Решение от 6 ноября 2017 г. по делу № А45-23936/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

г. Новосибирск № А45-23936 /2017

Резолютивная часть решения принята 30.10.2017

В полном объеме решение изготовлено 07.11.2017

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Малимоновой Л.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Агеевой Ю.М., рассмотрев в открытом судебном заседании, с ведением аудиозаписи судебного процесса в помещении арбитражного суда Новосибирской области по адресу: <...>, дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Финтрейд» (ОГРН <***>), г. Новосибирск в лице законного представителя ФИО1, г. Новосибирск

к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансЛизингКапитал» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

о признании недействительной третейской оговорки, изложенной в дополнительном соглашении от 30.12.2015 № 1к договору субаренды от 19.11.2015 № 03,

при участии представителей:

от ФИО1: ФИО2 - доверенность от 31.05.2017, паспорт; ФИО3 - доверенность от 18.07.2017, паспорт;

от ООО «Финтрейд»: представитель отсутствует, организация уведомлена в порядке ст. 123 АПК РФ;

от ответчика: представитель отсутствует, организация уведомлена в порядке ст. 123 АПК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Законный представитель общества с ограниченной ответственностью «Финтрейд» ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с иском в суд о признании недействительной третейской оговорки, изложенной в дополнительном соглашении от 30.12.2015 № 1 к договору субаренды от 19.11.2015 № 03, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Финтрейд» (далее – ООО «Финтрейд») и обществом с ограниченной ответственностью «ТрансЛизингКапитал» (далее – ООО «ТрансЛизингКапитал»).

Требование ФИО1 , квалифицированное ссылками нап. 1 ст. 65.2 , п. 1 ст. 182, п. 1 ст. 174 ГК Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ООО «Финтрейд». исполнительным органом которого на момент обращения в суд является ФИО1 , полностью поддерживает позицию ФИО1 как законного представителя.

Надлежаще уведомленное ООО «ТрансЛизингКапитал» представителя в суд не направил, отзыва не представили, что в соответствии с ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (или АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора по существу.

Выслушав присутствующих представителей, исследовав и оценив представленные ими доказательства и позиции по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает требования законного представителя ООО «Финтрейд» ФИО4 подлежащими удовлетворению.

Выбор способов защиты нарушенных прав, в том числе на судебную защиту, в соответствии со ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется волеизъявлением лица, чьи права и законные интересы нарушены.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с даты внесения сведений в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), т.е. с 28.10.2016 , т.е. как на момент как обращения с иском по настоящему делу, так и момент принятия решения по нему является единственным участником ООО «Финтрейд» с долей в размере 100 % уставного капитала ООО «Финтрейд», поэтому предъявленное им требование о признании сделок оспоримыми соответствует положения п. 1 ст. 65.2 ГК РФ, введенной Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, о том, что участник корпорации (ООО), действуя от имени корпорации (п. 1 ст. 182 «Представительство») вправе требовать признания недействительности сделки с участием корпорации.

Наделение участника корпорации правом предъявить соответствующие требования в интересах и в пользу корпорации в качестве ее законного представителя представителя (п. 1 ст. 182 ГК РФ) дает основание о признании за ним процессуальных прав на подписание искового заявления в суд с таким требованием.

О праве участника корпорации требовать признания недействительности сделки, если на момент совершения сделки он не имел статуса ее участником, позволяет признать за ним такое право по аналогии разъяснения Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в п. 11 постановления Пленума от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью».

Право на оспаривание дополнительного соглашение к договору или отдельных его условий (условие) следует из положений с п. 1 ст. 420 ГК РФ (понятие договора) о том, что соглашение об изменении или о расторжении договора отвечает признакам договора и понятию сделки, закрепленному в ст. 153 ГК РФ, согласно которой сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, поэтому общие правила о договорах и сделках распространяются и на дополнительные соглашения к договорам, т.е. заключение дополнительного соглашения подчинено правилам о заключении договоров, условиям действительности сделок (о правосубъектности, воле, волеизъявлению и др.), если иное не установлено законом или договором.

Спецификой такого договорного обязательства является его юридическая направленность на изменение или расторжение основного договорного обязательства.

