ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-76259/2018

17 августа 2023 года

г. Санкт-Петербург

/субс.1,2

Резолютивная часть постановления объявлена     09 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 августа 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

ФИО10 лично, по паспорту,

от конкурсного управляющего ООО «Евротара»: ФИО2 по доверенности от 29.09.2022,

от ООО «ГРАНДЪ»: ФИО3 по доверенности от 08.06.2023 (посредством системы «веб-конференция»),

от иных лиц: не явились, извещены,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-15390/2023) ФИО4 на определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.04.2023 по обособленному спору № А56-76259/2018/субс.1,2 в части установления оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности (судья Рогова Ю.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Евротара» и ООО «ГРАНДЪ» о привлечении бывшего генерального директора ООО «Евротара» ФИО10 и учредителей ФИО5, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евротара», 

 

установил:

ООО «Профешнл Билдинг Материалс» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Евротара» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 13.07.2018 заявление ООО «Профешнл Билдинг Материалс» принято к производству, возбуждено дело о банкротстве. 

24.08.2018 в арбитражный суд первой инстанции от ПАО «Сбербанк России» поступило заявление о признании ООО «Евротара» несостоятельным (банкротом). Заявлению присвоен номер №А56-76259/2018/з.1. 

Определением суда первой инстанции от 03.09.2018 заявление ПАО «Сбербанк России» принято к производству арбитражного суда, заявитель уведомлен о рассмотрении его заявления через 15 дней после рассмотрения по существу заявлений, поступивших в суд ранее. 

Определением суда первой инстанции от 22.10.2018 заявление ООО «Профешнл Билдинг Материалс» о признании ООО «Евротара» несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Определением суда первой инстанции от 14.12.2018 (резолютивная часть объявлена 11.12.2018) заявление ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении ООО «Евротара» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО7. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №237 от 22.12.2018. 

Решением суда первой инстанции от 10.06.2019 (резолютивная часть объявлена 04.06.2019) в отношении ООО «Евротара» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 102 от 15.06.2019. 

Определением суда первой инстанции от 26.09.2019 арбитражный управляющий ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО9. 

27.11.2020 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евротара» от конкурсного управляющего ФИО9 поступило заявление, в котором просит привлечь ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Обособленному спору присвоен номер А56-76259/2018/субс.1.

18.02.2021 в арбитражный суд первой инстанции от ООО «ГРАНДЪ» поступило заявление, в котором просит привлечь ФИО5, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 106 586 495 руб.; принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска – арестовать имущество и счета ответчиков на сумму 106 586 495 руб. Обособленному спору присвоен номер А56-76259/2018/субс.2. 

В последствии от конкурсного управляющего должника поступило уточненное заявление, в котором просил привлечь солидарно бывшего генерального директора ООО «Евротара» ФИО10 и учредителей ООО «Евротара» ФИО5, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Уточненное требование по обособленному спору А56-76259/2018/субс.1 судом принято. 

Определением суда первой инстанции от 13.04.2021 обособленные споры А56-76259/2018/субс.1, № А56-76259/2018/субс.2 объединены для их совместного рассмотрения с присвоением объеденному спору номера А56-76259/2018/субс.1,2.

Определением суда первой инстанции от 06.04.2023 установлено наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Евротара». В порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО5, ФИО6, ФИО4 в пользу ООО «Евротара» солидарно взысканы денежные средства в размере 102 823 449,78 руб. В удовлетворении заявления о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать. В обоснование указывает, что судом необоснованно отклонено ходатайство о фальсификации доказательств по делу (протокола б/н от 18.12.2017 общего собрания участников ООО «Евротара»). Полагает, что допустимых доказательств, подтверждающих наличие у ФИО4 статуса контролирующего должника лица, не имеется, как и не приведено обстоятельств, подтверждающих, что под влиянием ФИО4 были причинены какие-либо убытки должнику и его кредиторам.

От ООО «ГРАНДЪ» и конкурсного управляющего ООО «Евротара» поступили отзывы, в которых они просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Протокольным определением от 26.07.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 09.08.2023.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «Евротара», ООО «ГРАНДЪ» и ФИО10 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части – в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника при отсутствии возражений.

