ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-41673/2021

город Ростов-на-Дону

29 августа 2024 года

15АП-9351/2024

                                                                                                                15АП-9352/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 августа 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Гамова Д.С., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 21.04.2023,

ФИО4 и ее представитель ФИО5 по доверенности от 11.10.2023; ФИО4,

ФИО6 и его представитель ФИО7 по доверенности от 11.04.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО6, ФИО4 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.05.2024 по делу № А53-41673/2021 о признании сделки недействительной по заявлению финансового управляющего ФИО4 ФИО8 к ФИО6 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник) Финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки - договор купли-продажи заключен 20.06.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО6 (далее - ответчик).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.05.2024 по делу № А53-41673/2021 признан недействительным договор купли-продажи от 20.06.2017, заключенный между ФИО4 и ФИО6, в отношении земельного участка общей площадью 474 +/- 8 кв. м с кадастровым номером 61:44:0031979:12 и жилого дома общей площадью 65 кв. м с кадастровым номером 61:44:0050288:115, расположенных по адресу: 

<

...>. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника ФИО4 земельный участок общей площадью 474 +/- 8 кв. м с кадастровым номером 61:44:0031979:12 и жилой дом общей площадью 65 кв. м с кадастровым номером 61:44:0050288:115, расположенные по адресу: 

<

...>. Распределены судебные расходы.

ФИО4 и ФИО6 обжаловали определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просили отменить судебный акт, принять новый.

Определением от 20.08.2024 в составе суда произведена замена судьи Димитриева М.А. на судью Сулименко Н.В. в связи с нахождением судьи Димитриева М.А. в отпуске.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Суд огласил, что от ФИО4 через канцелярию суда поступили письменные пояснения с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: копии расшифровки разговора ФИО10 с ФИО9; копии выписки по лицевому счету вклада ФИО10; копии письма ФИО3 от 02.10.2017 г.; копии листов 73-75 Приговора 17.03.2021 по делу №1-21-2021; копии протокола допроса подозреваемого ФИО10 от 26.05.2017 г.; копии расписки ФИО10 от 02.12.2016 г.; копии протокола осмотра место происшествия от 20.01.2017 г.; копии протокола обыска от 26.05.2017 г.; копии нотариально удостоверенного заявления ФИО11; копии договора купли-продажи жилого дома с земельным участком по адресу ул. 17 Линия, д. 71 от 15.01.2019 г.; копии договора купли-продажи жилого дома по адресу ул. 17 Линия, д. 72 от 02.03.2022 г.; копии договора купли-продажи жилого дома по адресу ул. 17 Линия, д. 74 от 20.06.2017 г.; копии договора инвестирования от 23.11.2015 г.; копий актов приема передачи денежных средств от 23.11.2015 г., от 03.12.2015 г., от 24.12.2015 г., от 25.12.2015 г., от 28.12.2015 г., от 01.03.2016 г., от 25.04.2016 г.; копии протокола принятия устного заявления о преступлении от 20.01.2017 г.; копии протокола получения объяснения от 06.02.2017 г.; копии протокола допроса обвиняемого от 02.06.2017 г.; копий требований прокуратуры Пролетарского района от 17.04.2018 г., от 26.07.2018 г., от 21.01.2019 г., от 06.05.2019 г., фотографий домом №№ 71, 72, 74 по ул. 17 Линия.

Представитель ФИО2 возражал против приобщения дополнительных документов.

Представитель ФИО6 не возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить письменные пояснения к материалам дела, ходатайство о приобщении дополнительных доказательств удовлетворить. Суд приобщил дополнительные документы к материалам дела, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

В ходе рассмотрения апелляционных жалоб ФИО4 заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Представитель ФИО4 поддержал ранее заявленное ходатайство.

Представитель ФИО6 поддержал заявленное ходатайство.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения ходатайств.

Суд, совещаясь на месте, определил: рассмотреть ходатайства в совещательной комнате.

В судебном заседании представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении доказательства направления копии отзыва на апелляционную жалобы ФИО6

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить к материалам дела доказательство направления копии отзыва на апелляционную жалобы.

Представитель ФИО6 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: копии договора купли-продажи транспортного средства от 06.05.2017; заключенного между ФИО6 и ФИО12, копии ответа МИФНС № 25 по Ростовской области на обращение от 25.07.2024; сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица в отношении ФИО6 по состоянию на 01.07.2024 г.; копии договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 15.01.2019 г.; копии технического паспорта жилого дома по адресу ул. 17 Линия, д. 71; копий выписок из ЕГРН в отношении объектов недвижимости по адресу ул. 17 Линия, д. 71.

