда 08.02.2018 в отношении должника введена процедура наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО2. Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 17.02.2018 № 30.

Суды установили, что 06.03.2018 ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр 1 761 402 рублей 25 копеек в связи тем, что он произвел выплату заработной платы работникам за должника из собственных средств, о чем составлены расписки о получении денежных средств с ФИО3 на сумму 39 392 рубля 14 копеек, ФИО4 на сумму 245 984 рублей 76 копеек, ФИО5 на сумму 21 178 рублей 82 копеек, ФИО6 на сумму 215 957 рублей 65 копеек, ФИО7 на сумму 15 576 рублей 98 копеек, ФИО8 на сумму 64 310 рублей 69 копеек, ФИО9 на сумму 202 004 рублей 75 копеек, ФИО10 на сумму 306 622 рублей 35 копеек, ФИО11 на сумму 74 542 рублей 89 копеек, ФИО12 на сумму 205 052 рублей 33 копеек, ФИО13 на сумму 214 297 рублей 21 копейки, ФИО14 на сумму 156 481 рубля 68 копеек.

Отказывая в удовлетворении требования ФИО1, суды руководствовались статьями 2, 16, 71, 100, 134 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК).

Суды установили, что ФИО1 является участником должника с долей в размере 10% уставного капитала, а также являлся его единоличным исполнительным органом с момента образования общества. Погашение задолженности осуществлялось ФИО1 как участником должника, а не как физическим лицом, и было обусловлено недостаточностью оборотных средств у должника для погашения задолженности по заработной плате перед работниками.

Суды оценили в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) представленные в дело доказательства и сделали вывод о том, что действия ФИО1 обусловлены особым характером взаимоотношений между ним и должником; ввиду неплатежеспособности должника ФИО1 не мог рассчитывать на удовлетворение его требования должником и очевидно преследовал цель установить контроль над банкротством должника.

Положения статьи 313 ГК направлены в том числе на расширение механизмов получения кредитором причитающегося ему по обязательству исполнения, то есть, по сути, на защиту его прав. При разрешении данного спора суды обоснованно исходили из того, что действия ФИО1 по погашению задолженности перед работниками фактически направлены на принудительный выкуп отдельных прав к должнику в целях получения контроля над ходом процедуры банкротства (так как заявитель является участником должника и до 24.06.2016 – его единоличным исполнительным органом), либо дополнительных голосов на собрании кредиторов. Таким образом, по сути, ФИО1 использовал институты, закрепленные статьей 313 ГК, не в соответствии с их назначением (исполнение обязательства третьим лицом).

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделали вывод о том, что, погасив задолженность перед работниками и заявив о включении требования в реестр, заявитель (учредитель должника и единоличный исполнительный орган) при наличии неразрешенного корпоративного спора преследовал противоправную цель контроля над ходом процедуры банкротства.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Установив фактические обстоятельства дела, правильно применив нормы материального и процессуального права, дав надлежащую правовую оценку доводам заявителя, суд первой инстанции пришел к обоснованному и не подлежащему переоценке выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о включении требования ФИО1 (учредителя и директора должника) в реестр. Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Довод кассационной жалобы о том, что на момент погашения задолженности перед работниками ФИО1 не являлся руководителем общества, а его доля участия в обществе составляет только 10% процентов, не опровергает правильности вывода судов о корпоративном характере спорных правоотношений.

Доводы кассационной жалобы изучены судом кассационной инстанции, однако они подлежат отклонению как несостоятельные, не основанные на надлежащем толковании действующего законодательства и опровергаемые материалами дела, а также установленными судами обеих инстанций обстоятельствами. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. Основания для отмены или изменения определения и апелляционного постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.06.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2018 по делу № А53-6319/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

Судьи

Е.В. Андреева

М.Г. Калашникова