Решение от 21 августа 2023 г. по делу № А67-10516/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Томск Дело № А67-10516/2022

17.08.2023 дата оглашения резолютивной части решения

21.08.2023 дата изготовления решения в полном объеме

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Н.Н. Какушкиной,

при ведении протокола заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «Газпром добыча Томск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к акционерному обществу «ОДК-Газовые турбины» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русэлпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

о взыскании 230 724 000 руб.,

при участии:

от истца – представителя ФИО2 по доверенности от 19.08.2022 № 180,

от ответчика – представителей ФИО3 по доверенности от 29.08.2022 № 92 и ФИО4 по доверенности от 11.07.2022 № 63,

от третьего лица - не явилось (извещено),

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «Газпром добыча Томск» обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском к акционерному обществу «ОДК-Газовые турбины» с требованием о взыскании 230 724 000 руб. неустойки по договору от 30.12.2015 № 2866/15 за период просрочки выполнения пусконаладочных работ с 02.03.2019 по 20.05.2019, с 07.11.2019 по 31.07.2020.

Исковые требования мотивированы неисполнением ответчиком обязательства по проведению пусконаладочных работ в рамках договора от 30.12.2015 № 2866/15 и обоснованы положениями статей 309, 330, 421, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик в отзыве на исковое заявление, дополнениях к нему и его представители в судебном заседании исковые требования не признали.

Возражая исковым требованиям, ответчик указал, что часть исковых требований заявлена за пределами срока исковой давности, соглашение о неустойке нарушает баланс интересов сторон, так как подрядчик, как слабая сторона, был поставлен в невыгодные условия по сравнению с заказчиком, а также заявил о необходимости применения положений Постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» и просил снизить неустойку на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе рассмотрения дела истец возразил по всем доводам ответчика в письменном виде, неоднократно уточнял исковые требования, в итоге просил взыскать с ответчика штрафную неустойку в размере 230 724 000 руб. за период просрочки выполнения пусконаладочных работ с 16.11.2019 по 05.04.2020 и с 07.10.2020 по 30.04.2021.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение исковых требований принято судом протокольным определением в судебном заседании 17.08.2023.

Протокольным определением от 08.06.2023 к участию в деле к качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русэлпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Судебное заседание по рассмотрению исковых требований было отложено на 15.08.2023 на 9 час. 30 мин., в заседании объявлялся перерыв до 17.08.2023 до 15 час. 00 мин.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и мете судебного разбирательства, явку представителя в суд не обеспечило, отзыв на исковое заявление не представило. Заседание проведено в отсутствие третьего лица по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании рассмотрено ходатайство общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русэлпром» об отложении судебного заседания, мотивированное отсутствием у третьего лица материалов дела.

Представители сторон против отложения судебного заседания возражали, представитель истца указал на факт отправки материалов третьему лицу 10.07.2023. Доводы подтверждены документально (л.д. 23-26 т. 3). Аналогичные доводы привел представитель ответчика.

Судом учтено, что в определении от 04.07.2023 суд предложил третьему лицу ознакомиться с материалами дела. Указанным правом третье лицо не воспользовалось. В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При изложенных обстоятельствах суд в удовлетворении ходатайства отказал.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований, представители ответчика поддержали доводы, изложенные в отзыве на иск и письменных пояснениях к нему.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждается, что между акционерным обществом «Газпром добыча Томск» и акционерным обществом «ОДК-Газовые турбины» заключен договор от 30.12.2015 № 2866/15, в соответствии с условиями которого подрядчик принял на себя обязательство изготовить в соответствии с техническими требованиями и поставить оборудование в соответствии с комплектом, включая эксплуатационную документацию, в пункт назначения в сроки, установленные договором (п. 1.1.1 договора).

Кроме того, подрядчик принял на себя обязательство провести пусконаладочные работы по вводу в эксплуатацию поставленного оборудования (далее также – ПНР) в соответствии с условиями договора (п. 1.1.4 договора).

Согласно графику выполнения пусконаладочных работ от 14.06.2018 (приложение к дополнительному соглашению от 20.04.2018 к договору), срок выполнения ПНР составляет 60 календарных дней с даты начала ПНР.

Таким образом, работы по ПНР должны были быть начаты ответчиком 01.01.2019, после подписания акта о приемке выполненных работ от 31.12.2018 № 1 ШМР и завершены не позднее 01.03.2019.