Представитель ФИО2 возражал против приобщения дополнительных документов.

Представитель ФИО4 не возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд, совещаясь на месте, определил: ходатайство о приобщении дополнительных доказательств удовлетворить. Суд приобщил дополнительные документы к материалам дела, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Представитель ФИО4 заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью ознакомления с поступившими дополнительными документами.

Суд, совещаясь на месте, определил: рассмотреть ходатайства в совещательной комнате.

ФИО4 и ее представитель поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

ФИО6 и его представитель поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Рассмотрев ходатайство о назначении судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо, если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу указанной нормы назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Признав, что основания для назначения экспертизы отсутствуют либо проведение ее нецелесообразно, суд с учетом совокупности имеющихся в деле доказательств вправе отказать в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы по делу. Вопрос о назначении судебной экспертизы относится к исключительной прерогативе суда и разрешается в каждом отдельном случае судом самостоятельно.

Таким образом, оснований для проведения по делу судебных экспертиз суд апелляционной инстанции не усматривает, установив, что имеющиеся в деле доказательства позволяют суду рассмотреть спор по существу, необходимость и основания для проведения судебных экспертиз отсутствуют.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

В силу названных норм отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

В удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства отказано судом апелляционной инстанции, поскольку предусмотренные частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для этого основания отсутствуют. При этом судебная коллегия не усматривает препятствий для рассмотрения жалоб по существу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением от 18.05.2022 (резолютивная часть 11.05.2022) суд признал обоснованным заявление ФИО2, в отношении ФИО4 открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве, – реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 93(7294) от 28.05.2022.

Решением Арбитражного суда Ростовской области 01.09.2022 (резолютивная часть от 25.08.2022) ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО8.

В ходе анализа сделок должника финансовый управляющий установил, что в июне-июле 2017 г., ФИО4 совершила действия по отчуждению принадлежащего ей на праве собственности имущества: земельный участок общей площадью 474 кв.м. с кадастровым номером 61:44:0031979:12 и жилой дом общей площадью 65 кв.м. с кадастровым номером 61:44:0050288:115, расположенные по адресу: 

<

...>, дата прекращения права – 20.07.2017 – в пользу ФИО6

Полагая, что в результате совершения оспариваемой сделки по отчуждению недвижимого имущества, причинен имущественный вред конкурсному кредитору ФИО2, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые могли участвовать в формировании конкурсной массы, финансовый управляющий должника обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции установив, что оспариваемая сделка по продаже недвижимого имущества, при наличии задолженности перед кредиторами, направлена на уменьшение активов должника и свидетельствует о злоупотреблении лицами, совершившими данную сделку, своими правами, признает ее недействительной на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как не соответствующей требованиям статьи 10 названного Кодекса.

В обоснование своей позиции суд сослался на пункт первый постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» и пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 года № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» в части того, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, целью отчуждения имущества являлась попытка выведения из собственности ликвидного имущества и сделка совершена по цене в 2,09 раза ниже кадастровой стоимости. Рыночная стоимость земельного участка и жилого дома на дату сделки составляла на 60% больше, чем сумма, указанная в спорном договоре.

Повторно исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1.) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор купли-продажи заключен 20.06.2017, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРП - 22.06.2017, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 24.01.2022, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Ввиду того, что определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ при наличии признаков ее подозрительности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует действующему правовому регулированию.

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Суд при проверке наличия в действиях участников сделки признаков возможного злоупотребления правом, не установил правовых оснований для признания спорных сделок недействительными на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума N 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума N 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 года № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда.

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе и по отношению к - другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Таким образом, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 года № 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факт злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки ( пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 года № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что основанием для введения в отношении должника процедуры банкротства явилось заявление ФИО2 о признании должника банкротом в связи с наличием задолженности в размере 13 655 777,25 рублей.

Данные требования возникли на основании приговора Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 17.03.2021, вступившим в законную силу 03.06.2021, на основании которого ФИО4 (ИНН 

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>) признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК РФ. С ФИО4 в пользу потерпевшего ФИО2 солидарно с ФИО10 взыскана денежная сумма в счет возмещенного причиненного материального ущерба в размере 13 670 000 рублей.

