АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А17-8203/2020

05 марта 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.03.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 05.03.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Жегловой О.Н., Кузнецовой Л.В.

при участии 

арбитражного управляющего ФИО7 

и ее представителя ФИО1 по доверенности от 21.07.2021, 

представителей: 

от Управления Федеральной налоговой службы по Ивановской области: 

ФИО2 по доверенности от 20.01.2022, 

от некоммерческого партнерства «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих»: ФИО3 по доверенности от 17.02.2022 № 581

и ФИО4 по доверенности от 09.11.2021,

от публичного акционерного общества «Страховая компания «Росгосстрах»:

ФИО5 по доверенности от 01.12.2020 № 6878-ДФ

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

арбитражного управляющего ФИО7

и публичного акционерного общества «Страховая компания «Росгосстрах»

на решение Арбитражного суда Ивановской области от 15.04.2021  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021

по делу № А17-8203/2020

по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице

Управления Федеральной налоговой службы по Ивановской области

о взыскании с арбитражного управляющего ФИО6 убытков, причиненных в период осуществления полномочий конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Фурмановская ткацкая фабрика № 1» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, –

некоммерческое партнерство «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», 

общество с ограниченной ответственностью «Башкирская страховая компания «Резонанс» и публичное акционерное общество «Страховая компания «Росгосстрах»,

и   у с т а н о в и л :

в Арбитражный суд Ивановской области обратилась Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ивановской области (далее – уполномоченный орган, налоговый орган) с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с арбитражного управляющего ФИО7 в пользу налогового органа 19 327 919 рублей 04 копеек убытков, причиненных незаконными действиями, совершенными в период осуществления полномочий конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фурмановская ткацкая фабрика № 1» (далее – Фабрика, должник), по нарушению очередности погашения текущих платежей по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) в связи с неправомерным отнесением к платежам третьей очереди текущих платежей (к эксплуатационным, коммунальным платежам) расчетов должника с поставщиками и подрядчиками, подлежавшими удовлетворению в составе четвертой очереди текущих платежей.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечены некоммерческое партнерство «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (далее – Партнерство), общество с ограниченной ответственностью «Башкирская страховая компания «Резонанс» (далее – Страховая компания) и публичное акционерное общество «Страховая компания «Росгосстрах» (далее – Росгосстрах). 

Суд первой инстанции решением от 15.04.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021, удовлетворил заявление уполномоченного органа, взыскав с ФИО7 в пользу налогового органа 19 327 919 рублей 04 копейки убытков. 

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО7 и Росгосстрах обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить решение от 15.04.2021 и постановление от 20.08.2021 и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационных жалоб заявители ссылаются на недоказанность вины ФИО7 в причинении налоговому органу убытков, поскольку совокупность обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего дела, отлична от обстоятельств, установленных в рамках обособленного спора о признании действий конкурсного управляющего незаконными. Кроме того, арбитражный управляющий не может быть привлечен к ответственности в связи с изменением правоприменительной практики за действия, имевшие место до такого изменения. В спорный период коммунальные платежи были отделены от эксплуатационных; конкурсный управляющий направил расходы по расчетам должника с поставщиками и подрядчиками на удовлетворение требований по коммунальным и эксплуатационным платежам, необходимым для осуществления Фабрикой производственной деятельности; иное толкование эксплуатационных платежей было дано позднее в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2016. Таким образом, вина ФИО7 в причинении уполномоченному органу убытков отсутствует, поскольку в основу привлечения лица к ответственности не может быть положено изменение толкования законодательства в случаях, когда новое толкование дано после совершения спорного действия.

Как полагают заявители кассационных жалоб, у судов имелись существенные основания для применения пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшения размера ответственности арбитражного управляющего, так как увеличению убытков умышленно содействовал налоговый орган, обладавший полной информацией о движении денежных средств должника, и при этом в течение длительного периода не обращавшийся к конкурсному управляющему с требованием прекратить осуществление текущих платежей контрагентам в составе третьей очереди. Непредъявление уполномоченным органом требований о принудительном взыскании задолженности по уплате НДС и НДФЛ свидетельствует о его вине в возникновении убытков. По мнению заявителей, суды не исследовали вопрос об утрате налоговым органом возможности принудительного взыскания недоимки по уплате налогов за период до 2016 года, как безнадежной к взысканию, а также необоснованно приняли в качестве надлежащего неверный расчет убытков, представленный уполномоченным органом. При этом неуплата арбитражным управляющим НДФЛ и НДС не повлекла какого-либо уменьшения или утраты возможности увеличения конкурсной массы.

