АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5469/2023

05 декабря 2023 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от арбитражного управляющего ФИО1: ФИО2 – представителя по доверенности от 30.01.2023,

от ИП ФИО5: ФИО3 – представителя по доверенности от 09.01.2023,

от ФНС России: ФИО4 – представителя по доверенности от 13.10.2023,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП 315774600303837,                                  ИНН 

<

***>)

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 24.04.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023

по делу № А73-15863/2017

по жалобе Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю (ОГРН 

<

***>,                    ИНН 

<

***>)

на действия (бездействие) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Президент-Нева» Энергетический центр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО1 с требованием о взыскании убытков

заинтересованные лица: Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» (ОГРН 

<

***>,                            ИНН 

<

***>), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю                          (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), индивидуальный предприниматель ФИО6 (ОГРНИП 319665800155813, ИНН 

<

***>; дата прекращения деятельности: 01.02.2023), индивидуальный предприниматель ФИО7 (ОГРНИП 312182816600039, ИНН 

<

***>)

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Президент-Нева» Энергетический центр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 12.10.2017 по заявлению конкурсного кредитора возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Президент-Нева» Энергетический центр» (далее – должник, общество).

Определением от 22.01.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1, член Союза «СОАУ «Альянс».

Решением арбитражного суда от 16.07.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Срок конкурсного производства в отношении должника неоднократно продлевался, в настоящее время определением от 16.11.2023 продлен на три месяца, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено к рассмотрению на 16.01.2024.

В рамках указанного дела о банкротстве в арбитражный суд 17.11.2020 обратилась Федеральная налоговая служба (далее - ФНС России, уполномоченный орган) с жалобой на действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО1, ссылаясь на осуществление им выплат привлеченным специалистов сверх лимита, установленного положениями статьи 20.7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением от 17.11.2020 указанная жалоба принята к производству; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Союз «СОУ Альянс» и Управление Росреестра по Хабаровскому краю.

В порядке статьи 49 АПК РФ  уполномоченный орган уточнил заявленные требования, просил:

- признать ненадлежащим исполнение арбитражным управляющим ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего ООО «Президент-Нева» Энергетический центр», что выразилось в превышении лимитов расходов на привлечённых специалистов в процедуре банкротства ООО «Президент-Нева» Энергетический центр»;

- признать необоснованным привлечение по договору на оказание услуг от 01.09.2019 индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – ИП ФИО6) для обеспечения сохранности имущества должника в размере выплаченного вознаграждения - 5 046 884 руб.;

- признать необоснованным привлечение по договору ответственного хранения от 11.11.2019 № зап/11-2019 индивидуального предпринимателя ФИО7 (далее – ИП ФИО7) для перевозки и обеспечения сохранности имущества должника в размере выплаченного вознаграждения - 1 271 200 руб.;

- взыскать с конкурсного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Президент-Нева» Энергетический центр» убытки в размере         7 268 832, 27 руб., что соответствует сумме ущерба, причиненного действиями арбитражного управляющего (разница между суммами - фактически выплаченной и рассчитанной исходя из установленных от стоимости имущества лимитов).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 03.12.2021, оставленным в силе постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2022, в удовлетворении жалобы уполномоченного органа отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.04.2022 определение от 03.12.2021 и постановление от 01.02.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В рамках нового рассмотрения судом в порядке статьи 49 АПК РФ приняты уточненные ФНС России в заявлении от 09.06.2022 требования, сформулированные следующим образом:

- признать ненадлежащим исполнение арбитражным управляющим ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего ООО «Президент-Нева» Энергетический центр», что выразилось в превышении лимитов расходов на привлечённых специалистов в процедуре банкротства ООО «Президент-Нева» Энергетический центр» в размере 7 268 832,27 руб.;

- признать необоснованным привлечение по договору на оказание услуг от 01.09.2019 ИП ФИО6 для обеспечения сохранности имущества должника в части выплаченного вознаграждения в размере           4 308 225 руб.;

- признать необоснованным привлечение по договору ответственного хранения от 11.11.2019 № зап/11-2019 ИП ФИО7 для перевозки и обеспечения сохранности имущества должника в части выплаченного вознаграждения в размере 1 166 400 руб.;

- взыскать с конкурсного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Президент-Нева» Энергетический центр» убытки в размере         5 474 625 руб.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ИП ФИО6, ИП ФИО7 (определение от 02.08.2022).

