ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-42233/2020

18 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.10

Резолютивная часть постановления объявлена  12 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Н.В.Аносовой, Н.А.Морозовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии: 

от финансового управляющего: представитель ФИО2 по доверенности от 16.09.2020,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-44572/2021) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2021 по обособленному спору № А56-42233/2020/сд.10 (судья Тарасова М.В.), принятое 

 

по заявлению финансового управляющего должником к ФИО4 и ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

 

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.09.2020 ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец города Санкт-Петербурга, зарегистрирован по адресу: 171360, 

<

...>; фактический адрес: Санкт-Петербург, ул. Гангутская, д. 16, кв. 30; ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд 07.07.2021 поступило заявление финансового управляющего, который просил:

1) признать недействительным договор купли-продажи от 04.06.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО4; 

2) признать недействительным договор купли-продажи от 27.08.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО5;

3) истребовать у ФИО5 в пользу ФИО3 имущество: машино-место №152, площадью 13,4 кв.м с кадастровым номером 77:09:0005004:5476, расположенное по адресу: 

<

...> м/м 152. 

Определением от 10.12.2021 арбитражный суд удовлетворил заявленные требования, применил последствия недействительности сделки, обязав ФИО5 вернуть в конкурсную массу ФИО3 имущество: машино-место №152, площадью 13,4 кв.м с кадастровым номером 77:09:0005004:5476, расположенное по адресу: 

<

...> м/м 152. 

ФИО3, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 10.12.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в неизвещении ФИО3 и ФИО5 надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Также податель апелляционной жалобы отмечает, что недоказанной является аффилированность ФИО3, ФИО4, ФИО5; реальность сделок и их исполнение не опровергнута материалами дела. 

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий, выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как следует из материалов дела, между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 04.06.2018, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель приобрел недвижимое имущество - машино-место №152, площадью 13,4 кв.м с кадастровым №77:09:0005004:5476, расположенное по адресу: 

<

...> I м/м 152 (далее – объект недвижимости, парковочное место, машино-место №152) по цене 3000000 руб. 

Переход права собственности на объект недвижимости зарегистрирован 20.06.2018 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по городу Москве (далее – Управление Росреестра по г. Москве).

Впоследствии ФИО4 (продавец) продал ранее приобретенный у ФИО3 объект недвижимости (машино-место №152) ФИО5 (покупатель) по договору купли-продажи парковочного места (машино-места) от 16.08.2019 по цене 3000000 руб. 

Право собственности на недвижимости имущество зарегистрировано за покупателем 27.08.2019 Управлением Росреестра по г. Москве.

Финансовый управляющий ФИО6 полагая, что договоры купли-продажи от 04.06.2018 и от 16.08.2019, являются притворными сделками, прикрывающими вывод ликвидного актива должника из состава имущества в целях недопущения обращения на него взыскания по обязательствам должника и дарение имущества в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица – ФИО5, а также отвечают признакам подозрительных сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ввиду их заключения с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратилась с настоящим заявлением в арбитражный суд. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, переход права собственности на машино-место в пользу ФИО4 по договору от 04.06.2018 совершен 20.06.2018, право собственности за ФИО5 на указанный объект недвижимости по договору от 16.08.2019 зарегистрировано 27.08.2019.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 8.1, статей 130, 131, 132, 133.1 и 164 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 3, 5 и 6 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пришел к верному выводу, что датой совершения сделок являются даты их государственной регистрации, в связи с чем предусмотренные Законом о банкротстве периоды подозрительности обоснованно исчислил с 20.06.2018 и с 27.08.2019.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 22.05.2019 по делу N А66-7128/2019 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). Таким образом, оспариваемые сделки по сроку подпадают под действие пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63), неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, в рассматриваемом случае предметом доказывания по обособленному спору является вопрос о наличии неравноценного встречного предоставления по спорным сделкам и причинении тем самым вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Судом установлено, что условия договора купли-продажи недвижимого имущества от 04.06.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО4, предусматривают возмездный характер отчуждения имущества. Так, согласно пунктам 2.1 и 2.2 договора стороны установили цену машино-места №152 в размере 3 000 000 руб., которые подлежат передаче покупателем продавцу в полном объеме не позднее трех рабочих дней с момента подписания договора наличными денежными средствами.

Оплата по договору произведена наличными денежными средствами, о чем ФИО3 составлена расписка от 08.06.2018 о получении у ФИО4 денежных средств в размере 3 000 000 руб. 

Согласно пунктам 2.1 и 2.2 договора от 16.08.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО5, стоимость парковочного места установлена в размере 3 000 000 руб., которая на момент заключенного договора оплачена покупателем полностью. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Вместе с тем, документальные подтверждения наличия у ФИО4 финансовой возможности оплатить стоимость парковочного места на дату заключения договора от 04.06.2018, а также доказательства оплаты ФИО5 стоимости объекта недвижимости в материалы дела не представлены. 

