Решение от 15 марта 2018 г. по делу № А38-13019/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции


«

Дело № А38-13019/2016
г. Йошкар-Ола
15» марта 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 6 марта 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 15 марта 2018 года.


Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Светлаковой Т.Л.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску публичного акционерного общества «ТНС энерго Марий Эл»

(ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ответчику муниципальному унитарному предприятию «Йошкар-Олинская теплоэлектроцентраль № 1» муниципального образования «Город Йошкар-Ола»

(ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами и неустойки

третьи лица федеральное казённое учреждение «Федеральное управление автомобильных дорог Волго-Вятского региона федерального дорожного агентства», общество с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационная управляющая компания – 4», общество с ограниченной ответственностью «ЖЭУК «Благоустройство – 1», государственное казённое учреждение Республики Марий Эл «Южное межрайонное управление лесами», публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания «Центра и Приволжья», федеральное государственное унитарное предприятие «Всероссийская государственная Телевизионная и Радиовещательная компания»

с участием представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности, ФИО3 по доверенности,

от ответчика – ФИО4 по доверенности,

от третьих лиц – не явились, извещены по правилам статьи 123 АПК РФ,



УСТАНОВИЛ:

Истец, публичное акционерное общество «ТНС энерго Марий Эл», обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением, уточнённым по правилам статьи 49 АПК РФ, о взыскании с ответчика, муниципального унитарного предприятия «Йошкар-Олинская теплоэлектроцентраль № 1» муниципального образования «Город Йошкар-Ола», неосновательного обогащения в сумме 692 221 рубль 50 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.02.2015 по 04.12.2015 в сумме 172 415 рублей 84 копейки, неустойки за период с 05.12.2015 по 14.02.2018 в сумме 738 384 рубля 14 копеек и, начиная с 15.02.2018 по день фактической уплаты неосновательного обогащения.

В исковом заявлении и дополнениях к нему изложены доводы о нарушении должником срока оплаты энергии, приобретённой в целях компенсации потерь в сетях, за январь, февраль, июнь, июль, ноябрь, декабрь 2015 года. Истцом указано, что договор купли-продажи электроэнергии в целях компенсации потерь сторонами не заключён, однако в силу пункта 130 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442, на МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» лежит обязанность по оплате гарантирующему поставщику стоимости фактических потерь.

ПАО «ТНС энерго Марий Эл» указало, что размер фактических потерь электроэнергии определялся им в соответствии с пунктами 50 и 51 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утверждённых постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, как разность между объёмом электрической энергии, поступившей в электрическую сеть сетевой организации, и объёмом электрической энергии, которая непосредственно поступила потребителям электрической энергии (полезный отпуск). При этом разногласий по объёму электроэнергии, поступившей сеть, у сторон не имеется. Между тем имеются разногласия по объёму полезного отпуска вследствие неверного его определения ответчиком. На момент судебного разбирательства неурегулированными остаются разногласия по следующим потребителям: ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий Эл и ДНТ «Корта-1», в остальной части, а именно по потребителям: ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог Волго-Вятского региона федерального дорожного агентства», ООО «Жилищно-эксплуатационная управляющая компания – 4», ООО «ЖЭУК «Благоустройство – 1», ГКУ РМЭ «Южное межрайонное управление лесами», ООО «НПФ «Геникс», ФИО5, ОАО «Медведевское РТП», МБОУ ДОД «Центр дополнительного образования детей», ГУП РМЭ «Лечебно-оздоровительный комплекс «Лесная сказка», СНТ «Малиновка», разногласия урегулированы.

По утверждению гарантирующего поставщика, неправильное определение сетевой компанией объёма полезного отпуска энергии по спорным потребителям привело к возникновению на её стороне неосновательного обогащения.

Также за просрочку исполнения денежного обязательства по оплате электроэнергии к ответчику подлежит применению ответственность в виде уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами и законной неустойки. Истцом дополнительно отмечено, что санкция за просрочку оплаты электрической энергии подлежит начислению на полную стоимость энергии, поскольку заключёнными с ПАО «МРСК Центра и Приволжья» договорами цессии установлены иные, чем предусмотрено статьёй 384 ГК РФ, условия перехода права требования к новому кредитору. Им указано, что в договорах цессии цена уступаемого права требования определена в твёрдой сумме, тем самым к ПАО «МРСК Центра и Приволжья» перешло только право требования стоимости энергии в неоспариваемой части в твёрдой сумме, а не санкций.

Исковые требования обоснованы правовыми ссылками на статьи 309, 310, 395, 1102, 1105 ГК РФ, статьи 26 и 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пункты 50, 51 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утверждённых постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), пункты 82, 130, 136, 185,186 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442) (т. 1, л.д. 6-11, 151, т.3, л.д. 49, т.6, л.д. 81-88, 119-120, 141-143, т.7, л.д. 1-3, т.8, л.д. 29-31, 52, 85, т.9, л.д. 10).

