ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

25.05.2021

Дело № А40-178069/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18.05.2021

Полный текст постановления изготовлен  25.05.2021

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Коротковой Е.Н., Перуновой В.Л., 

при участии в судебном заседании:

от ПАО «Мобильные ТелеСистемы» - ФИО1 дов. от 09.11.2020

конкурсный управляющий  ООО «Крафт телеком» ФИО2 (паспорт, лично), от АО «МегаЛабс» - ФИО3 дов. от 01.01.2021  № 142/21,

от ООО «Т2 Мобайл» - ФИО4 дов. от 14.06.2019 № Д21/9/06,

от ФИО5 – ФИО6 по дов. от 02.03.2020,

рассмотрев 18.05.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2020,

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021

о признании недействительной сделки по перечислению в пользу  ФИО5 денежных средств в размере 11 500 000 руб.

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Крафт телеком»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2018 ООО «Крафт Телеком» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделки, совершенной между ООО «Крафт Телеком» и ФИО5, и о применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признана недействительной сделка должника по перечислению денежных средств в пользу ФИО5 в размере 11 500 000 руб., применены последствия недействительности, с ФИО5 взысканы денежные средства  в размере  11 500 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм права, а также несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение и постановление отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование доводов кассационной жалобы ответчик ссылается на ошибочность выводов судов о переквалификации заемных правоотношений в отношения по поводу увеличения уставного капитала,  а также на несоответствие вывода о нахождении должника на момент осуществления спорных платежей в кризисном финансовом положении фактическим обстоятельствам дела.

Конкурсным управляющим должника, а также ПАО «Мобильные ТелеСистемы» представлены отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены судом к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представители конкурсного управляющего должника и конкурсных кредиторов ООО «Т2Мобайл», АО «МегаЛабс» и ПАО «Мобильные ТелеСистемы» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены по заявленным в кассационной жалобе доводам ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами, должником в период с 26.12.2016 по 13.09.2017 совершены перечисления денежных средств в пользу ФИО5 по возврату денежных средств во исполнение обязательств по договорам займа № 40/08/16 от 01.08.2016 и №7/04/17 от 07.04.2017 на общую сумму 11 500 000 руб.

Полагая, что платежи, совершенные должником в указанный период в пользу ФИО5 имеют признаки недействительной сделки по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьях 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Принимая во внимание время возбуждения дела о банкротстве, суды правомерно отнесли оспариваемые платежи к подозрительным в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами первой и апелляционной инстанций отмечено, что  в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Суды первой и апелляционной инстанций, учитывая, что ФИО5 являлся участником  должника с долей 50% в период до 12.02.2015, в период с 12.02.2015 по 08.06.2017 – 20%, и после 08.06.2017 -  25%, и, проанализировав условия договоров займа, пришли к выводу о том, что данные договоры по своей правовой природе являются кредитованием общества для целей текущей хозяйственной деятельности в период финансового кризиса.

При наступлении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Пока не доказано иное, предполагается, что участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники, чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

При этом, изъятие вложенного названным участником не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника. Соответствующие действия, оформленные, в том числе в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5) по делу № А40-140479/2014).

Судами установлено, что возврат должником займа осуществлялся в период, когда общество испытывало финансовые трудности, имело непогашенную задолженность перед налоговым органом, установленную актом выездной налоговой проверки №2492 от 12.09.2019.

При этом, судами по результатам оценки данных, содержащихся в указанном акте от 12.09.2019, а также финансовом анализе общества, сделан вывод о том, что на протяжении периода с 01.01.2017 по 01.01.2018 деятельность должника стала низко ликвидной, что привело к сокращению собственного капитала до отрицательных значений, а к 25.07.2017 сумма недоимки оп оплате НДС составила 12 095 051 руб., что указывает на то, что  как на момент внесения ФИО5 денежных средств, так и на момент изъятия вложенного финансирования должник находился в критическом финансовом состоянии.

Судами также принято во внимание, что одновременно с ФИО5 остальные участники должника также осуществили досрочное изъятие из активов ООО «Крафт Телеком» ранее внесенного капитала на общую сумму 40 539 000 руб.

На основании изложенного, спорные сделки, оформленные в качестве возврата займа, правомерно квалифицированы судами подлежащими признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом; суд счел, что в рассматриваемом случае приведенные в основание требований доводы свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем имеются основания для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом.

Судебная коллегия считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недействительности сделок по перечислению должником ФИО5 денежных средств в размере 11 500 000 руб.

Судами с учетом вышеуказанных разъяснений высшей судебной инстанции дана правильная оценка правоотношениям должника и ответчика как имеющим корпоративную природу капиталозамещающего финансирования, доводы последнего об обратном противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам дела.

Приведенные в кассационной жалобе доводы об отсутствии неплатежеспособности должника на момент заключения сделок являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку исследованных судами обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по делу № А40-178069/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий – судья                                              Н.А. Кручинина                    

 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова

 

                                                                                                          В.Л. Перунова