АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-20134/2019

г. Владивосток

26 мая 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 20 мая 2020 года. 

Полный текст решения изготовлен 26 мая 2020 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кравченко В.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Европласт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 19.10.2004) 

к  Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.04.2005) 

о признании незаконным решения от 15.06.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/160419/0065315

от заявителя – представитель ФИО2 (доверенность от 06.09.2019);

от ответчика – представитель ФИО3 (доверенность от 18.09.2019 № 322)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Европласт» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от  15.06.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/160419/0065315 (далее – спорная ДТ).

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал требования по доводам, изложенным в заявлении и дополнительных письменных пояснениях. В обоснование своих требований пояснил, что при подаче спорной ДТ общество представило таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем полагает, что у таможни отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной таможенной стоимости и принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Полагает, что таможней выбран ненадлежащий источник ценовой информации для корректировки таможенной стоимости. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. Указал, что источник ценовой информации, положенный в основу решения о корректировке таможенной стоимости, отвечает критериям проверочной величины и является корректным. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

Изучив материалы дела, суд установил следующее. 

В сентябре 2019 во исполнение внешнеторгового контракта от 19.04.2017 № TGEP-190417, заключенного между заявителем (покупатель) и иностранной компанией (продавец) на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки CIF Владивосток были ввезен товар из Республики Корея, общей суммой по счету 45 120 долларов США и с применением системы электронного декларирования задекларирован по ДТ № 10702070/160419/0065315.

Таможенная стоимость заявлена декларантом с применением основного метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», в подтверждение которой, согласно сведений графы 44 спорной ДТ, заявив таможне сведения, в том числе о следующих документах: контракт от 19.04.2017 № TGEP-190417, коммерческий инвойс от 10.04.2019 № TGIP-201908, упаковочный лист от 10.04.2019 № TGIP-201908, коносамент от 14.04.2019.

В целях проверки полноты заявленных в спорной ДТ сведений и правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара таможня решением от 16.04.2019 запросила документы и (или) сведения.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, поскольку в установленный срок не представлены запрашиваемые дополнительные документы, 15.06.2019 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ. 

Полагая, что первоначально представленный пакет документов подтверждал заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в полном объеме.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В пункте 1 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. 

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

- ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

- существенно не влияют на стоимость товаров;

- установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом, в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС не выполняется, то цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В соответствии с подпунктами 4 и 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию, в том числе сведения о товарах, в частности таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров), и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса.

Подпунктом 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС предусмотрено, что документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств-членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации.

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров. 

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Выявленные таможней отклонения стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары не являются значительными, однако не исключают право таможни провести проверку заявленных декларантом сведений о таможенной стоимости товаров.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. 

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Из материалов дела следует, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости товаров, заявленных при декларировании спорной ДТ, таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу. 

В связи с этим, таможенным органом направлен 16.04.2019 обществу запрос о представлении документов и (или) сведений для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий.

Общество не исполнило данное решение таможни и не представило запрашиваемые дополнительные документы.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49), отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса.

При проведении такой проверки таможенный орган, осуществляя публичные полномочия, обязан предоставить декларанту реальную возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости, в связи с чем не может произвольно отказаться от использования закрепленного в пункте 15 статьи 325 Таможенного кодекса права на запрос у декларанта документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах (абзац 2 пункта 11 Постановление Пленума ВС РФ № 49)

В целях надлежащей реализации права декларанта на предоставление документов, сведений и пояснений таможенный орган в соответствии с пунктом 15 статьи 325 Таможенного кодекса извещает его об основаниях, по которым предоставленные документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых (идентичных, однородных) товаров, контрагентов декларанта, иных государственных органов, таможенных органов иностранных государств, транспортных и страховых компаний и т.п.).

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Как установлено судом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант не совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, не представил имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

По результатам таможенного контроля таможенным органом 15.06.2019 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ по тем основаниям, что общество не выполнило требования законодательства, установленные пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС и анализ документов, представленных декларантом в подтверждение заявленной таможенной стоимости выявил невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указав, что таможенная стоимость не может быть определена в соответствии со статьей 41 ТК ЕАЭС, поскольку в распоряжении таможенного органа отсутствуют сведения о сделках с товарами, полностью отвечающими требованиям ТК ЕАЭС к идентичным товарам, проданным для вывоза на единую таможенную территорию Таможенного союза в тот же или соответствующий период времени, но не ранее чем за 90 календарных днейдо ввоза оцениваемого (ввозимого) товара, и отвечающим условиям идентичности с оцениваемым товаров, в связи с чем, таможенная стоимость должна быть определена на основе стоимости сделки с однородными товарами согласно статье 42 ТК ЕАЭС (метод 3) с использованием количественно определенных сведений из источника информации по товару № 1, задекларированного в ДТ № 10702070/190219/0032039.

