Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-144172/18-82-1134

г. Москва

19 октября 2018 года.

Резолютивная часть решения объявлена 08 октября 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 19 октября 2018 года

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании

по делу по иску ООО «Бристоль-Черноземье» (ИНН 

<

***>, 394029, 

<

...>, офис 318В)

к ответчикам 

1) ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (ИНН 

<

***>, 115093, 

<

...>), 

2) АО «ЛК «Европлан» (ИНН 

<

***>,  115093, 

<

...>)

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 29.04.2013г. № 704128-ФЛ/ВРН-13 на сумму 1 002 429,48 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 285 251,09 руб.

в судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО2 по дов. от 01.08.2018 г.

от ответчика-1: ФИО3 по дов. от 21.08.2018 г.

от ответчика-2:  ФИО3 по дов. №2281/2017 от 25.12.2017 г.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Бристоль-Черноземье» (далее – истец, ООО «Бристоль-Черноземье») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с требованиями к ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции», АО «ЛК «Европлан» о взыскании солидарно неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами по договорам лизинга от 29.04.2013 № 703559-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703591-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 №  709460-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703594-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703570-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703601- ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703574-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709464-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703538-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709470-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709461-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703566-ФЛ/ВРН-13, от 24.06.2013 № 723375-ФЛ/ВРН-13, от 24.06.2013 № 727585-ФЛ/ВРН-13, 23.05.2013 № 705580-ФЛ/ВРН-13, 24.06.2013 № 727592-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703555-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 704132-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709467-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709472-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709458-ФЛ/ВРН-1 от 29.04.2013 № 704128-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709465-ФЛ/ВРН-13 в сумме 11 462 592,36 руб.

Определением суда от 22.06.2018 исковое заявление было принято к производству, делу присвоен номер А40-122542/18-82-877, при этом при принятии иска к производству, судом было установлено, что требования, заявленные ООО «Бристоль-Черноземье», основаны на разных договорах лизинга, а именно от 29.04.2013 № 703559-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703591-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 №  709460-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703594-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703570-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703601- ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703574-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709464-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703538-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709470-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709461-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703566-ФЛ/ВРН-13, от 24.06.2013 № 723375-ФЛ/ВРН-13, от 24.06.2013 № 727585-ФЛ/ВРН-13, 23.05.2013 № 705580-ФЛ/ВРН-13, 24.06.2013 № 727592-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 703555-ФЛ/ВРН-13, от 29.04.2013 № 704132-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709467-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709472-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709458-ФЛ/ВРН-1 от 29.04.2013 № 704128-ФЛ/ВРН-13, от 23.05.2013 № 709465-ФЛ/ВРН-13, в связи с чем, в порядке ч. 3 ст. 130 АПК РФ, заявленные по вышеназванным договорам требования были выделены в отдельные производства с присвоением делам по выделенным требованиям отдельных номеров. 

В рамках настоящего дела рассматриваются требования ООО «Бристоль-Черноземье» к ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (далее также – ответчик 1), АО «ЛК «Европлан» (далее также – ответчик 2) о взыскании с ответчиков солидарно неосновательного обогащения по договору лизинга от 29.04.2013 № 704128-ФЛ/ВРН-13 на сумму 1 002 429,48 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 285 251,09 руб.;

Исковые требования мотивированы тем, что договорные отношения между сторонами лизинга прекращены, предмет лизинга из аренды изъят лизингодателем. На основании изложенного, истец просит соотнести взаимные представления сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой по правилам, предусмотренным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 14 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в заявленном размере. 

Представитель истца в судебном заседании поддержал позицию, изложенную в исковом заявлении и письменных пояснениях, просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме. 

Представитель ответчиков, явившийся в судебное заседание, возражал по доводам, изложенным в отзывах на иск; представил контррасчет сальдо встречных обязательств, заявил о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности, установленного ст. 196 ГК РФ.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в связи со следующим.

В отношении требований к ответчику-1 суд исходит из следующего. 

Судом установлено, что ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (ответчик-1) является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, ввиду следующего.

Так, ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (ранее - ПАО «Европлан») 30.06.2017 было реорганизовано путем выделения из него АО «Лизинговая компания «Европлан».

Все права и обязательства реорганизованного юридического лица, имеющие отношение к лизинговой деятельности (в том числе в спорных правоотношениях по настоящему делу), в связи с реорганизацией в форме выделения перешли к созданному юридическому лицу.

