Постановление от 23 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

№ 09АП-7315/2026

Дело № А40-165027/23
г. Москва
24 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2026 года


Постановление изготовлено в полном объеме 24 марта 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей А.С. Маслова, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Т.С. Державиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2025 по делу

№ А40-165027/23,

о признании недействительной сделкой договор дарения квартиры от 19.01.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2, о применении последствия недействительности сделки, об обязании ФИО2 возвратить в конкурсную массу ИП ФИО1 квартиру, площадью 61,8 кв. м, находящаяся по адресу: <...> этаж 4, квартира 173, кадастровый номер: 77:07:0013007:9997.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО3 по дов. от 07.05.2025,

от ф/у ФИО4 – ФИО5 по дов. от 05.11.2025,

ФИО2 – лично, паспорт,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2024 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражном суде города Москвы в судебном заседании подлежало рассмотрению заявление финансового управляющего ФИО1 ФИО4 о признании недействительной сделкой договор дарения квартиры от 19.01.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата отчужденного имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2025 удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО4; признан недействительной сделкой договор дарения квартиры от 19.01.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки в виде обязании ФИО2 возвратить в конкурсную массу ИП ФИО1 квартиру, площадью 61,8 кв. м, находящаяся по адресу: <...> этаж 4, квартира 173, кадастровый номер: 77:07:0013007:9997.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 и ФИО2 поданы в Девятый арбитражный апелляционный суд апелляционные жалобы, в которой просят:

ФИО1: отменить определение Арбитражного апелляционного суда г. Москвы от 26 декабря 2025 г. по делу № А40-165027/23-46-315, в удовлетворении требований финансового управляющего отказать.

ФИО2: отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2025 по делу № А40-165027/23-46-315; принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании договора дарения недействительным; отменить взыскание государственной пошлины как производное от отмены судебного акта. В случае признания неполноты исследования обстоятельств дела, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции с указанием на необходимость: оценки сведений ЕГРН и устранения противоречий по датам сделки; учета прав несовершеннолетнего; оценки срока исковой давности; установления финансового состояния должника на дату сделки.

В апелляционных жалобах ФИО1 и ФИО2 указывают, что суд не установил наличие признаков неплатежеспособности на дату сделки (19.01.2022), сделав выводы на основе обстоятельств 2023-2024 годов, что является недопустимой ретроспективной оценкой.

Заявители указывают, что квартира получена по наследству, не приобреталась за счет кредиторов, а ее дарение сыну является обычной житейской практикой, а определение содержит противоречия в дате сделки, квартира является единственным жильем для должника, ее сына и малолетнего внука. Также, не доказана цель причинения вреда и осведомленность одаряемого, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности, поскольку он должен был узнать о сделке из публичного реестра значительно раньше.

В материалы дела поступил отзыв на апелляционные жалобы от финансового управляющего должника, который приобщен к материалам дела. Финансовый управляющий должника просит определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2025 по делу №А40-165027/23 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО2 и представитель ФИО1 апелляционные жалобы поддержали по мотивам, изложенным в ней.

Представитель финансового управляющего ФИО4 возражал на доводы апелляционных жалоб, указывая на их необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ. Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со ст. 266, 268 АПК РФ.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закон о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).

Должником заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Согласно п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда первое уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Сделки должника могут оспариваться в конкурсном производстве или внешнем управлении, соответственно, заявление об оспаривании сделки должника, согласно п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, может быть подано конкурсным или внешним управляющим.

Эта норма в п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъясняется следующим образом. В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности (абз. 3 п. 3 ст. 75 Закона о банкротстве)) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Данный правовой подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2023 No 18-КГ23-53-К4.

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, течение срока исковой давности начинается с того момента, когда конкурсный управляющий реально имел возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемой сделки, но и о том, на каких условиях она совершена, чтобы определить, причинен ли вред кредиторам (определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 No 305-ЭС18-2393 и от 31.07.2017 No 305-ЭС15-11230).

Финансовый управляющий указывает, что о факте совершения оспариваемой сделки узнал не ранее 16.07.2024, вследствие получения ответа из Филиала ППК «Роскадастр» по Москве.

Обстоятельств длительного неистребования соответствующих сведений судом не установлено. Поведение финансового управляющего признается судом разумным и добросовестным, послужившим основанием для отложения действий по оспариванию сделок должника.

Таким образом, поскольку финансовый управляющий узнал о наличии оснований для оспаривания сделки после получения ответа от 16.07.2024, а заявление об оспаривании сделок должника подано в суд 23.04.2025, годичный срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

Как следует из материалов дела, 19.01.2022 между ФИО1 и ее сыном ФИО2 заключен договор дарения, согласно которому ФИО2 безвозмездно передана в собственность квартира площадью 61,8 кв. м, находящаяся по адресу: 119415, <...> этаж 4, квартира 173, кадастровый номер: 77:07:0013007:9997.

