ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-11085/2019

г. Киров

22 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.    

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Калининой А.С., Кормщиковой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федотовой Ю.А.,

 

при участии в судебном заседании:

ФИО1, лично,

представителя ФИО1 - ФИО2, по доверенности от 19.03.2024,

представителя АО «Кранбанк» - ФИО3, по доверенности от 07.11.2023.

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 28.12.2023 по делу № А17-11085/2019, 

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Кранбанк» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «ПРО Недвижимость» 

о признании недействительными сделок должника и применении последствий недействительности сделок  

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Кранбанк» (далее АО «Кранбанк», Банк, должник) конкурсный управляющий должником государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий, Агентство) обратился в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании сделки недействительной, в котором просит:

1.           Признать недействительной сделкой следующие банковские операции:

1.1         Внутрибанковский перевод 28.11.2019 денежных средств в размере 8 490 000,00 руб. со счета № 40702810900000003073, открытого в АО «Кранбанк» в отношении общества с ограниченной ответственностью «ПРО Недвижимость» (далее – ООО «ПРО Недвижимость») на счет № 40817810000140018823, открытый в АО «Кранбанк» в отношении ФИО1 (далее – ФИО1), с назначением платежа: «Частичный возврат займа по Договору займа от 11 января 2019г. Сумма 8 490 000-00. Без НДС»;

1.2         Выдачу 28.11.2019 через кассу АО «Кранбанк» денежных средств в размере 8 490 000,00 руб. со счета № 40817810000140018823, открытого в АО «Кранбанк» в отношении ФИО1, с назначением операции: «Снятие денежных средств с СКС по БК на имя ФИО1»; 

1.3         Иные банковские операции, совершенные по счету № 40817810000140018823, открытому в АО «Кранбанк» в отношении ФИО1 в период с 19.11.2019 по 13.12.2019 на общую сумму 193 728,.97 руб.

Применить последствия недействительности сделки:

2.1. Взыскать с ФИО1 в пользу АО «Кранбанк» денежные средства в размере 8 674 718,25 руб.

2.2. Восстановить задолженность ФИО1 перед АО «Кранбанк» по кредитному договору 

<

***>, заключенному 16.04.2019 между АО «Кранбанк» и ФИО1, в размере 9 010,72 руб. (из них 7 611,51 руб. - основной долг, 1 399,21 -проценты).

2.3. Восстановить задолженность АО «Кранбанк» по счету № 40702810900000003073, открытому в АО «Кранбанк» в отношении ООО «ПРО Недвижимость», в размере 8 490 000,00 руб.

2.4. Восстановить задолженность АО «Кранбанк» по счету № 40817810000140018823, открытому в АО «Кранбанк» в отношении ФИО1, в размере 193 728,97 руб.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 28.12.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

ФИО1 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, в случае оставления в силе определения изменить мотивировочную часть судебного акта, исключить из мотивировочной части определения указание на наличие у ФИО1 статуса контролирующего АО «Кранбанк» лица, исключить из квалификации спорных сделок ссылку на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) и в целом вывод о совершении спорных сделок с целью злоупотребления правом и причинения вреда имущественным интересам кредиторов АО «Кранбанк».