В соответствии с частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон №266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об 6 А56-76259/2018 административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) положения закона о банкротстве в редакции федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве) и КоАП РФ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения дела о банкротстве.

 В рассматриваемый период, как обоснованно указал суд первой инстанции,  положения статьи 10 Закона о банкротстве не применяются, поскольку основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках настоящего обособленного спора послужили обстоятельства, возникшие после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующие возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

 Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При этом, судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), ограниченную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов управления широкой дискреции при принятии (согласовании) управленческих решений в сфере бизнеса, так и запрет на причинение ими вреда иным участникам экономического оборота путем злоупотребления правовыми формами (привилегиями, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через юридическое лицо) (статья 10 ГК РФ).

 Для правильного разрешения вопроса об отнесении лица к числу контролирующих правовое значение имеет наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). При этом осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Как установлено материалами дела, ФИО10 являлся генеральным директором должника на дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства, ФИО5 являлся участником должника с долей участия 56 процентов уставного капитала, ФИО6 являлся участником должника с долей участия 25 процентов уставного капитала, ФИО4 являлся участником должника с долей участия 19 процентов уставного капитала. 

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции с учетом изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи. 

 В силу пункта 2 указанной статьи заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

В силу пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве). 

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. 

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

 Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

Участники корпорации, учредители унитарной организации, являющиеся контролирующими лицами по признаку аффилированности между собой, обладающие в совокупности количеством голосов, необходимым для созыва собрания коллегиального органа должника, не совершившие надлежащие действия для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве, несут субсидиарную ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве солидарно, если хотя бы один из них не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о неисполнении этой обязанности. 

Из материалов дела следует,  что 26.12.2016 должник и ПАО «Сбербанк» заключили кредитный договор на сумму 50 000 000,00 рублей. В обеспечение исполнения обязательств передано имущество. Обязательства перед кредитором должник исполнил лишь частично, сумма долга на дату включения требований кредитора в реестр составляла 12 727 436,00 рублей. 

14.07.2017 между ПАО «Сбербанк» и должником заключен новый договор на сумму займа 20 000 000,00 рублей, также обеспеченный залогом имущества должника. На дату рассмотрения обоснованности требований кредитора задолженность составляла 19 897 913,89 рублей, то есть более 90%.

 Из представленного анализа управленческого баланса за 2017 год, следует, что на 01.01.2017 наблюдается резкое увеличение кредиторской задолженности по сравнению с предыдущим периодом: на 01.01.2016 показатель кредиторской задолженности 28 157 912,00 рублей, в том числе расчеты с покупателями и заказчиками – 2 185 853,00 рублей, расчеты с поставщиками – 20 505 326,00 рублей. 

По состоянию на 01.01.2017 кредиторская задолженность увеличивается более чем в 2,5 раза, составляет 75 462 101,00 рублей, в том числе расчеты с кредиторами и заказчиками - 22 482 607,00 рублей (увеличение в 10 раз), расчеты с поставщиками и подрядчиками - 50 577 844,00 рублей (увеличение в 2,5 раза).

 Соответственно,  на 01.04.2017 произошло несущественное увеличение кредиторской задолженности (до 78 564 169,00 рублей), снижение размера задолженности по расчетам с покупателями и заказчиками (до 6 442 774,00 рублей), увеличился размер долга по расчетам с поставщиками и подрядчиками (до 74 480 836,00 рублей, то есть на 50%).