Оценив основания принятия таможней указанного решения, суд пришел к следующим выводам.

Судом установлено, что рассматриваемая сделка заключена в письменной форме с учетом правил статей 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации и позволяет определить ее предмет и условия ее совершения.

При декларировании партии товара по спорной ДТ общество представило таможне контракт, инвойс, оформленный на партию товаров стоимостью 45 120 долларов США и упаковочный лист, коносамент.

Вместе с тем, совокупный анализ представленных декларантом таможне коммерческих и иных товаросопроводительных документов показывает, что данные документы фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Дополнительно запрашиваемые таможней документы в ходе проведения таможенного контроля заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ, общество отказалось направить без объяснения причин невозможности их предоставления.

Ссылка заявителя на то, что таможня в ходе проведения дополнительной проверки располагало документами, в полной мере подтверждающими правомерность определения таможенной стоимости товаров по первому методу в размере величины стоимости сделки с ними является, по мнению суда несостоятельной ввиду следующего.

Согласно разъяснениям пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49 непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу, 

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

В обоснование принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ таможня ссылается на не предоставление декларантом проформы-инвойса, в которой в силу пункта 2 контракта указывается цена товара на каждую отгружаемую партию товарара, банковских платежных документов об оплате партии товаров по спорной ДТ, ведомость банковского контроля, прайс-листа продавца и экспортной декларации, учитывая, в том числе, выявленный низкий уровень ИТС, без соответствующих объяснений причин невозможности их предоставления.

Действительно, поскольку декларантом был избран основной метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки и структуры таможенной стоимости была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, предусмотренных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Судом установлено, что декларантом не представлены таможне договорные документы о согласовании всех существенных условий внешнеторгового контракта сторонами сделки и данные обстоятельства свидетельствуют о том, что существенные условия в отношении поставляемых товаров считаются несогласованными обеими сторонами по внешнеторговому контракту. 

Кроме того, декларантом не выполнено условие о документальном подтверждении таможенной стоимости товаров в части порядка оплаты партии товаров по спорной ДТ, поскольку не представил таможне доказательств подтверждающих оплату партии товаров по спорной ДТ в полном объеме, ведомость банковского контроля с отражением такой суммы платежа и иные банковские платежные документы, что также исключает применение первого метода ее определения.

Вместе с тем, предоставление таких документов могло бы подтвердить совершение покупателем конклюдентных действий по оплате поставленного от инопартнера товара, в том числе устранить сомнения относительно отсутствия условий формирования цены рассматриваемой сделки, влияние которых не могло быть учтено при декларировании таможенной стоимости товара по спорной ДТ.

Таможенным органом был запрошен прайс-лист в подтверждение сведений о сложившейся стоимости на территории страны продавца, учитывая, что практика делового оборота исходит из того, что в прайс-листе отражается, в том числе стоимость товаров, предлагаемых к реализации неопределенному кругу лиц конкретным продавцом. 

Следовательно, сравнение стоимости сделки со стоимостью соответствующих товаров, отраженной в прайс-листе, позволило бы установить, сформирована ли стоимость сделки в условиях свободной конкуренции и не был ли реализован товар заявителю по льготной цене. 

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

При этом, не предоставление декларантом по запросу таможенного органа прайс-листа, коммерческого предложения товара не позволила отразить величину исходной цены предложения на декларируемый товар на рынке его сбыта, ее отклонения от контрактной стоимости, а также не указывает на условия и обязательства, сопутствующие формированию стоимости сделки, имеются ли скидки, их виды и размер, не подтверждает близость величины заявленной таможенной стоимости к стоимости сделки с идентичными или однородными товарами.

Исходя из практики международной торговли, прайс-лист является документом, подтверждающим готовность продавца товаров к реализации продукции по ценам и на условиях, установленных в прайс-листе, как правило, предназначен широкому кругу потенциальных покупателей и является документом, повсеместно используемым в обычной практике торговли и ведения бизнеса. 