В обоснование жалобы ФИО1 указывает, что ответчики имели счета в АО «Кранбанк» задолго до отзыва его лицензии. Ответчики распоряжались счетами в процессе своей обычной хозяйственной деятельности, получали на счета денежные средства и осуществляли их расходование на обычные цели - расчеты с контрагентами, оплата коммунальных услуг, погашение кредитов и т.п. На начало периода подозрительности за месяц до отзыва лицензии должника ответчики не имели крупных сбережений на своих счетах, их действия не являются выводом средств из проблемного банка. В ходе рассмотрения дела ФИО1 приводил доводы, что на момент совершения спорной сделки банк не обладал признаками банкротства (в том числе признаками недостаточности имущества). Предоставляемая ФИО1 информация как члену совета директоров не позволяла сделать вывод о неплатежеспособности АО «Кранбанк». Таким образом, ФИО1 аргументировал, что его заинтересованность по отношению к АО «Кранбанк» никак не повлияла на спорные платежи. Сам по себе денежный перевод по поручению клиента - заинтересованного лица не исключает возможность его совершения в процессе обычной хозяйственной деятельности в рамках отношений «кредитная организация - клиент». В материалы дела представлен большой пакет документов, подтверждающих, что и ООО «ПРО Недвижимость» и ФИО1 использовали счета в обычном режиме. ФИО1 совершал обычные для себя расходные операции, получал заработную плату на указанный счет. За спорный период ответчик получил на свой счет денежные средства в сумме 130 500 руб. Денежные средства, составляющие спорный платеж в сумме 8 490 000 руб. не хранились на счете ООО «ПРО Недвижимость» и были получены взаем накануне совершения спорного платежа. На момент совершения спорных платежей банк функционировал в прежнем режиме, какие-либо сбои в работе банка, неисполненные поручения клиентов банка отсутствовали. Конкурсный управляющий в ходе рассмотрения дела не опроверг довод о том, что несмотря на наличие заинтересованности ФИО1 по отношению к должнику ни он сам, ни ООО «ПРО Недвижимость» не имели никаких преференций или особых условий в обслуживании. По мнению заявителя судом неправомерно не применен подлежащий применению п. 35.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Как минимум в данной части в пределах суммы страхового возмещения платежи по карте ФИО1 не должны были быть признаны недействительными. ФИО1 за получением страхового возмещения по вкладу в АО «Кранбанк» не обращался. Заявитель полагает, что не соответствует обстоятельствам дела вывод о недостаточности имущества должника для расчетов с кредиторами. Именно в связи с отсутствием возможности доказать недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами на дату совершения спорных платежей конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, переквалифицировав оспариваемые сделки с пункта 3 статьи 61.3 на пункт 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). ФИО1 полагает, что статья 10 ГК РФ не применима к спорным отношениям, в условиях конкуренции норм о недействительности сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с одной стороны и статьи 10 и 168 ГК РФ) судом первой инстанции не указано, каким образом спорная сделка выходит за пределы диспозиции специальных норм, предусмотренных Законом о банкротстве. По мнению заявителя, вывод суда о наличии у ФИО1 статуса контролирующего лица сделан при неправильном применении норм материального права и неполном исследовании обстоятельств дела. Само по себе указание ФИО1 в Списке лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится АО «Кранбанк», не доказывает наличие у него статуса контролирующего лица.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 29.02.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 01.03.2024.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Конкурсный управляющий указывает, что в своей совокупности, внутрибанковский перевод денежных средств со счета ООО «ПРО Недвижимость» на счет ФИО1 и выдача данных денежных средств ФИО1 являются взаимосвязанной сделкой, повлекшей за собой предпочтительное удовлетворение требований ООО «ПРО Недвижимость» и ФИО1, являвшихся последовательно кредиторами Банка на сумму остатков денежных средств на их счетах, перед иными кредиторами Банка. Преимущество (предпочтение) по своей сути в данном случае заключалось в том, что требование кредитора третьей очереди - ООО «ПРО Недвижимость» трансформировалось в требование кредитора первой очереди - ФИО1, который, впоследствии смог распорядиться данными денежными средствами. ФИО1 являлся на дату совершения оспариваемой сделки лицом, под контролем которого находился АО «Кранбанк». В силу взаимосвязи ФИО1 и ООО «ПРО Недвижимость», к последнему также применяется указанная выше презумпция выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности. Кроме этого, ФИО1 с 31.05.2019 являлся Членом Совета директоров АО «Кранбанк». По мнению конкурсного управляющего, ФИО1 и ООО «ПРО Недвижимость» совершив оспариваемые конкурсным управляющим сделки, извлекли выгоду (получили преимущественное удовлетворение собственных требований) из собственного недобросовестного поведения. Из правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.04.2016 № 309-ЭС15-16756(4), от 06.09.2016 № 306-ЭС15-18784, следует, что поскольку в качестве последствий недействительности сделки были восстановлены права требования физического лица к банку в размере спорных платежей, указанное дает ему право на получение суммы страхового возмещения. 