Как указывает управляющий, 20 июня 2017 г. ФИО4 совершила сделку по отчуждению спорного имущества в целях того, чтобы в случае вынесения в отношении неё обвинительного приговора, на имеющееся у неё имущество не было наложено взыскание, в том числе не был возмещен ущерб, причинённый её преступными действиями ФИО2

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Однако, финансовый управляющий не представил доказательства того, что ответчик при заключении оспариваемой сделки знал или должен был знать о том, что в отношении должника возбуждено уголовное дело, а также что у должника имеются признаки неплатежеспособности.

Поскольку в данном случае отсутствует признак заинтересованности сторон, заявитель должен был подтвердить наличие осведомленности о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, то есть об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в момент совершения сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Само по себе наличие у должника неисполненных денежных обязательств перед отдельными кредиторами не является безусловным основанием для квалификации признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества при оспаривании сделок должника.

В настоящем случаи ответчик является физическим лицом, в связи с чем неразумно возлагать на него обязанность по проведению широкого спектра мероприятий для установления финансового состояния должника (например, ознакомление на сайте службы судебных приставов с информацией о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах, на сайте судов о наличии дел с участием должника; запрос у должника справки из налогового органа о наличии (отсутствии) задолженности по обязательным платежами т.п.).

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств осведомленности ответчика о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемой сделки.

Исследовав фактические обстоятельства, связанные с оплатой за спорные объекты недвижимого имущества в размере 2 600 000 (земельный участок - 600 000 руб., жилой дом - 2 000 000 руб.), суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

При расчетах между физическими лицами в соответствии с положениями статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может подтверждаться распиской в получении исполнения. Гражданский кодекс Российской Федерации особых требований к форме расписки, в частности требования о ее составлении на отдельном листе, не устанавливает. Следовательно, стороны договора купли-продажи могут включить в текст договора положение о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами произведены полностью или что в момент подписания договора произошла передача денег между покупателем и продавцом.

Запрет на осуществление расчетов между физическими лицами при совершении бытовой сделки наличными денежными средствами законодательством Российской Федерации не установлен.

Из текста договора от 20.06.217 следует, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (п. 2.4).

При проверке факта оплаты покупателем имущества наличными денежными средствами судами применяются подходы, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", направленные на проверку фактического предоставления должнику денежных средств, наличия у стороны договора, передавшей наличные денежные средства, реальной финансовой возможности предоставить должнику - стороне договора наличные денежные средства.

Суд установил, что ответчик с 2004 года был официально трудоустроен в различных организациях, что подтверждается трудовой книжкой серии ТК № 1036351 от 11 августа 2004 года.

Обосновывая наличие финансовой возможности произвести оплату по договору, ответчик пояснил, что оплата по договору от 20.06.2017 производилась за счет денежных средств, полученных путем накопления в иностранной валюте и конвертированы в российский рубль на кануне оспариваемой сделки. Недостающая сумма в размере 750 000 предоставлена ФИО6 родителями.

Ответчик представил в материалы обособленного спора справку о проведении операции обмена валют, выданную Краснодарским филиалом ЗАО «КБ «Кедр» № 1574U6 от 04.02.2013 года, справка об операции с наличной иностранной валютой, выданной Московским филиалом ОАО «БКС Банк» № 005-02-Ф28-2024 от 01.03.2024, справка, выданной ФКБ «Акрополь» ЗАО в г. Ростов-на-Дону от 04.02.2013 года об операции с наличной иностранной валютой.

На основании ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 10.12.2003 года № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» установление требования об идентификации личности при купле-продаже физическими лицами наличной иностранной валюты, не допускается, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Сведения, идентифицирующими личность, могут быть внесены в документы, оформляемые при купле-продаже физическим лицом наличной иностранной валюты, по просьбе самого физического лица.

Исходя из положений инструкции Банка России от 16.09.2010 года № 136-И «О порядке осуществления уполномоченными банками (филиалами) отдельных видов банковских операций с наличной иностранной валютой и операций с чеками (в том числе дорожными чеками), номинальная стоимость которых указана в иностранной валюте, с участием физических лиц», требований об обязательном предоставлении документов, подтверждающих происхождением наличных денежных средств не предусмотрено.

Согласно п. 4.9. и 4.10 указанной Инструкции кассовый работник по окончании осуществления операции с наличной иностранной валютой обязан выдать физическому лицу документ, подтверждающий проведение этой операции. Подтверждающий документ формируется на основании записи электронного Реестра операций с наличной валютой отдельно по каждой операции.