Реорганизованное юридическое лицо (ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») и выделенное юридическое лицо (АО «ЛК «Европлан») в рассматриваемом случае не несут солидарную ответственность на основании нижеследующего:

Согласно п. 3 ст. 60 ГК РФ, солидарную ответственность перед кредитором наряду с юридическими лицами, созданными в результате реорганизации, несут лица, имеющие фактическую возможность определять действия реорганизованных юридических лиц (пункт 3 статьи 53.1), члены их коллегиальных органов и лицо, уполномоченное выступать от имени реорганизованного юридического лица (пункт 3 статьи 53), если они своими действиями (бездействием) способствовали наступлению указанных последствий для кредитора, а при реорганизации в форме выделения солидарную ответственность перед кредитором наряду с указанными лицами несет также реорганизованное юридическое лицо только в том случае, если кредитору, потребовавшему в соответствии с правилами статьи 60 ГК РФ досрочного исполнения обязательства или прекращения обязательства и возмещения убытков, такое исполнение не предоставлено, убытки не возмещены и не предложено достаточное обеспечение исполнения обязательства.

В целях предоставления кредиторам права требования полного досрочного исполнения обязательств (прекращения и возмещения убытков) реорганизуемого юридического лица, ПАО «Европлан» (в настоящее время - ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») в официальном издании «Вестник государственной регистрации» часть 1 №13 (627) от 05.04.2017/2039 было размещено сообщение о реорганизации юридического лица.

Кроме того, в официальном издании «Вестник государственной регистрации» часть 1 №18 (632) от 10.05.2017/1662 было размещено повторное сообщение о реорганизации юридического лица.

ООО «Бристоль-Черноземье» с требованием о досрочном исполнении обязательств (прекращением обязательств или возмещении убытков) к ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») в установленном законом порядке не обращалось.

Согласно ч. 3 ст. 58 ГК РФ, при разделении юридического лица его права и обязанности переходят к вновь возникшим юридическим лицам в соответствии с передаточным актом.

Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом.

Согласно ч. 1 ст. 59 ГК РФ, передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт.

Согласно ч. 2 ст. 59 ГК РФ, передаточный акт утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшим решение о реорганизации юридического лица, и представляется вместе с учредительными документами для государственной регистрации юридических лиц, создаваемых в результате реорганизации, или внесения изменений в учредительные документы существующих юридических лиц.

Таким образом, исходя из названной правовой нормы, согласие кредиторов на передачу имущества от одного юридического лица к другому не требуется и является, а является исключительной компетенцией учредителей (участников) юридического лица ил органа, принявшего решение о реорганизации

Согласно п. 5 ст. 60 ГК РФ, если передаточный акт не позволяет определить правопреемника по обязательству юридического лица, а также если из передаточного акта или иных обстоятельств следует, что при реорганизации недобросовестно распределены активы и обязательства реорганизуемых юридических лиц, что привело к существенному нарушению интересов кредиторов, реорганизованное юридическое лицо и созданные в результате реорганизации юридические лица несут солидарную ответственность по такому обязательству.

Так, ответчиком-1 в материалы дела представлены письмо-подтверждение ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») о произошедшем переходе прав и обязательств по спорному договору лизинга в пользу АО «ЛК «Европлан», а также выписка из передаточного акта ПАО «Европлан» (в настоящее время - ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции»), подписанная со стороны ПАО «Европлан» и АО «ЛК «Европлан», в которой указан перечень передаваемых договоров лизинга.

Таким образом, реорганизуемое общество, то есть прежний должник/кредитор - ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (ранее ПАО «Европлан»), и выделенное общество, то есть новый должник/кредитор - АО «ЛК «Европлан», подтвердили факт перехода всех прав и обязательств по спорному Договору лизинга к вновь созданному юридическому лицу.

Кроме того, ответчиком-1 в материалы дела представлены передаточный акт от 20.02.2017 с пояснительной запиской (далее также - передаточный акт) и разделительный баланс ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») и АО «ЛК «Европлан» (далее также - Разделительный баланс).

Так, из разделительного баланса следует, что бухгалтерский баланс ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») до реорганизации составлял 49 948 148 775,78 рублей, а после реорганизации - 6 066 622 106,5 рублей. Соответственно, бухгалтерский баланс вновь созданного юридического лица - АО «ЛК «Европлан» составил 45 880 441 262,15 рублей.