 По состоянию на 01.07.2017 также наблюдается увеличение размера кредиторской задолженности до 87 899 836,00 рублей, увеличение долга по расчетам с поставщиками и подрядчиками, что, как обоснованно указал суд первой инстанции,  подтверждает доводы заявителей о наличии на 03.08.2017 признаков неплатежеспособности, дальнейшем ухудшении финансового положения должника.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении также указал, что  несмотря на то, что на 01.10.2017 согласно управленческому отчету снижается размер кредиторской задолженности (до 81 044 671,00 рублей), следует обратить внимание, что происходит существенное увеличение непокрытого убытка, практически в 2 раза с - 32 984 676,00 рублей до - 63 235 795,00 рублей  При этом судом  установлено, что должник не исполнял свои обязательства перед АО «Инвестиционная компания «Профит» по договору поставки от 25.05.2017 №ИК 81-КП, что повлекло обращение данного кредитора 11.01.2018 с исковым заявлением о взыскании задолженности в сумме 34 336 762,41 рублей. Решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.03.2018 по делу № А76-465/2018 исковые требования АО «ИК «ПРОФИТ» удовлетворены.

Суд первой инстанции на основе представленных в дело материалов также констатировал, что  должник не исполнял свои обязательства перед ООО «ГРАНДЪ» по договору поставки от 01.01.2017 №1, что повлекло обращение указанного кредитора 18.01.2018 с исковым заявлением о взыскании задолженности в сумме 13 634 735,00 рублей. Решением Арбитражного суда Вологодской области от 04.04.2018 по делу №А13-495/2018 исковые требования ООО «ГРАНДЪ» удовлетворены. 

Кроме того, должник не исполнял свои обязательства перед ООО «Консерв-трейд» по договору поставки от 16.01.2017 № 01/18-К. Вступившим в законную силу решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 21.08.2018 по делу № 2- 3177/18 взыскана задолженность по оплате товара, поставленного в период с сентября по октябрь 2017 года на общую сумму 19 471 398,00 рублей по договору поставки от 16.01.2017 № 01/18-К; 

Сумма требований, не обеспеченных залогом, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов составляет 82 037 238,00 рублей - основной долг, сумма трех вышеуказанных требований составляет 66 268 343,92 рублей, а сумма требований АО «ИК «Профит» - 30 % реестра требований кредиторов.

 Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции,  признаки неплатежеспособности у ООО «Евротара» появились 03.08.2017 - с начала периода неисполнения обязательств перед АО «ИК «Профит» по договору поставки от 25.05.2017 № ИК 81-КП-17. 

В свою очередь, из материалов дела следует, что между ПАО «Сбербанк» и должником заключен договор о предоставлении овердрафтного кредита от 30.08.2017 №1895-1-101817-ОВ, согласно которому Банком осуществлялось предоставление должнику денежных средств, и соглашение от 30.08.2017 №1895-1-101817-ОВ, согласно которому осуществлялось списание денежных средств. 

Соответственно, за период с 31.08.2017 по 25.11.2017 Банком должнику был предоставлен овердрафт на общую сумму 47 680 538,43 рублей. За указанный период по соглашению от 30.08.2017 №1895- 1-101817-ОВ со счета должника были списаны денежные средства в общей сумме 44 856 243,27 рублей. 

Материалами дела подтверждается, что с сентября 2017 года должник осуществлял деятельность на основании предоставленных заемных средств, с июля 2017 года погашение задолженности по кредиту не осуществлялось.

 Указанные факты, как правильно отметил суд первой инстанции, однозначно свидетельствует о недостаточности собственных средств для расчетов с кредиторами. 

Между тем, в последующем выручка должника от хозяйственной деятельности направлялась именно на погашение займа по предоставленному ПАО «Сбербанк» овердрафту, а обязательства перед иными контрагентами своевременно не исполнялись.

 Как следует из письма от 27.11.2017 исх. № 77, адресованного бывшим руководителем должника ФИО10 участникам общества «Евротара» ФИО5, ФИО6, ФИО4,  бывший директор должника ФИО10 уведомлял указанных лиц о наличии признаков несостоятельности и финансовой недостаточности, предлагал инициировать процедуру добровольного банкротства.

 Также судом  установлено, что 18.12.2017 участник должника ФИО5 направил в адрес ПАО «Сбербанк» письмо, в котором сообщил о негативных показателях управленческого отчета за третий квартал 2017 года, ухудшении финансового состояния. Бывший участник просил ПАО «Сбербанк» ужесточить мониторинг  движения производственных запасов предприятия и установить финансовый контроль за расходованием денежных средств по расчетному счету, ограничив текущие платежи приоритетными расчетами по налогам и заработном плате, по охране площадки и электроэнергии, оплату услуг юристов и аудиторов. Все остальные поступления должны направляться на погашение кредитной задолженности по вкладу и овердрафту.