По результатам нового рассмотрения спора Арбитражный суд Хабаровского края вынес определение от 24.04.2023, которым признал незаконными действия конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в превышении лимита расходов на привлеченных специалистов в рамках настоящего дела о банкротстве; взыскал с конкурсного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Президент-Нева» Энергетический центр» убытки в размере 5 474 625 руб.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 определение изменено. Признаны незаконными действия конкурсного управляющего должником ФИО1, выразившиеся: в превышении лимита расходов на привлеченных специалистов в рамках настоящего дела о банкротстве на сумму 7 268 832,27 руб.; в  перечислении суммы 2 963 710 руб. ИП ФИО6 по договору на оказание услуг от 01.09.2019 и в перечислении суммы 1 166 400 руб. ИП ФИО7 по договору ответственного хранения от 11.11.2019 № зап/11-2019. С конкурсного управляющего ФИО1 в конкурсную массу должника взысканы убытки в размере 4 130 110 руб. В остальной части требований уполномоченному органу отказано.

На судебные акты, принятые по результатам повторного рассмотрения обособленного спора, поступили и приняты к производству суда округа две кассационные жалобы – от конкурсного управляющего ФИО1 и от конкурсного кредитора - индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5).

 

Конкурсный управляющий ФИО1 в кассационной жалобе просит определение от 24.04.2023 и постановление от 21.09.2023 отменить, отказать в удовлетворении жалобы ФНС России в полном объеме. Считает, что суды неверно оценили доказательства реальности оказания услуг ИП ФИО6 и ФИО7; неверно применили статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не установив полный состав убытков; не учли правовую позицию Высшего Арбитражного Суда РФ относительно ситуации правовой неопределенности.

Конкретизируя перечисленные нарушения, конкурсный управляющий отмечает, что ИП ФИО6 и ИП ФИО7 оказывали услуги путем привлечения третьих лиц, с учетом нахождения имущества в трех городах (г.Москва, г.Санкт-Петербург, г.Барнаул), при этом привлеченные лица оказывали услуги по предоставлению арендных площадей и обеспечению сохранности имущества, а другие работы - непосредственно проведение инвентаризации и перемещение имущества на арендуемые площади осуществлял ИП ФИО6, за что ему и было выплачено вознаграждение. Считает, что в случае сохранения арендных отношений с прежним арендодателем сумма расходов была равной выплаченной ИП ФИО7, то есть состав убытков отсутствует. Обращая внимание на реальность оказанных услуг ИП  ФИО6 по инвентаризации и перевозке имущества в г. Санкт-Петербург, кассатор указывает на значительное количество инвентаризируемого имущества (более 1 225 000 единиц), что обусловило необходимость привлечения специалиста. Указывает на то, что сумма, выплаченная ИП ФИО6 в качестве оплаты по договору ответственного хранения, включала в себя оплату услуг по предпродажной подготовке (инвентаризации) имущества должника, сумма выплат соответствовала рыночным значениям – указанное следует из отчета специалиста от 06.11.2022 № 014-22/И, которому суд не дал оценку.

Настаивая на недоказанности состава  убытков, ссылается на обоснованность и разумность выплаченного ИП ФИО6 и ИП ФИО7 вознаграждения, учитывая объем инвентаризации, необходимость транспортировки имущества, фактически понесенные расходы привлекаемых лиц за на транспортировку имущества, его хранение и аренду площадей. Вывод о чрезмерности выплат находит необоснованным. Ссылается также на отсутствие затрат на оплату бухгалтерских и юридических услуг (учитывая отнесение их к третьей очереди реестрового долга и недостаточность в конкурсной массе денежных средств), в то время как расходы на этих специалистов уполномоченный орган включил в сумму превышения лимитов.

