041/2023-194845(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27 Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9207/2022

г. Владивосток

18 августа 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 14 августа 2023 года. Полный текст решения изготовлен 18 августа 2023 года. Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Кирильченко М.С., при ведении протокола секретарём судебного заседания Сергеевой Д.С. 

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной  ответственностью «Стратус-ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> дата  государственной регистрации 18.03.2019)  

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата  регистрации в качестве юридического лица 15.04.2005)  

о признании незаконным решения от 09.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в  сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/131221/3022623;  

о признании незаконным решения от 10.03.2022 о корректировке таможенной  стоимости товаров по № 10702070/161221/3028806;  

о признании незаконным решения от 17.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в  сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/231221/3038153, после  выпуска товаров  

при участии в заседании: 

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 10.01.2023, диплом, паспорт,  

от ответчика - ФИО2 по доверенности от 16.12.2022 № 203, диплом,  сл.удостоверение, ФИО3 по доверенности от 29.08.2022 № 104, диплом,  сл.удостоверение, слушатель ФИО4  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (далее по  тексту – «заявитель», «декларант», «общество», «ООО «Стратус-ДВ») обратилось в  арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решений Владивостокской  таможни (далее по тексту – «таможня», «таможенный орган») от 09.03.2022 о внесении  изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары   № 10702070/131221/3022623, решения от 17.03.2022 о внесении изменений  (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары   № 10702070/231221/3038153 (далее – ДТ, спорные ДТ); решения от 10.03.2022 о  корректировке таможенной стоимости товаров по № 10702070/161221/3028806.  

В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорные  решения повлекли за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в  соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные  Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями  судей по делу № А51-9207/2022 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных  дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:  

 Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА). 

интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенным органам при  декларировании товара, по запросу таможенного органа и при подаче жалобы на  решение были представлены все необходимые документы, подтверждающие  заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме  выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по  стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал  объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с  этим просит признать оспариваемые решения незаконными.  

Таможня требования общества не признала, указала, что в ходе таможенного  контроля по спорным ДТ в результате анализа представленных декларантом документов  установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми  товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные  расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной  стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа;  ссылаются, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность  выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры  таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на  достоверных и документально подтвержденных сведениях.  

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд  установил следующее.  

В декабре 2021 года во исполнение заключенного между обществом и  иностранной компанией «HALEAD (Н.К.) CO., LTD» внешнеторгового контракта от  29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB на таможенную территорию Евразийского  экономического союза из КНР на условиях поставки CFR Владивосток ввезены товары  «пленка из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без  подложки..., предназначена для изготовления натяжных потолков, в рулонах, на  сердечнике (картонной трубе), различной ширины – от 1 м до 5 м, различных расцветок,  размеров и текстур, в том числе намотанная в два слоя, … в т.ч. качества PREMIUM».  

В целях таможенного оформления указанных товаров декларант подал в  таможню ДТ № 10702070/131221/3022623, № 10702070/161221/3028806,   № 10702070/231221/3038153 соответственно, определив таможенную стоимость по  первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми  товарами».  

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых  товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса  Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта  были направлены запросы от 13.12.2021, 17.12.2021, 23.12.2021 соответственно о  предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения  правильности определения таможенной стоимости.  

В ответ на указанные запросы общество при соответствующих  сопроводительных письмах представило документы, имеющиеся у него в  распоряжении, а также дало пояснения относительно невозможности представления  иных документов, запрошенных таможенным органом.  

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной  стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально  подтвержденной информации, таможня приняла решения о внесении изменений  (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров от  09.03.2022 – по ДТ № 10702070/131221/3022623, от 10.03.2022 – по ДТ   № 10702070/161221/3028806, 17.03.2023 - по № 10702070/231221/3038153 .  

Не согласившись с указанными ненормативными актами таможенного органа,  посчитав, что они не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы  

в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым заявлением.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав  законность оспариваемого решения, суд пришел к выводу о необходимости отказать в  удовлетворении заявленных требований ввиду следующего.  

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4  статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа  недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо  одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному  правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере  предпринимательской и иной экономической деятельности.  

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе  (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском  экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в  соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и  регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами,  составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с  положениями указанного Договора.  

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского  экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения,  относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно  определяемой и документально подтвержденной информации.  

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости  ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с  этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.  

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью  ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически  уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на  таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного  кодекса, при выполнении следующих условий:  

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование  и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают  географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не  влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или  законодательством государств-членов;  

2)  продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или  обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно  определено;  

3)  никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения  иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или  косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного  кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные  начисления;  

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или  покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что  стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в  соответствии с пунктом 4 данной статьи.  

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении  таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене,  фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются  дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку  

(транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную  территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым  осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки  (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.  

Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 № 83 «О расчете  дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров»  установлено, что в случае, если дополнительные начисления указанные в подпунктах 4  и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям  товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза,  определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене,  фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара,  осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто  каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие  дополнительные начисления.  

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК  ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не  является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и  метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2  статьи 39 ТК ЕАЭС).  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении  таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном  декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным  органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной  стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости  товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального  подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля  таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта  пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров,  а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через  таможенную границу Союза.  

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить  коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или)  иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые  для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в  таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае,  если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо  представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых  сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если  таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных  международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или)  законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений,  содержащихся в таких документах.  

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4  статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень  признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и  (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены  либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых  документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или)  сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется  должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом  

условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных  обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).  

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии  с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым  такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не  устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или)  сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14  статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в  том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и  полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или)  сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или)  сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее  10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.  

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки  таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в  соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин,  по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или)  отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или)  таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой  проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных  договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств- членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не  устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или)  сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его  распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения,  заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.  

Согласно пункту 2 статьи 112 ТК ЕАЭС в случае, если при проведении  таможенного контроля выявлены нарушения международных договоров и актов в сфере  таможенного регулирования, которые в соответствии с абзацами вторым и третьим  подпункта 9 пункта 1 статьи 125 настоящего Кодекса при их устранении не будут  являться основанием для отказа в выпуске товаров, и таможенным органом для  устранения таких нарушений установлена необходимость изменения (дополнения)  сведений, заявленных в таможенной декларации, такие сведения должны быть  изменены (дополнены) декларантом по требованию таможенного органа в пределах  срока выпуска товаров, установленного пунктами 3 и 6 статьи 119 настоящего Кодекса.  

В силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение  (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном  виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях,  предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению  таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения  таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в  декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и  порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением)  сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде  декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются  Комиссией.  

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения,  заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской  экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в  сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу  некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской  

экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в  ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на  основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ,  по форме согласно приложению № 1.  

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа,  принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит  требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения  о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в  сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения,  заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке  таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).  

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи  с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»  предусмотрено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения  таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки  недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным  органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том  числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и  дополнительно предоставленных декларантом.  

В соответствии с пунктом 5 Положения об особенностях проведения  таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную  территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии  Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42, при проведении контроля  таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками  недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности,  следующие обстоятельства:  

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость  ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся  в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе  в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары,  сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или)  информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в  рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных  органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в  распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям,  полученным другими способами в соответствии с международными договорами и  актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право Союза, и (или)  законодательством государств-членов;  

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой  идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;  

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой  идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о  биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых  каталогов;  

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой  компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые  товары;  

д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с  более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или  

однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми  продавцом и покупателем;  

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых  товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей  уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме  лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной  собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на  страхование и т.п.).  

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием  системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования,  выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой  информации, имеющейся в его распоряжении, что подтверждается материалами дела, а  также нашло отражение в оспариваемых решениях.  

В частности, по результатам проведенного анализа сведений ИСС «Малахит»  выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону заявленного ИТС в долл. США за  килограмм от среднего ИТС долл. США за килограмм, по наименованию товара от  сложившегося уровня ИТС по ФТС и ДВТУ.  

По изложенным обстоятельствам при проведении контроля таможенной  стоимости до выпуска товаров по спорным ДТ таможней были обнаружены признаки,  указывающие на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения  о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не  подтверждены.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись  законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной  стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и  документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых  товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.  

Как следует из объяснений общества, скидки на поставку товаров не  представлялись.  

Учитывая отклонение заявленной таможенной стоимости спорного товара от  ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, а также отсутствие  согласования сторонами контракта ценообразующих характеристик товара, в  подтверждение объективно низкой цены товаров у декларанта были запрошены прайс-листы производителей товаров, коммерческое предложение, экспортные декларации.  

Указанные документы могут служить подтверждением того, что контрактная  цена рассматриваемых товаров находится на уровне не ниже обычных цен  производителя при обычных условиях сделки.  

Общество не представило прайс-листы производителя, на основании которых  можно было бы проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в  стране отправления и объяснить причины отличия цены сделки от цены на однородный  товар.  

В связи с этим таможенным органом обоснованно проанализированы прайс-листы и коммерческие предложения производителей товаров, доведённые до  таможенных органов письмами ФТС России:  

- прайс-листы компаний «BEST GRAND INTERNATIONAL LIMITED»,  «ZHEJIANG HAILIDE NEW MATERIAL CO., LTD)» (письмо от 29.03.2022 № 13155/16834);  

- коммерческое предложение компании «GUANGDONG TIANAN NEW  MATERIAL CO., LTD» (письмо от 21.04.2022 № 13-155/22321);  

- формуляр и коммерческое предложение компании «QUZHOU LONGWE1  NEW MATERIAL CO., LTD» (письмо от 06.07.2022 № 13-155/38313);  

а также прайс-лист компании «ZHEJIANG MSD GROUP SHARE CO.,LTD» (4  кв. 2021 года), представленный иным участником внешнеэкономической деятельности  по аналогичным товарам. В частности, согласно инвойсу от 20.12.2021, например,  стоимость пленки 1,5 м артикул «Classic L303-3» (глянцевая, двухслойная) - 96,75 долл.  США за рулон, «Classic М303-3» (матовая, однослойная) - 78,75 долл. США за рулон,  однако в прайс-листах продавца общества цена пленки шириной 1,5 м составляет от  44,11 до 44,28 долл. США, что практически в 2 раза ниже стоимости в рамках сделки,  заключенной напрямую с производителем.  

Также в распоряжении ДВТУ имеется информация о действительной стоимости  однородных товаров «пленка ПВХ» (на основании полученных от КНР документов),  ввезенных в 2020 году иным участником ВЭД: производителя «QUZHOU LONG WEI  NEW MATERIAL CO.,LTD» - пo стоимости 2,43 $/кг; производителя «BEST GRAND  INTERNATIONAL LIMITED» - пo стоимости 1,85 $/кг (FOB).  

Несмотря на представление декларантом контракта, инвойса и других  коммерческих документов по сделке, зафиксированный в них уровень стоимости  существенно (значение более 35%) и необоснованно отличается от действительной  стоимости аналогичного товара при обычном ходе торговли.  

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и  количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были  подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера  представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной  поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в  обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.  

Так, по условиям пункта 1.1 Контракта продавец продал, а покупатель купил  товары для промышленного производства, товары народного потребления, различные  виды пленки, пленки ПВХ и т.д., в соответствии с Приложениями на каждую  конкретную партию товара, которые являются неотъемлемой частью данного контракта.  

Согласно пункту 3.1 Контракта покупателем производится оплата за партию  товара следующим образом: 30% - предоплата с момента подписания приложения на  поставку, до отгрузки на судно и 70% - в течение 90 дней после отгрузки на судно  (после получения коносамента. Покупатель имеет право оплатить товар до момента его  поставки на территорию РФ, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть  согласованы в приложении на конкретную поставку. Продавец обязан выслать  следующие документы: коносамент, упаковочный лист, оригинал счета (с обязательным  указанием номера контракта). Дополнительные документы для таможенного  оформления на территории покупателя высылаются продавцом по соглашению сторон в  электронном виде или факсом.  

Пунктом 3.2 Контракта указано, что оплата за товар производится в долларах  США.  

На основании пункта 3.3 Контракта (с учётом пунктуации, приведённой в  английской версии текста, имеющей в силу пункта 11.5 Контракта одинаковую  юридическую силу с экземпляром Контракта на русском языке) оплата за поставляемый  товар по настоящему контракту осуществляется на реквизиты продавца в соответствии с  Дополнением к контракту, оплата может быть произведена в адрес третьего лица.  

Из буквального толкования положений пунктов 1.1, 3.1 и 3.3 Контракта следует,  что первостепенными для конкретной отдельной партии товаров являются условия  оплаты, определенные в приложении на конкретную поставку.  

Следовательно, оплата за поставленный товар в адрес третьих лиц с учетом  пунктов 1.1, 3.1 Контракта возможна путем согласования такой оплаты в приложениях к  контракту на конкретную поставку.  

Представленные декларантом Приложения к контракту на конкретную поставку  указывают только на необходимость оплаты товара продавцу по Контракту; иных  третьих лиц как получателей оплаты за товар Приложения не называют.  

Таким образом, в противоречие данным положениям Контракта и Приложениям  на конкретные товарные партии обществом в комплектах документов к спорным ДТ  представлены Дополнительные соглашения к Контракту, согласно которым оплату в  определенной сумме следует производить на счета третьих лиц.  

Представленные декларантом по спорным ДТ Дополнительные соглашения не  привязывают указанные в них суммы оплаты к конкретной товарной партии;  представленные вместе с названными Дополнительными соглашениями заявления на  перевод по суммам не корреспондируют инвойсам (или Приложениям к Контракту по  каждой товарной партии), и в графе 70 «назначение платежа» имеют только ссылку на  Контракт, а в графе «Примечание» содержат разбивку на отдельные суммы, между тем  при ответах на запросы таможни декларант пояснения по оплате не дал и не указал,  ссылки на какие документы указаны в графе «Примечание».  

Таким образом, все платежи по всем спорным поставкам осуществлены в адрес  третьих лиц.  

Однако, исходя из анализа коммерческих, транспортных и иных документов по  спорным поставкам следует, что в их осуществлении задействовано ограниченное число  лиц: продавец товара по Контракту, изготовитель товара, отправитель товара.  

При этом, роль и статус иных компаний, поименованных в представленных  заявлениях на перевод в отношении исследуемых товаров, в том числе в рамках сделки  купли-продажи и иных сделок (на оказание сопутствующих покупке товаров услуг  перевозки, агентирования, таможенного декларирования при экспорте и т.п.), -  WENZHOU FENGHUA FURNITURE HARDWARES,HIGH HOPE ZHONGDING  CORPOATION,SHANGHAI AKF INTERNATIONAL CO LTD, SHEN ZHEN  ROMANBERGER INDUSTRIAL LIMITED,SHENZHEN GBC UNITED ENTERPRISS CO  LTD, ZHAOQING CITY FUHE TRADE CO LTD, ZHEJIANG LEIAO IMPORT AND  EXPORT CO LTD, ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO LTD - с ними не  прослеживается ни из содержания контракта, ни из коммерческих, транспортных  документов.  

Доказательства, опровергающие данный вывод, таможенному органу в ходе  проверки не поступили.  

Ссылку заявителя на запрос продавцу и его ответ о статусе и роли  поименованных компаний в исполнении сделки (Дополнительные пояснения № 4 от  07.08.2023) суд отклоняет, поскольку, во-первых, данные документы не являлись  предметом оценки таможенного органа в ходе проверки таможенной стоимости, а во- вторых, описывают виды деятельности и статус компаний, но не раскрывают их роль в  исполнении внешнеторговой сделки.  

Между тем, обычной целью коммерческой торговли является получение  прибыли от продажи товаров, неполучение продавцом эквивалентного установленной  им цене товара встречного денежного вознаграждения рассматривается таможенным  органом как основание считать недостоверными заявленные декларантом сведения о  цене товара.  

В данном случае, исходя из представленных обществом документов, продавец  не получил выгоду за спорные поставки – оплата в его адрес не производилась, в  отгрузке товара продавец не участвовал.  

Анализируя условия внешнеторгового контракта, платежные документы,  таможенный орган устанавливает цену, фактически уплаченную или подлежащую  уплате за ввозимые товары, то есть сумму, которая должна быть перечислена или была  перечислена декларантом иностранному контрагенту. В рамках настоящего спора,  

применяя первый метод определения таможенной стоимости товаров, декларант обязан  в соответствии с требованиями таможенного законодательства подтвердить цену,  фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, платежи за  которые, осуществлены или подлежат осуществлению покупателем непосредственно  продавцу или иному лицу в пользу продавца.  

Действительно, оплата в адрес третьего лица, указанного кредитором,  предусмотрена и российским законодательством (статья 312 Гражданского кодекса  Российской Федерации), и не противоречит обычаям международной торговли, между  тем возможность осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих  обязательств по внешнеторговому контракту не отменяет обязанность декларанта в  сфере таможенных отношений документально подтвердить заявленную таможенную  стоимость количественно определяемыми документами.  

При этом в практике договорных отношений дополнительными соглашениями к  договорам (контрактам) вносятся изменения в конкретный пункт данных договоров  (контрактов), однако в Дополнительных соглашениях к Контракту по спорным  поставкам не отражено, в какой пункт Контракта вносятся изменения (дополнения).  

Таким образом, таможенный орган не мог определить согласованный сторонами  порядок оплаты конкретной товарной партии и размер суммы денежных средств,  фактически уплаченных или подлежащих уплате за спорные товары, следовательно,  указанное обстоятельство исключает возможность применения первого метода  определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми  товарами.  

Одновременно, таможней принято во внимание, что согласно информации,  изложенной в ранее полученных и в справке продавца данной пленки (компании  «Halead (Н.K.) Co., Ltd»), намотка пленки ПВХ на втулку может варьироваться от 30  п.м. до 150 п.м., пленка ПВХ реализуется в дальнейшем по метражу. Между тем в  представленных декларантом инвойсах указана цена за рулон, при этом ширина плёнки  варьируется от 1,5 м до 5 м, а цена пленки варьируется только от ширины рулона  независимо от расцветок, текстур, качества PREMIUM, CLASSIC, EVOLUTION,  PROFI, при этом ни один коммерческий документ сделки не указывает длину намотки в  рулоне либо стоимость дополнительной единицы измерения (за 1 кв.м), то есть  коммерческие документы сделки не содержат всех характеристик товара, влияющих на  его ценообразование.  

Ссылку заявителя на спецификации по каждой из рассматриваемых товарных  партий, в которых указана равная длина намотки 100 м, что по утверждению заявителя  не является ценообразующим фактором (Дополнительные пояснения № 4 от  07.08.2023), суд отклоняет, поскольку, во-первых, данные документы не являлись  предметом оценки таможенного органа в ходе проверки таможенной стоимости, а во- вторых, положениями Контракта составление спецификации по каждой товарной  партии не предусмотрено.  

Довод заявителя о том, что пояснения о длине намотки в рулоне таможенный  орган у декларанта не требовал, судом также отклоняется, поскольку анализ запросов  документов и сведений показывает, что таможенный орган запрашивал документы в  целях проверки на условия и обязательства, сопутствующие формированию стоимости  сделки, количественного определения их влияния на величину контрактной цены  товара, определения наличия скидок, их видов и размера, в целях документального  подтверждения таможенной стоимости, достоверности заявленных сведений, в целях  проверки сведений, необходимых для проведения сравнительного анализа стоимости  оцениваемых товаров с идентичными (однородными) или товаров одного класса (вида)  - не только сведения о наличии/отсутствии скидок и пояснений об условиях отклонения  стоимости ввозимых товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении  

таможни, прайс-листы с отражением всех характеристик товаров, но и пояснения о  влияющих на цену характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимого товаров,  документы, содержащие сведения об описании товаров с качественными  характеристиками последних, другие документы, имеющие значение для  подтверждения/уточнения проверяемых сведений, которыми участник ВЭД располагает  и может представить в подтверждение заявленной таможенной стоимости, а также,  собственно, и весь пакет коммерческих документов сделки.  