 25.01.2018 бывший руководитель должника ФИО10 вновь обратился посредством электронной почты к участникам должника, с просьбой определить будущую судьбу предприятия, ввиду отсутствия улучшений в финансовом положении должника, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

 Таким образом, суд первой инстанции  пришел к выводу об обоснованности доводов кредитора ООО «Грандъ» и конкурсного управляющего о том, что контролирующие должника лица не позднее 03.09.2017 должны были обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным банкротом.

 При этом, согласно пункту 18.6 Устава ООО «Евротара» к исключительной компетенции общего собрания участников относятся, в том числе принятие решения о реорганизации или ликвидации Общества. Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания участников Общества не могут быть переданы им на решение исполнительных органов Общества (пункт 18.8 Устава). 

В свою очередь, как правильно отметил суд первой инстанции, заключение договора с ПАО «Сбербанк», относится к крупным сделкам в соответствии с положениями статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», следовательно, действуя разумно и добросовестно, участники должника и директор должны были принять решение об обращении в суд с соответствующим заявлением, а не принять решение о заключении договора с кредитором и продолжении наращивания кредиторской задолженности.

 Учитывая изложенное, суд первой инстанции  пришел к выводу, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) участников должника ФИО5, ФИО6, ФИО4

 В привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по указанному основанию, судом первой инстанции было отказано, со ссылкой на то, что  бывшим руководителем должника предприняты необходимые меры для информирования участников ООО «Евротара» о наличии у должника признаков неплатёжеспособности, а в силу положений Устава Общества самостоятельное решение о ликвидации общества он не мог принимать. 

В обжалуемом определении суд первой инстанции также указал, что анализ выписки по счету должника свидетельствует о том, что контролирующие должника лица вели  экономическую политику в период подозрительности, которая, по мнению суда не в полной мере отвечала интересам иных кредиторов и самого должника. В частности, суд сослался на то, что  с февраля 2016 по сентябрь 2016 погашение основного долга в сумме 40 130 438,71 рублей не осуществлялось, согласно сведениям из  выписки по расчетному счету должника, производилось лишь погашение процентов, а затем с сентября по декабрь осуществлялось оперативное погашение долга платежами по 10 000 000,00 рублей, то есть большую часть выручки направлялось на погашение долга перед кредитным учреждением (ПАО «Сбербанк»), чтобы в последующем вновь обратиться за предоставлением займа под залог имущества. При этом, как указал суд первой инстанции, продолжительный период просрочки погашения основного долга овердрафтного кредита с февраля 2016 по сентябрь 2016, а затем направление большей части выручки исключительно на погашение долга перед ПАО «Сбербанк» свидетельствует о том, что контролирующие должника лица не выстроили эффективную модель ведения хозяйства, при которой бы осуществлялось равномерное погашение задолженности во всем периоде. Суд указал, что с сентября 2017 года наблюдается частое предоставление овердрафта, что свидетельствует о недостаточности собственных средств должника для расчетов с кредиторами. В последующем выручка должника от хозяйственной деятельности направлялась именно на погашение займа по предоставленному овердрафту, а обязательства перед иными контрагентами своевременно не исполнялись. С учетом того, что реестр требований кредиторов сформирован чуть более 100 000 000,00 рублей, сумма предоставленного овердрафта и перечислений по соглашению в счет погашения кредита составляет половину требований кредиторов.

Кроме того, как указал суд первой инстанции,  из выписки по расчетному сету должника  следует, что должник осуществлял регулярные выплаты в адрес ЗАО «ЮниКредитБанк» с назначением платежа «Оплата металлопроката по контракту №06/21-К от 20.06.13» на основании договора факторинга, вероятно заключенного между Банком и контрагентом по контракту, уступившего права требования к должнику. Кроме того, по аналогичному основанию со ссылкой на указанный контракт, также по договору факторинга, осуществлялись перечисления в адрес ОАО «КУБ». По контракту №01/18-К от 16.01.2017 осуществлялись также платежи фактору АО «ОТП БАНК». 