Относительно ситуации правовой неопределенности – указывает, что при первоначальном кассационном производстве по настоящему обособленному спору судом округа дано иное, чем прописано в статье 138 Закона о банкротстве, толкование данной нормы. Арбитражный управляющий при осуществлении в рамках своей деятельности исходил из того, что на расходы на содержание и охрану залогового имущества лимиты не распространяются, соответствующие расходы согласованы с залоговым кредитором. Противоположные выводы сделаны судом округа в постановлении, принятом после осуществления соответствующих выплат. Неочевидность допущенного нарушения исключает однозначный вывод о неправомерности оспариваемых действий, взыскание убытков в ситуации правовой неопределенности недопустимо. В обоснование ссылается на пункты 2, 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, на определение Верховного Суда РФ от 11.07.2019 № 310-ЭС18-17700 (2).

 

ИП ФИО5 в своей кассационной жалобе также просит отменить определение от 24.04.2023 и постановление от 21.09.2023, принять новый судебный акт об отказе во взыскании с конкурсного управляющего ФИО1 убытков. Считает ошибочным вывод о причинении конкурсной массе убытков со стороны управляющего, учитывая выплаты в поьльзу ИП ФИО6 и ФИО7 за счет средств от продажи залогового имущества; указанные платежи влияют только на распределение полученных от продажи имущества средств. Выводы судов считает противоречащими пункту 6 статьи 138 Закона о банкротстве, исходя из которого спорные расходы не связаны с лимитами на привлеченных лиц.. Отмечает, что после реализации залогового имущества требования зхалогового кредитора остались не погашенными, с учетом оплаты расходов на сохранность этого имущества. Считает также, что суды не разделяют фактические и начисленные текущие расходы на привлеченных лиц и расходы, погашенные из стоимости залогового имущества. В этой связи отмечает, что начисленные расходы в период рассмотрения спора не были оплачены и, как указал конкурсный урравляющий, не будут оплачены. Указывает на оставление без оценки того обстоятельства, что реализация залогового имущества происходила в условиях доступности информации и разногласий до расчетов с залоговым кредитором не происходило. Обращает внимание на большой объем проделанной работы, предшествующей и связанной с реализацией залогового имущества. Указывает на привлечение конкурсным управляющим специалистов в условиях экстренной срочности решения проблем, что невозможно сделать собственными силами. Также настаивает на отсутствии вины в действиях конкурсного управляющего, действующего в ситуации правовой неопределенности относительно толкования статьи 138 Закона о банкротстве применительно к оплате расходов, связанных с залоговым имуществом. Считает, что процедура проведена ФИО1 с высокой степенью профессионализма, неэффективность принятых им решений в рамках привлечения специалистов и определения им размера выплат не подтверждена, а выводы об обратном сделаны без выяснения того, была ли объективная возможность принять иное решение в условиях несостоятельности должника. Полагает противоречивыми выводы апелляционного суда – если суд признал обоснованными расходы на хранение по договору с ИП ФИО6, то договор от 11.11.2019 с ИП ФИО7 на хранение нельзя считать необоснованным. Информирует, что является преемником залогового кредитора, при этом указывает на возможность внесения залоговым кредитором «излишне» полученного в конкурсную массу, что означает преждевременность взыскания убытков с управляющего.

 

ФНС России в отзыве на кассационные жалобы просит отказать в их удовлетворении, а судебные акты оставить без изменения. Указывает на приведенные ранее доводы: заинтересованность конкурсного управляющего ФИО1 и ИП ФИО6 (отец супруги управляющего), который привлечен для обеспечения сохранности имущества, но такие услуги не мог оказать и эти услуги по факту оказаны третьим лицом по цене, значительно ниже выплаченной ИП ФИО6; значительное завышение стоимости услуг ИП ФИО7 на перевозку имущества и аренду гаража; уменьшение, в результате завышенных выплат на специалистов, размера денежных средств, подлежащих распределению в порядке статьи 138 Закона о банкротстве. Считает сумму необоснованных перечислений убытками, подлежащими взысканию в конкурсную массу должника. Приводит доводы в поддержку выводов судов относительно необоснованного расходования конкурсной массы на выплату чрезмерной оплаты в пользу привлеченных лиц. Вопреки позиции заявителей кассационных жалоб, считает подтвержденной и верно установленной судами совокупность условий, необходимых для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков. Информирует о наличии и размере непогашенной текущей задолженности второй очереди. Относительно заявления о правовой неопределенности - отмечает, что конкурсный        управляющийсамостоятельно осуществлял выплаты привлеченным специалистам, за установлением лимитов в суд не обращался, при этом выплаты произведены из средств, полученных от продажи залогового имущества, до их распределения, то есть расходы понесены не за счет причитающегося залоговому кредитору. По мнению уполномоченного органа, поведение управляющего (учитывая заинтересованность привлекаемых лиц и установление для них условий по оплате выше, чем могла быть получена сторонними лицами) не отвечает стандарту добросовестности и разумности. Довод о наличии альтернативных способов защиты находит несостоятельным, учитывая выбор кредитором надлежащего способа защиты.

