АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ Ф09-6932/23

г. Екатеринбург

12 августа 2025 г.

Дело № А60-55372/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 августа 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Осипова А.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Кудиновой Ю.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2025 по делу № А60-55372/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представитель ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 07.11.2022 № 66АА7618605), представитель ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 17.04.2024 № 66АА8467472), представитель ФИО1 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 21.10.2022 № 66АА7618214).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.06.2023 ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

Финансовый управляющий ФИО7 25.10.2024 обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в размере 4 133 333,33 руб., составляющего убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2025 заявление финансового управляющего удовлетворено: с ФИО1 (ответчик) в пользу ФИО2 взысканы убытки в сумме 4 133 333,33 руб., расходы по уплате госпошлины в сумме 74 500 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2025 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 24.01.025 и постановление суда апелляционной инстанции от 29.04.2025, ссылаясь на нарушение норм материального права.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО1 указывает, что судами неправомерно сделан вывод о неосновательном обогащении, поскольку она фактически не владела спорным имуществом, в связи с этим приращение стоимости спорного имущества приобретает новый собственник – ФИО8 Кроме того, считает, что судами не установлен юридический состав для взыскания убытков. Участие ФИО1 в цепочке сделок по отчуждению спорного имущества, принадлежащего должнику, не ухудшает положение сторон и не приводит к возникновению у должника дополнительных убытков в виде изменения стоимости спорного имущества. Данное участие не может рассматривать в качестве действия (бездействия), в результате которого у должника возникли убытки. Более того, указывает, что при взыскании с неё действительной стоимости спорного имущества, когда оспаривалась сделка, заинтересованные лица не оспаривали его стоимость.

Поступивший в Арбитражный суд Уральского округа посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» от кредитора ФИО4 отзыв на кассационную жалобу в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы ФИО1

Поступившие в Арбитражный суд Уральского округа посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» от ФИО1 возражения на отзыв на кассационную жалобу приобщены к материалам дела. В возражениях на отзыв на кассационную жалобу ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы и просит её удовлетворить.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, должнику на праве собственности принадлежало следующее недвижимое имущество: земельный участок с кадастровым номером 66:25:2901008:48 площадью 675 кв.м. и здание (жилой дом) с кадастровым номером 66:25:2901008:453 площадью 88,3 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...>.

Между ФИО2 (продавец) и ФИО1(покупатель) 17.08.2012 заключен договор купли-продажи в отношении указанного имущества.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024 по настоящему делу о банкротстве, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 21.06.2024 и постановлением суда округа от 09.10.2024, указанная сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО2 2 000 000 руб., составляющие стоимость последующей реализации имущества добросовестному приобретателю.

В обоснование недействительности сделки суды пришли к выводу о том, что фактически ФИО2 безвозмездно передал указанное имущество своей родной сестре ФИО1 с целью недопущения обращения взыскания на него кредиторами, при этом сохранив фактическое владение и пользование имуществом, соответственно, реальные правоотношения по купле-продаже имущества между сторонами отсутствовали, ввиду чего сделка признана мнимой в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, определением суда первой инстанции от 13.11.2024 с ФИО1 в пользу должника по оспоренной сделке взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 524 836 руб. 29 коп. с продолжением их начисления на сумму 2 000 000 руб., начиная с 26.06.2024 по день фактического возврата денежных средств в конкурсную массу должника. 

До настоящего времени определение суда ФИО1 не исполнено.

От финансового управляющего 25.10.2024 поступило заявление о взыскании убытков с ФИО1 по оспоренной сделке. В обоснование заявления финансовый управляющий указывает на то, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. Финансовый управляющий в обоснование своего заявления отметил, что если бы спорное не было бы реализовано ответчиком, управляющий мог бы продать данное имущество более чем за 6 000 000 руб. в связи с увеличением его рыночной стоимости по состоянию на июнь 2024 года, что и составляет убытки должника.

В качестве доказательств последующего изменения стоимости имущества финансовый управляющий представил в материалы дела распечатки с сайта Авито.ру по поиску недвижимости, которые содержат предложения о продаже аналогичных домов и земельных участков, проанализировав которые пришел к выводу  о том рыночная стоимость имущества по состоянию на 19.02.2024 составила 6 133 333 руб. 33 коп. Соответственно, общая сумма убытков, по мнению управляющего, вызванных последующим изменением стоимости спорного имущества составила 4 133 333,33 руб. (6 133 333, 33 – 2 000 000).

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, изменение рыночной стоимости имущества на момент вынесения определения суда от 19.02.2024 о признании сделки недействительной, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО1 неосновательного обогащения в размере 4 133 333,33 руб.

Суд округа, изучив доводы кассационной жалобы, не может согласиться с данным выводом, поскольку судами не учтено следующее.

В пункте 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Необходимым условием возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 по делу № 306-ЭС15-12164).

Согласно пункту 5 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» вне зависимости от основания для расторжения договора сторона, обязанная вернуть имущество, возмещает другой стороне все выгоды, которые были извлечены первой стороной в связи с использованием, потреблением или переработкой данного имущества, за вычетом понесенных ею необходимых расходов на его содержание. 

В целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации лицо 24.12.2014).

Таким образом, для целей применения положений статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации судам необходимо установить, что ответчик является лицом, которое фактически завладело и пользовалось имуществом должника, а не являлось номинальным держателем активов. 

В рассматриваемом случае судами установлено, что в рамках дела о банкротстве ФИО2 определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2024 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 09.10.2024, признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 17.08.2012 по отчуждению в пользу ФИО1 земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901008:48 площадью 675 кв.м. и жилого дома с кадастровым номером 66:25:2901008:453 площадью 88,3 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...>. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО2 2 000 000 руб., составляющих стоимость последующей реализации имущества добросовестному приобретателю.

