ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21802/2023

Дело № А41-3937/22

23 ноября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 23 ноября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Мизяк В.П., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12 сентября 2023 года, по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательства должника  по А41-3937/22 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мегаполис-Сити»,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 11.04.2023,

конкурсный управляющий ФИО4, паспорт,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области 13.07.2022 ООО «Мегаполис-Сити» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 132(7333) от 23.07.2022.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.08.2023 прекращена упрощенная процедура банкротства отсутствующего должника ООО «Мегаполис-Сити». Суд определил перейти к процедуре конкурсного производства, регулируемой главой VII Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в отношении должника ООО «Мегаполис-Сити».

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мегаполис-Сити».

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.09.2023 заявление удовлетворено, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мегаполис-Сити».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на недоказанность наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2  поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам отзыва на нее, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, разъяснениями пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления № 53, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В своем заявлении конкурсный управляющий просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мегаполис-Сити» за неисполнение обязанности по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника и имущества должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, не обращение в суд о банкротстве должника, а также указывает на совершение контролирующим должника лицом действий, которые привели к несостоятельности должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно листу записи в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) от 11.10.2018 единоличным исполнительным органом должника в период с 11.10.2018 по 24.03.2021 являлся генеральный директор – ФИО2

Согласно листу записи в ЕГРЮЛ от 21.03.2021 единоличным исполнительным органом должника в период с 25.03.2021 по 19.07.2022 являлся – ФИО5.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии. Таким образом, ФИО6 обладает статусом контролирующего должника лица.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 предусмотрено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно пункту 17 постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из- за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 23 постановления № 53 указано, если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим были выявлены подозрительные сделки должника, а именно:

- согласно выписке по сче?ту № 40702810701100016117, открытому ООО «Мегаполис-Сити» в АО «Альфа Банк», в период с 04.09.2019 по 30.10.2019 осуществлялись денежные операции по снятию со сче?та денежных средств на общую сумму 1 469 900,00 руб.

- согласно выписке по сче?ту № 40702810401100016116, открытому ООО «Мегаполис-Сити» в АО «Альфа Банк», в период с 04.05.2019 по 27.07.2020 осуществлялись денежные операции по снятию со сче?та денежных средств на общую сумму 9 162 700,00 руб.

- согласно выписке по сче?ту № 40702810201100012909, открытому ООО «Мегаполис-Сити» в АО «Альфа Банк», в период с 24.10.2019 по 17.01.2020 осуществлялись денежные операции по снятию со сче?та денежных средств на общую сумму 753 520,00 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2023 (резолютивная часть от 14.03.2023) по делу № А41-3937/2022 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Мегаполис-Сити» о признании недействительными сделок по снятию ФИО2 денежных средств со сче?та должника в размере 11 386 120,00 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Мегаполис-Сити» 11 386 120,00 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04.05.2019 по 27.10.2022 в размере 2 378 415,12 руб.

Таким образом, судебным актом Арбитражного суда Московской области установлено совершение руководителем должника сделок на заведомо невыгодных условиях в виде безвозмездного снятия денежных средств со счетов должника, в результате которых существенно возросла неплате?жеспособность должника.

Снятые денежные средства были получены бывшим руководителем должника ФИО2

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (п.16 постановления Пленума № 53).

В пункте 19 Постановления Пленума № 53 предусмотрено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Следует отметить, что совокупный размер оспоренных банковских операций в пользу ФИО2 составило 11 386 120,00 руб.

При этом на сегодняшний день в реестр требований кредиторов включена задолженность на общую сумму 10 250 926,07 руб.

Таким образом, за сче?т денежных средств, которые выбыли из конкурсной массы должника в результате совершения сделок, можно было погасить задолженность ООО «Мегаполис-Сити» в полном объе?ме.

На основании изложенного конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства был сделан вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства ООО «Мегаполис-Сити», в связи с чем 31.07.2023 было направлено в 31.07.2023 в УМВД России по г.о. Электросталь заявление о совершении правонарушения в виде преднамеренного банкротства.

Таким образом, ФИО2 использовал денежные средства общества в личных целях вместо того, чтобы направить их на расчеты с кредиторами.