 

В заседании суда кассационной инстанции представители конкурсного управляющего ФИО1 и ИП ФИО5 настаивали на удовлетворении кассационных жалоб по приведенным в них доводам;  представитель ФНС России высказался в поддержку судебных актов и возражал по доводам жалоб согласно представленному отзыву.

Проверив законность апелляционного постановления (учитывая внесение апелляционным судом изменений в обжалуемое определение), с учетом доводов кассационных жалоб, отзыва и выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

 

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 3 статьи 60 Закона о банкротстве в порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 настоящей статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве.

Из содержания указанной правовой нормы следует, что правовым основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является одновременное установление факта несоответствия конкретных действий или бездействия арбитражного управляющего требованиям закона и нарушение вследствие совершения таких действий (допущения бездействий) прав и законных интересов кредиторов, в том числе и уполномоченного органа.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания в силу статьи 65 АПК РФ распределяется следующим образом: заявитель обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредиторов, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

Право конкурсного управляющего привлекать специалистов для обеспечения своей деятельности следует из пунктов 1, 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

По общему правилу пункта 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» при рассмотрении арбитражным судом вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией.

Привлекая привлеченное лицо, арбитражный управляющий обязан в числе прочего учитывать возможность оплаты его услуг за счет имущества должника.

В силу пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения своей деятельности, определяется исходя из балансовой стоимости активов должника (лимиты на процедуру).

По расчету уполномоченного органа, осуществленному с применением пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве, в рамках рассматриваемого дела лимит расходов для арбитражного управляющего в процедуре конкурсного производства составил 3 200 197, 78 руб. Между тем по состоянию на 01.07.2021 конкурсным управляющим в пользу привлеченных специалистов начислены денежные средства в размере 10 469 030, 05 руб. (включая выплаты в пользу ИП ФИО6 и ИП ФИО7, привлеченных для оказания услуг по обеспечению сохранности залогового имущества должника).

Включение расходов на оплату услуг по обеспечению сохранности залогового имущества в состав лимитируемых правомерно – согласуется с пунктом 2 статьи 20.7 Закона о банкротства (приведенный в пункте перечень нелимитируемых расходов не содержит расходы на оплату услуг, связанных с залоговым имуществом) при том, что оплата данных услуг осуществлена за счет конкурсной массы должника (включая средства, поступившие от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве), а не за счет средств залогового кредитора.

В данном случае приведенные уполномоченным органом расчеты не оспорены и признаны верными. Превышение лимита расходов на оплату услуг привлеченных специалистов, составляющее разницу между суммой фактических выплат и размером лимитов расходов в процедуре, составило 7 268 832,27 руб.

При этом, как выяснили суды, конкурсный управляющий правом на заявление ходатайства об увеличении лимита расходов на процедуру в связи с привлечением лиц, оплата услуг которых приведет к превышению общей суммы расходов на оплату привлеченных лиц, что предусмотрено пунктом 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве, он не воспользовался; выплаты в пользу привлеченных специалистов сверх лимита, установленного положениями статьей 20.7 Закона о банкротстве, управляющий осуществлял самостоятельно.

Таким образом, правомерен вывод суда о незаконности действий конкурсного управляющего ФИО1, выразившихся в превышении лимита расходов на привлеченных специалистов.

 

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 29), кредиторы и иные лица вправе обратиться с иском к арбитражному управляющему, если его неправомерными действиями им причинены убытки.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в пункте 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ с учетом специальных норм Закона о банкротстве.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из содержания статьи 15 ГК РФ следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего противоправность поведения причинителя вреда, наличие и размер убытков, вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

В данном случае установлена незаконность действий конкурсного управляющего при осуществлении выплат привлеченным специалистов, учитывая, что такие выплаты привели к превышению лимитов расходов на процедуру и управляющий с ходатайством об увеличении данных лимитов в суд не обращался.