Признавая спорную сделку недействительной суды установили, что фактически ФИО2 по договору купли-продажи от 17.08.2012 перевел право собственности на указанные объекты недвижимости на свою сестру – ФИО1 Какие-либо расчеты между должником и ФИО1 по оспоренной сделке не проводились. Целью совершения сделки являлся вывод имущества должника из-под обращения взыскания на него кредиторов.  При этом должник сохранил фактическое владение и пользование имуществом вплоть до его отчуждения добросовестному приобретателю. Суды заключили отсутствие реальных правоотношений между сторонами сделки и пришли к выводу о наличии оснований для признания ее ничтожной на основании  пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. С указанными выводами согласился суд округа в своем постановлении от 09.10.2024 (стр. 9-10).

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что ФИО1 являлась мнимым собственником, на которую был переведен актив должника с целью его сокрытия от внешних кредиторов. При этом с момента совершения ничтожной сделки в 2012 году до момента отчуждения имущества в пользу добросовестного приобретателя в 2015 году стоимость имущества не изменилась и составила 2 000 000 руб., которые в качестве убытков, вызванных участием ФИО1 в незаконной схеме сокрытия активов должника, были взысканы с нее по состоянию на 09.04.2015 (дата отчуждения имущества должника добросовестному приобретателю).

Соответственно, при рассмотрении заявления о признании сделки ничтожной судами уже были учтены положения пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации и размер причиненного вреда определен не на дату заключения ничтожной сделки, а на дату отчуждения имущества добросовестному приобретателю, т.е. на момент реального выбытия имущества из-под номинального обладания ФИО1 и фактического владения и пользования имуществом ФИО2

Кроме того, из материалов настоящего обособленного спора также следует, что в последующем 02.07.2024 финансовый управляющий обратился в суд с отдельным заявлением о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения за период с 17.08.2012 по 09.04.2015 в размере 1 501 083 руб. 45 коп. в качестве изменения стоимости имущества по ничтожной сделке, а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2015 по 25.06.2024 в сумме 1 462 835 руб. 59 коп. с их последующим начислением с 26.06.2024 по день фактической оплаты.

При рассмотрении указанного заявления финансовый управляющий должника к судебному заседанию от 31.10.2024 изменил свои требования и просил взыскать неосновательное обогащение с ФИО1 и ФИО9 солидарно за период с 25.06.2021 по 21.06.2024 в размере 1 698 638 руб. 76 коп. в качестве потенциального дохода от использования имущества, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 698 638 руб. 76 коп. с их последующим начислением по день фактической оплаты.

Однако к судебному заседанию от 06.11.2024 поступили итоговые уточнения финансового управляющего, в которых он просил взыскать с ФИО1 в пользу должника только проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2015 по 25.06.2024 в размере 524 836 руб. 29 коп., начисленные на сумму 2 000 000 руб. с их последующем начислением по день фактического возврата денежных средств, от остальных требований к ответчику финансовый управляющий фактически отказался, его требования были рассмотрены судом в пределах последних уточнений и на основании определения суда от 13.12.2024 удовлетворены в полном объеме.

Таким образом, ранее финансовый управляющий имуществом должника уже реализовал свое право на предъявление требования о взыскании с ФИО1 убытков, вызванных последующем изменением стоимости имущества, однако в конечной редакции своего заявления от данных требований фактически отказался, исключив их из просительной части своего заявления, получив возмещение в пользу должника путем взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами.

Судом округа отмечается, что гражданско-правовая ответственность в первую очередь направлена на компенсацию имущественного вреда, вызванного неправомерным поведением одной из сторон обязательства. В данном случае финансовый управляющий в качестве дополнительного способа компенсации причиненного имущественного вреда выбрал взыскание процентов за пользование чужими денежными требованиями, которые начисляются по настоящее время.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд округа приходит к выводу о том, что на ФИО1 не может быть возложена обязанность возместить должнику то, что она якобы сберегла за счет должника вследствие пользования спорной квартирой, в том числе вследствие изменения рыночной стоимости имущества за период с 09.04.2015 по 25.06.2024, поскольку ФИО1 спорной квартирой фактически не владела и не пользовалась, а в действительности спорной квартирой владел и пользовался сам же должник (пунктом 1 статьи 1102, пункты 1,2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации лицо 24.12.2014). Размер причиненного вреда, взысканного с ответчика в пользу должника за участие в схеме по сокрытию активов, определен судами с учетом стоимости имущества на момент его отчуждения в пользу добросовестного приобретателя (по состоянию на 2015 год), а не на момент совершения в 2012 году ничтожной сделки.

Схожие выводы в рамках настоящего дела о банкротстве сделаны в отношении ФИО1 по спору о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры (кадастровый номер 66:41:0205019:461) от 16.02.2021, где постановлением суда округа от 31.07.2024 отменено постановление суда апелляционной инстанции от 22.05.2024 и оставлено в силе определение суда первой инстанции от 15.02.2024 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения за непроверенное пользование имуществом.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

В соответствии с нормами пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

На основании изложенного суд округа считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных управляющим в рамках настоящего обособленного спора требований.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2025 по делу № А60-55372/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по тому же делу отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО7 отказать.

Отменить приостановление исполнения определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2025 по делу № А60-55372/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа 01.07.2025.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                               А.А. Осипов 

Судьи                                                                            Ю.А. Оденцова 

Ю.В. Кудинова