В судебном заседании истец поддержал исковые требования в уточнённом размере, заявил о доказанности объёма потерь электроэнергии и незаконности уклонения должника от их оплаты (протокол и аудиозапись судебного заседания от 6 марта 2018 года).


Ответчик, муниципальное унитарное предприятие «Йошкар-Олинская теплоэлектроцентраль № 1» муниципального образования «Город Йошкар-Ола», в письменном отзыве на исковое заявление, в дополнениях к нему и в судебном заседании требования истца не признал и указал, что рассчитанный им объём потерь в сетях полностью оплачен. Им отмечено, что разногласия по объёму поступления электрической энергии в его сеть у сторон отсутствуют, однако имеются разногласия по объёму полезного отпуска.

Возражая против иска, МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» указало на необоснованность расчётов гарантирующего поставщика по потребителям ФГУП «ВГТРК» в лице ГТРК Марий Эл и ДНТ «Корта-1» и недоказанность объёма полезного отпуска энергии гражданам, проживающим в п. Вознесенский ДНТ «Корта-1». При этом сетевая компания особо отметила, что в силу Основных положений № 442 именно она, а не гарантирующий поставщик наделяется правом на определение величины фактических потерь электрической энергии в сетях.

Также ответчик не согласился с расчётом санкций. По его мнению, истец необоснованно просит взыскать в свою пользу санкции, начисленные на стоимость энергии в неоспариваемой части, поскольку заключёнными истцом и ПАО «МРСК Центра и Приволжья» договорами цессии не предусмотрено, что за истцом остается право требования процентов и неустойки. Поэтому в силу статьи 384 ГК РФ право на взыскание санкций, начисленных на уступленные денежные суммы, следует считать перешедшим к третьему лицу.

Более того, МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» отмечено, что оно является теплоснабжающей организацией, поэтому при расчёте неустойки к нему необходимо применять дифференцированные в зависимости от периодов просрочки ставки пеней, установленные для льготных категорий потребителей энергии.

При таких обстоятельствах ответчик просил отказать в удовлетворении иска (т. 2, л.д. 15-16, т.6, л.д. 67, 97-98, т.7, л.д. 34, т.8, л.д. 69-70, 145, т.9, л.д. 45, протокол и аудиозапись судебного заседания от 6 марта 2018 года).


Привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» (далее – ПАО «МРСК Центра и Приволжья»), в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ.

В отзыве на исковое заявление третье лицо пояснило, что права требования задолженности по оплате электрической энергии в целях компенсации потерь по сетям ответчика в неоспариваемой части за спорный период были переданы истцом ПАО «МРСК Центра и Приволжья» по договорам цессии № 58/15 от 27.02.2015, № 99/15 от 01.04.2015, № 224/15 и № 251/15 от 31.08.2015, № 433/15 от 30.12.2015, № 20/16 от 29.01.2016.

По мнению участника спора, право требования процентов за пользование чужими денежными средствами и неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства по оплате стоимости электроэнергии, приобретённой в целях компенсации потерь в сетях, в неоспариваемой части за спорный период перешло к ПАО «МРСК Центра и Приволжья» в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, то есть к моменту заключения договоров уступки права требования (цессии), поскольку указанными договорами цессии исключений из общих правил, предусмотренных статьёй 384 ГК РФ, не установлено. Поэтому ПАО «ТНС энерго Марий Эл» необоснованно предъявлено требование о взыскании санкций за просрочку исполнения ответчиком денежного обязательства по оплате энергии в неоспариваемой части (т. 6, л.д. 132-133).


Государственное казённое учреждение Республики Марий Эл «Южное межрайонное управление лесами», привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований, в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения спора извещено надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ.

В письменном отзыве на иск учреждение указало, что им с гарантирующим поставщиком был заключён государственный контракт энергоснабжения на 2015 год (т.2, л.д. 56-58).


Привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, федеральное казённое учреждение «Федеральное управление автомобильных дорог Волго-Вятского региона Федерального дорожного агентства» в судебное заседание не явилось, заявило о рассмотрении дела в его отсутствие.

В письменном отзыве на иск третье лицо указало на наличие заключённых с гарантирующим поставщиком государственных контрактов энергоснабжения на 2015 год и отсутствие разногласий между сторонами по их исполнению, а также сообщило об отсутствии долга по оплате потреблённой в 2015 году электрической энергии (т.2, л.д. 89-90).


Привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, федеральное государственное унитарное предприятие «Всероссийская государственная телевизионная и радиовещательная компания» в лице филиала «ГТРК Марий Эл» в судебное заседание не явилось, заявило о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третье лицо в письменном отзыве на иск считало представленный истцом расчёт объёма энергии, потреблённой ГТРК Марий Эл в январе 2015 года, верным. Им указано, что электроснабжение его объекта, расположенного по адресу: РМЭ, <...>, осуществляется через расчётные группы учёта № 19446508 и № 19446490. Согласно приложению № 2 к договору энергоснабжения, заключённому с гарантирующим поставщиком, потери в трансформаторе составляют 3,4%. Между тем актом на предмет технического осмотра схемы электроснабжения от 22 января 2015 года установлен иной размер нагрузочных потерь, который составил 0,19% от фактического потребления. При этом участник спора отметил, что поскольку в акте отсутствует указание на период, с которого подлежит применению новая величина потерь, она должна применяться с момента составления акта, то есть с 22 января 2015 года (т.8, л.д. 38-40).