Таким образом, факт оплаты стоимости отчужденного по цепочке оспариваемых сделок имущества ответчиками не подтвержден, что свидетельствует об отсутствии равноценного встречного исполнения по сделкам. 

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о признании оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Согласно разъяснениям, которые даны в пунктах 5 и 6 Постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых сделок купли-продажи у должника имелись просроченные неисполненные обязательства перед ООО «ИнфраХит Монтаж» по возврату займа в размере 100 млн. руб., вытекающие из договора займа N 3-26/03/14 от 26.03.2014, подтвержденные решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 18.07.2018 и определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.11.2019 по делу N А66-7128/2019. Кроме того, у должника имелись неисполненные обязательства по алиментам на содержание несовершеннолетних детей по исполнительному листу N ВС 072803541 от 18.09.2017.

Таким образом, на дату совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В обоснование довода о заинтересованности ФИО5 по отношению к должнику финансовый управляющий указал, что ФИО3 и ФИО5 состоят в фактических брачных отношениях; имеют общего несовершеннолетнего ребенка; экономические интересы гражданских супругов совпадают, ранее в пользу ФИО5 должником было отчуждено также иное имущество должника - квартира по адресу: Москва, пер. Чапаевский, д. 3, кв. 93 по договору купли-продажи от 17.01.2018, указанная сделка является предметом рассмотрения в рамках обособленного спора №А56-42233/2020/сд.2; ФИО5 регулярно получала от ФИО3 денежные средства в качестве материального обеспечения и имела доступ к банковским картам должника, что следует из выписок о движении денежных средств по счетам должника; с помощью банковских карт должника ФИО5 совершала покупки в онлайн-магазинах, приобретала авиа- и железнодорожные билеты для совместных поездок с должником и их общим ребенком, оплачивала детские товары, приобретала косметику и парфюмерию, женскую одежду и оплачивала услуги в салонах красоты; должник занимает консолидированную позицию с ФИО5, совершает активные процессуальные действия, направленные на защиту оспариваемых сделок по выводу активов в пользу ФИО5 как в рамках настоящего дела о банкротстве, так и в рамках дела о банкротстве подконтрольной ему компании АО «АСК «Росмед».

Приведенный довод о фактической заинтересованности ФИО5 по отношению к должнику не опровергнут, в связи с чем осведомленность ФИО5 о совершении цепочки сделок по отчуждению имущества с целью причинения вреда кредиторам должника презюмируется. 

Как справедливо отметил суд первой инстанции, имеющиеся в материалах дела доказательства подтверждают, что целью оспариваемой цепочки сделок являлся вывод должником имущества из состава активов посредством его передачи в пользу заинтересованного лица, в результате чего кредиторам должника причинен вред в виде лишения возможности удовлетворения своих требований за счет средств от реализации отчужденного по спорным сделкам имущества, а ответчик, в силу своей фактической аффилированности с должником, был осведомлен как о цели совершения сделок, так и о признаках неплатежеспособности должника. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности всей совокупности обстоятельств для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о ничтожности оспариваемых договоров в силу статей 10, 168 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Довод апелляционной жалобы о неизвещении ФИО5 надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, отклоняется судом апелляционной инстанции в связи со следующим. 

Согласно ответу Территориального органа Главного управления по вопросам миграции МВД России по Тверской области с 05.10.2020 ФИО5 снята с регистрационного учета в Москву, Чапаевский 

<

...> (л.д. 121). 

Определение суда от 14.09.2021 об отложении судебного заседания на 02.11.2021, направленное ФИО5 по указанному адресу, не было получено последней и было возвращено в суд первой инстанции «в связи с истечением срока хранения» (почтовый идентификатор № 19085463401210).

Таким образом, ФИО5 в соответствии с положениями пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ была надлежащим образом извещена о времени и месте судебного разбирательства.

Несостоятельным также следует признать довод ФИО3 о неизвещении его надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Определение суда от 08.07.2021 о назначении судебного заседания по рассмотрению заявления финансового управляющего об оспаривании сделки Должника было направлено ФИО3 по адресу регистрации: 171360, 

<

...> и получено последним 20.07.2021 (почтовый идентификатор № 19085460012860), а также по фактическому адресу: 191187, Санкт-Петербург, ул. Гангутская, д. 16, кв. 30, по которому не было получено и было возвращено в суд первой инстанции «в связи с истечением срока хранения» (почтовый идентификатор № 19085461168160). 

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 10.12.2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 Н.А. Морозова