Решение от 19 октября 2022 г. по делу № А74-4048/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

19 октября 2022 года Дело № А74-4048/2022

Резолютивная часть решения объявлена 12 октября 2022 года. Решение в полном объёме изготовлено 19 октября 2022 года.


Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи А.В. Лиходиенко, при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гриф» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Разрез Белоярский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 445 240 рублей 44 копеек,

при участии представителей:

истца – ФИО2 на основании доверенности от 01.04.2022;

ответчика – ФИО3 на основании доверенности от 17.05.2022, ФИО4 на основании доверенности от 08.08.2022.


Общество с ограниченной ответственностью «Гриф» (далее – истец, ООО«Гриф») обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Разрез Белоярский» (далее – ответчик, ООО «Разрез Белоярский») о взыскании 445 240 рублей 44 копеек, в том числе 436 040 рублей долга по договору подряда №3/2021 от 03.06.2021 и 9 200 рублей 44 копейки неустойки за период с 28.09.2021 по 26.04.2022.

По существу иска, истец пояснил, что выполнил взятые на себя обязательства в полном объеме, а именно провел буровые работы в количестве 112,7 м., что не противоречит условиям п.1.2. договора и отражено в акте выполненных работ №5 от 01.07.2021 на сумму 586 048 рублей и счете на оплату №8 от 01.07.2021. Также указал на то, что согласно п.4.5. договора, передал результат работ по акту приёма-передачи керновых проб от 21.06.2021 в соответствии с техническим заданием в количестве 5 «керновых ящиков» представителю заказчика - главному геологу ФИО5

Как указал истец, заказчиком был оплачен аванс по договору в размере 150 000 рублей, и таким образом, заказчик обязан оплатить подрядчику 436 040 рублей; кроме того, истец начислил неустойку ответчику, за несвоевременное перечисление суммы оплаты.

Ответчик возражал, пояснил, что 23.09.2021 в адрес ООО «Разрез Белоярский» от ООО «Гриф» поступила претензия и акт выполненных работ №5 от 01.07.2021 для подписания. 27.09.2021 (исх.№184) в адрес ООО «Гриф» от ООО «Разрез Белоярский» был направлен мотивированный отказ приемки выполненных работ.

Как пояснил ответчик, п.2.4. договора предусмотрено составление совместного протокола с перечнем необходимых доработок и сроков их выполнения, в случае отказа от подписания актов заказчиком (т.е. направление подрядчику мотивированного отказа от приемки выполненных работ); согласно п.4.4. договора, подрядчик обязуется за свой счет, в установленный заказчиком срок, исправить выявленный брак в работе.

Ответа на мотивированный отказ приемки выполненных работ от ООО «Гриф» в адрес ООО «Разрез Белоярский», пояснил ответчик, не поступало. Уведомления о начале работ, уведомление об окончании работ в адрес ООО «Разрез Белоярский» также не поступало, как не поступало и уведомление о проведении приемки керновых проб уполномоченному представителю в рамках заключенного договора - ФИО4

Результат работ по договору, пояснил ответчик, а именно скважина глубиной 112,7 метра, диаметром 108 мм., обсаженная трубами диаметром 93 мм., пробуренная на участке №5 Изыхского каменноугольного месторождения в Республике Хакасия, в границах горного и земельного отвода ООО «Разрез Белоярский», в соответствии с Техническим заданием (приложение №1 к договору) подрядчиком не предоставлен. Кроме того, ответчик считает, что предоставленный истцом расчет неустойки за период с 28.09.2021 по 26.04.2022 не соответствует Постановлению Правительства РФ от 28 марта 2022 № 497.

Возражая доводам ответчика, истец пояснил, что 09.06.2021 для фиксации результатов работ, а также для составления паспорта разведочной скважины №1 угольного разреза Белоярский по согласованию между ООО «Гриф» и ООО «Разрез Белоярский» был привлечен геолог ООО «Азурит» ФИО6 которым было произведено документирование разведывательной скважины и составлен паспорт с описанием координат скважины параметров и геологического описания разреза, что, по мнению истца, указывает на несоответствие доводов, изложенных ответчиком в отзыве. По мнению истца, условия договора в части выполнения буровых работ были выполнены им в полном объеме, но в виду того, что ООО «Разрез Белоярский» в лице ФИО4 не удовлетворил результат данных работ, выраженных в отсутствии залежей угольных пород на обговоренной глубине бурения, последний предложил представителям ООО «Гриф» продолжить бурение на большую глубину, однако отказался заключить дополнительное соглашение на новых условиях, а именно отказался оплачивать предполагаемые дополнительные работы. В связи с этим, ООО «Гриф» были прекращены работы, а результаты выполненных работ были переданы главному геологу заказчика ФИО5, при этом, указал истец, именно ФИО5 подписывалось техническое задание к договору подряда, а у представителя ФИО4 возражений при подписании технического задания являющегося неотъемлемой частью договора не возникало, что, по мнению истца, делает ФИО5 уполномоченным представителем заказчика в выполнении условий договора.

