Решение от 12 декабря 2019 г. по делу № А53-36464/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-36464/19
12 декабря 2019 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 10 декабря 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 12 декабря 2019 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Новожилова М. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дроновой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» (ИНН <***> ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Наладка и контроль» (ИНН <***> ОГРН <***>)

о признании договора недействительным,

третье лицо: АО «Крымтеплоэнергоцентраль»

при участии:

от истца: руководитель ФИО1 (выписка)

от ответчика: руководитель ФИО2 (выписка), представитель ФИО3 по доверенности от 19.08.2019

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» (истец, ООО «СКиД») обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Наладка и контроль» (ответчик, ООО «НиК») о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 01.03.2018 заключенного между ООО «СКиД» и ООО «НиК».

Требования обоснованы тем, что договор уступки права требования от лица общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» (цедент) и общества с ограниченной ответственностью «Наладка и контроль» (цессионарий) заключен ФИО2, который не обладал полномочиями на заключение данной сделки от лица общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика», что впоследствии подтверждено судебными актами по делу №А53-37607/2017. В результате заключения данной сделки обществу с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» причинен ущерб, за уступаемое право ответчик обязан был оплатить 1 000 000 рублей (оплаты фактически не последовало), в то время как оплата по договору подряда, заключенному между с АО «Крымтеплоэнергоцентраль», на которую мог рассчитывать истец составила 6 363 523,50 руб. При заключении договора уступки права требования (цессии) от 01.03.2018 отсутствовало согласие (одобрение) от всех участников (учредителей) ООО «СКиД» и ООО «НиК» на заключение данной сделки, которая является крупной и требует в силу закона согласие (одобрение) от всех участников обществ.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал полностью, просил приобщить к материалам дела дополнительные пояснения по иску и документы, заявил, что из представленных в материалы дела документов следует, что договор уступки права требования (цессии) хотя и датирован 01.03.2018, не мог быть реально подписан ранее сентября 2018 года. Кроме того, документы, которые по условиям договора цессии цедент обязался передать цессионарию (договор подряда № 63/2-15 от 25.02.2015, заключенному между цедентом и акционерным обществом «Крымтеплоэнергоцентраль» со всеми приложениями) находятся в распоряжении истца и никогда не передавались кому-либо.

Суд протокольным определением приобщил пояснения и документы к материалам дела.

Ответчик возражал против иска, представил дополнительный отзыв, в котором указал, что на момент заключения сделки руководителем общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» являлся ФИО2, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц.

Третье лицо представило пояснения, в которых полагало требования не подлежащими удовлетворения ввиду того, что обязательства по оплате работ по договору, заключенному с истцом в полном объеме исполнены, оплата произведена в пользу нового кредитора по договору цессии – ООО «НиК».

В материалы дела истцом представлена копия договора уступки прав требования (цессии) от 01.03.2018, заключенного между ООО «СКиД» (цедент) и ООО «НиК» (цессионарий), подписанный со стороны цедента и цессионария ФИО2

Факт заключения данного договора ответчиком подтверждён.

Согласно п. 1.1. договора цедент уступил, а цессионарий принял право требования по договору подряда № 63/2-15 от 25.02.2015, заключенному между цедентом и акционерным обществом «Крымтеплоэнергоцентраль», далее – должник. Сумма уступаемого в соответствии с п. 1.1. договора права требования составляет 5 762 883,50 руб.

В силу п. 3.1. договора за уступаемые права (требования) цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в сумме 1 000 000 рублей.

Судом также установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются учредителями ООО «СКиД» и ООО «НиК» с долями равными 50% в уставном капитале обществ.

Согласно Протоколу от 01.12.2008№ 3 общего собрания участников ООО «СКиД» ФИО1 с декабря 2008 года и на момент рассмотрения спора является директором ООО «СКиД», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 03.10.2019 за № ЮЭ9965-19-89155156, имеющейся в материалах дела.

Ранее арбитражным судом рассмотрены споры между ФИО1 и ФИО2

В деле № А53-37607/2017 ФИО1 обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" с требованиями, уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ:

- признать недействительным решение N 1 участника общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" ФИО2 от 20.11.2017;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 28.11.2017 за государственным регистрационным номером 6176196194652;

- обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы N 26 по Ростовской области внести в Едином государственном реестре юридических лиц сведения о признании записи от 28.11.2017 за государственным регистрационным номером 6176196194652 недействительной.

Исковые требования мотивированы нарушением порядка избрания исполнительного органа.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.03.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2018 исковые требования удовлетворены.

Судами установлено, что истец в принятии оспариваемого решения не участвовал, на дату обращения в суд с иском и на дату вынесения решения является участником общества, в связи с чем вправе оспаривать решение общего собрания общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 20.11.2017.