В соответствии с п. 9.20.1 договора, по окончании ПНР и приемо-сдаточных испытаний по системам оборудования и оборудованию в целом подрядчиком составляются технические акты о завершении ПНР, протокол эксплуатационных испытаний, акт сдачи-приемки ПНР (в случае работы оборудования в соответствии с техническими требованиями Заказчика) в 4 (четырех) экземплярах, которые подписываются заказчиком и подрядчиком, а так же следующие документы: счет-фактуру на ПНР, акт о приемке ПНР по форме КС-2, справку о стоимости выполненных работ по форме КС-3, откорректированную эксплуатационную и техническую документацию на Оборудование (в случае необходимости), согласования с производителем Оборудования внесенных изменений в документацию и конструкцию Оборудования (в случае необходимости).

Положениями п. 12.4 договора установлено, что за просрочку выполнения подрядчиком ПНР заказчик имеет право потребовать от подрядчика уплаты штрафной неустойки в размере 0,1% от общей стоимости договора, указанной в пункте 2.1 договора, за каждый день просрочки.

Как следует из материалов дела, ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по договору, нарушив установленные договором сроки проведения пусконаладочных работ по вводу в эксплуатацию поставленного оборудования, что подтверждается письмами ответчика от 31.07.2019 № 0100-33-7104/20900, от 08.11.2019 № 0100-33-7106/31560, а также представленными в ходе судебного разбирательства пояснениями представителей ответчика.

В претензии от 31.07.2020 № 01/3146 истец потребовал уплаты неустойки за просрочку выполнения подрядчиком ПНР. Оставление претензионных требований без удовлетворения послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Анализируя условия договора от 30.12.2015 № 2866/15, а также фактические взаимоотношения сторон, суд приходит к выводу о том, что заключенный между сторонами договор является смешанным, содержит элементы договора поставки и договора подряда.

Согласно пункту 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В части проведения подрядчиком пусконаладочных работ по данному договору применяются общие положения о подряде (статья 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации сроки выполнения работ являются существенным условием договора подряда.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренным законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт нарушения подрядчиком сроков выполнения работ, следовательно, истец на законных основаниях начислил неустойку.

При этом является необоснованным довод ответчика о том, что часть исковых требований заявлена за пределами срока исковой давности.

С учетом уточнения истец просит взыскать с ответчика 230 724 000 руб. за период просрочки с 16.11.2019 по 05.04.2020 и с 07.10.2020 по 30.04.2021.

По общему правилу, изложенному в статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности составляет 3 года.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора (например, претензионному порядку, медиации), то течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения соответствующей процедуры

В случае соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора ранее указанного срока течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения такого порядка. Например, течение срока исковой давности будет приостановлено с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении.

31.07.2020 истцом была направлена претензия № 01/3146 была получена ответчиком 13.08.2020, а ответ на неё был отправлен истцу 19.08.2020, то есть спустя 7 дней, на которые срок исковой давности следует считать приостановленным.

С настоящими исковыми требованиями истец обратился 23.11.2022, подав заявление посредством системы «Мой арбитр», в связи с чем срок исковой давности истцом не пропущен.

Не может быть принят судом и довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по главному требованию (выполнение пуско-наладочных работ) и по смыслу п. 2 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации пропуске срока исковой давности по дополнительному требованию (взыскание неустойки).

Согласно положениям статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново, а время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, может относиться признание претензии.

Из письма ответчика от 08.11.2019 № 0100-33-7106/31560 следует, что акционерное общество «ОДК-Газовые турбины» признает обоснованным начисление неустойки за просрочку выполнения подрядчиком пусконаладочных работ (абзац 2 страница 1).

Кроме того, из проекта соглашения об оплате договорной неустойки, подписанного и скрепленного печатью ответчика, направленного в адрес истца 19.08.2020 письмом № 01-01/10-0486, также следует, что ответчик признает просрочку выполнения ПНР по своей вине в периоды с 02.03.2019 по 19.05.2019 и с 17.11.2019 по 31.07.2020.

Таким образом, ответчик 08.11.2019, а также 19.08.2020 совершил действия, которые по смыслу статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации однозначно свидетельствуют о том, что течение срока исковой давности по главному и дополнительному требованиям началось заново (08.11.2019 и 19.08.2020 соответственно) и к моменту обращения акционерного общества «Газпром добыча Томск» в суд (23.11.2022) срок исковой давности не истек.

При изложенных обстоятельствах доводы ответчика об истечении срока исковой давности отклоняются судом в связи с их необоснованностью.

Доводы ответчика о необходимости применения при разрешении настоящего спора положений постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» судом не рассматриваются, поскольку спорный мораторный период начисления процентов исключен истцом из предмета исковых требований.

Не принимается судом как обоснованная позиция ответчика о том, что соглашение о неустойке по договору нарушает баланс интересов сторон, так как ответчик, как слабая сторона, был поставлен в невыгодные условия по сравнению с истцом.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

Извещение о проведении запроса предложений № 0089/15/2.2/0062359/ ТомскГП/ЗП/ГОС/Э/11.11.2015 было размещено 11.11.2015 на сайтах http://zakupki.gov.ru, https://etpgaz.gazprombank.ru, http://gazprom.ru.

Протоколом № 1/0089/15/2.2/0062359/ТомскГП/ЗП/ГОС/Э/11.11.2015 заседания комиссии ОАО «Востокгазпром» по подведению итогов открытого запроса предложений № 0089/15/2.2/0062359/ТомскГП/ЗП/ГОС/Э/11.11.2015 на поставку основного генерирующего оборудования для нужд ОАО «Томскгазпром» определена лучшей заявка ответчика на участие в запросе предложений с ценой заявки на участие в запросе предложений – 663 000 000,00 рублей (c НДС).

Таким образом, договор заключен сторонами своей волей и в своем интересе. Требования, предъявляемые к работам и проект договора, были размещены на общедоступном информационном ресурсе, и до подачи заявки на участие в закупке любое заинтересованное лицо могло ознакомиться с ними и оценить реальность исполнения будущих обязательств с учетом своих возможностей.

Исходя из обычаев делового оборота, стороны устанавливают договором повышенную или пониженную по сравнению с предусмотренной законом ответственность за ненадлежащее исполнение договорных обязательств. Лицо, добровольно приняв на себя соответствующие обязательства, несет риск их неисполнения в соответствии с условиями обязательства.

В данном случае при заключении договора ответчик выступал на стороне подрядчика, то есть не являлся лицом, нуждающимся в приобретении товаров и работ, и, как следствие, обязанным заключить договор. Ответчик добровольно и в своем усмотрении принял решение на участие в соответствующей процедуре запроса предложений, имеющей целью заключение договора.

Ответчик, подписывая спорный договор, был осведомлен об ответственности за нарушение обязательств, и выразил свое согласие с соответствующими условиями договора, тем самым, предполагая возможность наступления для него негативных последствий, связанных с применением договорной ответственности в размере 0,1 % от общей стоимости договора за каждый день просрочки в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательства по выполнению ПНР.

При этом ответчик, являясь коммерческой организацией, в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением принятых по договору обязательств.

Ссылка ответчика на приложенное к заявке на участие в торгах уточнение к договору (в части уменьшения размера неустойки подрядчика) не имеет правого значения, поскольку сам ответчик в письме № 01-01/10-956 просил уточнения к договору считать недействительными. Следует также обратить внимание, что внесение изменений в договор, заключенный с победителем торгов, на условиях, предусматривающих пониженную ответственность подрядчика по сравнению с той, какая была предусмотрена на официальном сайте электронной площадки, является нарушением конкурентных процедур.

Закрепляя в п. 12.4 договора ответственность в размере 0,1% за каждый день просрочки от общей стоимости договора, стороны исходили из ее стимулирующей роли, направленной на побуждение подрядчика своевременно завершить пусконаладочные работы.

Кроме того, суд отмечает, что согласно положениям п. 4.3 договора 10% от стоимости оборудования оплачивается заказчиком после подписания сторонами акта о приемке выполненных пусконаладочных работ.

Вышеуказанный порядок формирования цены также обусловлен необходимостью стимулирования подрядчика к своевременному исполнению принятых на себя в рамках договора обязательств.

Однако, как следует из материалов дела, ответчик 28.03.2018 направил в адрес истца досудебную претензию № 05/04-043 о взыскании <***> 015,75 руб. (10% от стоимости оборудования), мотивировав претензию тем, что подрядчик недополучит денежные средства за поставленное оборудование, стоимость которого формировалась на этапе подачи коммерческого предложения в 2017 году.

При этом письмом от 05.04.2018 № 10/02-203 ответчик сообщил о готовности выполнения пусконаладочных работ исключительно при условии удовлетворения истцом вышеуказанной претензии.

Истец, заинтересованный в введении в эксплуатацию газотурбинных электростанций ГТА-6РМ, действуя добросовестно, а также располагая сведениями о том, что ответчик подтвердил свою готовность к завершению пусконаладочных работ в срок не позднее 30.08.2018, перечислил на его расчетный счёт <***> 015,75 руб. (10% от стоимости оборудования), тем самым утратил одну из возможностей стимулирования подрядчика к своевременному завершению им пусконаладочных работ.

Несостоятелен и довод ответчика о необходимости применения в настоящем споре принципа non bis in idem.

Общеправовой принцип non bis in idem, на который необоснованно ссылается ответчик, в контексте настоящего спора предполагает исключение случаев применения двойной гражданско-правовой ответственности за одно нарушение. Между тем, в настоящем споре к ответчику предъявлено одно требование (неустойка) за одно нарушение (нарушение сроков выполнения пусконаладочных работ). Предположения ответчика о том, что в том случае, если бы он допустил просрочку нескольких этапов, то и истец бы начислил неустойку от всей цены договора по каждому из таких этапов, не свидетельствует о необходимости применения принципа non bis in idem, ввиду фактического отсутствия таких обстоятельств. При этом ссылка ответчика на постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.11.2021 № Ф05-26456/2021 по делу № А40-10768/2021 не может быть принята по настоящему спору, поскольку по делу № А40-10768/2021 рассматривался спор, возникший в рамках договора поставки, по условиям которого поставка товара осуществлялась не единовременно, а партиями к определенным срокам, в связи с чем, как указал суд, необходимо исходить от стоимости непоставленного товара в определённом периоде, а не от общей стоимости договора, что не соответствует обстоятельствам настоящего спора.

Позиция ответчика о недопустимости установления в договоре несимметричной неустойки противоречит действующему законодательству и сложившейся судебной практике (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.11.2016 по делу № А03-22544/2015, постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.07.2023 по делу № А40-157168/2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 по делу № А40-226691/22), в связи с чем судом отклоняется.

Рассматривая доводы о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 263-О от 21.12.2000, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

Следовательно, в статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет по существу об обязанности суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора в результате нарушения обязательства.

В пункте 2 информационного письма № 17 от 14.07.1997 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки сумме возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другое.

В пунктах 73 и 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Истец указал, что из-за нарушения ответчиком сроков проведения пусконаладочных работы по вводу в эксплуатацию поставленного в рамках договора оборудования он вынужден был произвести корректировки планов бурения эксплуатационных скважин. Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются представленными истцом графиками строительства скважин в 2020 году, из которых следует, что истец, в связи с отсутствуем необходимых для единовременного выполнения работ мощностей, был вынужден исключить из соответствующего графика строительство семи эксплуатационных скважин, а также бурение семи эксплуатационных скважин, что негативно отразилось на производственных показателях истца за 2020 год.

Вместе с тем, размер начисленной истцом неустойки (230 724 000 руб.) за спорный период априорно настолько велик, что ее взыскание приведет к блокированию хозяйственной деятельности ответчика, возможному банкротству и невозможности исполнения принятых на себя обязательств, в том числе перед истцом.

При изложенных обстоятельствах, руководствуясь принципами разумности и соразмерности, соблюдая баланс интересов сторон, суд считает необходимым применить статью 333 Гражданского Кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки до 29 136 788,92 руб.

Указанный размер не превышает стоимость пусконаладочных работ в рамках договора от 30.12.2015 № 2866/15.

Кроме того суд учитывает, что в период рассмотрения настоящего спора сторонами предпринимались попытки урегулировать спор посредством заключения мирового соглашения. И истец, и ответчик озвучивали указанную сумму как возможную компенсацию для урегулирования конфликта (л.д. 41 т. 2, 12-14 т. 3, аудиозаписи судебных заседаний).

Суд также учитывает стимулирующий характер неустойки, а также тот факт, что спорные работы не завершены до сих пор (по договору на их проведение отводилось 60 дней, просрочка составляет более 3-х лет), в этой связи основания для уменьшения неустойки в большем размере не усматривает.

Неустойка в размере 29 136 788,92 руб. за спорный период в полной мере выполняет как функцию способа обеспечения исполнения обязательства, так и меры гражданско-правовой ответственности, не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулирует должника к правомерному поведению, в то же время не позволяет кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

При обращении с исковым заявлением в арбитражный суд истец уплатил государственную пошлину в размере 200 000 руб. по платежному поручению № 9618 от 29.11.2019.

По правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Абзацем 3 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с акционерного общества «ОДК-Газовые турбины» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерного общества «Газпром добыча Томск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку в размере 29 136 788,92 руб., а также 200 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, всего 29 336 788,92 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Судья Н.Н. Какушкина