Решение от 20 октября 2021 г. по делу № А14-1543/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Воронеж Дело NА14-1543/2021

« 20 » октября 2021 г.

Резолютивная часть решения объявлена 19.10.2021.

Решение изготовлено в полном объеме 20.10.2021.


Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Завидовской Е. С., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Радиант», г. Воронеж (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях», г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании задолженности по договору №2 от 06.06.2018

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 21.09.2020;

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 06.12.2019;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Радиант» (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (далее - ответчик) о взыскании 1 488 442, 03 руб. задолженности по договору №2 от 06.06.2018.

Представитель истца поддержал исковые требования.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска.

Из материалов дела следует, что между сторонами заключен договор №2 от 06.06.2018, в соответствии с условиями которого, заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя выполнение строительно-монтажных работ «Обеспечение требуемого предела огнестойкости несущих колон деаэраторной этажерки энергоблока № 5», в соответствии с проектно-сметной документацией, разработанной ООО «КрилакСпецстрой», а заказчик обязуется принять и оплатить указанные работы.

В соответствии с пунктом 2.1 договора и раздела 7 Технического задания к нему срок начала выполнения работ: 06.06.2018, срок окончания работ: 25.01.2019.

Письмом №10/08-18 от 09.08.2018 (т.2 л.д.52-53) подрядчик просил согласовать корректировку проекта по обеспечению требуемого предела огнестойкости несущих колон деаэраторной этажерки энергоблока № 5 в части замены предусмотренных проектом огнезащитных материалов на материалы ООО «Меаком».

В соответствии с протоколом совещания №9 от 14.08.2018 заказчиком принято решение о выполнении корректировки РД и замене огнезащитного материала на аналоговый.

Письмом от 20.08.2018 №9/ф07/114924 заказчик указал на согласование корректировки проекта и принятии решения о возможности применения аналоговых материалов в части замены предусмотренных проектом огнезащитных материалов на материалы ООО «Меаком».

Протоколом совещания от 05.12.2018 № 16 принято решение о включении в состав рабочей документации сравнительного анализа параметров материалов с аналогами и выдаче в производство откорректированной рабочей документации.

22.05.2019 сторонами подписано дополнительное соглашение № 2.

В силу пункта 1.4 договора в редакции дополнительного соглашения №2 начало выполнения работ: с момента подписания договора, окончание работ: 15.11.2019 (приложение № 2). Этапы выполнения работ отражены в Календарном плане (приложение № 2).

Согласно пункту 2.1 договора в редакции дополнительного соглашения №2 стоимость работ по договору согласно протоколу согласования стоимости (приложение № 3) составляет 17 390 181, 85 руб., кроме того НДС 18% - 3 478 036, 37 руб. Итого с учетом НДС – 20 868 218, 22 руб. и является ориентировочной с учетом п.2.6 договора.

20.09.2019 сторонами проведена пробная смывка лакокрасочного покрытия поверхности, актом проведения пробной смывки комиссия установила, что очистка старого лакокрасочного покрытия с поверхности колонн обеспечивается.

Указанный акт подписан со стороны подрядчика с возражениями, так подрядчиком указано, что заключение акта не соответствует действительности и не отражает технические решения, предусмотренные проектной документацией.

Письмом от 10.10.2019 №9/Ф07/162367 (т.3. л.д.32-33) заказчик указал на выявленный риск невыполнения подрядчиком работ в установленные сроки из-за несвоевременного начала выполнения работ и низкого темпа их проведения.

На совместном совещании (протокол № 24 от 20.10.2019) сторонами освещены проблемные вопросы при выполнении работ по договору №2 от 06.06.2018: о невозможности исполнения договорных обязательств ООО «Радиант» и рисках неисполнения договорных обязательств к 15.11.2019.

Первый заместитель директора ООО «Радиант» ФИО4 в ходе совещания сообщил об ухудшении самочувствия персонала при выполнении работ по смывке ранее нанесенных антикоррозийных составов, о текучести кадров и необходимости корректировке рабочей документации.

Начальник ООТ ФИО5 указывала на то, что в п.3.2 ППР №02/05.18-ОЗС указана смывка СП-1 (АФТ-1), а по факту применялась смывка АКС-1. В ППР №02/05.18-ОЗС не указаны опасные и вредные факторы согласно характера выполняемых работ. В п.6 акта-допуска от ТЦ-5 №22/18 от 10.09.2019 для производства строительно-монтажных работ руководитель работ ООО «Радиант» должен был определить наличие опасных и вредных производственных факторов и указать в наряд-допуске способы защиты работающего персонала, чего не было сделано.