Третьи лица, ООО «Жилищно-эксплуатационная управляющая компания – 4» и ООО «ЖЭУК «Благоустройство – 1», извещённые о времени и месте судебного разбирательства по зарегистрированному в едином государственном реестре адресу, в судебное заседание не явились, отзывы на исковое заявление не представили.

На основании части 5 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц по имеющимся в материалах дела документам.


Рассмотрев материалы дела, исследовав документальные доказательства, выслушав объяснения истца и ответчика, арбитражный суд считает необходимым удовлетворить иск частично по следующим правовым и процессуальным основаниям.


Из материалов дела следует, что МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» является сетевой организацией, к её объектам электросетевого хозяйства присоединены энергопринимающие устройства потребителей, приобретающих электроэнергию у ПАО «ТНС энерго Марий Эл» (прежнее наименование - ОАО «Мариэнергосбыт»).

В соответствии с частью 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, обязаны оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

Согласно пункту 3 статьи 32 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» величина потерь электрической энергии, не учтённая в ценах на электрическую энергию, оплачивается сетевыми организациями, в сетях которых они возникли, в установленном правилами оптового и (или) розничных рынков порядке. При этом сетевые организации обязаны заключить в соответствии с указанными правилами договоры купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь в пределах не учтённой в ценах на электрическую энергию величины.

Аналогичное положение закреплено и в пункте 128 Основных положений № 442, в соответствии с которым фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства приобретаются и оплачиваются сетевыми организациями, в объектах электросетевого хозяйства которых возникли такие потери, путём приобретения электрической энергии (мощности) у гарантирующего поставщика по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), заключённому в порядке и на условиях, указанных в разделе III названного документа.

Однако по утверждению истца и ответчика, договорные отношения по купле-продаже электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях в 2015 году между ними отсутствовали, письменный договор сторонами не заключён.

Между тем в силу пункта 130 Основных положений № 442 при отсутствии заключённого в письменной форме договора о приобретении электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь электрической энергии или договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, сетевые организации (иные владельцы объектов электросетевого хозяйства) оплачивают стоимость электрической энергии в объёме фактических потерь электрической энергии гарантирующему поставщику, в границах зоны деятельности которого расположены объекты электросетевого хозяйства сетевой организации (иного владельца объектов электросетевого хозяйства).

По смыслу изложенной нормы права отсутствие между истцом и ответчиком заключённого договора купли-продажи электрической энергии не освобождает сетевую компанию от обязанности возмещать стоимость потерь электроэнергии, возникших в её сетях. Данная обязанность возложена на собственников и иных владельцев сетевого хозяйства законом.

В силу пункта 2 статьи 21, пункта 3 статьи 26 Закона об электроэнергетике утверждение методики определения и порядка компенсации потерь электроэнергии в электросетях отнесено к компетенции Правительства Российской Федерации. 27 декабря 2004 года постановлением Правительства РФ № 861 утверждены Правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, в которых закреплён порядок определения потерь в электрических сетях и их оплаты.

Согласно пунктам 50 и 51 Правил № 861 размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объёмом электрической энергии, поставленной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объёмом электрической энергии, потреблённой энергопринимающими устройствами, присоединёнными к этой сети, а также переданной в другие сетевые организации. Сетевые организации обязаны оплачивать стоимость фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих им объектах сетевого хозяйства, за вычетом стоимости потерь, учтённых в ценах (тарифах) на электрическую энергию на оптовом рынке.

С учётом названных норм права в предмет доказывания по делам о взыскании стоимости потерь электроэнергии в сетях при её передаче, входит установление факта перетока электроэнергии через электросети, определение величины (количественного значения) электроэнергии, поступившей в сеть, определение полезного отпуска (величины электроэнергии, вышедшей из сети в смежные сети и потребителям), определение величины потерь, составляющей разность между двумя предыдущими величинами, расчёт стоимости электроэнергии и размер фактически произведённой оплаты.