При таких обстоятельствах невозможно сделать вывод о том, что распределение активов между ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») и АО «ЛК «Европлан» будет затрагивать и существенно нарушать интересы истца (будут недобросовестно распределены) с размером заявленных исковых требований. Кроме того, из представленных документов следует, что подавляющая часть активов передана в пользу АО «ЛК «Европлан» - правопреемника в спорных правоотношениях.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 27.07.2011 N 1995/11 по делу № А58-4361/10 (по вопросу универсального правопреемства), отмечено, что «в силу прямого указания закона (пункт 1 статьи 129 Гражданского кодекса) правопреемство, которое имеет место при реорганизации юридических лиц в форме преобразования, относится к числу универсальных. Это означает, в частности, что к вновь созданному юридическому лицу переходят все права и обязанности реорганизованного юридического лица, в том числе и те права и обязанности, которые не признаются или оспариваются участниками гражданско-правовых отношений, а также те, которые на момент реорганизации не были выявлены».

Из изложенного следует, что универсальное правопреемство подразумевает переход прав и обязательств вне зависимости от воли других субъектов правоотношений, является юридически значимым фактом в силу закона, означающим выбытие одной стороны из правоотношений и порождающее соответствующие правовые последствия.

Данная норма является императивной, то есть обязывающей суд при наличии соответствующих оснований произвести замену стороны спора.

В результате состоявшейся реорганизации ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») путем выделения АО «ЛК «Европлан» к вновь созданному обществу перешли права и обязательства по спорному Договору лизинга, что означает выбытие ПАО «Европлан» (в настоящее время ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции») из спорных правоотношений вне зависимости от воли и мнения других участников процесса.

Таким образом, поскольку на дату предъявления иска выбытие ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» из спорных правоотношений путем реорганизации в форме выделения, уже состоялось, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца к ответчику-1.

В отношении требований к ответчику-2 судом установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 15.03.2016 по делу № А14-11483/2015 ООО «Бристоль-Черноземье» признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Как установлено судом из материалов дела, 29.04.2013 между ООО «Бристоль-Черноземье» (лизингополучатель) и ЗАО «Европлан» (лизингодатель) заключен договор лизинга  № 704128-ФЛ/ВРН-13 (далее – договор лизинга), в соответствии с условиями которого, лизингодатель приобрел в собственность на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи № 34315765/ВРН-13 от 29.04.2013 (в редакции приложения № 1 к дополнительному соглашению № 1 к договору купли-продажи) у выбранного лизингополучателем продавца – общества с ограниченной ответственностью «СИМ-авто» имущество, а именно транспортное средство КАМАЗ-65117, 2013 года выпуска (номер VIN 

<

***>), и предоставил лизингополучателю во временное владение и пользование для предпринимательских целей с правом последующего приобретения права собственности транспортного средства.

Договор лизинга является договором присоединения (ст.428 ГК РФ) и заключен в соответствии с Правилами  № 1.1 лизинга транспортных средств и прицепов к ним (далее также - Правила лизинга), о чем указано в п. 1.1 и ст. 10 договора лизинга.

 Во исполнение договора лизинга предмет лизинга приобретен лизингодателем по договору купли-продажи по цене 3 250 000 руб. (приложение № 1 к договору купли-продажи) и передан лизингополучателю на основании акта приема передачи от 31.03.2015.

Пунктом 4.4.2. договора лизинга предусмотрена обязанность лизингополучателя по уплате лизинговых платежей в соответствии с графиком лизинговых платежей, срок оплаты последнего платежа (выкупной цены) – 28.03.2016.

Размер авансового платежа, согласно п. 4.4.1 договора лизинга составил 520 500 руб.

Пунктом 4.4.2 договора лизинга установлена выкупная цена  предмета лизинга – 104 100 руб.

Общий размер платежей по договору лизинга составляет 4 637 435 руб. 87 коп. с учетом выкупной стоимости (пункт 4.4.2. договора лизинга), срок действия договора - с 29.04.2013 (с даты заключения договора) по 31.03.2016 (пункт 5.3 договора).

По окончании выплаты ежемесячных авансовых платежей право собственности на предмет лизинга, согласно условиям договора переходит к лизингополучателю.

Как установлено судом из материалов дела, в связи с неисполнением истцом обязательств в части нарушения сроков оплаты лизинговых платежей, ЗАО «Европлан»  в адрес истца было направлено уведомление от 02.02.2015 об одностороннем отказе от договора на основании ст. 450.1, п. 1 ст. 614, ст. 619, ст. 622 ГК РФ, п.2 ст. 13, п. 5, 6 ст. 15 Федерального закона № 164-ФЗ от 29.10.1998 «О финансовой аренде (лизинге)». 

Согласно вышеуказанному уведомлению, договор лизинга считается расторгнутым в одностороннем порядке.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества.

По смыслу п. 2 ст. 450.1 ГК РФ, в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым.