Заявители настаивают на пропуске уполномоченным органом срока исковой давности для обращения в суд с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего убытков и на неверном определении судами начала исчисления срока исковой давности с даты завершения в отношении Фабрики процедуры конкурсного производства, так как налоговый орган узнал о нарушении его прав в связи с приоритетным погашением равноочередных с НДС и НДФЛ платежей не позднее проведения 05.09.2016 собрания кредиторов, в ходе которого уполномоченному органу стало известно об отсутствии у Фабрики какого-либо имущества, за счет реализации которого возможно было удовлетворить, в том числе, и текущие требования.

Подробно доводы заявителей изложены в кассационных жалобах, в возражениях на отзывы уполномоченного органа и поддержаны их представителями в судебных заседаниях.

Представитель Партнерства в отзывах на кассационные жалобы и в ходе судебных заседаний поддержал позицию арбитражного управляющего и Росгосстраха. Представители уполномоченного органа в письменных отзывах на кассационные жалобы и в судебных заседаниях отклонили доводы заявителей жалоб, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, не обеспечили явку представителей в судебные заседания, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа определениями от 24.11.2021, 28.12.2021 и 01.02.2022 откладывал рассмотрение кассационной жалобы ФИО7 по правилам частей 3 – 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также определением от 10.01.2022 с целью обеспечения участникам процесса присутствовать в судебном заседании посредством видеоконференц-связи перенес дату и время рассмотрения кассационной жалобы арбитражного управляющего на 01.02.2022. Определением от 14.01.2022 суд округа принял к производству кассационную жалобу Росгосстраха на решение от 15.04.2021 и постановление от 20.08.2021.

В судебном заседании, проведенном 01.03.2022, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 04.03.2022.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные заседания 24.11.2021, 28.12.2021, 01.02.2022 и 01.03.2022 проведены с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ивановской области.

Законность решения Арбитражного суда Ивановской области от 15.04.2021 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав арбитражного управляющего ФИО7, ее представителя и представителей Россгосстраха, Партнерства и уполномоченного органа, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Ивановской области решением от 25.03.2014 по делу № А17-4756/2015 признал Фабрику несостоятельной (банкротом) и открыл в отношении ее имущества конкурсное производство, утвердив конкурсным управляющим имуществом должника ФИО7; определением от 19.06.2019 завершил в отношении Фабрики процедуру конкурсного производства.

Посчитав нарушение конкурсным управляющим очередности погашения текущих платежей по НДС и НДФЛ в связи с неправомерным отнесением к платежам третьей очереди текущих платежей (к эксплуатационным, коммунальным платежам) расчетов должника с поставщиками и подрядчиками, подлежавшими удовлетворению в составе четвертой очереди текущих платежей, повлекшими причинение убытков уполномоченному органу, последний обратился в суд с настоящим иском. Как указал уполномоченный орган, арбитражный управляющий ФИО7 допустила нарушение очередности четвертой очереди текущих платежей, повлекшее неуплату должником НДС и НДФЛ в сумме 19 327 919 рублей 04 копеек.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

То есть задачей арбитражного управляющего является обеспечение правовыми средствами справедливого баланса интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, достижение целей процедуры банкротства.

В статье 129 Закона о банкротстве определено, что конкурсный управляющий исполняет установленные данным законом обязанности, в частности, по ведению реестра требований кредиторов, распоряжению имуществом должника в порядке и на условиях, установленных законом, включая его реализацию на торгах, по проведению расчетов с кредиторами в соответствии с положениями Закона о банкротстве.

По правилам пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В третьем абзаце пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в виде взыскания убытков.

При рассмотрении вопроса о причинении арбитражным управляющим убытков следует установить, проявил ли конкурсный управляющий заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 19.07.2009 № 195-ФЗ, действовавшей на дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства) в третью очередь удовлетворяются требования по коммунальным платежам, эксплуатационным платежам, необходимым для осуществления деятельности должника; в четвертую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам. Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности. 

Исходя из положений Закона о банкротстве, целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Достижение указанной цели возлагается на конкурсного управляющего, который осуществляет полномочия руководителя должника и иных его органов управления и действует в пределах, в порядке и на условиях, установленных названным законом. Несмотря на то, что задачами арбитражного управляющего в процедуре конкурсного производства являются последовательные мероприятия по формированию конкурсной массы путем выявления и реализации имущества (активов) должника для расчетов с кредиторами, запрета на осуществление должником-банкротом хозяйственной деятельности Закон о банкротстве не содержит. 