Таким образом, считает истец, указанные им обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении ответчика.

Возражая доводам истца, ответчик направил дополнения к отзыву, где указал, что ответчиком не было согласовано привлечение геолога ООО «Азурит» ФИО6 для фиксации результатов работ и составления паспорта разведочной скважины №1 угольного разреза Белоярский. Информация о согласовании ответчиком привлечения геолога ООО «Азурит» ФИО6 не достоверна и не имеет доказательств. Ответчик пояснил, что ему не предоставлялся, им не согласовался и не подписывался, представленный истцом к паспорт разведочной скважины №1 угольного разреза Белоярский. Как пояснил ответчик, данный паспорт он увидел впервые и считает его недостоверным. По мнению ответчика, истец умышленно умалчивает о том, что 27.09.2021 в его адрес от ООО «Разрез Белоярский» был направлен мотивированный отказ приемки выполненных работ. Также, по мнению ответчика, истец вводит в заблуждение суд, предоставляя акт передачи керновых проб, подписанный геологом ООО «Разрез Белоярский» ФИО5, как акт выполненных работ, вместе с тем, считает ответчик, наличие керновых проб не доказывает наличие скважины и даже если принять к учету акт приема-передачи керновых проб, представленный ООО «Гриф», но подписанный не уполномоченным лицом, то он все равно не подтверждает наличие скважины, пробуренной в соответствии с Техническим заданием, а именно глубины, диаметра, угла наклона, наличия обсадных труб. Также, по утверждению ответчика истца ФИО5 никакие керновые пробы в распоряжение ответчика не передавала.

11 августа 2022 истец направил дополнения по иску, заявив ходатайство о приобщении фотографий бурения скважин 1 и 2 и фотографии керна скважины.

Возражая предоставленным истцом фотографиям ответчик обратил внимание суда на то, что на скриншотах фотографий бурения скважины - 1 и 2 изображена буровая установка, однако нельзя установить ее месторасположение, а именно находится ли она на ООО «Разрез Белоярский» в точке с координатами (МСК-166): X 199 933, Y 394 125, как это утверждал истец, предоставляя паспорт разведочной скважины №1; не видно устье скважины; в точке, где буровая штанга соприкасается с поверхностью земли, отсутствуют следы бурения (буровой штып). По мнению ответчика, представленные истцом фото не подтверждают бурение скважины по договору и количество пробуренных данной буровой установкой погонных метров. Фотографии керна скважины (фотографии 1, 2, 3) не подтверждают, что керны, изображенные на данных фото, изъяты именно из скважины, пробуренной по договору, а также не подтверждают количество пробуренных погонных метров. Вместе с тем, указал ответчик, согласно предмету договора, и п.1.3. договора, результатом работ по договору являются скважины колонкового бурения, а согласно п.6 Технического задания - скважина должна быть обсажена трубами диаметром 93 мм.

Также, 11 августа 2022 года, ответчик составил и представил в материалы дела односторонний акт отсутствия скважины по координатам, указанным в паспорте разведочной скважины №1.

В материалы дела ответчик представил трудовые договоры в отношении ФИО5 от 01.11.2018, принятой в ООО «Разрез Белоярский» на должность главного геолога и уволенной 10.08.2021, а также в отношении ФИО7 от 15.02.2017, принятой в ООО «Разрез Белоярский» на должность главного маркшейдера.