При этом пунктом 82 Основных положений № 442 установлено, что если иное не предусмотрено пунктом 81 настоящего документа, потребители (покупатели), приобретающие электрическую энергию у гарантирующего поставщика, оплачивают электрическую энергию (мощность) гарантирующему поставщику в следующем порядке, кроме случаев, когда более поздние сроки установлены соглашением с гарантирующим поставщиком:

- 30 процентов стоимости электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объёме покупки в месяце, за который осуществляется оплата, вносится до 10-го числа этого месяца;

- 40 процентов стоимости электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объёме покупки в месяце, за который осуществляется оплата, вносится до 25-го числа этого месяца;

- стоимость объёма покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, за вычетом средств, внесённых потребителем (покупателем) в качестве оплаты электрической энергии (мощности) в течение этого месяца, оплачивается до 18-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата. В случае если размер предварительной оплаты превысит стоимость объёма покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, излишне уплаченная сумма засчитывается в счёт платежа за месяц, следующий за месяцем, в котором была осуществлена такая оплата.

Поскольку в спорный период письменный договор между сторонами отсутствовал, оплата электроэнергии должна была быть произведена ответчиком до 18-го числа месяца, следующего за расчётным.


Истец обязанность по поставке ответчику электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях исполнил надлежащим образом, что подтверждается актами приёмки-передачи электроэнергии № 1013/1 от 31.01.2015, № 1013/2 от 28.02.2015, № 1013/6 от 30.06.2015, № 1013/7 от 31.07.2015, № 1013/11 от 30.11.2015, № 1013/12 от 31.12.2015, подписанными сторонами интегральными актами учёта перетоков электрической энергии за январь, февраль, июнь, июль, ноябрь, декабрь 2015 года (т.1, л.д. 17-48). Факт приобретения электрической энергии в целях компенсации её потерь в электрических сетях ответчиком не оспаривался. Разногласий по объёму энергии, поступившей в сеть, у сторон не имеется. Однако сетевая компания не согласилась с объёмом полезного отпуска, определённым истцом, и соответственно с величиной фактических потерь энергии, предъявленной к оплате, в связи с чем акты приёмки-передачи электрической энергии за спорный период подписаны ею с разногласиями (т.1, л.д. 17-28).


В ходе судебного разбирательства установлено, что неурегулированными остаются разногласия по следующим потребителям: ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий Эл и ДНТ «Корта-1».

В отношении потребителя ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий Эл истцом указано, что по его данным объём полезного отпуска по спорной точке за январь 2015 года составил 43 671 кВтч, а по данным ответчика 44 314 кВтч., тем самым разногласия сторон составляют 643 кВтч, а в стоимостном выражении - 1 758 рублей 78 копеек.

По утверждению гарантирующего поставщика, разногласия у сторон возникли в связи с необоснованным применением ответчиком величины нагрузочных потерь 0,19% с 1 января 2015 года. Им указано, что акт о применении новой величины потерь по данному потребителю был составлен 22 января 2015 года, поэтому именно с этой даты при определении объёма потреблённой энергии следует применять данный коэффициент. Сетевая компания, напротив, полагала, что новая величина потерь подлежит применению с 1 января 2015 года, поскольку в акте зафиксированы показания приборов учёта по состоянию на 31 декабря 2014 года.

Позиция ответчика признаётся арбитражным судом необсонованной.

Так, из материалов дела усматривается, что между гарантирующим поставщиком и ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий Эл 25.12.2012 года заключён договор энергоснабжения, в том числе в отношении точек поставки ТП – 260 ввод -1 и ТП – 260 ввод -2. Приложением № 2 к договору согласована величина потерь в трансформаторе 3,4% (т.5, л.д. 34-47).

22 января 2015 года МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» в присутствии представителя потребителя произведён осмотр схемы электроснабжения, групп учёта по адресу: <...>, в результате которого установлена необходимость применения при расчётах потерь холостого хода 2х788 кВтч в месяц, нагрузочных потерь в размере 0,19% от фактического потребления по группам учёта № 19446508 и № 19446490 в связи с установкой групп учёта не на границе балансовой принадлежности. По результатам осмотра составлен акт № 413 (т.5, л.д. 49). Указанный акт получен гарантирующим поставщиком 26.01.2015 (т.6, л.д. 128).

Между тем в акте отсутствует указание на период времени, с которого подлежит применению новая величина потерь. Поэтому у ПАО «ТНС энерго Марий Эл» отсутствовали правовые основания для применения в расчётах с потребителем величины потерь 0, 19%, начиная с 1 января 2015 года. Им обоснованно применяется данный акт к правоотношениям с потребителем с даты его составления. Фиксация в акте показаний приборов учёта по состоянию на 31 декабря 2014 года не означает, что он распространяет своё действие на период с 1 января 2015 года.

Более того, ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий Эл в отзыве на иск также указало на отсутствие в акте даты, с которой подлежит применению новая величина нагрузочных потерь. При этом им отмечено, что разногласий по объёму электроэнергии, потреблённой в январе 2015 года и предъявленной к оплате, у него с гарантирующим поставщиком не имеется.

При таких обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу о том, что гарантирующим поставщиком правильно определён объём полезного отпуска энергии по потребителю ФГУП «ВГТРК» в лице филиала ГТРК Марий эл.


Также у сторон имеются разногласия по объёму полезного отпуска электроэнергии в отношении потребителя ДНТ «Корта-1», которые в стоимостном выражении составляют 690 462 рубля 72 копейки.