По данному основанию суд считает вину ФИО2 доказанной.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 названной статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности, руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в нарушение правил пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве ФИО2 не обеспечил передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с изложенным, конкурсный управляющий обратился с заявлением в арбитражный суд об истребовании документации у ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мегаполис-Сити». Определением суда от 01.02.2023 суд обязал бывшего генерального директора ООО «Мегаполис-Сити» ФИО2 передать конкурсному управляющему ООО «Мегаполис-Сити» ФИО4 сведения и документы согласно списка.

Между тем до настоящего времени документация и иные материальные ценности должника конкурсному управляющему не переданы.

При этом отклоняются доводы ответчика о том, что ему было неизвестно о судебном споре, поскольку он был не лишен права обжаловать судебный акт. В настоящее время судебный акт вступил в законную силу.

Ссылки на то, что с 13.07.2022 полномочия генерального директора общества осуществлял ФИО5, а, следовательно, вся документация после прекращения полномочий ответчиком была передана новому генеральному директору, признаются судом несостоятельными.

Действительно, 08.02.2021 были внесены в ЕГРЮЛ изменения в части учредителей (участников) общества, а именно: произведена замена учредителя (участника) ООО «Мегаполис-Сити» ФИО2 с размером доли 10 000 руб. (100% доли) на Компанию АРМАГАН СУПЕРМАРКЕТ ЛТД с размером доли 5 000 руб. (2/3 доли) и Компанию ИНСАЙДЕР ТРАВЭЛ КОЛЛЕКШЕН ЛТД с размером доли 10 000 руб. (2/3 доли).

25.03.2021 были внесены в ЕГРЮЛ изменения в части руководителя ООО «МегаполисСити»: произведена замена руководителя общества ФИО2 на ФИО5

Вместе с тем, после переоформления общества на подставных лиц какая-либо экономическая деятельность не велась, сделки не совершались, движений денежных средств по счетам общества в кредитных организациях не осуществлялось.

Таким образом, ответчиком не доказана реальность передачи полномочий для дальнейшего осуществления деятельности должником.

В связи с указанным суд критически относится к представленному акту о приеме-передаче документов при смене директора от 25.03.2021 г.

Согласно части 1 статьи 7 ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 26 приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.

Согласно положениям статьи 11 ФЗ «О бухгалтерском учете», пункту 27 приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н обязательным является проведение инвентаризации имущества и обязательств организации в случае смены материально ответственного лица.

В соответствии с пунктом 2.10 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (утвержденных приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49) при проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества.

Таким образом, в силу требований перечисленных норм права при смене руководителя должника должна обеспечиваться передача как документации должника, так и имущества должника, причем имущество должно передаваться по инвентаризационной описи.

Какие-либо доказательства передачи материальных ценностей, активов должника в материалы дела не представлены.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 17 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 № 129-ФЗ, организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

Пунктом 1 статьи 50 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрен перечень документов, которые обязано хранить общество по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества согласно пунту 2 названной статьи.

В данный перечень входят учредительные документы должника, документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, внутренние документы общества, а также иные документы, предусмотренные данным перечнем и иными федеральными законами. Так, к указанным документам, в том числе, относятся документы бухгалтерского учета, налоговая отчетность, документы о трудовой деятельности работников.

Согласно положениям пункта 1 статьи 9 ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным учетным документом. В соответствии со статьи 29 ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Согласно пункту 6.8 «Положения о документах и документообороте в бухгалтерском учете» (утв. Минфином СССР 29.07.1983 № 105) в случае пропажи или гибели первичных документов руководитель предприятия, учреждения назначает приказом комиссию по расследованию причин пропажи, гибели.

Исходя из названных положений законодательства, а также сложившейся позиции судебной практики (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 304-ЭС18-3053 по делу № А70-12263/2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.03.2019 № 306-ЭС19-3690 по делу № А65-13314/2016, постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2017 № 18АП-849/2017 по делу № А07-7391/2011) руководитель Должника обязан не только обеспечить ведение бухгалтерского учета и сохранность первичных учетных документов должника, а в случае необходимости их восстановление, а впоследствии в кратчайшие сроки – передачу их конкурсному управляющему независимо от предъявления последним какого-либо требования.

Также на ФИО2, как на руководителе должника, лежит обязанность по подготовке и сдаче налоговой отчетности. Документы, составляющие указанную отчетность, указанными лицами конкурсному управляющему не передана.