Между тем на основании пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального Закона от 07.08.2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» банк обязан до приема на обслуживание идентифицировать клиента.

На основании пп.1 п.1 ст.6 данного закона, операция по покупке или продаже наличной иностранной валюты физическим лицом в сумме эквивалентной или превышающей 600 тыс. рублей подлежит обязательному контролю, в связи с чем банк проверяет происхождение данных денежных средств.

Соответственно, выданная АО «БКС Банк» 01.03.2024 года справка-подтверждение № 005-02-Ф28-2024 является надлежащим доказательством осуществления ФИО6 19 июня 2017 года банковской операции по обмену принадлежащих именно ответчику наличных средств в иностранной валюте.

Принимая во внимание выше изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ответчик подтвердил факт оплаты стоимости договора и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательства по договору купли-продажи от 20.06.2017.

При это суд апелляционной инстанции учитывает, что само по себе отсутствие у управляющего сведений об использовании должником денежных средств от продажи спорных объектов недвижимости, не может является основанием для признания сделки недействительной, так как это обстоятельство не свидетельствует о том, что должник не получил денежные средства. Более того, отсутствие у финансового управляющего доказательств расходования полученных должником денежных средств не может быть поставлено в вину ФИО6

Также финансовый управляющий указывает на заниженную стоимость имущества, поскольку сделка совершена на условиях цены в 2,09 раза ниже кадастровойстоимости (5 436 535 руб. / 2 600 000 руб.).

По мнению финансового управляющего, стоимость отчужденного имущества занижена многократно, что само по себе является подозрительной сделкой по признаку неравноценности встречного предоставления и по признаку цели причинения вреда кредиторам.

Для определения рыночной стоимости имущества, отчужденного по договору от 20.06.2017, определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.10.2023 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Компания ВЕАКОН-АрсГор» - эксперту ФИО13.

Перед экспертом поставлены вопросы:

- Какова рыночная стоимость земельного участка общей площадью 474+/-8 кв.м. с кадастровым номером 61:44:0031979:12, расположенного по адресу: 

<

...>, на дату сделки – 20.06.17?

- Какова рыночная стоимость жилого дома общей площадью 65 кв.м. с кадастровым номером 61:44:0050288:115, расположенного по адресу: 

<

...>, на дату сделки – 20.06.17?

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.12.2023 произведена замена судебного эксперта ФИО13 на эксперта ФИО14

13.02.2023 в суд поступило заключение судебного эксперта № 3-2024 от 07.02.2024. Согласно выводам эксперта стоимость имущества – 4 140 000 руб. (на 60% больше, чем сумма, указанная в спорном договоре) (т. 2, л.д. 1).

Между тем, отклонение в спорном договоре цены сделки на 60% по сравнению с рыночной стоимостью имущества не свидетельствует о существенности занижения цены сделки и не позволяет прийти к выводу о причинении вреда кредиторам.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что заключение эксперта составлено некорректно, содержит неточности в части подбора аналогов и методик проведения оценки, что в результате повлияло на определение стоимости.

Так, в экспертном заключении не были описаны правила отбора аналогов, сами аналоги были выбраны некорректно, с разным месторасположением и разными физическими характеристиками. Эксперт недостаточно исследовал рынок недвижимости. При расчёте стоимости земельного участка неправильно была применена корректировка (-33%) на наличие строения на земельном участке аналог № 4, в то время как должна быть применена корректировка + 33%.

При проведении оценки земельного участка с кадастровым номером 61:44:0031979:12 и жилого дома с кадастровым номером 61:44:0050288:115 экспертом не учтено, что район «Нахичевань» по ул. Советской (это продолжение ул. Б. Садовой) делится на «Верхнюю Нахичевань» – это четные Линии и «Нижнюю Нахичевань» – это нечетные Линии. Земельные участки и домовладения в «Верхней Нахичевани» пользуются повышенным спросом, особенно от пл. Театральной до ул. 20 Линия. «Нижняя Нахичевань» – это улицы, имеющие сильный уклон к р. Дон. И цены на недвижимость в районе «Нижняя Нахичевань» значительно ниже.