Из указанного следует, что согласованная воля сторон основного договорного обязательства, направленная на его трансформацию или прекращение, является сущностной отличительной чертой изменения или расторжения договора по соглашению сторон.

Предметом спора является требование ФИО1 о недействительности третейской оговорки, которой в соответствии с пунктом 3 дополнительного соглашения от 30.12..2015 № 1 к договору субаренды от 19.11.2015 № 03 стороны внесли изменения в п. 4.4 договора, предусмотрев, что все споры между сторонами договора, в том числе касающиеся его существования, действительности, прекращения или исполнения подлежат рассмотрению в Западно-Сибирском независимом третейском суде.

ФИО1 просит признать указанное условие дополнительного соглашения недействительным на основании п. 1 ст. 174 ГК РФ, в соответствии с которой, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Согласно разъяснениям в п. 92 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 174 ГК РФ установлены два условия:

- сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, - противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом.

При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом

Дополнительное соглашение от 30.12.2015 № 1 к договору субаренды от 19.11.2015 № 03 от имени от имени ООО «Финтрейд» заключено представителем ФИО5 на основании доверенности от 15.07.2015 № 03 и от имени ООО «Транслизингкапитал» - генеральным директором ФИО6.

Из указанной доверенности от 15.07.2015 № 03 на представителя ООО «Финтрейд» ФИО5 следует, что действующий на момент выдачи доверенности директор ООО «Финтрейд» ФИО7 наделил ФИО5 исполнять все полномочия, предоставленные на основании Устава общества единоличному исполнительному органу ООО «Финтрейд», в том числе на заключение всех договоров от имени общества на условиях по своему усмотрению.

В соответствии со ст. 182 ГК РФ представитель действует от имени представляемого в силу полномочия, выражаемого в праве представителя выступать от чужого имени. Только в случаях, когда представитель совершает сделки и иные действия в рамках предоставленных ему полномочий, его действия порождают, изменяют или прекращают права и обязанности для представляемого.

Таким образом, наличие у представителя соответствующих полномочий является необходимым условием всякого представительства, условием приобретения, изменения или прекращения прав и обязанностей для представляемого.

Генеральный директор (директор) общества с ограниченной ответственностью в соответствии со ст. ст. 53, 91 ГК РФ, ст. ст. 32, 33, 40 Закона «Об ООО» избирается общим собранием участников общества (или назначается его единоличным участником) и является единоличным исполнительным органом общества, который действует в гражданском обороте от имени общества и осуществляющим текущее руководство его деятельностью.

Согласно п. 1 ст. 42 Закона «Об ООО» общество вправе передать по договору осуществление полномочий своего единоличного исполнительного органа управляющему.

Принятие решения о передаче указанных полномочий управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним находятся в компетенции общего собрания если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества (пп. 4 п. 2 ст. 33 Закона «Об ООО»).

Таким образом, полномочия единоличного исполнительного органа общества возникают на основе решения соответствующего уполномоченного органа ООО (общего собрания либо совета директоров).

Генеральный директор (директор) как единоличный исполнительный орган общества уполномочен выдавать доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия (подп. 2 п. 3 ст. 40 Закона «Об ООО»).

В соответствии со ст. 182 ГК РФ представитель действует от имени представляемого в силу полномочия, выражаемого в праве представителя выступать от чужого имени. Только в случаях, когда представитель совершает сделки и иные действия в рамках предоставленных ему полномочий, его действия порождают, изменяют или прекращают права и обязанности для представляемого.

Таким образом, наличие у представителя соответствующих полномочий является необходимым условием всякого представительства, условием приобретения, изменения или прекращения прав и обязанностей для представляемого.

Поручая по доверенности представителю общества какие-либо функции, входящие в компетенцию директора, необходимо учитывать, что по смыслу законодательства такая передача возможна только в отношении части функций руководителя.

По содержанию и объему полномочий, которыми наделяется представитель, различаются три вида доверенностей:

- генеральные (общие) доверенности, выдаваемые для совершения разнообразных сделок и иных юридических действий в течение определенного периода времени. (как правило, по правилам делового обычая в гражданском обороте такая доверенность, выдается руководителю филиала юридического лица;

- специальные доверенности, выдаваемые на совершение ряда однородных сделок или иных юридических действий, к ним как правило, отнести доверенности для представительства в суде, арбитражном суде, на получение товарно-материальных ценностей от грузоперевозчика и т.п.;

- разовые доверенности, выдаваемые для совершения одной строго определенной сделки или иного юридического действия.