В соответствии с абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора» односторонний отказ от исполнения договора влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Таким образом, в силу ст. 450.1 ГК РФ договор аренды прекратил свое действие в связи с тем, что лизингодатель воспользовался своим правом на односторонний отказ от договора. 

В силу ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Предмет лизинга изъят лизингодателем 13.03.2015, что подтверждается представленным в материалы дела актом об изъятии имущества и реализован последним по договору купли-продажи от 23.03.2015 № 704128-ПР/ВРН-15, заключенному с ФИО5 по цене 3 250 000 руб.

С учетом того, что предмет лизинга был изъят, согласно акту от 13.03.2015 истец полагает, что на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение.

Как уже было установлено судом выше, ПАО «САФМАР Финансовые инвестиции» (ранее – ЗАО «Европлан», ПАО «Европлан») 30.06.2017 было реорганизовано путем выделения из него АО «Лизинговая компания «Европлан». 

Все права и обязательства реорганизованного юридического лица, имеющие отношение к лизинговой деятельности (в том числе в спорных правоотношениях по настоящему делу), в связи с реорганизацией в форме выделения перешли к созданному юридическому лицу - АО «Лизинговая компания «Европлан» (ответчик-2). 

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. 

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 М20-П. лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества, возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014. №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора судам надлежит исходить из следующего.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с указанным, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора. 

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле: 

ПФ = (П - А - Ф/Ф x С/ДН) x 365 x 100, 

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), 

П - общий размер платежей по договору лизинга, 

А - сумма аванса по договору лизинга, 

Ф - размер финансирования, 

С/ДН - срок договора лизинга 

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Истец произвел расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 29.04.2013 № 704128-ФЛ/ВРН-13, в результате которого за лизингодателем образовалась задолженность в размере 1 002429,48 руб., и начисленные на указанную сумму проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 285 251,09 руб. Указанную сумму истец просит взыскать в судебном порядке. 

Ответчик-2, возражая в удовлетворении требований, представил свой расчет сальдо встречных обязательств, согласно которому неосновательное обогащение на стороне лизингодателя составляет 902 377 руб. 64 коп.

При этом, ответчик-2, возражая в удовлетворении требований, заявил о пропуске истцом срока исковой давности, установленного ст. 196 АПК РФ. Так, представитель АО «ЛК «Европлан» пояснил, что срок давности подлежит исчислению с даты изъятия предмета лизинга – 13.03.2015. Полагая, срок исковой давности истекает – 13.03.2018, тогда как иск подан лишь 01.06.2018, срок давности, по мнению ответчика-2, истцом пропущен.

Суд, рассмотрев указанное заявление ответчика-2, с учетом мнения истца, изложенного  в возражениях на отзыв, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, в связи со следующим. 

Согласно ст. 195 и ст. 196 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно ст. 195 и ст. 196 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом, довод ответчика-2 о том, что в данном случае течение срока исковой давности начинается с момента изъятия предмета лизинга (13.03.2015) судом признается неправомерным, поскольку с учетом разъяснений Постановления пленума ВАС РФ от 14.032014 г. № 17, п. 1 ст. 200 ГК РФ, сумма сальдо рассчитывается с учетом стоимости реализованного предмета лизинга, а следовательно, до реализации предмета лизинга по договору купли-продажи в разумный срок с даты его изъятия, расчет сальдо произведен быть не может.

При этом суд полагает соблюдение ответчиком разумного срока на реализацию вышеуказанного транспортного средства, с учетом категории транспортного средства (автомобиль бортовой с краном-манипулятором), которое пользуется специфическим спросом на вторичном рынке - 6 месяцев с даты его изъятия (13.03.2015), то есть не позднее 13.09.2015.  (13.03.2015 + 6 мес.). 

Предмет лизинга изъят 13.03.2015, тогда как предмет лизинга реализован 23.03.2015 согласно договору купли-продажи от 23.03.2015, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что разумный срок на реализацию предмета лизинга соблюден.

Таким образом, срок исковой давности следует исчислять со следующего дня после даты реализации грузового транспортного средства – 24.03.2015 (23.03.2015+1 день).

При этом судом не принимаются доводы истца о необходимости исчисления срока давности с момента, когда конкурсный управляющий истца получил документы от ответчика как неправомерные, в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с момента назначения конкурсного управляющего, он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника.

С учетом изложенного, конкурсный управляющий при предъявлении иска о взыскании неосновательного обогащения заменяет органы управления должника и реализует права общества на защиту нарушенного права. Следовательно, назначение конкурсного управляющего, само по себе, также не прерывает и не возобновляет течения срока исковой давности, не изменяет общего порядка исчисления срока исковой давности.