Именно на декларанта возложена обязанность представить имеющиеся у него  документы и сведения, в том числе по запросу таможенного органа, в обоснование  избранного метода определения таможенной стоимости и её величины.  

Непредставление таких документов не устранило сомнения таможенного  органа, послужившие основанием для проведения проверки.  

Помимо этого, согласно вышеуказанным запросам у декларанта были  запрошены экспортные декларации страны вывоза по рассматриваемым партиям.  

Поставка товара в рамках внешнеэкономической деятельности является единым  непрерывным процессом, совершаемым сторонами сделки по обе стороны границы и  оформляемым при этом соответствующими документами. В связи с этим указанные  документы должны соответствовать содержанию сделки и не противоречить  документам, составленным с другой стороны границы.  

При этом сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза,  представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого  отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны  отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих  документах по сделке, тем более приводящих к завышению стоимости вывозимого  товара (ввиду, в том числе, того, что у экспортера имеется обязанность репатриации  валютной выручки в полном объеме). На основании экспортной декларации  таможенный орган анализирует сведения о стоимости ввозимого товара в стране  отправления, также определяет сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в  соответствии с законодательством страны вывоза.  

Значение сведений, содержащихся в экспортной декларации, для решения  вопроса достоверности сведений о таможенной стоимости обусловлено статусом  данного документа. Экспортная декларация, в числе документов, предусмотренных для  подтверждения заявленной таможенной стоимости, является официальным документом  иностранного государственного органа, содержащим стоимостную информацию.  Сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются количественно  определенными данными и подтверждают правомерность принятого таможенным  органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ.  

Так, в соответствии с переводом экспортных деклараций, представленных в  комплектах документов по спорным ДТ при сопоставлении со сведениями самих ДТ,  инвойсов, упаковочных листов и коносаментов установлено несоответствие в  экспортных декларациях в части наименования товара, наименования отправителя,  продавца и производителя, номеров контейнеров, порта отгрузки.  

Помимо этого, в экспортных декларациях в графах «количество и единицы  измерения», «цена за единицу/итого/вид валюты», «страна (район) происхождения»,  «страна (район)», «место происхождения товара в стране» указаны не соответствующие  им сведения.  

В соответствии с пунктами 37 - 39 Порядка заполнения импортно-экспортной  декларации Главного таможенного управления КНР, направленного письмом ФТС  России от 15.04.2019 № 16-31/22462, в поле «цена за единицу/стоимость/валюта»  указывается фактическая цена за единицу товара, его стоимость и тип валюты сделки.  

Однако данное поле в экспортных декларациях не заполнено, что противоречит  указанному Порядку.  

На основании изложенного, таможенным органом правомерно в качестве  документа, подтверждающего определение таможенной стоимости по первому методу,  экспортные декларации не приняты, поскольку вышеуказанная информация ставит под  сомнение достоверность экспортных деклараций, представленных декларантом, а также  информацию, которая она содержит. Отсутствие пояснений по данному факту не  позволило таможенному органу устранить сомнения в достоверности сведений,  представленных обществом для подтверждения заявленной таможенной стоимости  товаров.  

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 16.10.2017 № 305-КГ17-14253 по делу № А40-191557/2016.  

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с  вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в  порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного  кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных  причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой  информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во  внимание при вынесении окончательного решения.  

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно  отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно  обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по  такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12  Постановления Пленума ВС РФ № 49).  

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных  декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля  отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по  спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые  характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с  результатами декларирования в стране вывоза.  

Помимо этого, согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при  определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к  цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются  дополнительные начисления, в том числе расходы на перевозку (транспортировку)  ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию ЕАЭС.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС указанные в пункте 1 статьи 40  ТК ЕАЭС дополнительные начисления к цене, фактически уплаченной или подлежащей  уплате за ввозимые товары, производятся на основании достоверной, количественно  определяемой и документально подтвержденной информации. При * может быть  применен в случаях отсутствия документального подтверждения заключения сделки в  любой не противоречащей закону форме или отсутствия в документах, выражающих  содержание сделки, ценовой информации, относящейся к количественно определенным  характеристикам товара, условий поставки и оплаты, либо наличия доказательств  недостоверности таких сведений, то есть их необоснованного расхождения с  аналогичными сведениями в других документах, выражающих содержание сделки, а  также коммерческих, транспортных, платежных (расчетных) и иных документах,  относящихся к одним и тем же товарам.  

Таким образом, таможенным органом установлены расхождения и  противоречия в предоставленных декларантом коммерческих документах, влияющие на  величину таможенной стоимости.  

Изложенные выше обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что  декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности  выбора метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, величину таможенной  стоимости товара и её структуру по спорным ДТ документально не обосновал,  следовательно, таможенный орган, фактически отказавший декларанту в применении  первого метода оценки таможенной стоимости, действовал законно, в рамках  предоставленных ему полномочий и права декларанта не нарушил.  

Одновременно, судом довод таможенного органа об отсутствии полномочий, у  лица, подписавшего контракт и коммерческие документы, отклоняется.  

По мнению таможенного органа, поскольку директором компании «Наlead  (Н.К.) Co., LTD» в 2019 году являлся Gao Wangwei, а документы подписаны Gao Limin,  то данные обстоятельства свидетельствуют о подписании документов  неуполномоченным лицом.  

Однако таможенным органом не учтено, что единственным учредителем  компании «Halead (Н.К.) Co., LTD», является компания «Zhejiang Hailide New Material  Co., Ltd», а законным представителем компании «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd»  является Gao Limin, что подтверждается лицензией на ведение коммерческой  деятельности от 28.07.2017.  

Как следует из представленной в материалы дела доверенности от 22.01.2019,  она выдана компанией «Наlead (Н.К.) Co., LTD» господину Gao Limin как законному  представителю компании учредителя «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd»,  следовательно. данная доверенность позволяет подписывать контракты и иные  коммерческие документы, документы для валютных операций и таможенного  оформления товаров от имени компании «Halead (Н.К.) Co., LTD». Таким образом, все  коммерческие документы подписаны генеральным директором Gao Limin, чьи  полномочия подтверждаются доверенностью.  

Простая письменная форма сделки соблюдена сторонами путем подписания  Контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB уполномоченными лицами, что  соответствует требованиям как российского законодательства, так и законодательства  Гонконга.  

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий  действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка  считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только  другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Последующее  одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него  гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.  

Как следует из пункта 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки  представляемым, в частности, могут пониматься; письменное или устное одобрение  независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии  контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки  (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке,  полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата  неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав  и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это липом акта сверки  задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает  первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке  или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.  

В рассматриваемом случае, компанией «Halead (Н.К.) Co., LTD» обязательства  исполнялись в полном соответствии с Контрактом от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB,  

подписанным представителем, что свидетельствует о признании сделки юридическим  лицом.  

В целях подтверждения действительности заключенного представителем  Контракта, сторонами в 2021 году был оформлен дополнительный экземпляр Контракта  от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, который подписан генеральным директором Gao  Wangwei, что свидетельствует о наличии воли и намерений компании «Halead (Н.К.)  Co., LTD» на заключение контракта.  

Как следует из представленных объяснений директора заявителя,  необходимость оформления дополнительного экземпляра контракта подписанного  генеральным директором Gao Wangwei вызвана наличием у Владивостокской таможни  сведений о том, что именно Gao Wangwei является руководителем компании «Halead  (Н.К.) Co., LTD», а иные лица в соответствии с законодательством Гонконга не имели  права подписывать коммерческие документы. Оформление дополнительного  экземпляра Контракта, подписанного генеральным директором Gao Wangwei, а не  представителем Gao Limin, не повлияло на объем прав и обязанностей сторон сделки, не  изменило или прекратило обязательства продавца или покупателя, в связи с чем довод  таможенного органа о невозможности установить волю сторон на заключение договора  купли-продажи товаров не подтверждается материалами дела.  

Довод таможенного органа о том, что контракт и коммерческие документы  могут быть подписаны только директором, а у компании «Zhejiang Hailide New Material  Co., Ltd» и господина Gao Limin полномочия отсутствуют, противоречит личному  закону компании «Halead (Н.К.) Co., LTD» и представленным в материалы дела  документам.  

Юридическая сила контракта подтверждается также тем, что он принят  сторонами и исполнялся, согласно его условиям. В настоящий момент он не оспорен и  не признан недействительным в установленном законом порядке. Доказательства  обратного таможней не представлены.  

При сохранении сомнений по результатам представленных в ходе проведения  проверки запрошенных документов, таможенный орган каких-либо дополнительных  уведомлений для устранения возникших вопросов в адрес общества не направлял, то  есть не воспользовался предусмотренной пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС  возможностью запросить дополнительные документы и письменные пояснения,  необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений,  заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных  документах.  

Между тем, необоснованность отдельных доводов таможни не влияет на  вышеуказанный вывод суда о неподтверждении декларантом величины заявленной им  таможенной стоимости товара по 1 методу.  

С учетом изложенного суд считает, что сведения о заявленной декларантом  таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются  количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является  ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.  

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС  приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в  декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной  стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.  

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения  таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная  стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС,  применяемыми последовательно.  

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированного в спорных  ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными  товарами (метод 3) по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.  

При этом метод по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2) не мог  быть применен, так как в распоряжении таможенного органа отсутствуют сведения о  сделках с товарами, полностью отвечающими требованиям статьи 41 ТК ЕАЭС.  

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость  ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 ТК  ЕАЭС, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с  однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию  Евразийского экономического союза и ввезенными на таможенную территорию Союза  в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не  ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза  оцениваемых товаров.  

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с  данной статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными  на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые  товары. В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с  однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных  количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом  уровне продажи и (или) в количестве товаров.  

Согласно абзацу 15 статьи 37 ТК ЕАЭС под однородными товарами  понимаются товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие  сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких  же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары,  и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли  товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и  наличие товарного знака. Товары не считаются однородными, если они не произведены  в той же стране, что и оцениваемые товары, или если в отношении этих товаров  проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное  оформление, разработка дизайна, эскизов и чертежей и иные аналогичные работы были  выполнены на таможенной территории Евразийского экономического союза. Понятие  «произведенные» («произведены») применительно к товарам имеет также значения  «добытые», «выращенные», «изготовленные, в том числе путем монтажа, сборки или  разборки товаров». Однородные товары, произведенные иным лицом, чем  производитель оцениваемых товаров, рассматриваются лишь в случае, когда не  выявлены однородные товары того же производителя либо имеющаяся информация не  считается приемлемой для использования.  

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из  числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики  (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в  целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах  данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому  достоверность которых не может быть обеспечена.  

Таким образом, проверка соблюдения принципа последовательного применения  методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации,  выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по  спорным ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости выбран  таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации сопоставимы  по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о  товаре, заявленным в спорных ДТ.  

С учетом изложенного оспариваемые обществом решения таможни о внесении  изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных декларациях на товары, не  противоречат закону и не нарушают права и законные интересы общества.  

При таких обстоятельствах на основании части 3 статьи 201 АПК РФ суд не  усматривает оснований для удовлетворения требований заявителя о признании  незаконными решений таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения,  заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров от 09.03.2022 – по ДТ   № 10702070/131221/3022623, от 17.03.2022 – по ДТ № 10702070/231221/3038153,  решения от 10.03.2022 о корректировке таможенной стоимости товаров по   № 10702070/161221/3028806.  

Поскольку в удовлетворении требований обществу судом отказано, то судебные  расходы по уплате государственной пошлины и по оплате услуг представителя в силу  статей 110, 112 АПК РФ относятся судом на заявителя.  

руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176, 201 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

р е ш и л:

В удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью  «Стратус-ДВ» о признании незаконными решений Владивостокской таможни о  внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от  09.03.2022 по декларации на товары № 10702070/131221/3022623, от 17.03.2022 по  декларации на товары № 10702070/231221/3038153, о корректировке таможенной  стоимости товаров от 10.03.2022 по декларации на товары № 10702070/161221/3028806  отказать.  

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в  течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в  Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со  дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом  рассмотрения апелляционной инстанции.  

Судья Кирильченко М.С. 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 10.11.2022 0:32:00

 Кому выдана Кирильченко Марина Сергеевна