Из доверенности от 15.07.2015 № 03 на имя ФИО5 следует, что действующий на момент выдачи доверенности ФИО7, имевшая статус директора ООО «Финтрейд» с 13.07.2015 по 01.10.2015, т.е. на третей день после назначения её на эту должность, наделает ФИО5 по указанной доверенности от 15.07.2015 № 03 исполнять все полномочия, предоставленные на основании Устава общества единоличному исполнительному органу (директору) общества, в том числе всех договоров от имени общества на условиях по своему усмотрению.

Предусмотренные законодательством полномочия возникают у самого единоличного исполнительного органа общества после избрания его уполномоченным органом общества. И хотя возможность передачи директором своих полномочий иному лицу по доверенности в полном объеме действующим законодательством напрямую не ограничивается, такая передача фактически является нарушением исключительной компетенции соответствующих органов общества в данном вопросе.

Доверенность выдается не от имени руководителя, а от имени самого юридического лица. Руководитель подписывает доверенность и скрепляет ее печатью организации (п. 5 ст. 185 ГК РФ).

Осуществление (реализация) полномочия представителем является юридическим фактом, порождающим права и обязанности для представляемого, т.е. для общества, соответственно его воля на совершение сделки должно соответствовать волеизъявлению общества, а не директора общества, который также является выразителем воли общества.

Фактически директором ФИО7 присвоены функции общего собрания (в данном случае единственного участника) по наделению ФИО5 действовать в гражданском обороте от имени ООО «Финтрейд» со всеми полномочиями исполнительного органа, в том числе без тех ограничений, которые установлены Уставом для исполнительного органа (в частности, ограничений для исполнительного органа, установленных в пп. 15 п 9.6 Устава ООО «Финтрейд» об обязательном согласовании общим собранием такого условия как передача споров общества с третьими лицами на рассмотрение третейских судов).

Т.е. при выдаче доверенности на имя ФИО8. как совершении односторонней сделки нарушено такое требование законодателя к сделке, установленное в ст. 53 ГК РФ как наличие волеизъявление стороны, т.е. самого общества (ООО «Финтрейд») о передаче полномочий исполнительного органа иному, чем избранному общим собранием (решением единственного участника) лицу, что влечет признание отсутствие такого волеизъявления самого общества в односторонней сделке по выдаче доверенности и соответственно признание совершенной указанной односторонней сделки недействительной по признаку ничтожности на основании ст. 53, 168 ГК РФ.

Такой же вывод по аналогии следует из применения правил о передоверии (т.к. фактически исполнительный орган как представитель общества в гражданском обороте в силу ст. 53 ГК РФ, наделенный полномочиями по Уставу, который в силу п. 1 ст. 52 ГК РФ является учредительным документом юридического лица, определяющим порядок управления деятельностью юридического лица (п.4 ст. 52 ГК РФ) передоверил свои полномочия в нарушение ст. 187 ГК без нотариального удостоверения (несоблюдение формы) т.к. при соблюдении указанной формы презюмируется, что нотариус мог и должен был проверить наделение ФИО8 всеми полномочиями исполнительного органа на предмет такого ограничения прав от имени общества его Уставом и соотношение прав, которыми наделен директор и которые им переданы представителю.