Таким образом, ссылка истца на то, что конкурсный управляющий не относится к органам юридического лица, является несостоятельной.

В данном случае конкурсный управляющий должника, обращаясь с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения, действует не как субъект, осуществляющий защиту своего личного права, а действует от имени юридического лица ООО «Бристоль-Черноземье», чьи права были нарушены.

Кроме того, судом при исчислении срока исковой давности также принимается во внимание и пункт 3 статьи 202 ГК РФ, согласно которому течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры. (п.16 Постановления). 

В соответствии с частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором. 

Таким образом, период, на который приостанавливалось течение срока исковой давности, составляет 30 дней календарных дней со дня направления претензии (требования). 

Как установлено судом выше, срок исковой давности следует исчислять с 24.03.2015. При этом претензия от 28.04.2018 № 241/С была направлена 28.04.02018, то есть уже после истечения срока исковой давности – после 24.03.2018, в связи с чем норма п. 3 ст. 202 ГК РФ в данном случае не применяется.

Поскольку иск был подан 01.06.2018, требования заявлены за пределами трехлетнего срока исковой давности.

При этом, судом также отклоняются доводы истца о необходимости применения 10-летного срока исковой давности как основанный на неверном толковании п. 2 ст. 196 ГК РФ

В качестве необходимости применения 10-летнего срока исковой давности Истец ссылается на то, что стороны не определили условия и сроки исполнения обязательств по возврату неосновательного обогащения при досрочном расторжении договора лизинга при этом ссылаясь на п.2 ст.196 ГК РФ.

Между тем, пункт 2 статьи 196 ГК РФ, определяет не общий, а предельный срок исковой давности, который учитывается, в случаях приостановления или перерыва течения срока исковой давности.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства признания Лизингодателем долга до обращения истца в суд, также истцом не представлены доказательства приостановления или перерыва течения срока исковой давности.

В п. 3.1. Постановлением Пленума ВАС РФ №17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» указывается, что расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Таким образом, требование по взысканию неосновательного обогащения, вытекающего из расторжения договора лизинга нельзя отнести к обязательствам срок исполнения, которых не определен, так как действующая судебная правоприменительная практика указывает на необходимость соотнесения взаимных представлений сторон с момента расторжения Договора лизинга и определением завершающей обязанности одной стороны в отношении другой согласно правилам, установленным Пленумом ВАС РФ №17. Учитывая это, абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ к спорным правоотношениям не применим.

Доводы, приведенные ответчиком-2 в отзыве, не касались срока исполнения обязательства, ответчик указывает лишь на недоказанность размера неосновательного обогащения на сумму, которого подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами.

Как указывал Конституционный суд РФ, институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 ноября 2006 года N 445-0).

К требованию о взыскании неосновательного обогащения, связанного с расторжением договора лизинга, применяется общий трехлетний срок исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается не со дня нарушения права, а с того дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Учитывая вышеизложенное, к рассматриваемому спору не подлежит применению 10 летний срок исковой давности

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности при подаче настоящего иска, в связи с чем, не рассматривает доводы сторон по существу.

В соответствии с 4.1. ст.207 ГК РФ, с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Учитывая, что по главному требованию о взыскании неосновательного обогащения срок исковой давности истек,  срок исковой давности по требованию о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также считается истекшим.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Учитывая изложенное, суд отказывает в удовлетворении исковых требований. 

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, предусмотрено статьей 110 АПК РФ. 

В силу пункта 1 данной статьи судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с предъявлением остальных заявленных требований, распределяются между лицами, участвующими в деле, по правилам ст. 110 АПК РФ по итогам разрешения дела, в рамках которого эти требования рассмотрены. 

С учетом отказа в удовлетворении заявленных требований, расходы по уплате госпошлины подлежат отнесению на истца в размере 25 877 руб. и подлежат взысканию в доход федерального бюджета с учетом удовлетворения ходатайства истца об отсрочке уплаты госпошлины при принятии иска к производству.

На основании ст.ст. 8, 11, 12, 15, 196, 200, 207, 309, 310, 330, 450.1, 606, 614, 619, 622, 1002 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 4, 9, 27, 28, 49, 64, 65, 66, 71, 110, 112, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с ООО «Бристоль-Черноземье» (ИНН 

<

***>, 394029, 

<

...>, офис 318В) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 25 877 (двадцать пять тысяч восемьсот семьдесят семь) руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:                                                                                       В.З. Болиева