Из выписки по расчетному счету должника также  следует, что аккумулированные с выручки денежные средства в крупной сумме перечисляются по указанному основанию. 

Также судом установлено, что реальным контрагентом по контракту №06/21-К от 20.06.13, а также по контракту от 16.01.2017 №01/18-К является ООО «Консерв-Трейд», что подтверждается сведениями об операциях по счету за 17.03.2016, а также решением о взыскании долга с ООО «Евротара» в пользу ООО «Консерв-Трейд», которое аффилированно с должником, в соответствии с представленными ООО «ГРАНДЪ» сведениями, не опровергнутыми ответчиками. Так за период с 01.07.2017 по 25.11.2017 в адрес АО «ЮниКредитБанк» было перечислено 25 904 102,75 рублей, в адрес АО «ОТП БАНК» перечислено 51 879 157,99 рублей. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что  с учетом наличия признаков неплатежеспособности, осуществления хозяйственной деятельности за счет часто предоставленного овердрафта, оплата контракта, по которому контрагент - аффилированное лицо, явно не отвечает признакам разумного и добросовестного поведения контролирующих должника лиц. Кроме того, проанализировав представленную в материалы дела выписку, суд первой инстанции также сделал вывод о наличии не устранённых сомнений относительно действительности денежного оборота должника в период, предшествующий банкротству, посчитав, что по расчетному  счету должника был создан искусственный оборот денежных средств, за счет чего ООО «Евротара» могло вводить в заблуждение контрагентов, при этом имея признаки недостаточности имущества. Из выписки по счету следует, что на счет должника поступали денежные средства от ООО «Группа компаний «М-СТИЛ», а затем почти в идентичной сумме средства переводились либо фактору, либо напрямую ООО «Консерв-Трейд» (операции от 17.03.2016, от 02.02.2016, 18.02.2016, 19.02.2016, 08.02.2017, 22.02.2017, 02.03.2017, 20.06.2017, 30.08.2017, 13.09.2017, 20.10.2017). В этой связи  суд первой инстанции пришел к выводу,  что оборот денежных средств по счету должника не свидетельствовал о реальном поступлении средств на счет по результатам хозяйственной деятельности должника, поскольку часть операций носила транзитный характер, должник осуществлял деятельность за счет заемных денежных средств, допускал существенную просрочку в исполнении обязательств по погашению основного долга. Соответственно, во второй половине 2017 года расчеты с кредиторами велись с использованием овердрафта, что подтверждает недостаточность собственных денежных средств, существенная часть поступающих денежных средств уходила на расчеты с аффилированными кредиторами, что в дальнейшем также привело к невозможности рассчитаться по долгам с независимыми кредиторами.

Кроме того, судом первой инстанции в обжалуемом определении указано на то, что управленческие решения относительно заключения сделок и их исполнения принимались исключительно участниками должника, тогда как генеральный директор ФИО10 не имел соответствующих административно-управленческих полномочий. 

Суд первой инстанции также сослался на то, что  согласно протокола б/н от 18.12.2017 в указанную дату состоялось общее собрание участников должника. В протоколе указано, что собрание рассмотрело вопросы повестки дня и приняло следующие решения: 1. Одобрить избрание Председателем собрания ФИО11 и Секретарём собрания ФИО4 2. Одобрить совершение крупной сделки или ряда крупных сделок по реализации внеоборотных активов Общества (имущества) с целью направления полученных денежных средств на ускорение погашения кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России», а также обеспечения сохранности имущества, находящегося на хранении Общества и переданного в залог ПАО «Сбербанк России». 3. Предоставить полномочия Генеральному директору Общества ФИО10 на заключение от имени Общества сделки или ряда крупных сделок по реализации внеоборотных активов Общества (имущества) с целью направления полученных денежных средств на ускорение погашения кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России», а также обеспечения сохранности имущества, находящегося на хранении Общества и переданного в залог ПАО «Сбербанк России». 4. Предоставить права и полномочия Генеральному директору Общества ФИО10 самостоятельно на своё усмотрение устанавливать цены и условия по крупной сделке, ряда крупных сделок с различными контрагентами по реализации любых активов Общества. 5. Предоставить права и полномочия Генеральному директору Общества ФИО10 заключать предварительные договора купли-продажи, соглашения и договора купли-продажи в отношении следующих автотранспортных средств: Автомобиль Рено Дастер VIN 