По утверждению ответчика, истцом не доказан объём энергии, потреблённый гражданами, проживающими в п. Вознесенский ДНТ «Корта-1», ряд граждан не передавали показания, однако истец в нарушение Правил № 354 не производил начисления по среднемесячному потреблению, что привело к необоснованному занижению объёма полезного отпуска и, соответственно, увеличению объёма потерь в сетях. Также сетевая компания пояснила, что к её сетям подключена только трансформаторная подстанция, от которой запитано население п. Вознесенский, сети, по которым передаётся энергия непосредственно гражданам, ей не принадлежат.

Истец в подтверждение обоснованности своего расчёта сослался на то, что объём энергии по потребителю ДНТ «Корта-1» является бездоговорным и в силу действующего законодательства относится на потери сетевой компании. При этом отметил, что объём энергии, потреблённый гражданами, определён им на основании показаний, переданных самими потребителями.

Позиция истца признается обоснованной и не опровергнутой ответчиком документальными доказательствами.

Из материалов дела усматривается, что на основании заявления ДНТ «Корта-1» 1 января 2009 года гарантирующим поставщиком с потребителем заключен договор энергоснабжения № 20375, точкой поставки по которому является «<...> КТПН-425». Между тем соглашением от 1 апреля 2010 года стороны расторгли указанный договор с 3 апреля 2010 года в связи с ликвидацией ДНТ «Корта-1» (т. 6, л.д. 39-44, т.9, л.д. 46).

Тем самым в спорный период потребление электроэнергии по точке поставки «<...> КТПН-425» осуществлялось в отсутствие заключённого договора энергоснабжения.

Согласно пункту 122 Основных положений № 442 сетевая организация обязана выявлять факты безучётного и бездоговорного потребления электрической энергии.

В силу пункта 196 Основных положений № 442 объём электрической энергии, потреблённой в отсутствие договора энергоснабжения, считается бездоговорным и его стоимость взыскивается соответствующей сетевой организацией, к сетям которой подключён потребитель, осуществивший бездоговорное потребление, в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Поскольку трансформаторная подстанция, от которой запитано население, подключена к сетям МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1», именно на нём как сетевой компании лежит обязанность по выявлению фактов бездоговорного потребления.

При этом по смыслу выше названных норм права, в случае, если сетевой организацией не приняты меры к взысканию стоимости бездоговорного объёма потреблённой электроэнергии, данный объём относится на потери сетевой организации.

Поскольку к трансформаторной подстанции подключены жилые дома, то из объёма энергии, учтённого общим прибором учёта, истцом обоснованно исключён объём энергии, потреблённый гражданами. Объём энергии, поставленной гражданам, определён истцом на основании данных, переданных самими потребителями. В подтверждение объёма энергии по физическим лицам истцом представлены отчёт по начислениям за спорный период, справки-расчёты по начислению и оплате, выписки из банка и ФГУП «Почта России» и копии квитанций в рамках проведённой судом выборочной проверки, договор с ФГУП «Почта России» на приём платежей (т.7, л.д. 10-33, 54-155, т.8, л.д. 1-16, 62-68, 89-140, т.9, л.д. 16-32). По утверждению гарантирующего поставщика, в большинстве случаев граждане передают показания по телефону, что допускается пунктом 31 Правил № 354. При этом гарантирующим поставщиком отмечено, что в случае нулевого потребления у него отсутствовали основания для начисления гражданам электроэнергии по среднемесячному потреблению, поскольку гражданами передавались показания, соответствующие данным предыдущего месяца, то есть потребление энергии отсутствовало. Между тем Правила № 354 предписывают производить начисления исходя из рассчитанного среднемесячного объёма потребления коммунального ресурса только в случае выхода приборов учёта из строя или в случае непредставления потребителем показаний индивидуального прибора учёта.

Ответчик, напротив, вопреки статье 65 АПК РФ о бремени доказывания не представил каких-либо доказательств, которые полностью или выборочно опровергают или ставят под сомнение сведения о показаниях приборов учёта, переданные гражданами гарантирующему поставщику. Оснований у ПАО «ТНС энерго Марий Эл» не доверять потребителям при наличии прибора учёта не имеется.

Вместе с тем пунктами 169-171 Основных положений № 442 сетевой организации предоставлено право проводить контрольные проверки правильности снятия показаний расчётных приборов учёта. Однако сетевая компания данным правом не воспользовалась.

Оценив по правилам статей 71 и 162 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что расчёт истца является верным. Встречный расчёт, несмотря на неоднократные предложения суда, ответчиком не представлен.


При таких обстоятельствах ответчиком неверно рассчитаны и оплачены потери электрической энергии, что привело к его неосновательному обогащению в форме сбережения денежных средств.

Обязательства вследствие неосновательного обогащения регулируются нормами главы 60 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение).