Кроме того, поскольку указанная доверенность от 15.07.2015 № 03 на имя ФИО5 выходит за рамки обычно оформляемых в гражданском обороте доверенность, выдаваемых на представителя с полным объемом полномочий исполнительного органа юридического лица, а также в связи с тем, что договор субаренды № 03 заключен 19.11.2015 лично директором ООО «Финтрейд» ФИО9, дополнительное соглашение заключается через 11 календарных дней, и представитель ФИО5 в подтверждение своих полномочий представила при подписании дополнительного соглашения доверенность от 15.05.2015 № 03, подписанную директором ФИО7, полномочия которого были к моменту заключения дополнительного соглашения истекли, генеральный директор ООО «ТрансЛизингКапитал» ФИО6, являясь компетентным лицом о порядке выдачи исполнительным органом доверенностей на представителя, объеме полномочий, передаваемых представителю, , проявив должную осмотрительность и действуя добросовестно могла и должна была проверить этот объем полномочий представителя своего контрагента любым из обычно применяемых способов, обратившись по указанному вопросу к действующему директору ООО «Финтрейд» ФИО9, запросить от нее или от представителя ФИО5 Устав ООО «Финтрейд» и проверив его содержание могла и должна была узнать об установленных в п. 15 ст. 9.6 Устава «Финтрейд» ограничениях в части включения в заключаемые обществом договоры третейских оговорок, что относится Уставом ООО «Финтрейд» исключительного к компетенции общего собрания участников общества.

Наличие доверительных отношений между ФИО6 и ФИО5 в подтверждение чего представитель ФИО1 в дополнении к исковому заявлению ссылается на Заключение от 12.12.2016 финансового управляющего ФИО10 в деле о банкротстве ФИО5 , в котором указывается на перечисление ФИО5 на счет ФИО6 более 8 млн руб. в течение 2015-2016 годов ( стр. 5 представленного заключения) что не освобождает ФИО6 как директора ООО «ТрансЛизингКапитал» от добросовестного и надлежащего исполнения своих обязанностей, следуемых из положений ст. 53 ГК РФ и ст. 40 Закона «Об ООО», выполнение которых позволило бы ей знать в момент заключения дополнительного соглашения от 30.12.2015 о том, что ФИО5, подписывая указанное дополнительное соглашение с третейской оговоркой, действовала с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (Уставом) ООО «Финтрейд».

Предъявленное ФИО1 требование по настоящему иску следует признать переданным в суд в пределах годичного срока исковой давности для оспоримых сделок, т.к. его утверждение о том, что об оспариваемом дополнительном соглашении от 30.12.2015 ему стало известно только в 2017 году в связи с инициацией обществом с ограниченной ответственностью «ТрансЛизингКапитал» подачи в компетентный суд заявлений о выдаче о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Западно-Сибирского независимого третейского суда от 29.05.2017 по делу № ЭС-2017/04-24 по иску ООО «ТрансЛизингКапитал» в этот третейский суд о взыскании с ООО «Финтрейд» денежных средств в сумме 19 215 00 руб. 93 коп. Бывшим учредителем ФИО9 , допрошенным в суде в качестве свидетеля, также дано пояснение о том, что он не обладал такой информацией и соответствующей документацией по факту совершения ФИО5 от имени ООО «Финтрейд» указанного дополнительного соглашения.

Иной подход, как указано в Определении Верховного Суда РФ от 26.08.2016 305-ЭС16-3884 по делу № А41-8876/2015, ставил бы участников общества, не обладающих возможностью постоянно контролировать органы управления юридического лица, в заведомо невыгодное положение.

Поэтому установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ сокращенный годичный срок обращения с иском о признании оспоримых сделок недействительными в соответствии с правовых позицией Конституционного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 10.04.2003 № 5-П Верховного Суда Российской Федерации в определении от 09.11.2015 № 463-ПЭК15 следует признать не нарушенным.

Кроме того, участниками оспариваемых сделок заявлений о применении срока исковой давности как условия его применения судом в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ и правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации в определении от 13.08.2015 по делу № А10-620/2014 не заявлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Требования общества с ограниченной ответственностью «Финтрейд» в лице его законного представителя ФИО1 по делу № А45-23936 /2017 удовлетворить.

Признать недействительной третейскую оговорку, изложенную в пункте 3 дополнительного соглашения от 30.12.2015 № 1 к договору субаренды от 19.11.2015 № № 3.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрансЛизингКапитал» (ОГРН <***>), г. Новосибирск в пользу ФИО1, г. Новосибирск возмещение расходов по государственной пошлине в сумме 6 000 руб. 00 коп.

Исполнительный лист выдать после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Седьмой арбитражный апелляционный суд (634050, <...> Ушайки, дом 24) .

В Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625000, <...>) решение может быть обжаловано при условии, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационные жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Л.В. Малимонова