Ответчик возражал относительно данных в суде свидетельских показаний ФИО5, указав, что ею даны ложные показания суду о том, что она вносила в книгу геологических наблюдений (журнал первичной геологической документации) данные по спорной скважине, так как в период с июня 2021 года по сентябрь 2021 года никаких данных по указанной скважине внесено не было, ни в книгу геологических наблюдений (журнал первичной геологической документации), которая была начата с сентября 2014 года и окончена в августе 2018 года (инв. № 5/1), ни в книгу геологических наблюдений (журнал первичной геологической документации), которая ведется с сентября 2018 года - по настоящее время (инв. № 44). Информация о наличии скважины согласно приблизительным координатам указанным ФИО5 не зафиксирована, записи о глубине скважины отсутствуют, скважина ею не измерялась. ФИО5, по мнению ответчика, ложно утверждает о том, что присутствовала при заключении договора, поскольку не смогла ответить на вопрос, заданный ей в суде, что является результатом, работ по договору, в виду того, что не присутствовала при подписании договора. Позже, пояснил ответчик, ФИО5 изменила свои показания, пояснив суду, что она только составила и подписала техническое задание (приложение к договору). Таким образом, указал ответчик, вынос в натуру указанной скважины с учётом технического задания, ФИО5 не производила. Кроме того, считает ответчик, ФИО5 заведомо ложно утверждала в суде, что ФИО4 дал ей устное распоряжение для приема результатов работ по данной скважине, однако она не смогла вспомнить имя и отчество ФИО4; в ее должностной инструкции нет прав и обязанностей на подписание документов приема-передачи выполненных работ, в том числе и по данной скважине. Как пояснил ответчик, свидетель ФИО5 является работником компании, которой руководит ФИО7 и у данной компании имеются с ООО «Гриф» договорные отношения (они являются финансовыми партнерами), таким образом, по мнению ответчика, данные свидетели являются заинтересованными лицами и их пояснения не могут быть приняты во внимание по данному делу.

Также ответчик просил суд обратить внимание на то, что свидетель ФИО5 утверждала, что на ООО «Разрез Белоярский» является общепринятой практика устной выдачи распоряжений на прием выполненных работ, подписание договоров и финансовых документов, вместе с тем, достоверность данных пояснений свидетеля ответчик опровергает, в виду того, что ответчиком установлен порядок выдачи доверенностей на представление интересов общества при осуществлении каких-либо действий, однако ФИО5 для принятия результатов выполненных работ по акту приема-передачи по данному договору доверенность не выдавалась, а полномочия для этого у неё отсутствовали.

Возражая представленным истцом фотографиям, ответчик указал, что на скриншотах фотографий изображена буровая установка, возле нее на земле лежат пустые ящики, в которых ничего нет, и в случае если бы скважину действительно бурила данная буровая установка, в этих ящиках должны были бы лежать керны скважины.

Таким образом, считает ответчик, данные фотографии не подтверждают бурение скважины по договору и не подтверждают факт бурения скважины и количество пробуренных данной буровой установкой погонных метров.

При рассмотрении настоящего спора, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

03 июня 2021 года между ООО «Гриф» (подрядчик) и ООО «Разрез Белоярский» (заказчик) был заключен договор подряда № 3/2021 на производство геологоразведочных работ.

В соответствии с условиями п.1.1. договора, подрядчик обязался выполнить буровые и сопутствующие геологические работы в объеме, указанном в заявке (техническом задании) (приложение №1 к договору) и согласованном сторонами, на участке №5 Изыхского каменноугольного месторождения в Республике Хакасия, в границах горного и земельного отвода ООО «Разрез Белоярский». Работы выполняются в соответствии с проектно-технической документацией заказчика. Место расположения участка: Республика Хакасия, Алтайский район, Белоярский сельсовет, в 2,8 км на запад от 29 км отметки автодороги Абакан-Саяногорск.

В соответствии с п.1.2. договора, плановый объем работ по договору составляет 100 (сто) п.м, бурения скважин колонковым способом с отбором керна. Фактический объем работ определяется в акте выполненных работ.

Результатом работ является: скважины колонкового бурения; керн скважин (отобранный с интервалом по техническому заданию) п. 1.3.

Согласно п.2.1. договора, общая стоимость работ определяется согласно фактически выполненным объемам работ на условиях договорной цены за единицу одного погонного метра, из расчета 5 200 рублей за один погонный метр бурения, в том числе НДС 20%.