Суды пришли к выводу о том, что ФИО1 не может считаться извещенной надлежащим образом о дате и времени проведения общего собрания 20.11.2017. Относимых, допустимых доказательств, подтверждающих извещение истца о собрании, ответчиком не представлено.

Суд указал, что оспариваемое решение участника общества от 20.11.2017 является недействительными как принятые с существенным нарушением положений Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 43 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пунктом 4 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющих оставить в силе решения общего собрания участников общества от 20.11.2017, отсутствует. В связи с чем недействительной является и запись в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" (ИНН <***>, ОГРН <***>) от 28.11.2017 за государственным регистрационным номером 6176196194652.

В рамках дела №А53-28838/18 ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ФИО2, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 26 по Ростовской области, обществу с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" с требованиями, уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ:

- признать недействительным Протокол N 1 внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 15.04.2018;

- признать недействительным решение N 1 участника Общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" ФИО2 от 24.08.2018;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 31.08.2018 за государственным регистрационным номером 2186196907796, обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России N 26 по Ростовской области внести в Единый государственный реестр юридических лиц сведения о признании указанной записи недействительной.

Исковые требования мотивированы тем, что истец не был уведомлен о проводимом собрании, в связи с чем не мог участвовать в собрании, кроме того, ФИО2 незаконно отстранил от должности руководителя общества истца, ответчиком необоснованно было изменено лицо, которое вправе действовать от имени общества без доверенности.

Решением суда от 10.12.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019, исковые требования удовлетворены. Суд признал недействительным Протокол N 1 внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 15.04.2018, признал недействительным решение N 1 участника общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" ФИО2 от 24.08.2018, признал недействительной запись в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" от 31.08.2018 за государственным регистрационным номером 2186196907796. Обязал Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России N 26 по Ростовской области внести в Единый государственный реестр юридических лиц сведения о признании записи от 31.08.2018 за государственным регистрационным номером 2186196907796 недействительной, взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 18 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Суд установил, что в связи с временным отстранением истца от должности директора общества на основании судебного акта суда общей юрисдикции от 29.09.2017 на срок предварительного расследования второй участник общества возложил обязанности руководителя на себя со ссылкой на данный судебный акт. Суд первой инстанции согласился с доводом иска о недействительности принятых решений как в связи с процедурными нарушениями, так и в связи с невозможностью единоличного принятия такого решения. Вывод о неизвещении истца о проведении собрания судом сделан на основании того, что уведомление подписано иным лицом, тогда как истец находился за границей.

Как указано выше, на момент рассмотрения настоящего спора ФИО1 является директором ООО «СКиД», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Сославшись на то обстоятельство, что договор уступки права требования от 01.03.2018 от лица общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» заключен неуполномоченным лицом, без согласия (одобрения) от всех участников общества на совершение данной крупной сделки, в результате чего истцу причинен ущерб, истец обратился в суд с требованиями о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 01.03.2018 заключенного между ООО «СКиД» и ООО «НиК».

Изложенное является предметом судебного разбирательства.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Руководство текущей деятельностью общества с ограниченной ответственностью осуществляется его единоличным исполнительным органом или единоличным и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества образовываются и избираются по решению общего собрания участников общества (пункт 4 статьи 32, пункт 2 статьи 33, статья 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Сведения о юридических лицах (в том числе об учредительных документах и об их изменениях, о месте нахождения исполнительного органа юридического лица, о паспортных данных лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица) содержатся в едином государственном реестре юридических лиц, являющемся открытым и общедоступным федеральным информационным ресурсом. Правовое регулирование отношений, возникающих в сфере информации, основывается на принципах свободы получения и достоверности информации (пункт 1 статьи 4, пункт 1 статьи 5, статья 6 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», пункты 1, 6 статьи 3 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»).

В соответствии со статьей 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» законным представителем общества с ограниченной ответственностью является единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие). Согласно пункту 1 части 3 статьи 40 указанного закона единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 9 Информационного письма Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», дал следующие рекомендации применения положений статьи 10 ГК РФ.

Недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки, воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны сделки при заключении договора действовал явно в ущерб последнему, является основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ и статьи 168 ГК РФ.

Статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пнктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 названного постановления).

Согласно абзацу 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для признания сделки недействительной по основанию статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу, либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

В соответствии с требованиями статьи 65 АПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые она ссылается в обоснование требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. В силу пунктов 4, 5 указанной статьи каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Истец ссылается на необходимость признания договора уступки права требования от 01.03.2018 недействительной сделкой ввиду заключения ее от лица ООО «СКиД» неуполномоченным лицом. Вместе с тем, из материалов дела следует и сторонами не оспаривается тот факт, что на момент заключения данной следки (договора цессии от 01.03.2018) ФИО2 обладал полномочиями директора ООО «СКиД».