В рассматриваемом случае надлежит учесть правовую позицию, изложенную в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), согласно которой по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным интересам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5).

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о несостоятельности (пункт 6).

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2023. Оспариваемый договор заключен 19.01.2022, то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Совершение сделки с заинтересованным лицом подтверждается тем фактом, что ответчик ФИО2 является сыном ФИО1, что не оспаривается сторонами.

На момент заключения сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед ПАО «Совкомбанк» (определение о включении требования от 06.03.2024), ООО «Кентон» (определение от 01.08.2024), ИФНС России №29 по г. Москве (определение от 19.01.2024).

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013, по смыслу абз. 36 ст. 2 Закона о банкротстве и абз. 3 п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки (платежа) должник обладал признаками неплатежеспособности.

Оспариваемая сделка совершена безвозмездно, что следует из условий договоров и не оспаривается сторонами.

Факт безвозмездного выбытия спорного имущества из конкурсной массы должника в любом случае означает причинение оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника.

Ответчик ввиду заинтересованности с должником, а также безвозмездности сделки не могли не знать о противоправной цели причинения вреда правам кредиторов оспариваемыми сделками.

Относительно довода должника о том, что переданное по сделке имущество является единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, должник и его дети совместно проживают в данной квартире, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве гражданина", в деле о банкротстве гражданина подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее должнику и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 ст. 34, ст. 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 N 304-ЭС21-9542(1,2)).

После определения всего состава недвижимого имущества, принадлежащего должнику, в том числе по итогам рассмотрения всех обособленных споров о признании недействительными сделок по отчуждению объектов недвижимости, возврата их в конкурсную массу, должник не лишен возможности обратиться в суд с заявлением об исключении того или иного объекта недвижимости из конкурсной массы, при разрешении которого и будет установлен факт наличия или отсутствия исполнительского иммунитета у объекта недвижимости, с учетом его характеристик и поведения должника.

В рамках дела о банкротства ФИО1 подлежат оспариванию иные сделки по отчуждению недвижимого имущества (договор №МТМ-РПК-Н3/221021 купли-продажи недвижимого имущества от 22.10.2021, заключенный между ФИО1 и АО ТД «РПК»).

Суд первой инстанции определением от 13.10.2025 предлогал ответчику ФИО2, третьему лицу ФИО6 представить сведения и документы о жилой недвижимости, принадлежащей ФИО2, супруге ответчика ФИО2 – ФИО7 и их ребенку ФИО8

Однако, такие сведения в полном объеме в материалы дела не представлены.

Кроме того, финансовым управляющим направлен запросы в Пограничную службу ФСБ России, Росавиацию и регистрирующие органы иностранного государства (Алжир) с целью определения фактического места жительства должника, ответы на которые в настоящее время не поступили.

Учитывая изложенное, с целью недопущения затягивания сроков судебного разбирательства и увеличения срока рассмотрения обособленного спора, суд полагает возможным рассмотреть вопрос о наличии у имущества статуса единственного жилья в рамках иного спора.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемый договор дарения квартиры от 19.01.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2, подлежит признанию недействительной сделкой на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Так как указанные последствия направлены на восстановление интересов кредиторов должника и способствуют реализации управляющим мер в интересах конкурсной массы, а на момент рассмотрения спора обстоятельства, исключающие возврат транспортного средства не установлены, то подлежат применению последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, площадью 61,8 кв. м, находящаяся по адресу: <...> этаж 4, квартира 173, кадастровый номер: 77:07:0013007:9997

Согласно ст. 9 АПК РФ лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом (ч. 3 ст. 65 АПК РФ).

Доводы апелляционных жалоб по существу не опровергают выводы суда первой инстанции, а направлены исключительно на переоценку исследованных судом обстоятельств дела, представленных доказательств, а также сделанных на их основе выводов.

Как верно установлено судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, на момент совершения сделок ФИО1 обладала сведениями о том, что к ней, как к поручителю, будут предъявлены требования независимых кредиторов ООО «СтеллаСтрой» в сумме более 1 млрд. руб., в том числе ПАО «Совкомбанк», ООО «Кентон» и прочих.

Следует обратить внимание, что договор поручительства начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору.

Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. Заключая договор, поручитель принимает на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика.

Соответствующая обязанность должна быть исполнена поручителем в течение всего периода действия договора поручительства, при наступлении просрочки со стороны должника. Данное условие не зависит от поведения поручителя, зависит только от должника, следовательно, поручитель, взявший на себя обязательство в момент заключения договора поручительства, должен сохранить возможность исполнить его (обязательство) в течение всего срока действия договора.