Согласно приложению №1 к договору (техническое задание на производство геологоразведочных работ), в п.6 стороны изложили требование к бурению, а именно: максимальная глубина бурения 110 м; угол наклона скважин 90°; категория по буримости IV-XI; диаметр бурения 108 мм, диаметр обсадных труб 93; выход керна по вмещающим породам, не менее 85%; выход керна но угольным интервалам, не менее 95%; керн по угольным интервалам укладывается в шпики и передается по акту приема-передачи представителю заказчика; ведение бурового журнала обязательно.

В судебном заседании 31.08.2022, вызванная в качестве свидетеля ФИО8, пояснила, что составляла техническое задание к договору от 03.06.2021 вместе с ФИО7 После того как договор был подписан, 05.06.2021 ООО «Гриф» проводил буровые работы на территории промплощадки карьера ООО «Разрез Белоярский» несколько дней. После начала буровых работ, пояснила свидетель, она подъехала и задокументировала работы, которые осуществлялись при ней. В плане горных работ свидетель показала суду примерное место бурения. Как пояснила свидетель, она подписала акт приема-передачи керновых проб, также осуществляла документацию и фотографии совместно с «геологом Гаясом» (со стороны истца). На подписание документов ей было дано устное поручение директором ФИО4, производство геологических работ осуществлялось всегда по устному поручению директора. Ящики с кернами были переданы ей же, они находились на промплощадке, затем убрали в вагончик с начальником участка ФИО9. Имелись журналы геологической документации скважин, куда были внесены все результаты, также всё было задокументировано в компьютере. Первая скважина была примерно 112 метров глубиной, извлеченная порода измерялась рулеткой, всего было 10-12 ящиков с кернами, точно, пояснила свидетель, она не помнит. Также бурилась и другая скважина.

В судебном заседании 12 октября 2022 года, вызванная в качестве свидетеля ФИО7, пояснила, что работала главным маркшрейдером в ООО «Разрез Белоярский» и составляла техническое задание к договору от 03.06.2021. Вместе с ФИО5 определяли место бурения скважины на месте, с участием представителя истца; при согласовании и подписании договора не участвовала; непосредственное участие в момент бурения не принимала, результаты работ принимала геологическая служба.

01 июля 2021 ООО «Гриф» выставило в адрес ООО «Разрез Белоярский» счет на оплату № 8 и счет-фактуру №13 на сумму 586 040 рублей.

Претензией истец указал ответчику о том, что за ним числится задолженность по оплате оказанных истцом услуг в размере 586 048 рублей.

Ссылаясь на отсутствие оплаты выполненных по договору работ, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства и доводы истца, арбитражный суд пришёл к следующим выводам.

Заключенный между истцом и ответчиком договор, является договором подряда, регулируемый положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить в установленный договором срок определенную работу и сдать ее результаты заказчику, а заказчик должен принять и оплатить выполненные работы.

Из положений статей 702, 740, 746 ГК РФ следует, что основанием для возникновения у заказчика денежного обязательства по оплате работ по договору подряда является совокупность следующих обстоятельств - выполнение работ и передача их результата заказчику.

Пунктом 1 статьи 720 ГК РФ установлено, что заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Исходя из положений пункта 1 статьи 711 ГК РФ, согласованных сторонами условий договора, в соответствии с пунктом 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате обусловленных договором работ является сдача работ заказчику путем подписания акта выполненных работ.

Данным актом в соответствии с частью 4 статьи 753 ГК РФ оформляется сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Указанная норма предусматривает возможность составления одностороннего акта сдачи-приемки результата работ, защищая интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку. В связи с чем, при необоснованном отказе заказчика от подписания направленного ему подрядчиком акта выполненных работ, односторонний акт выполненных работ также может быть надлежащим подтверждением фактического выполнения работ на указанную в этом акте сумму. При этом необоснованность отказа можно констатировать лишь при наличии доказательств направления акта в адрес заказчика.

Согласно пункту 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 подрядчик не может ссылаться на отказ заказчика от исполнения договорного обязательства по приемке работ и требовать их оплаты на основании одностороннего акта сдачи результата работ, если фактически результат работы в установленном порядке заказчику не передавался.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990 акты выполненных работ хоть и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, в то же время не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств.

На основании изложенного, суд отмечает, что законом не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ.