В дополнениях к жалобе ФИО1 поддерживает доводы о недоказанности недостаточности имущества Банка на момент совершения сделок, неосведомленности ФИО1 о недостаточности имущества Банка, о добросовестном распоряжении счетами в рамках обычной хозяйственной деятельности.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 18 апреля 2024 года в 13 час. 00 мин. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (КАД Арбитр).

В судебном заседании ФИО1 и его представитель, представитель конкурсного управляющего поддержали вышеизложенное.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 13.12.2019 Приказами Центрального Банка Российской Федерации (Банк России) № ОД-2850 и ОД-2851 у АО «Кранбанк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация по управлению им.

Решением суда от 24.03.2020 в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Полномочия конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

06.02.2015 на основании заявления ФИО1 ему был открыт карточный счет в Банке № 40817810000140018823.

10.02.2017 между Банком и ООО «ПРО Недвижимость» был заключен договор № 4996, в соответствии с которым последнему открыт счет в банке № 40702810900000003073.

16.04.2019 между Банком и ФИО1 был заключен кредитный договор 

<

***>.

28.11.2019 со счета ООО «ПРО Недвижимость» № 40702810900000003073 на счет ФИО1 № 40817810000140018823 осуществлен внутрибанковский перевод денежных средств в размере 8 490 000,00 руб. с назначением: «Частичный возврат займа по Договору займа от 11 января 2019г. Сумма 8 490 000-00. Без НДС».

В этот же день данные денежные средства были выданы ФИО1 через кассу Банка с назначением операции: «Снятие денежных средств с СКС по БК на имя ФИО1».

Кроме этого, в период с 15.11.2019 по 11.12.2019 по счету ФИО1 № 40817810000140018823 совершены иные операции на сумму 193 728,97 руб.

Конкурсный управляющий, полагая, что вышеуказанные сделки повлекли за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление, установил наличие оснований для его удовлетворения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем 9 пункта 12 Постановления № 63, платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце 3, а в абзаце 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом такого заявления.

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 названной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановления № 63).

В силу пункта 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалами дела подтверждается, что временная администрация назначена 13.12.2019, оспариваемые сделки совершены 28.11.2019, а также в период с 15.11.2019 по 11.12.2019, то есть в пределах срока предусмотренного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 24.03.2020 по делу №А17-11085/2019 установлено, что стоимость активов должника недостаточна для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме. Согласно данному решению и предоставленному временной администрацией анализу финансового положения должника стоимость имущества (активов) Банка на дату отзыва лицензии по оценке временной администрации составила 6 790 296 тыс. руб., при величине обязательств 7 581 122 тыс. руб. Следовательно, обязательства Банка перед кредиторами превышают его активы на 790 826 тыс. руб., что позволило суду сделать вывод о наличии признака несостоятельности (банкротства), предусмотренного пунктом 1 статьи 189.8 Закона о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве установлены требования кредиторов банка, подлежащие удовлетворению в первую очередь, в том числе требования физических лиц, являющихся кредиторами кредитной организации по заключенным с ними договорам банковского вклада и (или) договорам банковского счета.

Согласно опубликованным 30.09.2021 на официальном сайте Агентства и в ЕФРСБ сведениям о ходе конкурсного производства по состоянию на 01.09.2021, в реестр требований кредиторов Банка включено 2 853 кредитора с общей суммой требований 7 538 560 тыс. руб., в том числе:

- 850 кредиторов первой очереди с общей суммой требований 7 119 815 тыс. руб. (планируемый процент удовлетворения требований – 73,45%);

- 2 003 кредитора третьей очереди с общей суммой требований 418 745 тыс. руб. (планируемый процент удовлетворения требований - 0%).

Согласно опубликованным 11.12.2023 в ЕФРСБ сведениям о порядке и сроках проведения расчетов с кредиторами первой очереди процент удовлетворения требований кредиторов первой очереди, включенных в реестр требований кредиторов Банка увеличен с 91,40% до 92,02% суммы установленных требований.

В соответствии с Определениями ВС РФ 305-ЭС14-4539 от 10.03.2015 по делу №А40-74090/2012 и 305-ЭС14-1353 от 27.05.2015 по делу №А40-77625/2012, по смыслу абз. 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при рассмотрении вопроса о недействительности сделки необходимо сопоставить наступившие от данной сделки последствия с тем, на что кредитор вправе был рассчитывать в ходе конкурсного производства.

В случае несовершения оспариваемого перечисления в пользу ФИО1 на сумму 8 490 000,00 руб., требование ООО «ПРО Недвижимость» на сумму остатка денежных средств на его счете подлежало бы включению в реестр требований кредиторов должника и пропорциональному удовлетворению в порядке очередности. В связи с недостаточностью имущества должника для удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, требование ООО «ПРО Недвижимость» не могло быть удовлетворено. 

Как справедливо отмечает конкурсный управляющий, преимущество (предпочтение) по своей сути в данном случае заключалось в том, что требование кредитора третьей очереди - ООО «ПРО Недвижимость» трансформировалось в требование кредитора первой очереди - ФИО1

Если бы оспариваемые сделки по снятию денежных средств со счета ФИО1 и иные банковские операции в общей сумме 8 674 718,25 руб. не были совершены, то после отзыва у Банка лицензии ФИО1 не смог бы распоряжаться денежными средствами, находящимися на его счете и был бы вправе, наравне с другими кредиторами, претендовать на включение задолженности в размере остатка по счету в реестр требований кредиторов. Одновременно у банка бы осталось право требования по погашению ФИО1 задолженности по кредитному договору в полном объеме, причем погашение этой задолженности должно было происходить из иных источников, а не со счета, открытого в банке-должнике.

Таким образом, оспариваемые сделки привели к оказанию отдельному кредитору большего предпочтения в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством о банкротстве.

Учитывая специфику деятельности кредитных организаций, предполагающую массовость ежедневных операций по счетам клиентов, в том числе в период, предшествующий отзыву лицензии, Закон о банкротстве устанавливает дополнительные гарантии защиты от конкурсного оспаривания таких операций.

Как разъяснено пунктом 35.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) поскольку такие сделки как списание кредитной организацией денежных средств со счета клиента и перечисление кредитной организацией денежных средств со счета клиента в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона при их оспаривании на основании статьи 61.3 конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что соответствующие сделки выходят за пределы такой деятельности.

Так, в качестве таких доказательств могут, в частности, с учетом всех обстоятельств дела рассматриваться сведения о том, что клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций (подпункт «г» пункта 35.3 Постановления № 63).

В силу подпункта 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на даты совершения оспариваемых сделок являлся генеральным директором и участником ООО «ПРО Недвижимость» с долей 70% уставного капитала. Оставшейся долей - 30% уставного капитала владеет ООО «Развитие» (ИНН: 

<

***>), единственным участником которого с 22.11.2019 является также ФИО1

В соответствии с опубликованным на официальном сайте Центрального Банка Российской Федерации Списком лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находился АО «Кранбанк», ООО «Развитие» и ФИО1 являлись контролирующими должника лицами вплоть до назначения временной администрации по управлению Банком.

Кроме того, ФИО1 с 31.05.2019 являлся членом Совета директоров АО «Кранбанк».

Учитывая изложенное, поскольку в период менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом ФИО1 являлся членом совета директоров должника, был включен в список контролирующих должника лиц, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 являлся заинтересованным и контролирующим по отношению к должнику лицом.

Таким образом, в данной части основания для изменения мотивировочной части определения суда первой инстанции отсутствуют.

Поскольку ООО «ПРО Недвижимость» входит в одну группу с ФИО1, указанное юридическое лицо также является заинтересованным по отношению к должнику лицом (абз. 1 пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, пункт 9 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»).

Таким образом, презюмируется, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности должника.

Ответчики вышеуказанную презумпцию не опровергли.

При этом Верховный Суд Российской Федерации в определении 308-ЭС18-16370 (2) от 25.04.2019 по делу № А53-11457-2016 указал на то, что неоднократное совершение контрагентом кредитной организации аналогичных сделок не опровергает презумпцию, указанную в пп. 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совершение сделки с заинтересованным лицом незадолго до отзыва лицензии должно порождать обоснованные сомнения в его добросовестности, а, следовательно, и в ординарности такой сделки. В силу занимаемого положения и осведомленности о реальном состоянии дел в кредитной организации, учитывая обстоятельства, установленные решением о признании АО «Кранбанк» несостоятельным (банкротом), ФИО1 должно было быть известно о возможном скором отзыве лицензии и назначении временной администрации по управлению АО «Кранбанк», в связи с чем, он должен был понимать, что даже совершая «типичные» для себя операции, создают условия для оказания предпочтения по отношению к другим кредиторам банка.

При этом доводы заявителя о недоказанности неудовлетворительного финансового состояния Банка в момент совершения оспариваемых сделок опровергаются многочисленными обособленными спорами в рамках настоящего дела о банкротстве, в том числе решением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Убедительных доводов о неосведомленности ФИО1, аффилированного по отношению к Банку, о возможном скором отзыве лицензии, заявителем не приведено.

При этом поведение ФИО1 в период непосредственно предшествующий отзыву у Банка лицензии свидетельствует об обратном.

Так, после совершения оспариваемых платежей остаток денежных средств на счете ответчика составил 10,07 руб., то есть фактически счет был обнулен.

Согласно правовому подходу, сформулированному в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 305-ЭС21-25831 (17), использование ответчиком расчетного счета для расходования содержащихся на нем денежных средств и его пополнения в размере, превышающем объем списаний со счета, исключает признак предпочтительности совершенных банковских операций.

Между тем, в спорный период на счет ФИО1 поступили денежные средства в сумме 130 500 руб. (без учета 8 490 000,00 руб., поступивших от ООО «ПРО Недвижимость»). Расходование денежных средств произведено в сумме 193 728,97 руб.

При этом последними двумя оспариваемыми операциями ФИО1, совершенными в день отзыва у Банка лицензии (13.12.2019), стали операции по снятию наличных денежных средств в суммах 50 000 руб. и 50 800 руб.

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, доводы о типичности оспариваемых операций для взаимоотношений клиентов с Банком не могут рассматриваться в качестве опровергающих иные презумпции необычности, предусмотренные пп. 1 и 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, поскольку касаются содержания иной презумпции необычности, пп.3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Таким образом, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и в совокупности, учитывая, что совершая оспариваемые сделки, ФИО1 преследовал цель обнуления счета, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что презумпция выхода оспариваемых сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности должника ответчиками не опровергнута.

Довод заявителя о том, что в пределах суммы страхового возмещения платежи по карте ФИО1 не должны были быть признаны недействительными, суд апелляционной инстанции счел ошибочным в силу следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце десятом пункта 35.3 Постановления № 63, не может быть признан недействительным на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве платеж, произведенный по счету (вкладу) физического лица, на который распространяется страхование вкладов, на сумму, не превышающую максимальный размер возмещения по такому страхованию, если после такого платежа на счете (вкладе) не осталось денежных средств.

Из материалов дела не следует, что в результате совершения оспариваемых сделок на счете ФИО1 не осталось денежных средств.

При этом в соответствии с пунктом 7 статьи 11 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов в банках Российской Федерации» (далее – Закон о страховании вкладов), если банк, в отношении которого наступил страховой случай, выступал по отношению к вкладчику также в качестве кредитора, размер возмещения по вкладам определяется исходя из разницы между суммой обязательств банка перед вкладчиком и суммой встречных требований данного банка к вкладчику, возникших до дня наступления страхового случая.

В определении от 20.11.2014 № 2657-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что 2657-О, что данное положение, учитывающее взаимные обязательства банка и вкладчика при определении размера возмещения по вкладам, направлено, в том числе, на надлежащее исполнение вкладчиком своих обязательств перед банком, и рассматривается в системной связи с иными положениями указанного закона, в том числе частью 2 статьи 7, предусматривающей, что вкладчик, получивший возмещение по вкладам, размещенным в банке, в отношении которого наступил страховой случай, сохраняет право требования к данному банку на сумму, определяемую как разница между размером требований вкладчика к данному банку и суммой выплаченного ему возмещения по вкладам.

По смыслу пункта 14 Закона о страховании вкладов право на получение страхового возмещения у лиц, осуществлявших на день наступления страхового случая и (или) в иной период времени в течение 12 месяцев, предшествующих дню наступления страхового случая, функции единоличного исполнительного органа, его заместителя, члена коллегиального исполнительного органа, главного бухгалтера, заместителя главного бухгалтера банка, члена совета директоров (наблюдательного совета), руководителя службы управления рисками, руководителя службы внутреннего аудита, руководителя службы внутреннего контроля банка, специального должностного лица, ответственного за реализацию правил внутреннего контроля в банке в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения (независимо от срока, в течение которого осуществлялись такие функции), и (или) у лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находился банк на день наступления страхового случая и (или) в иной период времени в течение 12 месяцев, предшествующих дню наступления страхового случая (независимо от срока нахождения банка под контролем либо значительным влиянием таких лиц), возникает по истечении одного года со дня наступления страхового случая при условии, что по состоянию на указанную дату в суде, арбитражном суде отсутствует производство по делу о привлечении такого лица к субсидиарной ответственности по обязательствам банка, в отношении которого наступил страховой случай, либо о взыскании с него убытков в пользу этого банка, если убытки причинены ненадлежащим осуществлением этим лицом указанных в настоящей части функций, либо в соответствии со вступившим в законную силу решением суда, арбитражного суда в удовлетворении требований о привлечении этих лиц к ответственности, предусмотренной настоящей частью, отказано.

В рассматриваемом случае в суде первой инстанции рассматривается заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО1, а также иных лиц в общей сумме 626 670 303,48 руб. Определением Арбитражного суда Ивановской области от 16.04.2024 судебное заседание отложено на 28.05.2024.

Таким образом, поскольку в настоящий момент выплата страхового возмещения ФИО1 как бывшему члену совета директоров должника, в отношении которого подано заявление о взыскании убытков, не может быть произведена, отсутствуют основания для уменьшения суммы взыскиваемых с ФИО1 денежных средств.

При этом в качестве последствий недействительности сделки были восстановлены права требования ФИО1 к банку в размере спорных платежей в сумме 193 728,97 руб., что в последующем дает ему право на получение суммы страхового возмещения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.04.2016 № 309-ЭС15-16756(4), от 06.09.2016 № 306-ЭС15-18784).

Таким образом, ФИО1 не лишен возможности в дальнейшем воспользоваться правом на получение страхового возмещения в зависимости от результатов рассмотрения спора о взыскании убытков.

Суд первой инстанции также усмотрел основания для признания оспариваемых сделок недействительными по статье 10 ГК РФ, как совершенных при злоупотреблении правом.

В случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Судебная коллегия отмечает, что правонарушение, заключающееся в передаче должником в преддверии его банкротства причитающегося кредитору с предпочтением (то есть в обход установленной законодательством о несостоятельности очередности) является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Такие действия не могут быть признаны ничтожными, поскольку они являются оспоримыми.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).

В настоящем случае на подобные обстоятельства конкурсный управляющий не ссылался и, как следствие, они не были установлены судом первой инстанции.

Таким образом, основания для признания оспариваемых сделок недействительными по статье 10 ГК РФ у суда первой инстанции отсутствовали, между тем указанное обстоятельство не привело к принятию неверного определения суда.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемые сделки недействительными, применил последствия недействительности сделок, руководствуясь статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в п. 29.1 постановления № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что проценты за пользование чужими денежными средствами следует начислять на сумму взыскиваемых денежных средств в соответствии со статьей 395 ГК РФ, с даты вступления в силу судебного акта о признании сделки недействительной до момента его фактического исполнения до момента его фактического исполнения.

Доводов о несогласии указанными выводами не заявлено, основания для переоценки выводов суда первой инстанции отсутствуют.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 28.12.2023 по делу № А17-11085/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий 

 

Судьи

Е.В. Шаклеина

 

А.С. Калинина

 

Н.А. Кормщикова