Кроме того, эксперт не обратила внимания на то, что эта тупиковая улица, которую перекрывает территория завода Газового оборудования, занимающая площадь – 4,4 га, что также влияет на ценообразование и уровень спроса.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом в силу части 5 указанной статьи никакие доказательства, в том числе заключение эксперта, не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Вместе с тем, ответчиком и должником заявлены возражения в отношении экспертного заключения, в подтверждение неверного определения стоимости спорной недвижимости в связи с применением несравнимых аналогов, ФИО4 представлено объявление о продаже дома № 63/28 по улице 17-я линия в г. Ростове-на-Дону, т.е. на квартал ближе к ул. Листопадова от спорного домовладения.

Согласно сведениям сайта Авито информация обновлена 17 июня 2024 г., за это время публикация просмотрена 812 раз и дом до сих пор не продан, при том, что цена на сегодняшний день указана в размере 3 000 000 рублей (https://www.cian.ru/sale/suburban/296089542/).

Учитывая изложенные обстоятельства, вывод суда первой инстанции о том, что сделка заключена по цене, явно не соответствующей рыночной стоимости недвижимого имущества противоречит фактически сложившимся ценам на свободном рынке недвижимости.

Отклоняя довод финансового управляющего о заниженной стоимости спорных объектов, судебная коллегия также учитывает, что дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 24.01.2021, оспариваемый договор купли-продажи заключен 20.06.2017 (переход права собственности 22.06.2017), то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Между тем, приведенный довод финансовым управляющего о неравноценности встречного предоставления могут являться основанием для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

При этом в рамках настоящего спора установлено, что оспариваемый договор совершен на условиях встречного предоставления. Финансовым управляющим не доказана аффилированость (заинтересованность) ответчика - ФИО6 и должника, в том числе в материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности ФИО6 о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 и наличии признаков неплатежеспособности должника.

Обосновывая применение при оспаривании сделки должника положений статьи 170 ГК РФ, финансовый управляющий ссылается на совершение сделок лишь для виды без фактической передачи во владение и пользования объекта покупателю (ответчику). В связи с этим, финансовый управляющий указывает на сохранение за должником правомочий собственника и фиктивное заключение договоров с целью его сокрытия от кредиторов.

Оценивая заявленные финансовым управляющим доводы о мнимости договора купли-продажи, суд апелляционной инстанции учитывает, что исходя из пункта 1 статьи 170 Кодекса, мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Для сделок купли-продажи правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора. Согласно пункту 1 статьи 551 Кодекса переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации. В силу пункта 2 статьи 223 Кодекса в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

В рассматриваемом случае оспариваемые договоры совершены на условиях встречного предоставления. Договоры зарегистрированы в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области.

Отклоняя доводы финансового управляющего должники о мнимости сделки, как несостоятельные судебная коллегия также учитывает, что материалы дела представлены доказательства исполнения данной сделки. Так, исполнение выражено в передаче ответчику объектов недвижимости, оплате им денежных средств должнику, осуществление ФИО6 платежей в пользу ресурсоснабжающих организаций и предусмотренные законом налоги, выполнение строительных и ремонтных работ, направленные на улучшение качества жилья и земельного участка, ответчик зарегистрирован и в настоящее время проживает в приобретенном домовладении, о чем свидетельствует копия паспорта ответчика с отметкой о регистрации с 30.06.2017 по адресу: 

<

...>. Данные обстоятельства свидетельствуют о фактическом вступлении во владение спорным имуществом.

Соответственно, сторонами исполнены принятые на себя по договорам обязанности, а сами договоры прошли государственную регистрацию. В свою очередь, исполненная сторонами сделка не является мнимой (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка - сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Однако из материалов дела не следует, что стороны стремились к отличному от указанного в договоре результату. Данный факт подтверждается фактическим исполнением договоров, осуществлением государственной регистрации перехода права собственности к покупателю (по каждому договору). Финансовым управляющим не доказано и материалами дела не подтверждается несовпадение действительного волеизъявления сторон с их внутренней волей.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В материалах дела не содержится доказательств недобросовестного поведения сторон оспариваемой сделки. Финансовым управляющим не приведено разумных и убедительных доводов относительно поведения сторон, позволяющих констатировать мнимый характер сделок.

Также финансовым управляющим должника не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что, заключая договор от 20.06.2017, стороны преследовали какие-либо иные цели помимо тех, которые предусмотрены его условиями.

Исследовав обстоятельства обособленного спора, суд пришел к выводу о том, что при отсутствии доказательств того, что стороны не намеревались создать соответствующие условиям сделки правовые последствия или не имели намерений ее исполнять и требовать исполнения, а преследовали одну единую противоправную цель отсутствуют, напротив, все действия и поведение сторон свидетельствуют о реальности заключения указанных сделок.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление ВАС РФ № 32).