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, конкурсный управляющий в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника, в том числе целесообразность дальнейшего функционирования хозяйствующего субъекта, учитывая, в частности, исключение возможности необоснованного простоя имущества, которое может приносить доход в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовке к реализации, наличие объективных предпосылок к продаже предприятия как единого имущественного комплекса либо осуществления процедуры замещения активов и т.п. Срок, в течение которого может сохраняться производственная деятельность должника, должен соотноситься с периодом времени, необходимым и достаточным для выполнения эффективным арбитражным управляющим всех предусмотренных законом процедур, направленных на отчуждение принадлежащих должнику объектов в целях проведения расчетов с кредиторами. 

В любом случае, отнесение всех расходов, непосредственно формирующих цепочку технологического процесса по производству и реализации продукции должника, к эксплуатационным платежам и их приоритет перед обязательными платежами противоречит принципам очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов. Такой подход, по сути, легализует схему уклонения от уплаты налогов и создает для должника необоснованные преимущества перед другими участниками рынка, предоставляя возможность на протяжении длительного времени вести производственную деятельность в процедуре конкурсного производства, не уплачивая обязательные платежи.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 40.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», суд вправе признать законным отступление конкурсного управляющего от очередности, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве, если это необходимо исходя из целей соответствующей процедуры банкротства, в том числе для недопущения гибели или порчи имущества должника либо предотвращения увольнения работников должника по их инициативе. 

При этом по смыслу приведенных разъяснений управляющий должен доказать наличие экстраординарных оснований для отступления от установленной законом очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим обязательствам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.09.2017 № 309-ЭС17-12186). Основополагающим критерием законности таких выплат являются добросовестные и разумные действия арбитражного управляющего в интересах должника и его кредиторов.

Таким образом, допускаемое отступление от порядка погашения текущих обязательств, установленного федеральным законодателем, является исключительным в деятельности управляющего, обязанного действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, не предоставляя ему право самостоятельного, по своему усмотрению, определять цели расходования денежных средств должника.

В рассмотренном случае факт неправомерного поведения ФИО7 при осуществлении полномочий конкурсного управляющего должника установлен вступившим в законную силу судебным актом.

Арбитражный суд Ивановской области определением от 06.12.2017 по делу № А17-4756/2013, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2018 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.07.2018, признал незаконными действия конкурсного управляющего Фабрики ФИО7, выразившиеся в неправомерном отнесении текущих расходов по расчетам с поставщиками и подрядчиками к эксплуатационным платежам с удовлетворением их в составе третьей очереди текущих платежей, что повлекло нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам и, соответственно, прав уполномоченного органа как текущего кредитора четвертой очереди.

Верховный Суд Российской Федерации определением от 12.11.2018 отказал в передаче кассационной жалобы на определение суда первой инстанции от 06.12.2017 и на постановления апелляционного суда и Арбитражного Суда Волго-Вятского округа от 11.04.2018 и 19.07.2018 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам.

При рассмотрении указанного обособленного спора суды установили, что произведенные конкурсным управляющим ФИО7 расчеты с поставщиками и подрядчиками в составе третьей очереди текущих платежей не являлись необходимыми исходя из целей процедуры банкротства (реализации имущества должника и удовлетворение требований кредиторов), в том числе для недопущения гибели или порчи имущества, произведения расчетов с работниками Фабрики. Напротив, продолжение производственной деятельности (при ее убыточности) способствовало наращиванию кредиторской задолженности, в том числе и перед работниками, что повлекло нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Данные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь по настоящему спору в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой правовая квалификация действий ФИО7 при проведении ею конкурсного производства в отношении Фабрики образует преюдицию в части принятия установленных преюдициальным судебным актом фактических обстоятельств, в связи с чем не могла не учитываться судами, рассматривающими спор о взыскании убытков. Иное привело бы к нарушению принципа правовой определенности и непротиворечивости судебных актов.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили, что ФИО7 в период осуществления полномочий конкурсного управляющего Фабрики необоснованно изменила очередность удовлетворения требований поставщиков и подрядчиков с четвертой очереди на третью и производила платежи контрагентам с нарушением очередности, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве; размер убытков определен налоговым органом исходя из неуплаченных должником НДС и НДФЛ в сумме              19 327 919 рублей 04 копеек, подлежавших удовлетворению в составе четвертой очереди текущих требований, задолженность по которым могла быть погашена в случае соблюдения очередности удовлетворения текущих требований.

Суды приняли во внимание, что у Фабрики отсутствовало в собственности какое-либо движимое или недвижимое имущество; должник осуществлял хозяйственную деятельность на арендуемом им оборудовании и в арендуемых помещениях, в связи с чем нес дополнительные расходы; продолжение убыточной хозяйственной деятельности Фабрики в процедуре конкурсного производстве вела к постоянному увеличению текущей задолженности. 