Как следует из материалов дела, генеральным директором ООО «СтеллаСтрой» с 16.07.2021 по 08.07.2023 являлся ФИО9, матерью которого является должник - ФИО1. (Подтверждается Записью акта о рождении №1155 от 24.05.1979).

Согласно сведениями из ЕГРЮЛ, с 03.11.2016 и по настоящее время участниками ООО «СтеллаСтрой» являются ООО «МАКСПРО» с размером доли 99% и ответчик по настоящему обособленному спору - ФИО2 с размером доли 1%.

Вместе с тем генеральным директором ООО «МАКСПРО», до признания его несостоятельным (банкротом), а также его единственным участником является Мазузи Моктар, который является супругом должника - ФИО1

(Подтверждается записью акта о заключении брака №1121 от 23.02.1978).

В свою очередь ФИО2 является сыном ФИО1 (Подтверждается Записью акта о рождении №2988 от 16.12.1980).

В настоящее время вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2025 по делу № А40-225093/22 ФИО9 и ООО «МАКСПРО» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтеллаСтрой».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 31.10.2022 по делу №А40-225093/22 принято к производству заявление ПАО «Совкомбанк» о вступлении в дело о банкротстве в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СтеллаСтрой».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.04.2023 по делу №А40-225093/22 включены в третью очередь реестра требования кредиторов ООО «СтеллаСтрой» требования ПАО «Совкомбанк», вытекающие из кредитного договора №646/Я-РКЛ/21 от 22.04.2021, в общей сумме 164 504 599 руб.

Кроме того, на основании договора поручительства №390/Я-Г-ПФ-2/21 от 01.03.2021 ФИО1 являлась поручителем по обязательствам ООО «СтеллаСтрой», вытекающим из договора об организации выпуска непокрытой банковской гарантии №390/Я-Г/21, заключенному между ПАО «Совкомбанк» (Гарант) и ООО «СтеллаСтрой» (Принципал), в соответствии с которым Гарант выдал (выпустил) ООО «СК-ЛОГИСТ» (Бенефициар) банковскую гарантию №390/Я-Г/21 на сумму 277 811 083,00 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.05.2023 по делу №А40-225093/22 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «СтеллаСтрой» требования ПАО «Совкомбанк» в размере 221 362 249,66 руб., основанные на банковской гарантии №390/Я-Г/21.

На основании договора поручительства от 03.11.2020 № 2 ИП ФИО1 являлась поручителем по обязательствам ООО «СтеллаСтрой» по договору генерального подряда от 21.05.2020 №СС/18/05/2020, заключенному между ООО «СтеллаСтрой» и ООО «Кентон».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.01.2024 по делу №А40-225093/22 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «СтеллаСтрой» требования ООО «Кентон» в общей сумме 1 109 751 612, 96 руб.

Важно отметить, что требования ПАО «Совкомбанк» и ООО «Кентон» в вышеуказанном размере в настоящее время также включены в реестр требований кредиторов ИП ФИО1 на основании договоров поручительства определениями Арбитражного суда г. Москвы от 06.03.2024, а также 01.08.2024.

Согласно разделу 6 Анализа финансового состояния ООО «СтеллаСтрой» от 25.05.2023 составленного Временным управляющим ООО «СтеллаСтрой» ФИО10 за проверяемый период с 31.12.2019 по 31.12.2021 установлено существенное ухудшение значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность на 31.12.2020г.

Вместе с тем, в рамках вышеуказанного дела о банкротстве ООО «СтеллаСтрой» №А40-225093/22 вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда г. Москвы от 17.01.2025 были признаны недействительными сделки ООО «СтеллаСтрой» от 20.02.2021, 14.12.2021 как совершенные в момент, когда оно отвечало признакам неплатежеспособности.

Таким образом, на дату заключения с ФИО2 договора дарения (19.01.2022), ФИО1 обладала сведениями о том, что к основному должнику (ООО «СтеллаСтрой») по обязательствам на сумму более 1 млрд. руб., по которым она также является поручителем, будут предъявлены требования о взыскании существенной задолженности и он, в свою очередь, обладает явными признаками неплатежеспособности.

Несмотря на это, должник, осознавая, что к нему будут предъявлены требования независимых кредиторов в существенных размерах, в отсутствие какой-либо экономической целесообразности, принимает решение безвозмездно передать в свое имущество в собственность заинтересованного лица - ФИО2 (своего сына).