Требование о неосновательном обогащении может быть заявлено лицу, которое получило неосновательное обогащение в форме неосновательного сбережения, неосновательного приобретения или неосновательного пользования за счёт другого лица, то есть тому лицу, которое необоснованно получило какое-либо имущество.

По смыслу нормы, предусмотренной пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ, неосновательное сбережение выражается в том, что лицо должно было израсходовать свои средства, но не израсходовало их благодаря затратам другого лица либо в результате невыплаты другому лицу положенного вознаграждения.

Осуществлённые арбитражным судом по правилам статей 71 и 162 АПК РФ исследование и оценка каждого доказательства в отдельности и их совокупности и применённые при разрешении спора нормы права позволяют сделать вывод о том, что гарантирующим поставщиком доказан факт возникновения на стороне сетевой организации неосновательного обогащения.

Размер неосновательного обогащения проверен арбитражным судом и признаётся правильным (т. 8, л.д. 33).

Применённые истцом при расчёте неосновательного обогащения цены на электрическую энергию, приобретённую ответчиком в целях компенсации потерь, соответствуют размещённым в установленном порядке на официальном сайте гарантирующего поставщика (т.1, л.д. 101-106). Доказательств погашения имеющейся задолженности в материалах дела не имеется, поэтому требование о взыскании неосновательного обогащения подлежит удовлетворению в сумме 692 221 рубль 50 копеек.


Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за несвоевременное исполнение денежного обязательства за период с 19.02.2015 по 04.12.2015.

Статьёй 395 ГК РФ (в редакции, действовавшей по 31.05.2015) установлена ответственность за несвоевременное исполнение денежного обязательства, в соответствии с которой за пользование чужими денежными средствами вследствие просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется учётной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требования кредитора, исходя из учётной ставки банковского процента на день предъявления иска.

С 01.06.2015 статья 395 ГК РФ изложена в новой редакции. Так, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счёт другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Проценты за период с 19.02.2015 по 31.05.2015 рассчитаны истцом по ставке рефинансирования Банка России в размере 8,25% годовых, с 01.06.2015 по 04.12.2015 – по существующим в месте нахождения кредитора, опубликованным Банком России и имевшим место в соответствующие периоды средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц. Так, начиная с 01.06.2015 по Приволжскому федеральному округу применяется средняя ставка банковского процента по вкладам физических лиц 11,15% годовых, с 15.06.2015 – 11,16% годовых, с 15.07.2015 – 10,14% годовых, с 17.08.2015 – 10,12% годовых, с 15.09.2015 – 9,59% годовых, с 15.10.2015 – 9,24% годовых, с 17.11.2015 – 9,15% годовых.


По расчёту истца сумма процентов за период с 19.02.2015 по 04.12.2015 составляет 172 415 рублей 84 копейки (т. 9, л.д. 11-13).


Истцом также заявлено уточнённое требование о взыскании с ответчика законной неустойки за период с 05.12.2015 по 14.02.2018 (т.9, л.д. 10).

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

На основании пункта 1 статьи 332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определённой законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность её уплаты соглашением сторон.

Пунктом 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (в редакции Федерального закона от 03.11.2015 № 307-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов», вступившего в силу с 05.12.2015) предусмотрено, что потребитель или покупатель электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие электрическую энергию гарантирующему поставщику, обязаны уплатить ему пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

Согласно расчёту истца сумма законной неустойки составляет 738 384 рубля 14 копеек (т.9, л.д. 11-13).

Расчёты процентов за пользование чужими денежными средствами и законной неустойки проверены арбитражным судом и признаются неверными, поскольку истец необоснованно начисляет санкции на стоимость электроэнергии в неоспариваемой части, право требования которой передано ПАО «МРСК Центра и Приволжья» по договорам цессии.

Так, истцом в качестве доказательства оплаты электрической энергии в неоспариваемой части представлены договоры перехода права требования (цессии) № 58/15 от 27.02.2015, № 99/15 от 30.03.2015, № 224/15 от 28.07.2015, № 251/15 от 31.08.2015, № 433 от 30.12.2015 и № 20/16 от 29.01.2016, в соответствии с условиями которых истец передал ПАО «МРСК Центра и Приволжья» право требования долга к МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» по оплате электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях, на сумму 18 894 054 рубля 32 копейки за январь 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/1 от 31.01.2015, на сумму 11 514 933 рубля 76 копеек за февраль 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/2 от 28.02.2015 и протоколу разногласий от 18.03.2015, на сумму 3 818 508 рублей 45 копеек за июнь 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/6 от 30.06.2015 и протоколу разногласий от 17.07.2015, на сумму 12 545 964 рубля 24 копейки за июль 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/7 от 31.07.2015 и протоколу разногласий от 20.08.2015, на сумму 16 561 949 рублей 04 копейки за ноябрь 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/11 от 30.11.2015 и протоколу разногласий от 17.12.2015, на сумму 22 291 993 рубля 92 копейки за декабрь 2015 года согласно акту приёмки-передачи электрической энергии № 1013/12 от 31.12.2015и протоколу разногласий от 19.01.2016 (т.1, л.д. 71-100). Пунктами 1.2 договоров специально отмечено, что право требования переходит к цессионарию на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Мнение истца, полагающего возможным начислять проценты и неустойку по день заключения договоров перехода права требования № 58/15 от 27.02.2015, № 99/15 от 30.03.2015, № 224/15 от 28.07.2015, № 251/15 от 31.08.2015, № 433 от 30.12.2015 и № 20/16 от 29.01.2016 в связи с определением цены уступаемого права требования в твёрдой сумме, признаётся арбитражным судом противоречащим закону и условиям договора.

