Решение от 25 августа 2025 г. по делу № А65-7642/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-7642/2025

Дата принятия решения – 26 августа 2025 года.

Дата объявления резолютивной части – 21 августа 2025 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Аппаковой Л.Р.,

при составлении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Волошиным Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Муниципального казенного учреждения "Комитет земельных и имущественных отношений" Исполнительного комитета муниципального образования города Казани", г.Казань к ФИО1 о взыскании 2163566.98 руб. долга,

без участия лиц, участвующих в деле,

У С Т А Н О В И Л :

Муниципальное казенное учреждение "Комитет земельных и имущественных отношений" Исполнительного комитета муниципального образования города Казани", г.Казань обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании 2163566.98 руб. долга в порядке субсидиарной ответственности.

Лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены.

От истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, исковые требования поддержал.

Ответчик извещен, отзыв не представил.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, в порядке ст. 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно материалам дела решением Арбитражного суда РТ от 27.04.2017 по делу №А65-5257/2017 с ООО «Пандора-2» истцом с ООО «Пандора-2» взыскана задолженность по договору аренды объекта нежилого фонда муниципальной казны г. Казани в сумме 435 046,47 руб. долга и 73 649,31 руб. пени.

Также решением Арбитражного суда РТ от 31.08.2018 по делу № А65-20524/2018 с ООО «Пандора-2» взыскана задолженность по договору аренды объекта нежилого фонда муниципальной казны г. Казани в сумме 491 700,03 руб. долга и 76 700,24 руб. пени.

Общая сумма задолженности по указанным решениям составляет 2 163 566,98 руб., которая в настоящее время не взыскана.

Исполнительные листы о взыскании указанной задолженности были направлены в Межрайонный отдел судебных приставов Советского РОСП России по РТ, однако исполнены не были.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Пандора-2» прекратило свою деятельность 27.10.2023 (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), в отношении которого внесена запись о недостоверности на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", как недействующее юридическое лицо.

Генеральным директором и учредителем ООО «Пандора-2» являлась ФИО1.

Решение об исключении ООО «Пандора-2» из ЕГРЮЛ принято налоговым органом в связи с тем, что налоговая отчетность, предусмотренная действующим законодательством, не представлялась юридическим лицом, движение денежных средств по банковскому счету юридического лица отсутствует.

Таким образом, директор и учредитель ООО «Пандора-2» решения о прекращении деятельности юридического лица с соответствующими правовыми последствиями для кредиторов данного юридического лица не принимал.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные истцом в исковом заявлении, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (пункта 2 статьи 21.1 названного Закона).

Предусмотренный статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случаях наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об ООО исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу положений статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как указано выше, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие совокупности следующих условий: наличие убытков, противоправное поведение причинителя вреда, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между виновным противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие или недоказанность одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В силу разъяснений, данных в абзацах четвертом и пятом пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

По смыслу вышеуказанных норм права и разъяснений, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового.

На руководителя или участника юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, ответственность за неисполнение обязательства таким юридическим лицом может быть возложена, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами, вследствие виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя (участника), направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.

Само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (непредставление в регистрирующий орган сведений в целях исправления сведений, в отношении которых в реестр внесена запись об их недостоверности), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной выше нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Судом были истребованы сведения в отношении ООО «Пандора-2» из налогового органа о счетах.

Также судом у ПАО «ИнтехБанк» истребована выписка по расчетному счету ООО «Пандора-2» р/с <***> за период с 25.08.2015 по 06.08.2025.

При анализе представленной выписки по расчетному счету судом не установлено, что ответчиком выводились денежные средства в своих собственных интересах.

Из анализа представленной выписки по расчетному счету общества следует, что денежные средства, поступающие на счет должника, направлялись на ведение хозяйственной деятельности общества «Пандора-2».

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц основным видом деятельности общества ООО «Пандора-2» являлась розничная торговля, произведенные платежи не выходили за рамки хозяйственной деятельности общества.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что в спорный период было поступление денежных средств в размере, достаточном для погашения требований истца и использование средств не на нужды общества.

Таким образом, истцом не доказана вся совокупность обстоятельств для взыскания убытков, а именно, сокрытие либо вывод активов общества с целью ухода от обращения взыскания по долгам общества, недобросовестность в действиях (бездействии) руководителей, не доказана противоправность поведения ответчиков по оплате товаров и услуг перед иными контрагентами, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственная связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Фактически истец вменяет в вину ответчика сам факт исключения из ЕГРЮЛ организации с задолженностью.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 21.05.2021г. № 20-П «По д0лу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО2», само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ не может служить неопровержимым доказательство совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий.

Из материалов дела не следует, что Общество имело возможность погашения задолженности перед истцом, а ответчик уклонялся от этого, скрывал имущество, выводил активы.

Из материалов дела и пояснений ответчика следует, что неисполнение обязательств Общества перед истцом было обусловлено объективным обстоятельством - его имущественным положением, а не недобросовестными или неразумными действиями контролирующих лиц.

Само по себе неосуществление ответчиком действий, направленных на предотвращение исключения общества из государственного реестра в отсутствие доказанности совокупности обстоятельств того, что указанные бездействия повлекли возникновение у истца убытков, не может являться основанием для привлечения ответчика к ответственности.

Наличие у общества, впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ, непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Оценив доводы истца, суд приходит к выводу, что истец не представил убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что действия ответчика в период с 2018 года по дату исключения общества являлись неразумными и (или) недобросовестными, и находились в причинно-следственной связи с возникновением на стороне истца убытков, вызванных неисполнением решения суда.

Кроме того, согласно позиции Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО2" предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст. 1064 ГК РФ) (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Непредставление в налоговый орган отчетности не свидетельствует о совершении руководителем должника действий по созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредитором общества.

Истец не представил доказательств того, что при наличии достаточных денежных средств, ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводил активы, либо совершал какие-либо намеренные действия по неисполнению обязательств перед истцом.

Наличие непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины ответчиков в неуплате долга.

Иных доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, истцом не представлено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, в иске надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Председательствующий судьяЛ.Р. Аппакова