В результате заключения Договора дарения из конкурсной массы должника безвозмездно выбыло имущество - квартира площадью 61,8 кв. м, находящаяся по адресу: 119415, <...>.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом причиненного имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В связи с этим судом первой инстанции в обжалуемом определении сделан обоснованный вывод о том, что в результате совершения спорной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, так как совершение сделки при неравноценном встречном исполнении, путем безвозмездного отчуждения принадлежащего ФИО1 имущества привело к тому, что из состава активов должника выбыло имущество, с кадастровой стоимостью 14 022 985,47 руб. (установлено Определением АС города Москвы от 26.12.2025 года), подлежащее включению в конкурсную массу, за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований.

Как указывает финансовый управляющий, об осведомленности ФИО2 о цели причинения вреда кредиторам должника свидетельствует его близкое родство с ФИО1

Более того, ФИО2, будучи участником ООО «СтеллаСтрой», а также сыном должника - ФИО1, не мог не знать, что к основному должнику (ООО «СтеллаСтрой») и поручителю (ФИО1) по обязательствам на сумму более 1 млрд. руб. будут предъявлены требования о взыскании существенной задолженности.

Таким образом, ФИО2 очевидно был осведомлен об истинных мотивах отчуждения недвижимого имущества - избежать обращения взыскания на него независимыми кредиторами ФИО1 и тем самым причинить им вред.

Также в апелляционных жалобах ФИО2 и ФИО1 ссылаются на наличие противоречий в обжалуемом судебном акте, а именно:

«В обжалуемом судебном акте указаны разные даты совершения спорной сделки, что делает невозможной проверку соблюдения периода подозрительности и правомерности применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На странице 5 мотивировочной части определения суд указал: «Оспариваемый договор заключен 08.07.2022, то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве».

Указанный вывод суда противоречит фактическим обстоятельствам и опровергается письменными доказательствами по делу: Договор дарения (представленный финансовым управляющим в качестве основания для иска) имеет дату 19 января 2022 года, переход права к ФИО2 зарегистрирован 31 января 2022 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 63-65).»

Указанные доводы являются несостоятельными, так как в обжалуемом определении суд первой инстанции неоднократно указывает верную дату заключения Договора дарения - 19.01.2022, очевидно, что однократное указание на стр. 5 обжалуемого определения суда неверной даты заключения договора (08.07.2022) является следствием технической описки / опечатки и не может являться безусловным основанием для отмены судебного акта, как на это указывают заявители.

Не обоснованы и доводы апелляционных жалоб ФИО1 и ФИО2 о том, что переданная по сделке квартира является единственным жильем, пригодным для проживания должника и членов его семьи.

Так, согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве гражданина", в деле о банкротстве гражданина подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее должнику и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 ст. 34, ст. 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 N 304-ЭС21-9542(1,2)).

После определения всего состава недвижимого имущества, принадлежащего должнику, в том числе по итогам рассмотрения всех обособленных споров о признании недействительными сделок по отчуждению объектов недвижимости, возврата их в конкурсную массу, должник не лишен возможности обратиться в суд с заявлением об исключении того или иного объекта недвижимости из конкурсной массы, при разрешении которого и будет установлен факт наличия или отсутствия исполнительского иммунитета у объекта недвижимости, с учетом его характеристик и поведения должника.

Как верно установлено судом первой инстанции, в рамках дела о банкротства ФИО1 подлежат оспариванию иные сделки по отчуждению недвижимого имущества (договоры купли-продажи недвижимого имущества №МТМ-РПК-Н1/221021, №МТМ-РПК-Н2/221021, №МТМ-РПК-Н3/221021 от 22.10.2021, заключенные между ФИО1 и АО ТД «РПК»).

Суд первой инстанции определением от 13.10.2025 предложил ответчику ФИО2, третьему лицу финансовому управляющему ФИО2 - ФИО6 представить сведения и документы о жилой недвижимости, принадлежащей ФИО2, супруге ответчика ФИО2 - ФИО7 и их ребенку ФИО8, такие сведения в полном объеме в материалы дела не представлены.

Учитывая изложенное, в том числе с целью недопущения затягивания сроков судебного разбирательства и увеличения срока рассмотрения обособленного спора, суд первой инстанции обоснованно указал на возможность рассмотреть вопрос о наличии у имущества статуса единственного жилья в рамках иного спора.

В свою очередь доводы ФИО1 и ФИО2 о том, что судом первой инстанции не исследованы обстоятельства приобретения в собственность спорной квартиры (по праву наследства и пр.) не имеют правового значения для правильного разрешения спора, следовательно, не являются основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого определения суда первой инстанции отсутствуют, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2025 по делу

№ А40-165027/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова

Судьи: А.С. Маслов

Ю.Н. Федорова