Как установлено судом, с учётом п. 1.3. договора, результатом работ является: скважины колонкового бурения; керн скважин (отобранный с интервалом по техническому заданию). В приложении №1 к договору (техническое задание на производство геологоразведочных работ), в пункте 6 стороны изложили требование к бурению, а именно: максимальная глубина бурения 110 м; угол наклона скважин 90°; категория по буримости IV-XI; диаметр бурения 108 мм, диаметр обсадных труб 93; выход керна по вмещающим породам, не менее 85%; выход керна но угольным интервалам, не менее 95%; керн по угольным интервалам укладывается в шпики и передается по акту приема-передачи представителю заказчика; ведение бурового журнала обязательно.

Оценив условия договора, доводы и возражения сторон, свидетельские показания, а также представленные сторонами доказательства, суд пришёл к выводу, что бесспорных доказательств, свидетельствующих о факте выполнения работ со стороны истца, получение результата, в виде подписания соответствующего акта уполномоченным представителем ответчика и получение им соответствующего керна из пробуренной скважины, в материалы дела не представлено. Соответственно, невозможно однозначно утверждать, что представленные истцом доказательства могут, безусловно, подтвердить факт выполнения им спорных работ на объекте и сдачу результатов ответчику.

В обоснование факта сдачи работ ответчику, истец ссылается на акт приема-передачи керновых проб от 21 июня 2021 года, в тексте которого указано о том, что 5 керновых ящиков отобрано до глубины 112,7 метра. Данный акт, со стороны заказчика подписан ФИО5, являвшейся в спорный период главным геологом ООО «Разрез Белоярский».

Данный акт, по утверждениям истца, служит основой для определения фактически выполненного объема работ на скважине; полномочия представителя заказчика явствовали из обстановки, поскольку именно ФИО5 подписывалось техническое задание к договору подряда и она присутствовала как при определении места бурения, так и непосредственно при самом бурении скважина и изъятия керна.

Суд обращает внимание на то, что пунктом 4.5. договора стороны согласовали, что при завершении работ и отдельных ее этапов подрядчик обязан подготавливать и передавать результат работ по акту выполненных работ представителю заказчика.

Вместе с тем, документов, свидетельствующих о том, что ФИО5 была уполномочена ООО «Разрез Белоярский» подписывать акт приема-передачи керновых проб, либо представлять интересы ответчика как полномочный представитель, на основании соответствующей доверенности, в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что в должностную инструкцию, являвшейся в спорный период главным геологом ФИО5, входила обязанность на подписание актов выполненных работ по договору на производство геологоразведочных работ либо иных результатов, истец также не представил.

Суд, откладывая рассмотрение дела (31.08.2022) предложил сторонам представить дополнительные пояснения по способу, методу бурения, с учетом пояснений свидетелей.

Истец, поясняя исковые требования, указал, что единого параметра и методов по проведению бурения разведочных скважин не существует, целью договора являлся именно керн скважин, т.е. содержимое скважины, земли (породы) извлечённой при бурении, в связи с чем, пояснил истец, он использовал рекомендации, изложенные в пособии по специальности 011100 «Бурение разведочных скважин». Также пояснил, что речь шла исключительно о способе бурения скважины «колонковое бурение» при котором обсадные трубы, после извлечения керна с содержимым земли (породы) также извлекаются из скважины и используются при других бурениях. Договор не содержал передаваемого результата, в виде сохранения скважины, с оставленными в ней трубами, для её последующего использования.

Возражая доводам истца, ответчик представил суду фотографии места выполнения работ, исходя из координат (МСК-166): X 199 933, Y 394 125), указанных истцом в паспорте разведочной скважины №1 угольного разреза Белоярский, составленным геолога ООО «Азурит» ФИО6, а также указал на отсутствие скважины, которая, по его мнению, должна была остаться после бурения.

Оценив представленный паспорт №1 и фотографии ответчика, с применением геодезического прибора, суд пришел к выводу о том, что по приведённым истцом координатам, невозможно установить факт наличия/отсутствия следов бурения скважины, даже с учётом довода истца, что обсадные трубы в скважине не оставлялись.

Соотнести паспорт разведочной скважины №1 угольного разреза Белоярский с утверждаемым истцом фактом об относимости данного доказательства к договору заключённому сторонами, даже с учётом свидетельских показаний, не представляется возможным, ввиду того, что фактически установить наличие/отсутствие скважины невозможно, а свидетельские показания, в отсутствие надлежащим образом оформленных документов, не могут подтверждать данное обстоятельство.