Заблаговременное предоставление производителем/поставщиком товаров покупателю прайс-листа до подписания контракта и/или до поставки товара является обычной коммерческой практикой (деловым обыкновением), позволяющей соблюдать потенциальными поставщиками и покупателями принципы разумности и добросовестности при намерении заключить договор поставки товаров и при совершении всех предварительных согласований.

Отсутствие заблаговременного согласования ассортимента, объема и стоимости товаров не соответствует устоявшимся в международной торговле деловым обыкновениям, нарушает баланс интересов потенциальных сторон будущего договора поставки, является обременительным для покупателя.

Действия покупателя, допускающего отсутствие со стороны продавца/поставщика информации о цене на товары и иной необходимой информании в надлежащем фиксированном виде (в том числе в виде прайс-листа поставщика) до подписания контракта и/или до предстоящей поставки, заведомо влекут неоправданный повышенный риск наступлении названных негативных коммерческих последствий для покупателя и такие действия не могут признаваться в международной торговле разумными и надлежащими, а в целях дальнейшего таможенного оформления товара на территории ЕАЭС - не могут признаваться действиями, совершенными покупателем с должной степенью заботливости и осмотрительности. 

Ожидаемым поведением покупателя являются такие действия, которые позволяют предварительно до поставки (до заключения внешнеэкономического договора) получить от продавца весь объем сведений и документов, необходимых как самому покупателю, так и при таможенном оформлении товаров при ввозе в ЕАЭС, учитывая особенности ценового уровня этих товаров (низкого уровня заявляемой таможенной стоимости), влекущего с вероятностью сомнения таможни в достоверности и дополнительную проверку. Покупателем, осуществляющим ввоз товаров в ЕАЭС, указанная вероятность может и должна предполагаться исходя из совокупности названных принципов заботливости и осмотрительности и уровня декларируемых им цен (таможенной стоимости) на ввозимые товары, попадающего в область риска быть признанным таможенным органом в качестве заниженного уровня. 

Ни внешнеторговый контракт, ни оформленный инвойс на рассматриваемую поставку, предоставленные таможне, не содержат условия о предоставлении льготного для общества как покупателя формирования цены товаров, поставляемых иностранной компанией, в силу сложившихся между ними правоотношений либо условий о предоставлении обществу скидок на проданную ему продукцию.

Таким образом, доказательств формирования цены спорной поставки в ходе предварительного согласования партии товара декларантом при декларировании товаров и проведении таможенного контроля таможне не представлено.

Непредставление указанных документов не позволило таможенному органу убедиться в том, что цена спорной партии сформировалась в отсутствие влияния каких-либо факторов, обусловивших низкую ее стоимость, на условиях, предлагаемых к реализации неопределенному кругу лиц конкретным продавцом.

Также судом отмечается, что не представление таможне экспортной таможенной декларации не позволили сопоставить сведения о товарах, их количестве, цене, условиях поставки, заявленных продавцом (отправителем) в стране экспорта со сведениями, заявленными в спорной ДТ и содержащимися в коммерческих документах (инвойсе, контракте и т.п.), тем самым не доказал, что заявленная таможенная стоимость основана на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Необходимо отметить, что экспортная декларация является одним из документов, способным подтвердить таможенную стоимость товара, так как в отличие от иных документов (инвойса, спецификации, коммерческого предложения) оформляется не продавцом, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, а государственным органом страны отправления. Согласно международному таможенному праву наличие экспортной декларации подтверждает легитимности сделки.

Таким образом, непредставление декларации страны-отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

Тем самым декларантом не был доказан объективный характер отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости по спорной ДТ.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС метод по стоимости сделки применим, если заявленная таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Судом установлено, что таможня, проанализировав пакет документов, представленный декларантом в подтверждение заявленной таможенной стоимости при подаче спорной ДТ, пришла к выводу, что декларантом не соблюдены требования пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, поскольку заявленные сведения о таможенной стоимости товара по спорной ДТ не основаны на достоверной и документально подтвержденной информации.

В материалы дела заявителем представлены документы, которые имелись в распоряжении таможни в формализованном виде, а именно: контракт, инвойс и упаковочный лист, коносамент, а также документы, которые отсутствовали в распоряжении таможни в ходе проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ, а именно: экспортная таможенная декларация, проформа-инвойс от 01.04.2019 № TEV2019-06 на сумму всего 90 240 долларов США, в которой указаны две позиции товара, в том числе в графе № 1 имеются аналогичные сведения об ассортименте товара «ANIPOL EPS RESIN: SE-1600 (bead size: 1,18-1,60 mm), его количестве и стоимости на сумму 45 120 долларов США, указанные в инвойсе от 10.04.2019 № TGIP-201908 и упаковочном листе от 10.04.2019 № TGIP-201908, как «полистирол вспенивающийся в гранулах, торговая марка ANIPOL, вид SE-1600, (размер гранул: 1,18-1,60 мм).