Само по себе нарушение, выразившееся в превышении лимита расходов на оплату услуг привлеченных лиц, не является достаточным для взыскания с конкурсного управляющего суммы превышения в качестве убытков, необходимым является выяснение обоснованности спорного расходования. При необоснованном расходовании (полностью или в части) убытки на стороне кредиторов возникают, так как спорные выплаты уменьшают размер конкурсной массы (в том числе пополняемой за счет реализации залогового имущества), снижая вероятность погашения требований кредиторов.

В целях разрешения вопроса об обоснованности расходования денежных средств апелляционным судом исследованы и оценены договоры, заключенные конкурсным управляющим с ИП ФИО7 и ИП ФИО6, проверены представленные в деле документы с целью выяснения вопроса о фактическом оказании заявленных услуг названными лицами.

По результатам исследования суд заключил, что спорные услуги в действительности оказывались третьими лицами, стоимость этих услуг значительно меньше затраченных на оплату по договорам с названными лицами, в результате чего суммы, превышающие разумный предел оплаты, квалифицированы в качестве убытков, подлежащих взысканию с конкурсного управляющего в конкурсную массу должника.

В этой связи установлено, что должник в лице конкурсного управляющего  ФИО1 и ИП ФИО7 11.11.2019 заключили договор по обеспечению сохранности залогового имущества должника            № зап/11-2019, ежемесячная стоимостью услуг 200 000 руб. Услуги оплачены конкурсным управляющим за счет имущества должника в размере 1 271 000 руб. (платежи от 20.04.2020, от 30.04.2020), в том числе за транспортировку – 191 200 руб., за хранение – 1 080 000 руб.

Также установлено, что для исполнения указанного договора ИП ФИО7 01.11.2019 заключил договор аренды гаража № К-117 с конкурсным управляющим ООО «Кунцево-2» ФИО8 с ежемесячной стоимостью 5 000 руб. Транспортировку имущества осуществило ООО «Стройсталь», затраты которого составили 69 800 руб.

При установленном суд признал, что расходы, фактически понесенные ИП ФИО7 при исполнении договора от 11.11.2019 № зап/11-2019 (на перевозку и аренду гаража), составили  104 800 руб.

Разницу между выплаченной конкурсным управляющим ИП ФИО7 суммой и понесенными последним расходами за предоставленные услуги, составившую 1 166 400 руб. (1 271 000 руб. минус 104 800 руб.), суд признал необоснованными расходами, подлежащими взысканию с конкурсного управляющего в качестве убытков в конкурсную массу должника.

Кроме того установлено, что должник в лице конкурсного управляющего ФИО1 и ИП ФИО6 01.09.2019 заключили договор на оказание услуг по обеспечению сохранности и предпродажной подготовке (инвентаризации) товарно-материальных ценностей, находящихся в залоге у АО «ЮниКредит Банк» и находящихся по адресу: 

<

...>, стоимость услуг согласована в размере 400 000 руб. ежемесячно. Конкурсным управляющим услуги ИП ФИО6 по договору от 01.09.2019 оплачены на общую сумму 5 046 884 руб.

Наряду с этим установлено, что фактически охрана залогового имущества должника осуществлялась ООО «Межотраслевой центр экспертиз», которому ИП ФИО6 перечислил в оплату указанных услуг 2 083 174 руб.

Платеж, превышающий фактически понесенные на охрану залогового имущества, находящегося в 

<

...>, расходы - 2 963 710 руб. (5 046 884 руб. минус 2 083 174 руб.), суд признал необоснованным и формирующим убытки, которые подлежат взысканию в конкурсную массу должника.

В результате сумма убытков, присужденная апелляционным судом к взысканию с конкурсного управляющего, составила 4 130 110 руб. (1 166 400 руб. плюс 2 963 710 руб.).

Действия конкурсного управляющего, выразившиеся в перечислении ИП ФИО7 и ИП ФИО6 необоснованных сумм по заключенным с ними договорам договору хранения, апелляционный суд признал незаконными.