Так, в силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пунктом 1.2 договоров цессии стороны установили, что право требования переходит к цессионарию на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права. Пункт 1.3 договора цессии указывает лишь на стоимость передаваемого права, но не ограничивает объём прав, переходящих к новому кредитору, в том числе и в части, касающейся санкций. Другие положения договора уступки также не содержат ограничений объёма прав, передаваемых новому кредитору.

Согласно положениям части первой статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Тем самым соглашениями об уступке № 58/15 от 27.02.2015, № 99/15 от 30.03.2015, № 224/15 от 28.07.2015, № 251/15 от 31.08.2015, № 433 от 30.12.2015 и № 20/16 от 29.01.2016 или законом действие правила перехода права не исключены, право на проценты и неустойку является связанным с переданным требованием, поэтому данное право следует считать перешедшим к цессионарию вместе с требованием уплаты суммы основного долга.

Указанная позиция соответствует также разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», согласно которому в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Более того, цессионарий, ПАО «МРСК Центра и Приволжья», подтвердил, что право требования перешло к нему на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в том числе к ПАО «МРСК Центра и Приволжья» перешли и права требования процентов за пользование чужими денежными требованиями и неустойки по данной задолженности, поскольку заключёнными договорами цессии иное не установлено (т. 6, л.д. 132-133).

Таким образом, позиция истца основана на неверном понимании условий договоров цессии № 58/15 от 27.02.2015, № 99/15 от 30.03.2015, № 224/15 от 28.07.2015, № 251/15 от 31.08.2015, № 433 от 30.12.2015 и № 20/16 от 29.01.2016.

Следовательно, право на начисление санкций за потребленную ответчиком в спорном периоде электрическую энергию на сумму неоспариваемой части в настоящее время у ПАО «ТНС энерго Марий Эл» отсутствует.

Тем самым проценты за просрочку исполнения денежного обязательства за январь 2015 года за период с 19.02.2015 по 27.02.2015 подлежат начислению на сумму 349 710 рублей 43 копейки и составляют 711 рублей 40 копеек, за просрочку исполнения денежного обязательства за февраль 2015 года за период с 19.03.2015 по 30.03.2015 подлежат начислению на сумму 182 745 рублей 15 копеек и составляют 495 рублей 66 копеек, за просрочку исполнения денежного обязательства за июнь 2015 года за период с 21.07.2015 по 28.07.2015 подлежат начислению на сумму 185 324 рубля 28 копеек и составляют 411 рублей 88 копеек, за просрочку исполнения денежного обязательства за июль 2015 года за период с 19.08.2015 по 31.08.2015 подлежат начислению на сумму 135 490 рублей 68 копеек и составляют 488 рублей 36 копеек. Законная неустойка за просрочку исполнения денежного обязательства за ноябрь 2015 года за период с 19.12.2015 (истцом неверно определён период с 21.12.2015) по 30.12.2015 подлежит начислению на сумму 275 856 рублей 99 копеек и составляет 2 100 рублей 76 копеек, за просрочку исполнения денежного обязательства за декабрь 2015 года за период с 19.01.2016 по 29.01.2016 подлежит начислению на сумму 184 543 рубля 92 копейки и составляет 1 288 рублей 26 копеек.

В остальной части за последующие периоды расчёт процентов и неустойки произведён истцом верно.

В соответствии с расчётом суда, устраняющим допущенные истцом ошибки, сумма процентов за период с 19.02.2015 по 04.12.2015 года составляет 49 041 рубль 42 копейки, сумма законной неустойки за период с 05.12.2015 по 14.02.2018 составляет 501 684 рубля 30 копеек. Санкции в указанном размере подлежат взысканию с ответчика, в остальной части требования истца отклоняются.


При этом довод ответчика о необходимости при расчёте законной неустойки руководствоваться льготными ставками, предусмотренными для теплоснабжающих организаций, отклоняется арбитражным судом как необоснованный.

Факт поставки истцом в рассматриваемый период электроэнергии, её объём и стоимость, а также допущенная ответчиком просрочка в её оплате подтверждены материалами дела.