Данное обстоятельство препятствует конкурсному управляющему сформировать в полной мере конкурсную массу, поскольку при отсутствии документации невозможно:

- выявить дебиторскую задолженность и осуществить мероприятия по ее взысканию;

- установить состав имущества должника и включить его в конкурсную массу; - выявить оспоримые сделки и признать их недействительными;

- истребовать имущество должника у третьих лиц, которым оно было передано.

Таким образом, факт неисполнения обязанности по передаче документации от бывших руководителей конкурсному управляющему установлен.

Уклонение от передачи управляющему активов должника является достаточным основанием для привлечения бывшего руководителя должника к ответственности, от конкурсного управляющего не требуется доказывать какие- либо иные обстоятельства, в том числе индивидуализировать состав активов (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.03.2016 № Ф07-168/2016 по делу № А56-36516/2014, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.03.2016 по делу № А56-27307/2014, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.04.2016 по делу № А56-52821/2012, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.02.2016 по делу № А56-1185/2014), а утрата документации не является основанием для освобождения бывшего руководителя должника от ответственности.

При этом судом отклоняются доводы ответчика о том, что конкурсным управляющим не принимались меры по получению сведений о финансово- хозяйственной деятельности должника путем истребования соответствующих документов у руководителя должника (не возбуждено исполнительное производство) или путем направления запросов в компетентные органы государственной власти, равно как и вывод, что конкурному управляющему было известно о хозяйственной деятельности должника, поскольку законодателем установлена обязанность именно руководителя должника по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему

Таким образом, по данному основанию суд посчитал вину ФИО2 доказанной.

Кроме того, конкурный управляющий указывает, что контролирующее лицо должника – ФИО2, был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве не позднее чем 31.01.2018, что сделано не было.

При этом ссылается на то, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества подтверждает анализ финансового состояния должника. Коэффициенты абсолютной ликвидности за период с 2018 по 2019 позволяют сделать вывод о том, что баланс должника неликвиден, должник является неплатежеспособным. Исходя из указанного можно сделать вывод о неплате?жеспособности и недостойности имущества должника по состоянию на 01.01.2018.

Вместе с тем, ООО «Мегаполис-Сити» было зарегистрировано как юридическое лицо 11.10.2018. Следовательно, до этой даты никакая деятельность обществом не велась. Конкурсный управляющий приводит данные анализа, произведенного на период с 31.12.2018 по 31.12.2019. Таким образом, утверждение о том, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества к 01.01.2018 является ошибочным.

В обоснование довода о неплатежеспособности и недостаточности имущества конкурсный управляющий представил анализ финансового состояния должника на период с 31.12.18 по 31.2.2019 на основании бухгалтерской отчетности.

Однако бухгалтерский баланс должника сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553 по делу № А50-4727/2012).

Не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013).

При таких условиях конкурсным управляющим не доказано, что должник на 31.01.2018 отвечал признакам неплатежеспособности, а у руководителя должника возникла обязанность по обращению в суд с заявление о банкротстве.

Относительно довода ответчика о двойной ответственности суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок не освобождает контролирующее должника лицо от субсидиарной ответственности за доведение до банкротства, поскольку предмет и основание предъявленного требования о привлечении к субсидиарной ответственности и требований, рассматриваемых в рамках споров о признании недействительными сделок, различаются. 

Действующее законодательство не исключает возможность привлечения руководителя к субсидиарной ответственности при применении последствий недействительности сделок. 

В данном случае двойная ответственность не возникает, но при этом возникают два солидарных обязательства разной природы. В связи с чем, оснований для исключения из размера субсидиарной ответственности сумм примененных ранее последствий недействительности сделок, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Указанное согласуется с судебной практикой (постановление Западно-Сибирского округа от 12.12.2022 по делу №А27-25559/20, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022 по делу №А50-1871/20).

Кроме того, также следует принять во внимание, что размер субсидиарной ответственности в настоящее время не определен, поскольку указанный вопрос приостановлен до окончания расчетов с кредиторами.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку на настоящий момент определить размер обязательств ООО «Мегаполис-Сити» не представляется возможным, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановления производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами, с которым соглашается суд апелляционной инстанции.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12 сентября 2023 года по делу №А41-3937/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

В.П. Мизяк

Н.В. Шальнева