С учетом изложенного суды посчитали, что действия конкурсного управляющего по отнесению расходов на оплату задолженности перед поставщиками и подрядчиками к третьей очереди удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам нельзя признать добросовестными, разумными и совершенными в интересах должника и его кредиторов. При этом в ходе конкурсного производства у Фабрики образовалась текущая задолженность по уплате НДС и НДФЛ в сумме 19 327 919 рублей 04 копеек.

Уточненный налоговым органом расчет убытков в сумме 19 327 919 рублей 04 копеек соответствует расчету, представленному ФИО7 в судах предыдущих инстанций, проверен судами и признан верным.

При этом ФИО7, являясь конкурсным управляющим, осуществляющим полномочия руководителя Фабрики, должна была располагать сведениями о неисполненных текущих обязательствах должника по уплате налогов. Именно на конкурсного управляющего, как на руководителя организации должника, Законом о банкротстве возложена обязанность по направлению распоряжений о погашении существующей задолженности по текущим платежам.

Учет вины потерпевшего в случае наступления ответственности вследствие причинения вреда регулируется статьей 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 2 которой, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Из приведенной нормы следует, что как умысел, так и грубая неосторожность потерпевшего должна быть доказана причинителем вреда. Между тем таких доказательств арбитражный управляющий в материалы дела не представил.

Ссылка заявителей кассационных жалоб на невозможность ретроспективного применения судебной практики не может быть принята во внимание, поскольку судебная практика не является нормативным актом, не регулирует общественные отношения, а отражает сложившийся правовой подход к разрешению споров и направлена на формирование единообразия правоприменения.

Довод заявителей жалоб о необходимости исчисления начала течения срока исковой давности с даты проведения собрания кредиторов Фабрики подлежит отклонению, как несостоятельный.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (потерпевшего). Следовательно, исковая давность не может течь до появления у потерпевшего права на иск, а право на иск не возникает ранее момента, в который истец должен был узнать о нарушении ответчиком защищаемого этим иском права.

Появление у потерпевшего права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу начинает течь срок исковой давности.

Вместе с тем убытки могут быть взысканы в судебном порядке при одновременной доказанности потерпевшим наличия убытков, противоправности поведения причинителя убытков, причинной связи между содеянным и возникшими убытками. Отсутствие одного из указанных элементов не дает потерпевшему право на иск в материальном смысле, иск для него становится заведомо бесперспективным.

В рассмотренном случае до того момента, пока текущие требования налогового органа могли быть погашены за счет конкурсной массы, отсутствовал состав правонарушения арбитражного управляющего по отношению к уполномоченному органу, так как его действиями последний не был лишен возможности получить денежные средства с должника. Следовательно, по требованию к ФИО7 начало течения срока исковой давности следует исчислять с момента, когда уполномоченный орган получил реальную возможность узнать о том, что его текущие требования окончательно не смогут быть погашены в связи с отсутствием в конкурсной массе денежных средств.

Данный вывод согласуется с правовой позицией, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487.

Как справедливо отметили суды обеих инстанций, о наличии убытков от противоправных действий конкурсного управляющего налоговому органу не могло быть известно ранее момента принятия последнего судебного акта, которым зафиксирована утрата им возможности на получение задолженности по налоговым платежам за счет имущества должника, то есть определения от 21.08.2018 по делу № А17-4756/2013 о завершении в отношении Фабрики процедуры конкурсного производства.

Норма пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которую ссылаются заявители кассационных жалоб, не применима к спорным правоотношениям, поскольку находится в главе 25 кодекса «Ответственность за нарушение обязательств» и регулирует правоотношения, связанные с причинением убытков, возникших в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства. Ответственность за причинение убытков незаконными действиями арбитражного управляющего носит внедоговорный (деликтный) характер, то есть является ответственностью из причинения вреда. Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению правила главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие причинения вреда», а также иные нормативные положения, регулирующие деликтную ответственность.

Судебные акты, на которые ссылаются заявители жалоб, не свидетельствуют о нарушении судами единообразия практики, так как основаны на иных фактических обстоятельствах, установленных при рассмотрении каждого конкретного дела с учетом представленных доказательств.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения судов двух инстанций и получили надлежащую правовую оценку. Несогласие подателей жалоб с проведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела сводится к переоценке установленных по делу обстоятельств. Переоценка установленных судами предыдущих инстанций фактов, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационных жалоб относится на заявителей.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда Ивановской области от 15.04.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 по делу № А17-8203/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО7 и публичного акционерного общества «Страховая компания «Росгосстрах» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

О.Н. Жеглова

Л.В. Кузнецова