В соответствии с Федеральным законом от 03.11.2015 № 307-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов», вступившим в силу с 05.12.2015, в Закон об электроэнергетике внесены дополнения в части установления законной неустойки за просрочку исполнения потребителем обязательства по оплате потреблённой энергии в размере 1/130 процентной ставки, действующей на день фактической оплаты, от не уплаченной в срок суммы.

Абзацем 10 пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» определена ответственность теплоснабжающих организаций (единых теплоснабжающих организаций), за нарушение срока внесения платы, в соответствии с которой ответчик обязан уплатить пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со дня, следующего за днём наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведённой в течение шестидесяти календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения шестидесяти календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в шестидесятидневный срок оплата не произведена. Начиная с шестьдесят первого дня, следующего за днём наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведённой в течение девяноста календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения девяноста календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в девяностодневный срок оплата не произведена, пени уплачиваются в размере одной стосемидесятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. Начиная с девяносто первого дня, следующего за днём наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты пени уплачиваются в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

Тем самым для целей применения названной нормы права подлежит определению категория потребителя, которому передаётся электрическая энергия.

МУП «Йошкар-Олинская ТЭЦ-1» одновременно является теплоснабжающей организацией и сетевой компанией. В сложившихся правоотношениях предприятие выступает в качестве сетевой компании. Электрическая энергия приобреталась им в целях компенсации потерь в электрических сетях. Тем самым приобретение у гарантирующего поставщика электроэнергии в данном случае не связано с осуществлением ответчиком деятельности как теплоснабжающей организации.

Следовательно, оснований для применения льготной ставки при расчёте санкции не имеется.


ПАО «ТНС энерго Марий Эл» также заявлено требование о взыскании с ответчика законной неустойки, начисленной на невыплаченную сумму неосновательного обогащения, исходя из 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на день фактической оплаты, за каждый день просрочки, начиная с 15.02.2018 по день фактической уплаты неосновательного обогащения.

Данное требование признано судом обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Согласно положениям статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 65 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 7 от 24 марта 2016 года «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Аналогичная норма изложена в статье 37 Федерального закона «Об электроэнергетике».

Сумма неосновательного обогащения составляет 692 221 рубль 50 копеек. Учитывая, что неустойка в твердой сумме рассчитана истцом по 14.02.2018, началом периода начисления неустойки по день уплаты неосновательного обогащения истцом указано 15.02.2018. Ставка неустойки указана в размере 1/130 ставки рефинансирования Банка России, действующей на день фактической оплаты, за каждый день просрочки.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию неустойка, начисленная на неосновательное обогащение в сумме 692 221 рубль 50 копеек в размере 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на день фактической оплаты, за каждый день просрочки, начиная с 15 февраля 2018 года по день фактической уплаты долга.


Нарушенное право истца подлежит судебной защите. Истец, имеющий права кредитора в денежном обязательстве, вправе требовать от должника исполнения его обязанности (статья 307 ГК РФ) с вынесением решения арбитражного суда о принудительном взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения и санкций за просрочку исполнения денежного обязательства (статьи 11, 12 ГК РФ).


При распределении государственной пошлины арбитражный суд применяет специальные правила статьи 110 АПК РФ, согласно которым в случае, если иск удовлетворён частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворённых исковых требований.

Государственная пошлина с уточнённых истцом требований составляет 29 030 рублей, а с удовлетворённых – 25 429 рублей. Поэтому в связи с частичным удовлетворением иска расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 25 429 рублей подлежат возмещению за счёт ответчика, не в пользу которого принято решение, а расходы истца в сумме 3 601 рубль компенсации не подлежат.

Кроме того, согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьёй 333.40 данного Кодекса. Поэтому государственная пошлина в сумме 20 654 рубля 83 копейки подлежит возврату истцу из федерального бюджета.


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 6 марта 2018 года. Полный текст решения изготовлен 15 марта 2018 года, что в силу части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия судебного акта.


Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд



РЕШИЛ:

1. Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Йошкар-Олинская теплоэлектроцентраль № 1» муниципального образования «Город Йошкар-Ола» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу публичного акционерного общества «ТНС энерго Марий Эл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неосновательное обогащение в сумме 692 221 рубль 50 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 49 041 рубль 42 копейки и неустойку в сумме 501 684 рубля 30 копеек, всего 1 242 947 рублей 22 копейки, а также неустойку, начисленную на сумму неосновательного обогащения 692 221 рубль 50 копеек исходя из 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на день фактической оплаты, за каждый день просрочки, начиная с 15 февраля 2018 года и по день фактической уплаты долга.

В остальной части иска отказать.


2. Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Йошкар-Олинская теплоэлектроцентраль № 1» муниципального образования «Город Йошкар-Ола» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу публичного акционерного общества «ТНС энерго Марий Эл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 25 429 рублей.


3. Возвратить публичному акционерному обществу «ТНС энерго Марий Эл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 20 654 рубля 83 копейки, уплаченную по платёжному поручению № 14247 от 27.12.2016. Выдать справку на возврат государственной пошлины.


Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.


Судья Т. Л. Светлакова