При этом судом установлено, что представленный паспорт №1 для фиксации результатов работ ответчику ранее не предоставлялся и не упоминался истцом до рассмотрения настоящего спора.

Представленные истцом фотографии нахождения буровой установки в неустановленном месте с размещёнными возле неё пустыми ящиками, фотографии с содержимым керна в ящиках, суд не может принять как достоверное и относимое доказательства, только исходя из свидетельских показаний, так как данные фотографии невозможно соотнести друг с другом, поэтому оценивает их критически наряду с показаниями свидетелей.

Также из указанных фотоснимков невозможно установить наличие бурильной установки в приведённых координатах (МСК-166): X 199 933, Y 394 125), наличие керна в ящиках. Фотографии не содержат сведений об использовании технических средств навигации, на них не указаны индивидуализирующие признаки земельного участка, угол наклона скважин, диаметр бурения, диаметр обсадных труб, а также отсутствуют сведения о том, каким образом были определены координаты спорного земельного участка, и места где были произведены фотографии.

Наличие же в представленном фотоматериале бурильной установки само по себе не может служить достаточным доказательством производства ответчиком работ по бурению.

Факт подписания акта приема-передачи керновых проб ФИО5, даже исходя из довода истца, что её полномочия явствовали из обстановки, также не является безусловным доказательством факта выполнения работ и сдачи результата ответчику, поскольку доказательств того, что подготовка и подписание ФИО5 технического задания, впоследствии утверждённого сторонами, возможно, приравнять к делегированию полномочий ФИО5 на совершении иных действий в рамках заключённого договора, судом не установлено.

Иных надлежащих и достоверных доказательств факта выполнения истцом работ и сдачи их результата ответчику судом не установлено.

Свидетельские показания ФИО8 и ФИО7, как одна из форм доказывания факта выполнения работ и принятия их результата, могли бы быть расценены как допустимые доказательства, при наличии документального подтверждения наличия у них соответствующих полномочий.

В отсутствие же надлежащих и безусловных письменных доказательств, подтверждающих факт выполнения, данное обстоятельство не может подтверждаться свидетельскими показаниями в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Допустимость доказательств - это их соответствие нормам нравственности, истинности, а равно требованиям закона относительно средства, способа собирания и вовлечения в арбитражный процесс фактических данных.

Средства доказывания соответствуют закону, в первую очередь тогда, когда они признаны судом теми источниками фактических данных, с помощью которых именно и должно быть установлено имеющее отношение к делу обстоятельство.

Особенность доказывания в арбитражном процессе, связанном с осуществлением гражданами и юридическими лицами предпринимательской деятельности, проявляется в особом правовом режиме, предусмотренном законом.

С учетом того, что предпринимательская деятельность, как правило, фиксируется с помощью документов, основой арбитражного процесса должны быть именно надлежащим образом оформленные письменные доказательства.

Обстоятельства исполнения обязательств по договору в силу положений норм Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат доказыванию посредством представления письменных доказательств, в то время как показания свидетелей не могут являться достаточными доказательствами, подтверждающими исполнение договорных обязательств.

Исходя их указанного, достоверность и правильность показаний свидетелей ФИО8 и ФИО7, вызывает у суда сомнения.

Таким образом, суд пришел к выводу, что представленные истцом фотографии и свидетельские доказательства не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами по делу, в смысле положений статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку из их содержания суд не может установить фактическое выполнение спорных работ.

Представленные истцом документы и пояснения свидетелей сами по себе также не свидетельствуют о совершении уполномоченным ответчиком лицом действий, связанных с приемкой выполненных работ.

Иных документов, подтверждающих факт выполнения работ, предъявление их к приемке и оплате, истцом в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что материалами дела не подтвержден факт выполнения истцом работ по договору подряда № 3/2021 на производство геологоразведочных работ и сдачи их результата полномочному представителю ответчика, соответственно и возникновении на стороне последнего основания для их принятия и оплаты.

При таких обстоятельствах, суд пришёл к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Государственная пошлина по делу уплачена истцом при подаче иска в размере 11 905 рублей и в соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения иска относится на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении иска.


На решение может быть подана апелляционная жалоба в Третий арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента его принятия.

Апелляционная жалоба подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия.


Судья А.В. Лиходиенко