АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-35296/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                   Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 (далее - ответчик), акционерного общества «Трест Гидромонтаж» (далее - АО «Трест Гидромонтаж», ответчик) на решение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2022 по делу № А45-35296/2019 принятые по рассмотрению иска Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Новосибирской области (далее - уполномоченный орган) к АО «Трест Гидромонтаж», ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 58 454 978,55 руб.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Новосибирское монтажное управление Гидромонтаж» (далее - должник, общество НМУ «Гидромонтаж»).

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняла участие представитель АО «Трест Гидромонтаж» - ФИО3 по доверенности от 07.04.2022.

Суд установил:

уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к АО «Трест Гидромонтаж», ФИО2 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 58 454 975,55 руб.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2020, в удовлетворении иска отказано.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 01.04.2021 отменил решение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2020 в связи с ошибочным применением срока исковой давности, дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 отказано в передаче кассационной жалобы АО «Трест Гидромонтаж» для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.08.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.03.2022 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.08.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области коллегиальным составом суда.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал на то, что при рассмотрении настоящего дела суды пришли к правильному выводу о том, что требование уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности в части суммы 35 577 612,83 руб., является необоснованным, поскольку нарушены установленные налоговым законодательством сроки принудительного взыскания, при этом указал на то, что при новом рассмотрении суду первой инстанции следует в том числе установить размер неисполненных обязательств, взысканных с должника в рамках арбитражных дел № А45-24165/2015, № А37-1540/2016, не утрачена ли возможность их принудительного исполнения.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.07.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022, исковые требования удовлетворены частично, АО «Трест Гидромонтаж» и ФИО2 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества НМУ «Гидромонтаж», с указанных лиц в пользу уполномоченного органа взыскано 22 737 520,22 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и АО «Трест Гидромонтаж» обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, в которых просят отменить решение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022.

ФИО2 в кассационной жалобе просит отменить обжалуемые судебные акты в части привлечения его солидарно к субсидиарной ответственности в размере 22 737 520,22 руб., принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска в указанной части.

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 ссылается на то, что в период его руководства (с 22.07.2014 по 16.03.2015) обществом НМУ «Гидромонтаж» налоговые правонарушения не совершались; неправомерных действий, направленных на прекращение производственной деятельности должника, ФИО2 не совершал; все решения принимались высшими органами управления общества НМУ «Гидромонтаж». Настаивает на том, что ссылка судов на положения статей 61.10 и 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) является ошибочной, сделанной без учета того, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности и применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий. С позиции кассатора суды, исчисляя трехлетний срок исковой давности с 29.08.2018, должны были учесть факт увольнения ФИО2 с должности генерального директора 16.03.2015 и освободить последнего от привлечения к субсидиарной ответственности.

АО «Трест Гидромонтаж» просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций, в удовлетворении исковых требований уполномоченного органа отказать. Считает ошибочным вывод судов о том, что на дату введения в действие статьи 61.14 Закона о банкротстве (01.07.2017) ранее действовавший срок давности не истек, следовательно, к правоотношениям применяется трехгодичный срок исковой давности. С позиции кассатора поскольку положения Закона № 266-ФЗ, не содержат специальных указаний на применение нового срока исковой давности к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до даты вступления в силу соответствующих изменений, у судов в силу статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) отсутствовали основания для применения норм законодательства о банкротстве, ухудшающих положение ответчиков. Ссылается на правовой подход изложенный в определении Верховного суда Российской Федерации от 10.09.2018 № 305-ЭС18-7255. По мнению кассатора, в рассматриваемом случае имеет место пропуск срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, как соответствующие действующему законодательству.

В судебном заседании представитель АО «Трест Гидромонтаж» поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационных жалобах, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, уполномоченный орган обращаясь в суд с рассматриваемым иском, сослался на принятое им по результатам проведения выездной налоговой проверки деятельности должника по месту его нахождения в городе Новосибирске и по месту нахождения его подразделений в городе Сергиеве Посаде Московской области и в Магаданской области решение от 30.09.2013 № 14/11 (далее – решение от 30.09.2013 № 14/11) о привлечении должника к налоговой ответственности.