<

***> по цене от ста до ста пятидесяти тысяч рублей, Автомобиль Тойота РАВ4 VIN 

<

***> по цене от ста пятидесяти до двухсот тысяч рублей. 

Суд первой инстанции также дал оценку обстоятельствам оспаривания в судебном порядке  одним из участников должника (ФИО4) вышеназванных решений соответствующего собрания. Данное лицо  в обоснование доводов в частности ссылалось на то, что ФИО4 никогда не подписывал протокол общих собраний участников общества от 18.12.2017 с местом проведения город Нью-Йорк, Соединенные Штаты Америки, с соответствующей повесткой дня; о существовании данного протокола ФИО4 стало известно из материалов дела № А56-76259/2018 о несостоятельности (банкротстве) Общества.

 Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.12.2021 по делу № А56-43012/2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2022, в иске отказано. В рамках указанного дела судами установлено, что ФИО4 представлены сканированные образы отдельных страниц заграничных паспортов, которые не доказывают обоснованность его утверждений об отсутствии в момент принятия решения общим собранием участников 18.12.2017 в городе Нью-Йорк Соединенные Штаты Америки, копии документов в полном объеме суду не представлены.

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной  ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

 В ходе судебного заседания в суде первой инстанции представитель конкурсного управляющего пояснил, что расчеты с кредиторами завершены,  в связи с чем, размер субсидиарной ответственности привлеченных к данной ответственности лиц  (ФИО5, ФИО6, ФИО4) составляет 102 823 449,78 рублей, из которых 100 018 791,78 рублей реестровой задолженности и задолженности, учтенной за реестром, и 2 804 658,00 рублей текущей задолженности. Задолженность в сумме 2 101 725,36 рублей мораторных процентов в размер субсидиарной ответственности судом не учитывалась, со ссылкой на   положения пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Поскольку к моменту вынесения судом первой инстанции обжалуемого определения  кредиторы должника не выбрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу и не могут считаться сделавшими выбор по правилам абзаца второго пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно посчитал возможным в качестве взыскателя указать должника. 

Вышеуказанные выводы суда первой инстанции апелляционный суд, в целом, полагает обоснованными и оценивая доводы подателя апелляционной жалобы, наряду с доводами и возражениями иных лиц (кредитора и конкурсного управляющего) дополнительно отмечает следующее. 