В материалы дела обществом также  представлены заявления на перевод от 26.03.2019 № 32, от 27.03.2019 № 33, от 03.04.2019 № 34 в подтверждение оплаты партии товаров по предыдущей поставке по проформе-инвойс от 12.03.2019 № TEV2019-05, а также заявления на перевод от 09.04.2019 № 35, от 11.04.2019 № 37, от 18.04.2019 № 42, от 22.04.2019 № 43, от 30.04.2019 № 45, от 07.05.2019 № 46, в которых в соответствующих графах имеются сведения о внешнеторговом контракте от 19.04.2017 № TGEP-190417, паспорте сделки, проформе-инвойс от 01.04.2019 № TEV2019-06, реквизитах сторон сделки и ведомость банковского контроля, выписки с банковского лицевого счета.

В судебном заседании представитель заявителя не смог пояснить суду причины невозможности предоставления данных документов таможне по запросу  от 16.04.2019 в ходе проведения таможенного контроля таможенной стоимости по спорной ДТ.

При этом, согласно разъяснений пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 49 рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

С учетом того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости (пункт 15 статьи 325 Таможенного кодекса). 

Исходя из изложенного, суд считает, что предоставление суду ряда запрошенных таможней документов  после завершения таможенного контроля не может свидетельствовать о незаконности отказа таможни в применении первого метода определения таможенной стоимости по спорной ДТ. Судебное разбирательство не может подменять таможенный контроль, в рамках которого декларант не выполнил возложенные на него обязанности и устранился от представления запрошенных таможенным органом документов и необходимых пояснений.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что правовые основания для принятия 15.06.2019 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ у таможни имелись.

В качестве основы для корректировки таможенной стоимости товара, заявленного в спорной ДТ, таможней использована ценовая информация из ДТ № 10702070/190219/0032039, оформленной обществом по предыдущей поставке в феврале 2019 года, заявив в соответствующих графах сведения о товаре «ПОЛИСТЕРОЛ ВСПЕНИВАЮЩИЙСЯ (EPS) В ГРАНУЛАХ, НЕФРЕОНОСТОЙКИЙ, НЕ СОДЕРЖИТ ОЗОНОРАЗРУШ. ВЕЩ-В, ДЛЯ ПРОИЗВОДСТВА ТОВАРОВ БЫТ. НАЗНАЧЕНИЯ (ТЕНОПЛАСТОВЫХ БЛОКОВ), БЕЗ СОДЕРЖАНИЯ СПИРТА, СОДЕРЖАНИЕ МОНОМЕРНЫХ ЗВЕНЬЕВ СТИРОЛА НЕ МЕНЕЕ 95%, МАРКА: ANIPOL SE-1600, ввезенный на таможенную территорию ЕАЭС из Республики Корея на условия поставки CIF Владивосток, код ТН ВЭД ЕАЭС 3903110000, вес нетто 32 000 кг, страна происхождения Республика Корея, стоимость партии 45 120 долларов США.

Таможенная стоимость составила размер 2 989 064,64 руб., с учетом курса валюты 66,2379 руб. за 1 доллар США на дату декларирования ДТ № 10702070/190219/0032039.

При этом, по ДТ № 10702070/190219/0032039 таможенная стоимость товара была определена по первому методу по цене сделки и принята таможенным органом.

Судом отмечается, что таможенный орган выбирает тот источник ценовой информации, который в наибольшей степени отвечает следующим требованиям: наличие точного описания товара: коммерческое наименование товара, описание на ассортиментном уровне, сведения о фирме-изготовителе, материал, технические параметры и прочие характеристики, которые влияют на стоимость данного вида товара; обеспечение максимального возможного подобия сравниваемых товаров, означающее, что при выборе источника информации таможенный орган подбирает для сравнения идентичные товары, затем однородные товары, а при их отсутствии - товары того же класса или вида.

Судом установлено, что в спорной ДТ обществом задекларирован товар по ассортименту, весу, коду ТН ВЭД, стране происхождения, стоимостью партии 45 120 долларов США, полностью с идентичными сведениям, указанными в ДТ № 10702070/190219/0032039, заявив при декларировании партии товаров по спорной ДТ таможенную стоимость в размере 2 898 820,13 руб., определив ее по первому методу по цене сделки, с учетом курса валюты на дату декларирования 64,2469 руб. за 1 доллар США.