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если сделка не имеет иных дефектов, кроме предусмотренных специальными основаниями Закона о банкротстве, то она не может быть одновременно признана ничтожной.

Иной подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве.

Между тем, приведенные доводы финансового управляющего являются основанием для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий ссылается лишь на обстоятельства, необходимые для признания сделки недействительной по основанию статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, следовательно, основания для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, установив, что оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности для признания сделок недействительными, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и управляющим не доказано наличие у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, в удовлетворении заявления следует отказать.

Ссылки конкурсного кредитора – ФИО2 на постановления Пятнадцатого апелляционного суда от 10.10.2023 и 08.04.2024 по настоящему делу подлежит отклонению, поскольку указанные конкурсным кредитором судебные акты приняты судом с учетом конкретных обстоятельств дела, которые не являются схожими с рассматриваемыми в настоящем обособленном споре по делу.

В указанных судебных актах суд установлено, что оспариваемы финансовым управляющим сделки (договоры дарения нежилого помещения от 14.06.2017 и договор дарения земельного участка с жилым домом от 14.06.2017) заключены с заинтересованным лицом к должнику (должник - ФИО4 является матерью ответчика - ФИО15 (Гордиловой) Я.А.). Также, в рамках указанных обособленных споров судом апелляционной инстанции также установлено, что согласно представленному приговору на странице 39 указано, что ответчик – ФИО16 работала у ФИО4 риэлтором. Кроме того, ответчик присутствовала при передаче денег ФИО2 (абзац 1 страницы 40 приговора). Таким образом, заключая оспариваемые договоры дарения, должник и дочь должника не могли не осознавать, что их действия направлены на уменьшение объема принадлежащего должнику имущества в целях уменьшения последующей вероятности обращения взыскания на имущество ФИО4 в целях возмещения ущерба, причиненного преступлением.

При этом в рамках настоящего спора установлено, что оспариваемый договор совершен на условиях встречного предоставления.

Финансовым управляющим также не доказана аффилированость (заинтересованность) ответчика - ФИО6 и должника, в том числе в материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности ФИО6 о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 и наличии признаков неплатежеспособности должника.

В соответствии с пунктами 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права; несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела.

Поскольку суд первой инстанции пришел к выводам не соответствующим обстоятельства дела, определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.05.2024 по делу № А53-41673/2021 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе финансовому управляющему в удовлетворении требования.

В силу ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Подпунктом 9 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ установлен размер государственной пошлины, уплачиваемой при подаче в арбитражные суды заявления об обеспечении иска - 3 000 рублей.

В абзаце 4 пункта 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации) (6 000 руб.).

В соотвествии с пп. 12. п. 1 статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы на судебный акт, принятый по результатам рассмотрения в деле о банкротстве заявления о признании сделки недействительной, подлежит уплате государственная пошлина в размере 3 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 59 Закона о банкротстве, в случае, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом или соглашением с кредиторами, все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена, расходы на включение сведений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений в порядке, установленном статьей 28 названного Федерального закона, и расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим в деле о банкротстве и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

Таким образом, расходы финансового управляющего должны впоследствии быть покрыты за счет конкурсной массы должника.

Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора судом первой инстанции финансовому управляющему предоставлены отсрочка уплаты государственной пошлины как за подачу заявления о признании сделки недействительной (6 000 руб.), так и за обращение с заявлением о принятии обеспечительных мер, поданного с заявлением о признании сделки недействительной (3 000 руб.), при подаче апелляционной жалобы должника не была оплачена госпошлина в сумме 3 000 руб., с должника за счет конкурсной массы в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 12 000 руб. (6000 руб. + 3000 руб. + 3000 руб.).

Кроме того, с ФИО4 за счет конкурсной массы в пользу ФИО6 следует взыскать 3 000 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО6 и ФИО4 о назначении по делу повторной судебной экспертизы отказать.

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.05.2024 по делу № А53-41673/2021 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 ФИО8 об оспаривании сделки должника отказать.

Взыскать с ФИО4 за счет ее конкурсной массы в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 12 000 руб. за рассмотрение заявления об оспаривании сделки должника и апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО4 за счет ее конкурсной массы в пользу ФИО6 3000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины за подачу апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                      Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                                                     Д.С. Гамов

 

Н.В. Сулименко