На основании решения от 30.09.2013 № 14/11 уполномоченный орган предъявил должнику требование от 27.01.2014 № 2 об уплате доначисленных налогов и соответствующих пеней и штрафов на общую сумму 107 453 835,08 руб. с установленным сроком добровольного исполнения до 10.02.2014.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.06.2014 по делу № А45-2042/2014 признано недействительным решение уполномоченного органа от 30.09.2013 № 14/11 в части доначисления: налога на прибыль организаций в сумме 38 197 705 руб.; НДС в сумме 34 359 620 руб.; штрафа за неуплату налога на прибыль в сумме 7 639 541 руб.; штрафа за неуплату НДС в сумме 14 282 430 руб.; штрафа за неправомерное неполное перечисление НДФЛ в сумме 5 695 008,66 руб.; пени по налогу на прибыль в сумме 6 572 686,14 руб.; пени по НДС в сумме 6 714 337,60 руб.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2014 решение суда первой инстанции отменено в части признания недействительным решения уполномоченного органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления штрафа за неуплату НДС в размере 7 410 507 руб., а также доначисления НДС в сумме 3 587 400 руб., соответствующих сумм пеней и штрафов. В удовлетворении заявленных требований в указанной части отказано.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 18.02.2015 названные судебные акты в части удовлетворения требования должника о признании недействительным решения уполномоченного органа о доначислении налога на прибыль, НДС, соответствующих им пеней и штрафов отменил. В отмененной части дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

При новом рассмотрении дела в отмененной части решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.12.2015, оставленным без изменения постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2016, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.07.2016 в удовлетворении заявленных требований отказано.

В целях принудительного взыскания доначисленных налогов и санкций в сумме 101 758 826,42 руб. уполномоченным органом приняты следующие меры:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2016 по делу № А45-24165/2015 с должника взыскано 61 508 979,28 руб. налогов и санкций;

решением Арбитражного суда Магаданской области от 23.11.2016 по делу № А37-1540/2016 с должника взыскано 4 532 391,47 руб. налогов и санкций;

направлено требование от 11.04.2016 № 991 об уплате доначисленных налогов и санкций в общей сумме 35 577 612,83 руб., а также вынесено решение от 12.05.2016 № 3620 и постановление от 12.08.2016 № 2761 о взыскании недоимки за счет денежных средств и имущества должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2017 по делу № А40-93936/2017 часть взысканной с должника решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2016 по делу № А45-24165/2015 задолженности в сумме 43 303 850,53 руб. взыскана с учредителя должника - АО «Трест Гидромонтаж», которая была им уплачена.

Остаток задолженности перед бюджетом, основанной на решении уполномоченного органа от 30.09.2013 № 14/11 и требовании от 27.01.2014 № 2, составил 58 454 975,55 руб. налогов, пени и штрафов.

Уполномоченный орган 24.05.2018 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 18 453 236,45 руб.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.05.2018 заявление уполномоченного органа принято к производству, возбуждено производство по делу № А45-16087/2018.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.08.2018 производство по делу № А45-16087/2018 о банкротстве должника прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с недостаточностью имущества должника для финансирования процедур банкротства.

Уполномоченный орган 30.09.2019 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с рассматриваемым иском о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - АО «Трест Гидромонтаж» - единственного участника должника и ФИО2 - генерального директора общества НМУ «Гидромонтаж» в период с 25.08.2014 по 08.04.2015.

В обоснование иска уполномоченный орган ссылался на то, что после обращения должника 07.02.2014 в суд с заявлением об оспаривании решения уполномоченного органа от 30.09.2013 № 14/11 в ходе судебного разбирательства по делу № А45-2042/2014 АО «Трест Гидромонтаж» как единственный участник должника принял решение от 23.12.2014 № 6 о распределении части нераспределенной прибыли прошлых лет и выплате ее единственному участнику в денежной форме в сумме 111 422 000 руб. Указанная сумма распределенной прибыли была выплачена должником своему участнику путем безналичного перечисления платежными поручениями в период с 26.12.2014 по 03.02.2015, а ФИО2 являлся генеральным директором должника  в период с 25.08.2014 по 08.04.2015, следовательно также ответственен за исполнение решения № 6 от 23.12.2014.

Суд первой инстанции при новом рассмотрении, частично удовлетворяя исковые требования, пришел к выводу о доказанности уполномоченным органом оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника АО «Трест Гидромонтаж», ФИО2, исходил из того, что задолженность общества «НМУ Гидромонтаж» по обязательным платежам в разные уровни бюджета в размере 22 877 362,66 руб. подтверждена решениями Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2016 по делу № А45-24165/2015, Арбитражного суда Магаданской области от 23.11.2016 по делу № А37-1540/2016.

В качестве правовых оснований суды сослались на статью 10 Закона о банкротстве в действовавшей редакции на момент совершения действий, повлекших банкротство, а также статью 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов правильными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, поскольку обстоятельства, заявленные в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (перечисление денежных средств, совершение сделок с 2014 года), возникли до вступления в законную силу положений статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (названное положение закона применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В силу разъяснений пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т. д.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Судами установлено, что АО «Трест Гидромонтаж» с 28.02.2005 и до настоящего времени является единственным участником должника, а ФИО2 являлся генеральным директором общества НМУ «Гидромонтаж» в период с 25.08.2014 по 08.04.2015.

После вступления в силу решения уполномоченного органа от 30.09.2013 № 14/11 должник обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным (дело № А45-2042/2014), по ходатайству общества НМУ «Гидромонтаж» определением суда от 12.02.2014 по делу № А45-2042/2014 приняты обеспечительные меры в виде приостановления действия решения от 30.09.2013 № 14/11. В обоснование своего ходатайства о применении обеспечительных мер должник в частности указывал на то, что взыскание доначисленных налогов и санкций лишит его возможности заниматься производственной деятельностью, что в свою очередь может привести к банкротству общества НМУ «Гидромонтаж».

В дальнейшем, одновременно с судебным разбирательством по делу № А45-2042/2014 ответчики в обход предусмотренной ГК РФ процедуры добровольной ликвидации юридического лица стали осуществлять действия по фактическому прекращению производственной деятельности общества НМУ «Гидромонтаж» путем сокращения штата работников и продажи основных средств, что подтверждается, бухгалтерским балансом общества за 2014 год, сведениями о платежных операциях по банковскому счету должника. Факты распродажи основных средств общества НМУ «Гидромонтаж» в сентябре-декабре 2014 года и фактического прекращения производственной деятельности в декабре 2014 года, также установлены вступившим в законную силу решением арбитражного суда города Москвы от 24.11.2017 по делу № А40-93936/2017.

Так, в решении от 24.11.2017 по делу № А40-93936/2017 судом установлено, что АО «Трест Гидромонтаж» в течение 4 квартала 2014 года вывел из общества все имеющееся имущество путем заключения фиктивных договоров купли-продажи, проведя формальную оплату за это имущество, с немедленным возвратом «полученных» налогоплательщиком денежных средств в счет выплаты необоснованно начисленных дивидендов, в отсутствии действительной чистой прибыли на 31.12.2013 и нарушения порядка принятия решения по их выплате. Также в указанном судебном акте установлено, что ответчиком совместно с налогоплательщиком совершена безвозмездная сделка по передаче имущества с единственной целью избежать уплаты начисленных налогоплательщику по выездной проверке налогов, прикрывая данную безвозмездную сделку фиктивными договорами купли-продажи и такой же фиктивной «оплатой», что, исходя из положений Постановления № 53 расценивается судом как получение необоснованной налоговой выгоды. Таким образом, судом в рамках дела № А40-93936/2017 установлено, что АО «Трест Гидромонтаж» и общество являются зависимыми лицами, все действия этих двух организаций направлены на безвозмездную передачу в 4 квартале 2014 года имущества налогоплательщика ответчику.

Из отзыва ФИО2 следует, что осуществление действий по прекращению деятельности должника являлось условием АО «Трест Гидромонтаж» для принятия его на должность генерального директора, что свидетельствует об осуществлении указанных действий данными лицами по обоюдному сговору.

По общему правилу, нормальным способом изъятия участниками денежных средств от успешной коммерческой деятельности принадлежащих им организаций является распределение прибыли либо выплата дивидендов (абзац четвертый пункта 1 статьи 8, статья 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ)).

При этом из содержания пункта 2 статьи 29 Закона № 14-ФЗ следует, что общество, действующее в рамках презумпции разумности, не вправе выплачивать участникам общества прибыль, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты.

В свою очередь, после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Новосибирской области от 19.06.2014 по делу № А45-2042/2014 АО «Трест Гидромонтаж» как единственный участник общества НМУ «Гидромонтаж» принял решение от 23.12.2014 № 6 о распределении части нераспределенной прибыли прошлых лет общества и выплате ее АО «Трест Гидромонтаж» в сумме 111 422 000 руб. в 60-дневный срок.

Указанная сумма распределенной прибыли выплачена должником АО «Трест Гидромонтаж» несколькими платежами путем безналичного перечисления платежными поручениями через банк в период с 26.12.2014 по 03.02.2015, при этом в декабре 2014 года общество перечислило АО «Трест Гидромонтаж» 80 148 000 руб. (26 декабря - 62 025 000 руб., 29 декабря – 18 123 000 руб.) а оставшуюся сумму 31 274 000 руб. - с 19 января по 3 февраля 2015 года.

В дальнейшем Арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 18.02.2015 названные судебные акты в части удовлетворения требования должника о признании недействительным решения уполномоченного органа о доначислении налога на прибыль, НДС, соответствующих им пеней и штрафов отменил. В отмененной части дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Учитывая, что обеспечительные меры, принятые в рамках дела № А45-2042/2014 отменены, 11.03.2015 должник вновь обратился с ходатайством о приостановлении действия решения от 30.09.2013 № 14/11, мотивируя его тем, что взыскание доначисленных налогов и санкций лишит его возможности заниматься производственной деятельностью, что в свою очередь может привести к банкротству общества НМУ «Гидромонтаж».

Таким образом, общество, уже фактически прекратившее производственную деятельность к концу 2014 года и не имеющее ни намерений, ни возможности ее возобновить, ввиду распродажи основных средств и сокращения работников, уклонялось от уплаты доначисленных обязательных платежей и осуществляло вывод активов общества НМУ «Гидромонтаж», при этом необоснованно перечисляя в пользу своего участника 111 422 000 руб.

При новом рассмотрении дела № А45-2042/2014 решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.12.2015, вступившим в законную силу 14.03.2016, обществу отказано в признании недействительным решения от 30.09.2013 № 14/11.

Решение от 30.09.2013 № 14/11 и предъявленное на его основании требование от 27.01.2014 № 2 об уплате налогов и санкций подлежало исполнению в общей сумме 101 758 826,42 руб.

В соответствии с бухгалтерским балансом за 2014 год размер долгосрочных и краткосрочных обязательств составлял 14 350 000 руб., принимая во внимание неучтенную задолженность по обязательным платежам в размере 101 758 826,42 руб. - всего 116 108 826, 42 руб., в то время как активов имелось всего на сумму 77 851 000 руб.

Суды верно установили, что действия по распределению и выплате прибыли в сумме 111 422 000 руб. на фоне прекращения обществом к концу 2014 года производственно-хозяйственной деятельности повлекли за собой невозможность удовлетворения требований уполномоченного органа в сумме 58 454 975,55 руб., основанных на решении от 30.09.2013 № 14/11 и требовании от 27.01.2014 № 2, тем самым фактически довели общество до банкротства.

Неправомерность принятия решения от 23.12.2014 № 6 о распределении части нераспределенной прибыли прошлых лет, также установлена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2017 по делу № А40-93936/2017.

Давая оценку доводам ФИО2 о том, что на дату совершения должником налоговых правонарушений он не являлся контролирующим должника лицом в связи с чем не может быть привлечен к субсидиарной ответственности; об отсутствии противоправных действий, направленных на прекращение производственной деятельности должника, суды установили следующее.

Из материалов дела следует, что на момент осуществления полномочий ФИО2, налоговые правонарушения общества НМУ «Гидромонтаж» уже имели место.

При этом судами установлено, что в период исполнения ФИО2 обязанностей руководителя с 25.08.2014 по 08.04.2015 должник реализовал все ликвидное имущество АО «Трест Гидромонтаж» (договоры от 02.09.2014 № КПД/362/пр, 28.10.2014 № КПН/405/ПР, 28.10.2014 № КПН/406/ПР, подписаны со стороны общества НМУ «Гидромонтаж» ФИО2); штат работников должника сокращен; в период с 26.12.2014 по 03.02.2015 АО «Трест Гидромонтаж» выплачены дивиденды в размере 111 422 000 руб.

Установив наличие прямой причинно-следственной связи между действиями указанных лиц и наступившим объективным банкротством должника, суды правомерно привлекли ответчиков к субсидиарной ответственности в размере подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами (решения Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2016 по делу № А45-24165/2015, Арбитражного суда Магаданской области от 23.11.2016 по делу № А37-1540/2016), при этом суды также верно установили, что уполномоченным органом не была утрачена возможность их принудительного исполнения.

Доводы кассационных жалоб данные выводы судов не опровергают.

Вопреки доводам кассационных жалоб уполномоченным органом срок исковой давности суды не пропущен. Суды верно исходили из следующего.

Действительно, нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» устанавливают годичный срок исковой давности.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу; названный Закон дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В настоящее время срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности установлен пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве и составляет три года со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 59 Постановления № 53, в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Право на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности возникло у уполномоченного органа только с 29.08.2018 – даты прекращения производства по делу № А45-16087/2018 о банкротстве общества НМУ «Гидромонтаж» на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

При этом материально-правовые основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на дату совершения ими вменяемых им действий и на дату обращения уполномоченного органа в суд с рассматриваемым заявлением не изменились, то есть на дату прекращения действия предыдущих редакций Закона о банкротстве, предусматривающих иной порядок исчисления давности по этой категории дел, срок исковой давности не истек, поэтому к вопросу о продолжительности и порядка исчисления исковой давности подлежит применению новая норма Закона о банкротстве.

Схожая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

Кроме того, в пункте 59 Постановления № 53 указано, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу (статья 200 ГК РФ), исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. Для начала течения срока исковой давности необходимо понимание о недостаточности активов должника для удовлетворения требований кредиторов.

Следовательно, вопреки доводам кассаторов, срок исковой давности, установленный пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, начал течь для уполномоченного органа с 29.08.2018 и применительно к дате обращения с настоящим иском не является пропущенным.

Более того, соответствующая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.04.2021, которым отменены решение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2020 в связи с ошибочным применением срока исковой давности, указав на то, что срок исковой давности, установленный пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, начал течь для уполномоченного органа с 29.08.2018 и истекает 30.08.2021. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 в передаче кассационной жалобы АО «Трест Гидромантаж» для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

Доводы кассационных жалоб, по существу оспаривающие выводы судов о доказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, суд округа отклоняет как направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами. Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Так, суды верно оценили доводы ФИО2, о том, что на дату совершения обществом «НМУ «Гидромонтаж» налоговых правонарушений он не являлся контролирующим должника лицом и, поэтому не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, об отсутствии противоправных действий, направленных на прекращение производственной деятельности должника, не соответствует фактическим обстоятельствам.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

ФИО2 являлся руководителем должника с 25.08.2014 по 08.04.2015, о чем внесены соответствующие записи в Единый государственный реестр юридических лиц.

Действительно, на момент осуществления полномочий ФИО2, налоговые правонарушения общества «НМУ «Гидромонтаж» уже имели место, однако он привлечен к субсидиарной ответственности в связи с установлением арбитражным судом незаконных действий по выводу денежных средств организации на счет учредителя при наличии задолженности по обязательным платежам, что привело к возникновению у должника признаков банкротства.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Задолженность общества «НМУ Гидромонтаж» по обязательным платежам доначислена на основании решения от 30.09.2013 № 14/11, по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2009 по 31.12.2012 год.

После проведения выездной налоговой проверки (октябрь-декабрь 2014 года) налогоплательщик реализовал все свое ликвидное имущество АО «Трест Гидромонтаж» (договоры от 02.09.2014 № КПД/362/пр, 28.10.2014 №КПН/405/ПР, от 28.10.2014 № КПН/406/ПР, подписаны со стороны общества «НМУ Гидромонтаж» ФИО2), также суды установили, что АО «Трест Гидромонтаж» во исполнение указанных договоров перечислялись в адрес должника денежные средства в размере 111 422 000 руб.

При этом, перечисление денежных средств произведено на основании решения о выплате дивидендов от 23.12.2014 № 6 в нарушение пункта 1 статьи 43 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), статей 28, 29 Закона № 14-ФЗ, пунктов 9.1-9.3 Устава общества «НМУ Гидромонтаж», после вступления в силу решения от 30.09.2013 № 14/11 в период, когда руководителем должника являлся ФИО2

В результате указанной выплаты у общества появились признаки несостоятельности (банкротства).

Таким образом, общество «НМУ Гидромонтаж» в лице генерального директора ФИО2 в нарушение положений пункта 1 статьи 43 НК РФ, статей 28, 29 Закона № 14-ФЗ, а также положений Устава должника произвело выплату единственному участнику общества - АО «Гидромонтаж» при наличии подтвержденной задолженности по налогам сборам, определенной по результатам выездной налоговой проверки.

Оценивая доводы кассатора ФИО2 о применении судом нормы закона, неподлежащей применению (статьи 61.10, 61.11 Закона о банкротстве), о также о том, что он не является контролирующим должника лицом, так как руководил обществом НМУ «Гидромонтаж» более чем за три года до появления признаков банкротства, суд округа отмечает следующее. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы материального права, действовавшие на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности. При этом при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной ответственности применяются нормы процессуального права, действующие на момент такого рассмотрения.

Поскольку действия (бездействие) ответчиков, на которые указывал уполномоченный орган как на основание для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2014, то к соответствующим действиям (бездействию) ответчиков подлежат применению нормы пунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, действовавшей с 30.06.2013. При этом при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат применению нормы процессуального права, установленные главой III.2 Закона о банкротстве.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Материалами дела подтверждается и судами верно установлено, что признаки банкротства появились у общества «НМУ Гидромонтаж» уже с момента перечисления АО «Трест Гидромонтаж» 26.12.2014 распределенной прибыли, в результате которого общество оказалось неспособным удовлетворить требования кредиторов (уполномоченного органа); 29.08.2018 - дата появления у уполномоченного органа права на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (после прекращения производства по делу о банкротстве должника).

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения ответчиками действий, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности по настоящему делу, также была предусмотрена солидарная субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц за доведение должника до банкротства в размере требований, оставшихся непогашенными из-за недостаточности имущества должника

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Установив по результатам исследования материалов дела, что  ФИО2 являлся фактическим руководителем и руководил текущей хозяйственной деятельностью, заключал сделки, имел доступ к активам должника, вправе был распоряжаться расчетными счетами должника и проводить операции по счетам, суды, вопреки доводам жалобы верно констатировали, что ФИО2 является контролирующим должника лицом по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве.

Более того, по смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2018 N 308-ЭС17-21222, двухгодичный срок,  установленный в ранее действовавшей статье 2 Закона о банкротстве не является пресекательным и не исключает возможности квалификации определенного субъекта как лица, контролирующего должника, за его пределами.

Вопреки доводам кассаторов, суды при разрешении настоящего обособленного спора исходили из неопровергнутой ответчиками презумпции вины контролирующих должника лиц; на основании всей совокупности имеющихся в деле доказательств пришли к мотивированному выводу о наличии причинно-следственной связи между неправомерными действиями контролирующих должника лиц и наступившим банкротством должника.

Ввиду изложенного, ФИО2 не утратил статус контролирующих должника лиц применительно к обстоятельствам, являющимся основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по настоящему делу.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, по сути, сводятся к несогласию их подателей с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное толкование разъяснений, данных высшей судебной инстанцией, применение положений законодательства о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Таким образом, поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, кассационные жалобы признаются необоснованными, а определение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2022 по делу № А45-35296/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    М.Ю. Бедерина

 

ФИО1