Выводы апелляционного суда, сделанные по результатам исследования и оценки совокупности представленных доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ, обоснованы. Результат рассмотрения жалобы ФНС России правомерен.

 

Доводы кассационных жалоб итоговые выводы апелляционного суда не опровергают.

Так, доводы кассаторов о непринятии судом к учету того, что оказание услуг с привлечением третьих лиц связано с нахождением имущества должника в трех разных городах, при этом привлеченные лица оказывали лишь услуги по предоставлению арендных площадей и обеспечению сохранности имущества, а другие работы (проведение инвентаризации и перемещение имущества на арендуемые площади) осуществлял ИП ФИО6, не принимаются в связи со следующим.

Названные в кассационной жалобе обстоятельства, с учетом заявленных доводов, проверены апелляционным судом, по результатам чего суд признал не доказанным факт оказания ИП ФИО6 услуг по инвентаризации имущества должника и по транспортировке имущества, что исключило обоснованность расходов в сумме 2 963 710 руб. Апелляционный суд при этом также учел  аффилированность конкурсного управляющего с ИП ФИО6 (который является отцом супруги ФИО1), что предполагает необходимость устранения сомнений, которые обусловлены выявленной заинтересованностью. В рамках настоящего спора конкурсный управляющий свою позицию в части объема и стоимости услуг, заявленных в качестве оказанных ИП ФИО6, в порядке статьи 65 АПК РФ не подтвердил; отчет специалиста от 06.11.2022 № 014-22/И в условиях упомянутой аффилированности не мог рассматриваться в качестве достаточного доказательства обоснованности понесенных расходов. Также не представлено каких-либо доказательств в подтверждение того, что реальная стоимость оказанных услуг, предусмотренных заключенным с ИП ФИО7 договором, превышает установленный судом размер.

Приведенные в кассационных жалобах доводы о том, что при сохранения должником арендных отношений с прежним арендодателем сумма расходов была бы равной выплаченной ИП ФИО7, суд округа отклоняет, поскольку прежние арендные отношения не являлись предметом исследования и не подлежали проверке на предмет обоснованности установленной цены, в то время как в рамках настоящего спора установлено и не опровергнуто то, что реальные затраты на аренду необходимых площадей в проверяемый период составили сумму, меньшую в 40 раз в сравнении с указанной в договоре с ФИО7 Аргументированного обоснования такого превышения не представлено.

Доводы конкурсного управляющего ФИО1, настаивающего на обоснованности и разумности выплаченного ИП ФИО6 и ИП ФИО7 вознаграждения, учитывая объем проделанной ими работы, и возражающего против вывода суда о чрезмерности произведенных выплат, отклоняются как направленные на переоценку установленных судом обстоятельств, что выходит за пределы компетенции суда округа, установленной статьей 286 АПК РФ.

Доводы кассаторов об отсутствии затрат на оплату бухгалтерских и юридических услуг со ссылкой на то, что расходы на этих специалистов уполномоченный орган включил в сумму превышения лимитов, не принимаются. Договоры на оказание юридических и бухгалтерских услуг, учтенные уполномоченным органом при расчете общей суммы на оплату услуг специалистов (10 469 030,05 руб.) для соотнесения этой суммы с нормативно определенным лимитов расходов, заключены конкурсным управляющим ФИО1 в период конкурсного производства – 01.08.2019 и 01.11.2019, то есть обязательства по ним являются текущими, этими договорами предусмотрена ежемесячная оплата вознаграждения, которое начислялось, что нашло свое отражение в отчетах конкурсного управляющего о результатах проведения процедуры и использовании денежных средств. Фактическая выплата, при наличии объективно существующего обязательства по оплате услуг, подпадающих под лимиты расходов, не является определяющей для вывода о превышении/непревышении лимита расходов. Кроме того, наличие убытков в данном случае связано не с фактом превышения лимита (данное обстоятельство, как уже отмечалось, само по себе убытков не образует), а с установленной чрезмерностью осуществленных конкурсным управляющим выплат за фактически оказанные услуги.