В своей апелляционной жалобе ФИО4 в основном, ссылается на то, что объем его корпоративных полномочий не позволяет его отнести к лицам, контролирующим должника, а также указывает на то, что представленный в материалы дела протокол общего собрания участников должника от 18.12.2017 он не подписывал, в данном собрании участия не принимал, полагая данный протокол фальсифицированным доказательством  Также в жалобе ФИО4 ссылался на неполучение каких-либо писем от бывшего руководителя должника ФИО10, считая, что указанное лицо могло управлять Обществом, при отсутствии в действиях ФИО4 причинно-следственной связи в части доведения должника до банкротства. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что вопросы, связанные с оценкой фактов участия (неучастия) ФИО4 в вышеназванном собрании участников должника, на котором фиксировались определенные решения, являлись предметом иного судебного спора в рамках дела №А56-43012/2021, заявителем по которому выступал ФИО4 Судами трех инстанций по вышеуказанному делу было установлено, что ФИО4  не представил надлежащих доказательств в обоснование своих требований относительно оспаривания протокола собрания участников ООО «Евротара» от 18.12.2017, в том числе не представил убедительных доказательств относительно недействительности данного собрания. В этой связи, как полагает апелляционный суд, не имеется у суда в рамках настоящего обособленного спора процессуальной необходимости в дополнительном исследовании обстоятельств, на которые ссылается податель жалобы, при отсутствии у суда оснований полагать вышеуказанный протокол собрания сфальсифицированным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что как в суде первой инстанции, так и в рамках апелляционного производства  судами оценивались и пояснения бывшего руководителя должника, который указывал на то, что будучи генеральным директором Общества он информировал всех участников Общества о резком ухудшении финансовой ситуации в Общества по состоянию на октябрь 2017 года, при этом с участием всех участников, включая и ФИО4, который отвечал за внутренний аудит Общества и проверку финансово-хозяйственной документации, в течение ноября 2017 года проводились внутренние (локальные) проверки деятельности Общества, с поиском выхода из кризиса. Соответственно. как указал бывший руководитель должника, в декабре 2017 года им предлагалось всем участникам Общества принять соответствующее решение об инициации процедуры банкротства, однако участники Общества с данным предложением не согласились, полагали его преждевременным, посчитав, что необходимо заниматься реструктуризацией задолженности. с привлечением дополнительных заемных денежных средств, с постановкой перед руководителем Общества задачи в части максимального и приоритетного погашения задолженности перед кредитной организацией, в частности перед ПАО «Сбербанк».  Бывший руководитель должника также сослался на активное сотрудничество с конкурсным управляющим  в процедуре банкротства, в том числе по вопросам передачи всей имеющейся у него и должника документации, вопросам передачи оставшихся товарно-материальных ценностей.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что несмотря на отсутствие у ФИО4 объема доли в Обществе, предполагающей преобладающий   корпоративный контроль (доля участия указанного лица в Обществе составляла 19 процентов), степень ответственности данного лица, наряду с ответственностью иных участников, применительно к доведению должника до банкротства,  оценивалась судом первой инстанции по совокупности признаков и обстоятельств.  Несмотря на относительно незначительную долю участия в Общества, ФИО4 имел соответствующие полномочия по инициации принятия необходимых корпоративных управленческих решений, с целью минимизации финансовых и иных потерь, с учетом возникновения в 2017 году финансового кризиса в Обществе, о наличии которого ему должно было быть известно. В своей апелляционной жалобе ФИО4 не ставит под сомнение и не представляет убедительных доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции по вопросам непосредственного возникновения финансового кризиса в Обществе, в условиях которого участниками не было принято решений по своевременной  инициации процедуры банкротства, с параллельным принятием иных решений, наличие и исполнение которых способствовало дальнейшему углублению финансового кризиса и наращиванию кредиторской задолженности, поскольку Общество заключило крупные сделки с дополнительным обременением значительными денежными обязательствами заемного характера, с указанием на необходимость их приоритетного исполнения Обществом, в ущерб интересам иных независимых кредиторов. При этом следует отметить, что достаточно значительный объем денежных средств должника, в том числе и после октября-декабря 2017 года уходил на расчеты с аффилированными по отношению к должнику лицами, в условиях наличия у должника обязательств перед иными (независимыми) кредиторами, что было установлено и проанализировано судом первой инстанции по имеющимся в деле материалам и сведениям, с подробным изложением соответствующих выводов в обжалуемом определении.          

Таким образом, как действия в качестве участника Общества по принятию определенных управленческих решений, при должной информированности ФИО4 об имущественном и финансовом положении Общества, так и бездействие данного лица, по вопросам потенциальной инициации процедуры банкротства в отношении ООО «Евротара» послужили основанием для возложения судом первой инстанции на указанное лицо, наряду с иными участниками Общества субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Выводы суда первой инстанции и обжалуемое определение (в его обжалуемой подателем жалобы части) апелляционный суд полагает обоснованными, что влечет отказ в удовлетворении апелляционной жалобы, с оставлением в силе судебного акта суда первой инстанции в его обжалуемой части.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 06.04.2023 по делу №  А56-76259/2018/субс.1,2 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 И.В. Сотов