Оспариваемый договор заключен ФИО2 в то время, когда решения N 1 участника общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" ФИО2 от 20.11.2017 еще не было признано недействительным судебными актами, принятыми по делу №А53-37607/17.

Вместе с тем, как видно из картотеки арбитражных дел исковое заявление ФИО1 о признании недействительным данного решения поступило в арбитражный суд 08.12.2017 и принято к производству суда определением от 14.12.2017, делу присвоен №А53-37607/17. Впоследствии данное решение участника общего собрания было признано недействительным решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.03.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2018. Следовательно, на момент совершения данной сделки ФИО2 знал и должен был знать об обстоятельствах, свидетельствующих о недействительности его решения, как участника общества с ограниченной ответственностью «Спецконтроль и диагностика» от 20.11.2017.

Материалами дела подтверждён тот факт, что результате заключения спорной сделки причинен вред имущественным интересам ООО «СКиД» (по условиям договора цессии предполагается оплата за уступаемой на сумму в размере 1 000 000 рублей, при этом само сумма уступаемого в соответствии с п. 1.1. договора права требования составляет 5 762 883, 50 руб.). Третьим лицом полностью исполнена обязанность по оплате выполненных истцом работ в пользу ответчика (платежное поручение от 29.12.2018 – л.д. 52). В свою очередь, доказательства исполнения обязанности по оплате за уступаемое право по спорному договору цессии на сумму 1 000 000 рублей материалы дела не содержат.

Кроме того, права участников общества с ограниченной ответственностью, его участником закреплены в п. 5 ст. 45, п. 5 ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями названной статьи.

Названные в указанной норме лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе при условии, что они, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) их аффилированные лица являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Пунктом 1 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки.

Для целей указанной статьи стоимость отчуждаемого обществом в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого обществом имущества - на основании цены предложения.

Согласно п. 3 ст. 45, п. 3 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью решение об одобрении сделки с заинтересованностью и крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

В п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» содержатся разъяснения, согласно которым лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать: наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (п. 1 ст. 45 и п. 1 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз. 5 п. 5 ст. 45 и абз. 5 п. 5 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

На момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом ООО «НиК», а также единственным исполнительным органом ООО «СКиД», что подвтреждено материалами дела и не оспаривается сторонами спора. Следовательно оспариваемый договор цессии от 01.03.2019 является для сделкой с заинтересованностью. Для совершения такой сделки в силу положений ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью требовалось ее одобрение незаинтересованным участником общества «СКиД» - ФИО1 Доказательства получения такого ободрения материалы дела не содержат.

Как указано выше, сделка по уступке права тревбоания совершена на заведомо и значительно невыгодных условиях для ООО «СКиД» в интересах ООО «НиК», соучредителем и руководителем которого является ФИО2, то есть в результате заключения спорной сделки имущественные права общества «СКиД» нарушены.

Таким образом, установлена совокупность обстоятельств, необходимых для признания недействительной сделки – договора уступки прав требования (цессии) от 01.03.2018 заключенного между ООО «СКиД» и ООО «НиК».

С учётом изложенного, суд приходит к выводу о необходимости признания оспариваемой сделки - договора уступки права требования (цессии) от 01.03.2018 - недействительной как не соответствующей требованиям пункта 1 статьи 10 ГК РФ.

Ссылка ответчика на выводы, изложенные в постановлении Президиума ВАС РФ от 24.06.20107 № 3259/07 является несостоятельной, поскольку судебные акты по названному делу приняты с учетом иных фактических обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) также разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Истцом заявлено, что оспариваемая сделка в части передачи документов, предусмотренных в п.2.1.1. им не исполнялась.

При рассмотрении настоящего спора доказательства оплаты ответчиком и получения истцом денежных средств во исполнение обязательств по сделке – договору уступки права требования (цессии) от 01.03.2018 в материалы дела не представлены, в связи с чем, вопрос о применении последствий недействительности сделки судом не разрешается.

По правилам ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уплаченная истцом государственная пошлина в размере 6000 рублей относится на ответчика, поскольку требования удовлетворены в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 01.03.2018, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" (ИНН <***> ОГРН <***>) и обществом с ограниченной ответственностью "Наладка и контроль" (ИНН <***> ОГРН <***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Наладка и контроль" (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Спецконтроль и диагностика" (ИНН <***> ОГРН <***>) 6000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяНовожилова М. А.