Доводы заявителей кассационных жалоб об имеющей место правовой неопределенности по вопросу применения статьи 138 Закона о банкротстве в части, касающейся вопроса об источниках покрытия расходов на залоговое имущество, суд округа признает ошибочными. Как указывает конкурсный управляющий, он при осуществлении своей деятельности исходил из того, что на расходы на содержание и охрану залогового имущества лимиты не распространяются, если соответствующие расходы согласованы с залоговым кредитором. Между тем такой подход прямо противоречил содержанию пункта 2 статьи 20.7 Закона о банкротства, где приведен закрытый перечень расходов, которые не подпадают под лимиты; согласование залоговым кредиторов стоимости соответствующих услуг также не означало выбытие таких расходов из состава лимитируемых, если расходование осуществлялось за счет конкурсной массы, а не личных средств залогового кредитора – на это указано выше, подробно мотивировано ранее (в постановлении суда округа, принятом при первом рассмотрении спора) и следует из пункта 7 статьи 20.7 Закона о банкротстве; в данном случае конкурсному управляющему было известно, что залоговый кредитор не принимал решение, предусмотренное абзацем вторым пункта 7 статьи 20.7 Закона о банкротстве. Более того, как уже неоднократно указывалось, привлечение конкурсного управляющего к ответственности в виде взыскания убытков обусловлено в данном случае несоразмерностью выплат за услуги, оказанные относительно залогового имущества должника. То есть вопрос о лимитах не стал определяющим при взыскании убытков.

То, что выплаты в пользу ИП ФИО6 и ФИО7 осуществлены за счет средств от продажи залогового имущества (на это обстоятельство в подтверждение довода об отсутствии убытков ссылается ИП ФИО5), не изменяет того, что расходы на оплату спорных услуг возмещены за счет конкурсной массы; то, что поступившие в конкурсную массу от продажи залогового имущества денежные средства распределяются в особом порядке, предусмотренном статьей 138 Закона о банкротстве и обеспечивающем приоритет залоговых кредиторов, не означает незаинтересованности остальных кредиторов в том, чтобы к распределению обращалась максимально возможная сумма от продажи при том, что  до распределения из средств, поступивших от продажи предмета залога, выплачиваются спорные расходы.

Мнение ИП ФИО5 о том, что спорные расходы не связаны с лимитами на привлеченных лиц, противоречат приведенному выше обоснованию.

Выводы суда, вопреки позиции ИП ФИО5, согласуются с пунктом 6 статьи 138 Закона о банкротстве. Согласно пункту 6 статьи 138 Закона о банкротстве расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи. То есть в этой норме установлена очередность погашения соответствующих расходов, но в ней нет указаний на исключение данных расходов из числа лимитируемых по правилам статьи 20.7 Закона о банкротстве, также здесь не указано на возможность любых выплат, без соблюдения принципа разумности при определении их размера.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе ИП ФИО5, об отсутствии разногласий до расчетов с залоговым кредитором, при открытости всей информации относительно реализации залогового имущества, не принимаются, поскольку отсутствие ранее разногласий не препятствует подаче соответствующей жалобы после возникновения претензий и ее рассмотрению по существу.

Противоречий в постановлении апелляционного суда, на которые указывает ИП ФИО5, не выявлено. Апелляционный суд учел фактические расходы на хранения в правоотношениях как с ИП ФИО6 (оплата в пользу ООО «Межотраслевой центр экспертиз»), так и с ИП ФИО7 (оплата аренды площадей – гаража).

То, что ИП ФИО5 является преемником залогового кредитора и имеет возможность внести «излишне» выплаченные управляющим денежные средства (не соглашаясь с выводом о том, что эти выплаты излишни), не влияет на законность принятого судебного акта. Выраженное кредитором намерение может быть им реализовано вне зависимости от  результатов рассмотрения настоящего спора.

При изложенном кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Постановление апелляционного суда, принятое при выяснении всех значимых для спора обстоятельств, с правильным применением норм материального права к установленным обстоятельствам и с соблюдением процессуального законодательства, следует оставить в силе.

Приостановление исполнения судебных актов, допущенное при принятии кассационных жалоб к производству суда округа, следует отменить согласно части 4 статьи 283 АПК РФ в связи с завершением кассационного производства.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 по делу № А73-15863/2017 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Приостановление исполнения судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 01.11.2023, отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       Е.Н. Головнина

 

Судьи                                                                                А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков