﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                     Дело № А46-1008/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 19 июня 2019 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Лаптева Н.В.,

судей                                                    Доронина С.А.,

Мельника С.А. –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу СёмкинаОлега Геннадьевича и Сёмкиной Натальи Александровны на определение Арбитражного суда Омской области от 31.01.2019 (судья В.Ю. Распутина)и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 (судьи Шарова Н.А., Брежнева О.Ю., Зорина О.В.) по делу № А46-1008/2016о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Мираф-Банк» (ИНН 5503066705, ОГРН 1025500000635, далее – общество «Мираф-Банк», должник), принятые по заявлению Сёмкина Олега Геннадьевича и Сёмкиной Натальи Александровны о пересмотре определений Арбитражного судаОмской области от 30.01.2018 по новым обстоятельствам.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества «Мираф-Банк» кредиторы Сёмкин О.Г.и Сёмкина Н.А. 12.12.2018 обратились в Арбитражный суд Омской областис заявлениями о пересмотре по новым обстоятельствам определений Арбитражного суда Омской области от 30.01.2018, которыми требование Сёмкиной Н.А. в размере 200 832,54 руб. и требование Сёмкина О.Г. в размере201 539,97 руб. признаны обоснованными и учтены за реестром требований кредиторов должника.

По ходатайству заявителей суд первой инстанции объединил заявления Сёмкина О.Г. и Сёмкиной Н.А. в одно производство.

Определением арбитражного суда от 31.01.2019 отказанов удовлетворении заявлений Сёмкиной Н.А. и Сёмкина О.Г. о пересмотре определений арбитражного суда от 30.01.2018 по новым обстоятельствам.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 определение арбитражного суда от 31.01.2019 оставлено без изменения.

Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. обратились с кассационной жалобой, в которой просят определение арбитражного суда от 31.01.2019 и постановление апелляционного суда от 16.04.2019 отменить, пересмотреть определения арбитражного суда от 30.01.2018 по новым обстоятельствам.

По мнению кредиторов, суды не учли, что их дочь Сёмкина М.О. обратилась к конкурсному управляющему обществом «Мираф-Банк» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее –ГК «АСВ», конкурсный управляющий) с заявлением о включении требованияв размере 795 982,33 руб., основанного на договоре банковского вкладаот 30.12.2015 № USD_001-01-00016475, в первую очередь реестра требований кредиторов должника своевременно (03.03.2016), до закрытия реестра (04.05.2016), но конкурсный управляющий 31.03.2016 отказал в этом.

Заявители считают, что к спорным отношениям между ними и конкурсным управляющим подлежит применению правовая позиция, изложеннаяв Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2018 № 43-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациив связи с жалобами граждан А.Б. Болчинского и Б.А. Болчинского» (далее – Постановление от 16.11.2018 № 43-П), в части их правопреемства своевременно заявленного требования Сёмкиной М.О. к конкурсному управляющемуо включении требования по вкладу в реестр требований кредиторов должника.

В отзыве на кассационную жалобу, ГК «АСВ» возражало против доводов Сёмкина О.Г. и Сёмкиной Н.А., согласилось с выводами судом об отсутствии оснований для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам, просило оставить без изменения определение арбитражного суда от 31.01.2019 и постановление апелляционного суда от 16.04.2019.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соблюдение судами норм процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. (вкладчики) заключили 01.10.2015 с обществом «Мираф-Банк» договоры банковского вклада «Валютный запас» № USD_001-01-00015200, № USD_001-01-00015199.

По указанным договорам Банк принял от вкладчиков денежные средствав размере по 20 000 долларов США на условиях срочного вклада и обязался возвратить сумму вклада и проценты.

Вкладчики 29.12.2015 расторгли договоры.

Сёмкин О.Г. 29.12.2015 заключил с Банком договор банковского вклада№ USD_001-01-00016478 на сумму 15 118,70 долларов США на срок 367 днейс процентной ставкой 3 процентов годовых.

Сёмкина Н.А. 29.12.2015 заключила с Банком договор банковского вклада № USD_001-01-00016487 на сумму 15 118,70 долларов США на срок 367 днейс процентной ставкой 3 процентов годовых.

Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. перечислили со своих счетов, открытыхв обществе «Мираф-Банк», на счёт своей дочери – Семкиной М.О., открытыйв том же банке денежные средства в размере по 5 000 долларов США платёжными поручениями от 30.12.2015.

Между Сёмкиной М.О. и обществом «Мираф-Банк» подписан договор банковского вклада «Валютный запас» от 30.12.2015 № USD_001-01-00016475 на сумму 10 000 долларов США.

Приказом Банка России от 21.01.2016 № ОД-137, опубликованномв «Вестнике Банка России» от 27.01.2016 № 7 (1725), с 21.01.2016 у общества «Мираф-Банк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Банк России 01.02.2016 обратился в Арбитражный суд Омской областис заявлением о признании общества «Мираф-Банк» несостоятельным (банкротом).

Страховое возмещение по своим вкладам, размещённым в обществе «Мираф-Банк», Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. получили 09.02.2016.

Решением арбитражного суда от 01.03.2016 общество «Мираф-Банк»  признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

Сообщение об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в печатном издании «Коммерсант» от 05.03.2016 № 38.

Сёмкина М.О. обратилась к ГК «АСВ» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов общества «Мираф-Банк» требования в размере 795 982,33 руб. (10 000 долларов США) на основании договора банковского вклада от 30.12.2015 № USD_001-01-00016475.

ГК «АСВ» 31.03.2016 отказала в удовлетворении заявленияСёмкиной М.О.

Реестр требований кредиторов общества «Мираф-Банк» закрыт 04.05.2016.

Решением Октябрьского районного суда города Омска от 01.04.2016 по делу № 2-1362/2016, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 22.06.2016 по делу № 33-5713/2016, отказано в удовлетворении исковых требований Семкиной М.О. к Банку.

Суд общей юрисдикции пришёл к выводу о том, что договор банковского вклада от 30.12.2015 № USD_001-01-00016475 не заключён, поскольку общество «Мираф-Банк» не привлекало денежные средства Сёмкиной О.М.

Совершённые Банком технические записи по счетам не могут приравниваться к фактическому движению денежных средств. Внутрибанковские бухгалтерские проводки о снятии денежных средствсо счетов третьих лиц и внесении суммы в пределах размера стоимости страхового возмещения на счёт Сёмкиной О.М., заключающиеся по существув техническом оформлении расходных и приходных записей, совершённыев условиях фактической неплатёжеспособности Банка, в данном случае произведены исключительно с целью создания условий для возникновения обязательства, подлежащего страхованию, что влечёт ущемление прав других кредиторов Банка и свидетельствует о злоупотреблении правом.

Указанные действия не могут быть признаны действиями по исполнению договора банковского вклада и не порождают правовых последствий, характерных для данного вида договоров, в связи с чем не порождаюту Сёмкиной М.О. права на включение в реестр вкладчиков Банка и получение страхового возмещения из фонда страхования вкладов физических лиц.При этом действия по зачислению спорной суммы на счёт Сёмкиной М.О.не повлекли внесения денежных средств на её счёт, поскольку совершённыепо счетам проводки отражают намерение третьих лиц – Сёмкина О.Г.и Сёмкиной Н.А. переоформить свои требования к Банку на другое физическое лицо – свою дочь.

Совершённые третьими лицами 29.12.2015 операции носили характер «дробления» вкладов, превышающих 1 400 000 руб. в рублёвом эквиваленте,на меньшие вклады в пределах суммы страхового возмещения, что в итоге привело к фиктивному увеличению размера страховой ответственностиГК «АСВ», чем были нарушены публичные интересы.

После проведения обратных проводок денежных средств между счетами, 22.02.2017 Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. обратились к конкурсному управляющему общества «Мираф-Банк» с заявлениями  о включении в реестр требований кредиторов должника спорных требований.

Требования Сёмкина О.Г. и Сёмкиной Н.А. признаны подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника, как требования первой очереди, предъявленные после закрытия реестра, но до завершения расчётовс кредиторами первой очереди, и которое подлежит удовлетворениюпосле завершения расчётов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средствна его удовлетворение (уведомление от 24.03.2017).

Полагая, что вновь предъявленные требования подлежат включениюв первую очередь реестра требований кредиторов, Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. обратились в арбитражный суд с заявлениями о соответствующих разногласиях с конкурсным управляющим.

Определениями Арбитражного суда Омской области от 18.05.2017 требования Сёмкина О.Г. и Сёмкиной Н.А. включены в первую очередь реестра требований кредиторов общества «Мираф-Банк».

Удовлетворяя заявления, суд первой инстанции сделал выводы о том,что, поскольку Сёмкина М.О. обратилась с заявлением к ГК «АСВ»до закрытия реестра требований кредиторов общества «Мираф-Банк», а в ходе судебного разбирательства Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. фактически заявлялио замене кредитора, в данной ситуации можно квалифицировать как заявлениео замене стороны в спорном правоотношении применительно к статье 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанийдля установления требований Сёмкина О.Г. и Сёмкиной Н.А. за реестр требований кредиторов не имеется.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного судаот 01.09.2017 определения арбитражного суда от 18.05.2017 оставленыбез изменения.

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда,и указал на то, что отказ Банка во включении своевременно заявленного Семкиной М.О. требования в реестр обусловлен ссылкой на формирование остатка денежных средств на её счёте путём совершения неправомерных действий по переводу денежных средств со счётов Сёмкина О.Г.и Сёмкиной Н.А.

Обращением от 22.02.2017 Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А., являющиеся собственниками денежных средств, перечисленных на счёт Сёмкиной М.О., лишь подтвердили наличие у них претензий к Банку относительно требования, ранее предъявленного Сёмкиной М.О. требование к Банку до закрытия реестра.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округаот 07.12.2017 определения арбитражного суда от 18.05.2017 и постановление апелляционного суда от 01.09.2017 отменены, обособленный спор направленна новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

Суд округа указал следующее.

Поскольку реестр требований кредиторов общества «Мираф-Банк» закрыт 04.05.2016, а Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. обратились к конкурсному управляющему с заявлениями о включении в реестр требований кредиторов должника спорных требований 22.02.2017, выводы судов о своевременном обращении указанных кредиторов со спорными требованиями противоречат фактическим обстоятельствам и законодательству о банкротстве.

Кроме того, применение к отношениям законодательства по аналогии возможно в случаях, когда они прямо не урегулированы законодательствомили соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычайна основании пункта 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерациии части 6 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оборотоспособность объектов гражданских прав урегулирована нормами статьи 129 Гражданского кодекса, процессуальное правопреемство – статьёй 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Спорные отношения не являются экстраординарными, которыене урегулированы законом, и аналогия закона не может быть примененадля преодоления предусмотренных законом запретов (пункты 4, 5 статьи 142 Закона о банкротстве).

Кредиторы Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. переоформили свои требованияк обществу «Мираф-Банк» на другое физическое лицо – Сёмкину М.О.в условиях фактической неплатёжеспособности Банка исключительно с целью создания условий для возникновения обязательства, подлежащего страхованию, что влечёт ущемление прав других кредиторов Банкаи свидетельствует о злоупотреблении правом.

Именно указанные действия заявителей и последующее восстановление законности правоотношений кредиторов с Банком в суде общей юрисдикции повлекло пропуск срока для предъявления спорных требований о включениив реестр требований кредиторов должника.

То обстоятельство, что Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. являлись собственниками денежных средств, находящихся на счету Сёмкиной М.О.,не позволяет конкурсному управляющему самостоятельно осуществлять внутрибанковские проводки по счетам кредиторов без их распоряженийв соответствие с Положением о правилах осуществления перевода денежных средств, утверждённым Банком России 19.06.2012 № 383-П (зарегистрировано в Минюсте России 22.06.2012 № 24667).

При новом рассмотрении разногласий между кредиторами и ГК «АСВ» определениями арбитражного суда от 30.01.2018 требования Сёмкиной Н.А.в размере 200 832,54 руб. и Сёмкина О.Г. в размере 201 539,97 руб. признаны обоснованными и учтены за реестром требований кредиторов общества «Мираф-Банк».

Ссылаясь на правовую позицию о правопреемстве, изложеннуюв Постановлении от 16.11.2018 № 43-П, на отсутствие исполнения обязательств со стороны конкурсного управляющего обществом «Мираф-Банк», Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. обратились в арбитражный суд с заявлениями о пересмотре определений от 30.01.2018 по новым обстоятельствам.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции руководствовался положениями пунктов 4, 5 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 309, частей 1, 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 4, 6 Постановления от 16.11.2018 № 43-П, и исходил из того, что Сёмкин О.Г.и Сёмкина Н.А., злоупотребляя правом, переоформили свои требованияк обществу «Мираф-Банк» на другое физическое лицо – Сёмкину М.О.в условиях фактической неплатёжеспособности и в преддверии банкротства Банка исключительно с целью создания искусственного обязательства должника, подлежащего страхованию, получения страховой суммыот ГК «АСВ» при наступлении банкротства должника; приведённые кредиторами обстоятельства не являются новыми.

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

В соответствии со статьёй 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Основания для пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам указаны в статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом перечень оснований, перечисленных в указанной статье, является исчерпывающими расширительному толкованию не подлежит.

Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации новыми обстоятельствами являются указанные в части 3 данной статьи, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства.

В соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одним из новых обстоятельств является признание Конституционным Судом Российской Федерациине соответствующим Конституции Российской Федерации закона, применённого арбитражным судом в конкретном деле, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерациипри пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – Постановление Пленума № 52) разъяснено, что при решении вопроса о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам судам следует исходить из наличия оснований, предусмотренных статьёй 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и соблюдения заявителем условий, содержащихсяв статьях 312 и 313 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебный акт не может быть пересмотрен по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в случаях, если обстоятельства, определённые статьёй 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют, а имеются основания для пересмотра судебного акта в порядке кассационного производства или в порядке надзора, либо если обстоятельства, установленные статьёй 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, были известны или могли быть известны заявителю при рассмотрении данного дела.

В пункте 9 Постановления Пленума № 52 разъяснено, что в силу пункта 3 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с заявлением о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам в связи с признанием в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации закона, применённого судом в конкретном деле, могут обратиться лица, участвовавшие в деле, а также иные лица, не участвовавшие в данном деле, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт,в связи с принятием решения по которому заявитель обращалсяв Конституционный Суд Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 27.05.2004 № 211-Ои Постановлении от 21.01.2010 № 1-П, пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу и не исполненныхили исполненных частично правоприменительных решений, вынесенныхдо принятия Конституционным Судом Российской Федерации решения,в котором выявлен конституционно-правовой смысл положенных в их основу норм, процессуальным законом не запрещён. Арбитражным судам надлежит пересматривать, в том числе по вновь открывшимся обстоятельствам, судебные акты, основанные на норме, которой в ходе применения в конкретном деле был придан смысл, расходящийся с её конституционно-правовым смыслом, выявленным впоследствии Конституционным Судом Российской Федерации.

Поскольку Сёмкин О.Г. и Сёмкина Н.А. не являлись заявителями жалобыв Конституционный Суд Российской Федерации, оснований, предусмотренных пунктом 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для пересмотра данного дела не имеется.

Также основанием для пересмотра по новым обстоятельствам судебных актов по делу заявителя в связи с принятием акта Конституционным Судом Российской Федерации является выявление названным судом конституционно-правового смысла нормы, который ранее в процессе правопримененияей не придавался (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2013 № 874-О).

Вместе с тем в Постановлении от 16.11.2018 № 43-П Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулированияона не препятствует возможности замены стороны на приобретателяеё имущества в качестве процессуального правопреемника в ходе судебного разбирательства по делу о защите от нарушений права собственностина это имущество, а также указал, что выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл части первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное её истолкование в правоприменительной практике.

В целях соблюдения принципа законности в гражданском судопроизводстве, защиты прав и законных интересов его участниковчастью первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривается, что в случаях выбытия одной из сторонв спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны её правопреемником (пункт 4 Постановления от 16.11.2018№ 43-П).

Названное законоположение, закрепляющее основания и порядок процессуального правопреемства, направлено на установление дополнительных процессуальных гарантий для лиц, участвующих в деле, и само по себене может расцениваться как нарушающее конституционные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 1351-О,от 19.07.2016 № 1645-О и др.).

Правопреемство как институт гражданского процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствие с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях,то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства.

Как указано в пункте 6 Постановления от 16.11.2018 № 43-П, нормативное регулирование процессуального правопреемства – с учётом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в сохраняющих свою силу решениях, а также в данном Постановлении, - не даёт основанийдля вывода о невозможности замены стороны правопреемником в случае отчуждения ею в период судебного разбирательства имущества, требованиео защите от нарушений права собственности на которое рассматривается судом.

Подобный подход позволяет предотвратить утрату собранных доказательств, а значит, необходимость собирать их заново, исключить неоправданные судебные расходы ради повторного достиженияуже достигнутых результатов, а также сохранить баланс прав и законных интересов сторон гражданского судопроизводства, защитив права не только истца, для которого отчуждение имущества ответчиком не повлечёт рассмотрение дела с самого начала, но и ответчика, для которого отчуждение имущества истцом не создаст угрозы быть привлечённым к делу по иску нового собственника, основанному на тех же обстоятельствах, в самостоятельном процессе.

Поскольку в настоящем деле в предмет обособленного спора входит вопрос о соблюдении кредиторами порядка и срока обращения к конкурсному управляющему с заявлениями о включении денежных требований в реестр требований кредиторов должника, вступившими в законную силу судебными установлено злоупотребление правом Сёмкиным О.Г. и Сёмкиной Н.А. путём переоформления своих требований к обществу «Мираф-Банк» на другое лицо –Сёмкину М.О. в условиях фактической неплатёжеспособности и в преддверии банкротства Банка исключительно с целью создания искусственного обязательства должника, подлежащего страхованию при наступлении банкротства, и необоснованному получению страховой суммы от ГК «АСВ», суды сделали правильный выводы о невозможности применения правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложеннойв Постановлении от 16.11.2018 № 43-П, отсутствии оснований для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются,как основанные на ошибочном толковании положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и правовых позиций высших судебных инстанций, регулирующих институт пересмотра судебных актовпо новым обстоятельствам.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 31.01.2019 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 по делу № А46-1008/2016, а кассационную жалобу Сёмкина Олега Геннадьевича и Сёмкиной Натальи Александровны без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцевсо дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                           Н.В. Лаптев

 

Судьи                                                                                        С.А. Доронин

 

С.А. Мельник