Начальник ТЦ-5 ФИО6 указал на то, что в настоящее время при завершение ППР 5 энергоблока и невыполнении основного объема работ к текущему моменту, завершение проблематично ввиду работы основного оборудования.

ЗГИПТОиК ФИО7 в ходе совещания указал на невозможность повторного продления срока по договору ввиду срока исполнения Предписания от 01.02.2016 №132/1-1-173.

По итогам совещания решили, что ООО «Радиант» необходимо направить объяснения о невозможности выполнения работ и подготовить документы о расторжении договора по соглашению сторон.

Письмом от 31.10.2019 №39/10-19 подрядчик указал на невозможность выполнения работ в связи с высокой температурой на объекте и сообщил о приостановлении работ в связи с нецелесообразностью и невозможностью их дальнейшего проведения.

Письмом от 15.11.2019 №9/фо7/184860 ответчик направил в адрес истца соглашение о расторжении договора №2 от 06.06.2018, согласно которому стороны договорились о расторжении договора по обоюдному согласию с 18.11.2019 с отсутствием взаимных претензий сторон друг к другу.

В ответном письме №34/11-19 от 22.11.2019 истец указал на то, что проводит расчет фактических расходов для включения их в соглашение.

Письмом от 14.02.2020 №06/02-20 истцом направлен расчет о понесенных расходах в сумме 2 223 422, 02 руб. с приложением документов.

Претензией от 04.03.2020 №09/03-20 истец просил оплатить фактически понесенные затраты.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения истца в суд с настоящими исковыми требованиями в порядке п.14.7 договора.

Исходя из правовой природы отношений, вытекающих из договора №2 от 06.06.2018, к возникшему спору подлежат применению нормы Главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии со статьей 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами или договором (пункт 1 статьи 450 ГК РФ).

Как следует из предложенного заказчиком соглашения о расторжении договора № 2 от 06.06.2018 в связи с приостановкой выполнения работ подрядчиком по договору по причине невозможности их дальнейшего выполнения и необходимостью корректировки рабочей документации стороны договорились о расторжении договора по обоюдному согласию. Договор считать расторгнутым с 18.11.2019. Стороны взаимных претензий друг к другу не имеют.

Из материалов дела усматривается, что в данном виде соглашение не было подписано со стороны подрядчика по причине наличия финансовых претензий у последнего к заказчику (письмо №34/11-19 от 22.11.2019), в связи с чем, оснований считать договор расторгнутым по взаимному согласию сторон не усматривается.

В подписанном виде данное соглашение было представлено со стороны истца в судебное заседание 27.07.2021, после того, как в течении полугода рассмотрения спора ответчик ссылался на прекращение действия договора.

В связи с указанным, суд полагает, что подписание соглашения после истечения срока действия договора не может влиять на правовую оценку обстоятельств спора.

Согласно пункту 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным данным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором (пункт 2 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

На основании статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Истцом не представлено доказательств направления со стороны заказчика уведомления о расторжении договора в одностороннем порядке.

В связи с указанным, оснований для применений ст. 717 ГК РФ к рассматриваемому спору у суда не имеется.

Доказательств одностороннего отказа подрядчика от договора № 2 от 06.06.2018 на основании пункта 3 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации также суду не представлено.

В силу части 3 статьи 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Согласно п.16.1 договора в редакции дополнительного соглашения срок действия договора: начало - с момента подписания договора, окончание – 31.01.2020.

Пунктом 16.2 договора стороны установили, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору, но не освобождает стороны от ответственности за его нарушение в процессе исполнения.

Учитывая изложенное, договор №2 от 06.06.2018 прекратил свое действие 31.01.2020.

Как видно из материалов дела, к моменту прекращения срока действия контракта работы подрядчиком не были сданы заказчику.

Более того, к сроку прекращения обязательств сторон (31.01.2020), подрядчик не совершил действий, направленных на организацию сдачи результата части выполненных работ.

При этом, судом учитывается, что в отличие от одностороннего отказа от договора заказчиком при отсутствии прекращения обязательств после истечения срока действия договора, когда момент прекращения договора является для подрядчика неожиданным, в данном случае подрядчик заблаговременно знал дату прекращения действия договора, в связи с чем оснований для предоставления ему дополнительного разумного срока на сдачу работ не имеется.

С момента проведения совещания 22.10.2019 по рассмотрению вопроса о расторжении договора до истечения срока действия договора – 31.01.2020 у подрядчика было более трех месяцев для сдачи части выполненных работ заказчику.

Требование о подписании актов и оплате работ поступило в адрес заказчика только 14.02.2020, то есть после прекращения действия договора и прекращения обязательств сторон по нему.

