ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

15.10.2020

Дело № А40-107728/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 08.10.2020

Полный текст постановления изготовлен  15.10.2020

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нэкст» - ФИО1 – лично, паспорт

от ФИО2 – лично, паспорт; ФИО3 – дов. от 16.09.2019

в судебном заседании 08.10.2020 по рассмотрению кассационной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нэкст» 

на определение от 02.03.2020

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 29.07.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда, 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нэкст» о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нэкст»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2018 общество с ограниченной ответственностью «Нэкст» (далее – ООО «Нэкст», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 50 от 24.03.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2019 конкурсным управляющим ООО «Нэкст» утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 23.07.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий ссылается на нарушение норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что вывод судов о том, что ФИО2 и ФИО4 являлись номинальными руководителями общества и не осуществляли фактическое руководство, не основан на доказательствах.

При этом, ФИО5 (далее – Бабель М.А.), являвшийся согласно выводам судов скрытым бенефициаром и фактическим руководителем группы компаний ЭНБИЭМ, в которую входит должник, к участию в обособленном споре не привлечен.

Конкурсный управляющий утверждает, что выводы судов о том, что ООО «Нэкст» относится к группе компаний ЭНБИЭМ, основаны исключительно на свидетельских показаниях, каких-либо надлежащих и допустимых доказательств в подтверждение данного обстоятельства в материалы дела не представлено.

Также, конкурсный управляющий не согласен с выводом судов о том, что полномочия ФИО2 как руководителя должника были прекращены с 21.10.2016, а также полагает недоказанным факт объективной невозможности исполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника.

Конкурсный управляющий указывает, что судами не применены положения пункта 8 статьи 61.11, абзаца второго пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), утверждая, что номинальный и фактический руководители должника должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника солидарно.

На кассационную жалобу поступил отзыв от ФИО2, в котором она просит определение и постановление оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции конкурсный управляющий поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

ФИО2 и ее представитель возражали против удовлетворения жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, ФИО2 являлась генеральным директором должника с 07.11.2012 вплоть до открытия в отношении него процедуры конкурсного производства, а ФИО4 являлся его единственным участником начиная с 29.11.2011.

Обращаясь с в суд с требованием о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательства должника, конкурсный управляющий указывал на неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, а также ссылался на совершение контролирующими лицами сделок, направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Суды обеих инстанций, отказывая в удовлетворении заявленных требований указали на то, что привлекаемые к субсидиарной ответственности ответчики фактическое руководство, контроль, управление и распоряжение имуществом ООО «Нэкст» не осуществляли, а контролирующим должника лицом опосредованно через номинальных лиц являлся Бабель М.А.

При этом, суды пришли к выводу о том, что номинальное руководство обществом ФИО2 осуществляла не позднее чем до 21.10.2016.

Арбитражный суд округа считает, что выводы судов сделаны без исследования и оценки всех доказательств и установления фактических обстоятельств по делу.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Если же обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку конкурсный управляющий ссылается на обстоятельства, имевшие место как до, так и после 01.07.2017, к спорным правоотношениям Закон о банкротстве применяется в редакции, действовавшей как до, так и после  введения в действие Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Аналогичные положения содержались в статье 10 Закона о банкротстве (в редакции № 134-ФЗ).

Пунктом 6 Постановления № 53 разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, сам по себе факт номинального руководства обществом не может служить основанием для отказа в привлечении такого номинального руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

При этом, арбитражный суд округа отмечает, что в отношении ФИО4 мотивы отказа в удовлетворении предъявленных к нему требований в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемых судебных актах не раскрыты.

Кроме того, приходя к выводу о том, что фактическое руководство обществом осуществлял Бабель М.А., то есть принимая судебный акт о правах и обязанностях указанного лица, суд не привлекает его к непосредственному участию в настоящем обособленном споре.

Таким образом, по смыслу приведенных норм права суду с учетом заявленных доводов и возражений надлежало выявить весь круг лиц, подлежащих привлечению к непосредственному участию в рассмотрении обособленного спора.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, в том числе установить степень вовлеченности ФИО2 и ФИО4 в управление обществом, для чего исследовать и дать оценку всем доводам участвующих в деле лиц, и представленным ими доказательствам, и исходя из установленного применить подлежащие применению нормы материального права, учесть разъяснения Постановления № 53, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, правильно распределив бремя доказывания, рассмотрев вопрос о привлечении к участию в обособленном споре Бабеля М.А.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020 по делу № А40-107728/2017 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий-судьяЛ.В. Михайлова

 

Судьи:В.Л. Перунова

Н.Н. Тарасов