Таким образом, по обеим вышеуказанным ДТ в рамках одного и того же контракта, от одного производителя, с одним кодом ТН ВЭД ЕАЭС, ввезен идентичный товар, соответствующий определению идентичности согласно статьи 37 ТК ЕАЭС.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, судом установлено, что разница в размере таможенной стоимости партий товаров с одинаковой стоимостью и ввезенных на условиях поставки CIF Владивосток, заявленных в источнике ценовой информации и спорной ДТ образовалась в связи с изменением курса доллара США на дату декларирования товаров в феврале и апреле 2019, который составлял 64,2469 при декларировании спорной ДТ и 66,2470 при декларировании товара по ДТ № 10702070/190219/0032039, использованной в качестве источника ценовой информации.

Таким образом, в связи с изменением курса доллара США таможенный орган пришел к выводу о наличии факта занижения обществом таможенной стоимости товара.

Согласно изложенному в пункте 15 статьи 38 ТК ЕАЭС правилу последовательного применения методов определения таможенной стоимости при невозможности использования первого метода, каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода.

Декларантом в материалы дела представлены и иные ДТ, свидетельствующие о том, что в распоряжении таможенного органа имелись сведения о сделках с идентичными товарами, ввезенными ООО «Европласт» на единую таможенную территорию ЕАЭС в тот же период, что и товары по спорной ДТ, но не ранее, чем за 90 календарных дней.

Таким образом, с учетом принципа последовательности, таможня должна была применить второй метод определения таможенной стоимости.

Данные выводы суда подтверждаются предоставленной таможней в материалы дела служебной запиской от 20.03.2020 № 26-07/0994, в которой начальник отдела контроля таможенной стоимости сообщил, что товар, выбранный в качестве источника ценовой информации для внесения изменений в сведения о таможенной стоимости по спорной ДТ отвечает критериям идентичности, установленным статьей 37 ТК ЕАЭС и установить причину того, почему в решении о внесении изменений по ДТ № 10702070/160419/0065315 применен 3 вместо 2 метода не представляется возможным и полагает, что это произошло по причине использования «шаблона» решения, при этом, отметил, что допущенная ошибка не влияет на права и законные интересы декларанта, так как в данном случае изменение метода 3 на метод 2 не приведет к изменению суммы доначисленных/довзысканных таможенных пошлин, налогов.

По правилам абзаца 2 пункта 1 статьи 42 ТК ЕАЭС стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом.

Таким образом, таможенным органом не доказана правомерность использования в качестве источника ценовой информации указанной в спорной ДТ декларации на товары, оформленной ранее на иную партию товара обществом.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что названные обстоятельства свидетельствуют о противоречии оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

Суд приходит к выводу о том, что со стороны таможенного органа, осуществившего внесение изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах, заявленные в спорной ДТ, не доказаны те факты, обязанность доказывания которых в силу вышеназванных правил распределения бремени доказывания по спорам в рамках контроля таможенной стоимости лежит на таком органе.

Оспариваемое решение повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требования заявителя о признании незаконным решения от 15.06.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/160419/0065315.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством (абзац 3 пункт 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

Принимая во внимание изложенное, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ № 10702070/160419/0065315, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения. 

Данный способ восстановления нарушенного права заявителя отвечает требованиям пункта 2 статьи 67 ТК ЕАЭС.

В соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате госпошлины по делу суд относит на таможенный орган, поскольку требование заявителя удовлетворено судом в полном объеме, а положениями главы 25.3 НК РФ не предусмотрено освобождение от уплаты госпошлины государственных органов при совершении соответствующих процессуальных действий по делам, по которым данные органы выступают в качестве ответчика, и судебный акт вынесен судом не в их пользу.

Руководствуясь статьями 110, 167-170,  201, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 15.06.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/160419/0065315, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню, расположенную по адресу: 

<

...> возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Европласт» излишне уплаченные таможенные платежи, исчисленные по ДТ № 10702070/160419/0065315, окончательный расчет которых Владивостокской таможне определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни, расположенной по адресу: 

<

...> в пользу общества с ограниченной ответственностью «Европласт» судебные расходы по оплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через арбитражный суд Приморского края.

Судья    Беспалова Н.А.