Несмотря на указанное, заказчиком направлен мотивированный отказ от приемки работ (письмо №9/Ф07/37563 от 10.03.2020).

Также судом учтено, что как следует из акта о приемке выполненных работ № 1, к приемке подрядчиком предъявлены работы, выполненные им за отчетный период с 01.01.2020 по 29.01.2020.

Учитывая, что с момента проведения совещания 22.10.2019 подрядчику было известно о намерении сторон расторгнуть договор, действия подрядчика в период 01.01.2020 по 29.01.2020, направленные на частичное выполнение работ (по большей части подготовительных), не могут отвечать принципам добросовестного поведения.

Приостановление работ подрядчиком согласно письму 31.10.2019 №39/10-19 не повлияло на правовую квалификацию рассматриваемых обстоятельств спора, поскольку данное приостановление продлило сроки выполнения работ до 15.01.2020 (62 дня с момента приостановления 31.10.2019 до момента возобновления с учетом отчетного периода, указанного в акте № 1), но не срок действия договора (31.01.2020).

Согласно статье 729 ГК РФ в случае прекращения договора подряда по основаниям, предусмотренным законом или договором, до приемки заказчиком результата работы, выполненной подрядчиком (пункт 1 статьи 720), заказчик вправе требовать передачи ему результата незавершенной работы с компенсацией подрядчику произведенных затрат.

В рассматриваемом случае заказчик не потребовал передачи ему результата незавершенной работы, более того отрицает факт выполнения подрядчиком работ.

Согласно протоколу совещания от 22.10.2019 на указанную дату выполнено и закрыто актами на сумму 0 руб.

Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения иска в части взыскания 673 448, 40 руб. задолженности за фактически выполненные работы, судом не усматривается.

Также истцом заявлены требования о взыскании убытков в размере 92 000 руб. в виде оплаты услуг по оценке взаимозаменяемости огнезащитных составов и 722 973, 63 руб. затрат на приобретение материалов и оборудование для исполнения договора № 2 от 06.06.2018.

В силу статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник должен возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из пояснений истца, необходимость представления доказательств соответствия материала-аналога проектному материалу была возложена на ООО «Радиант» на совещании у заместителя главного инженера ФИО7

Ответчик отрицал возложение обязанности на подрядчика по предоставлению заключения специалиста по оценке эквивалентности характеристик средств огнезащиты.

Документальных доказательств рассматриваемого требования со стороны заказчика истцом не представлено.

Более того, истцом представлено письмо заказчика от 20.08.2018 №9/ф07/114924 в ответ на письмо подрядчика о том, что заказчиком принято решение о возможности применения эквивалентных аналоговых материалов в соответствии с протоколом совещания №9 от 14.08.2018.

Судом установлено, что согласно п.2.2.7 Технического задания к договору материалы для выполнения работ необходимо применять согласно указанным в смете «или аналоги» схожие по параметрам: толщине покрытия, расходу на кв.м, стойкости, пропорциях смешивания, температуре и относительной влажности воздуха при нанесении, интервалу между нанесением слоев, жизнеспособности, длительности полной сушки, безопасности.

Более того, учитывая доводы истца о невозможности выполнения работ по смывке имеющихся лакокрасочных покрытий, с которой столкнулся подрядчик, затраты на оценку эквивалентности средств огнезащиты, понесенные 28.06.2018 явно преждевременны.

Оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истцом не подтвержден факт необходимости несения затрат в виде оплаты услуг по оценке взаимозаменяемости огнезащитных составов.

В части взыскания затрат на приобретение материалов и оборудование судом исходит из следующих обстоятельств.

Истец ссылается на невозможность выполнения технических решений проекта заказчика в качестве основания возмещения заказчиком затрат на приобретение материалов и оборудования.

Исходя из представленных суду доказательств, судом усматривается следующее.

Как следует из локальной сметы к договору в предмет договора фактически входили работы по смывке имеющихся лакокрасочных покрытий и нанесению нового огнезащитного состава.

Как следует из объяснений истца, представленных в судебное заседание от 27.07.2021, истец полагает, что причинами невозможности выполнения работ стали:

1. Невозможность удаления ранее нанесенных покрытий смывкой АКС-1. Невозможно добиться технологией, предусмотренной проектной необходимой степени подготовки поверхности.

2. Невозможность производить работы в условиях высокой температуры и токсичности применяемых материалов;

3. Заказчиком нарушены требования к физическим факторам на рабочих местах.

Также истец указывает на то, что в соглашении о расторжении договора заказчиком признавалась невозможность дальнейшего выполнения работ.

Исходя из пояснений ответчика и протокола совещания № 24 от 22.10.2019, ответчик под невозможностью выполнения работ подразумевал невозможность выполнения работ данным подрядчиком, которому уже продлевался срок выполнения работ до 15.11.2019. Поскольку подрядчиком работы не выполняются, а срок по предписанию от 01.02.2016 №132/1-1-173 истекает, заказчиком не усматривалась возможность дальнейшего продления сроков выполнения работ.

Таким образом, материалами дела не подтверждается довод истца о том, что ответчик был согласен, что выполнение работ невозможно по причинам независящим от подрядчика.

Доводы о неблагоприятных условиях труда судом отклоняются, поскольку как следует из пояснений сторон и письма от 31.10.2019 №39/10-19 выполнение работ предполагалось в период планово-предупредительных работ на объекте с остановкой действия основного производства.

Вместе с тем, подрядчик вместо начала работ по смывке старого состава ввиду остановки действия основного производства начал согласовательную деятельность по замене материала нового огнезащитного состава на аналог по причинам не зависящим от заказчика (письма №10/09-18 от 09.08.2018 (т.2 л.д.52), протокол совещания от 14.08.2018 № 9 (т.2 л.д.55-56), протокол совещания от 05.12.2018 № 16).

Ссылки подрядчика в т.ч. в письме от 31.10.2019 №39/10-19 на то, что проектом и Техническим заданием не было учтено определение состава работ, выполняемых в период, не связанный с остановкой действующего производства, и работ, связанных с частичной или полной его остановкой, судом отклоняется ввиду следующего.

В пункте 3 статьи 703 ГК РФ определено, что, если иное не предусмотрено договором, подрядчик самостоятельно определяет способы выполнения задания заказчика.

Исходя из п.2.4.1 технического задания к договору именно подрядчик должен был разработать проект производства работ (ППР). При этом ППР должен был быть разработан с учетом СП 12-136-2002 Безопасность труда в строительстве. Решения по охране труда и промышленной безопасности в проектах организации строительства и проектах производства работ (раздел 3 технического задания).

Таким образом, подрядчик, как на лицо, профессионально действующее на рынке строительных (подрядных) услуг, мог самостоятельно определить очередность выполнения работ и их состав, как в период остановки действующего производства, так и в период не связанных с его остановкой.

Вместе с тем, проект производства работ, разрабатываемый подрядчиком содержал и иные недостатки.

Как следует из протокола № 24 от 22.10.2019, начальник ООТ ФИО5 указывала на то, что в п.3.2 ППР №02/05.18-ОЗС указана смывка СП-1 (АФТ-1), а по факту применялась смывка АКС-1.

В объяснениях истца от 27.07.2021 указано, что смывка СП-1 (АФТ-1) в п.3.2 ППР №02/05.18-ОЗС указана ошибочно.

Недостатки проекта производства работ относятся к ответственности подрядчика.

Согласно статье 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете. Договором строительного подряда должны быть определены состав и содержание технической документации, а также должно быть предусмотрено, какая из сторон и в какой срок должна предоставить соответствующую документацию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 719 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

В силу пункта 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Доказательств извещения и приостановления работ подрядчиком по изложенным мотивам за период с 06.06.2018 по 31.10.2019 не представлено.

Ссылка истца на 718 ГК РФ также не обоснована, поскольку из материалов дела не усматривается отсутствие содействия со стороны заказчика: сторонами подтверждается, что проводились совещания по всем возникающим у подрядчика вопросам; заказчиком давались письменные указания в ответ на письма подрядчика и т.д.

Более того, истец ссылается что все закупленное для выполнения работ оборудование и материал в настоящее время находится на территории заказчика, при это порядок ввоза не предполагал оставление каких-либо документов у подрядчика, подтверждающих факт ввоза, передачу и оставление на хранение ввозимых материалов.

Ответчик отрицал нахождение на его территории каких-либо материалов и оборудования, принадлежащих подрядчику.

В части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума от 25.07.2011 N 5256/11, суд не несет обязанность по сбору доказательств по делу, рассматриваемому в порядке искового производства, а лишь оказывает содействие лицам, участвующим в деле, в получении доказательств, которые не могут быть предоставлены ими самостоятельно.

Поскольку истцом не представлено доказательств нахождения спорного материала и оборудования у заказчика, а последним данное обстоятельство оспаривается, оснований для удовлетворения иска не имеется.

При подаче иска истцом уплачена государственная пошлина платежными поручениями № 16 от 20.01.2021, №46 от 15.02.2021 в общей сумме 27 884 руб., что составляет размер государственной пошлины по делу.

На основании статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на истца.

Руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд и в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу в Арбитражный суд Центрального округа путем подачи жалобы, через арбитражный суд, принявший решение.


Судья Арбитражного суда

Воронежской области Е.С. Завидовская