036/2018-44907(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-27651/2015

г. Краснодар

06 ноября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2018 года   Постановление в полном объеме изготовлено 06 ноября 2018 года  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Илюшникова С.М., судей Гиданкиной А.В. и Калашниковой М.Г., в отсутствие в  судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной  ответственностью «Специализированное управление № 25» (ИНН 6164289336,  ОГРН 1096164001867) – Котова Александра Александровича, кредиторов: Таегян Ольги  Владимировны, общества с ограниченной ответственностью «РостовДорСтрой»  (ИНН 6162063502, ОГРН 1126194011932), иных участвующих в деле лиц, извещенных о  времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения  информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев  кассационную жалобу Таегян Ольги Владимировны на определение Арбитражного суда  Ростовской области от 28.06.2018 (судья Авдякова В.А) и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 14.08.2018 (судьи Шимбарева Н.В.,  Стрекачёв А.Н., Сулименко Н.В.) по делу № А53-27651/2015, установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Специализированное  управление № 25» (далее – должник) ООО «РостовДорСтрой» (далее – общество)  обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  (далее – реестр) 150 тыс. рублей задолженности (уточненные требования).  

Определением суда 28.06.2018, оставленным без изменения постановлением  апелляционной инстанции от 14.08.2018, в удовлетворении заявленных требований  отказано. Судебные акты мотивированы пропуском срока исковой давности, о  применении которой заявил должник, и в связи с имеющейся заинтересованностью  должника и общества.  

В кассационной жалобе Таегян О.В. просит отменить обжалуемые судебные акты,  вопрос направить на новое рассмотрение. По мнению заявителя, суды неправильно  применили нормы материального и процессуального права; выводы судов ошибочны.  

Отзывы на кассационную жалобу в суд не поступили.  

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что  кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.  

Как видно из материалов дела, решением от 21.09.2017 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден Котов Александр Александрович.  Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства  опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30.09.2017 № 182.  

Суды установили следующие обстоятельства. Определением Арбитражного суда  Ростовской области от 12.05.2016 в отношении общества введена процедура внешнего  управления, внешним управляющим утвержден Баштанарь О.О. В ходе осуществления  анализа имеющейся документации должника, в том числе выписок о движении денежных  средств по расчетным счетам общества, внешний управляющий выявил подозрительные  операции по перечислению денежных средств в пользу должника, не находящие  документального подтверждения исполнения обязательств со стороны должника. Так,  установлено, что должнику с расчетного счета общества, открытого в ФАКБ  «Инвестгоргбанк», перечислены краткосрочные займа в размере 260 тыс. рублей.  

Ссылаясь на то, что должник задолженность не оплатил (займы не возвратил),  общество обратилось в суд с заявлением. Отказывая в удовлетворении требования  общества, суды правомерно руководствовались следующим.  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в  соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении  должника. Проверка обоснованности и установление размера требований кредиторов в  конкурсном производстве осуществляется согласно пункту 1 статьи 142 Закона о  банкротстве в порядке, установленном статьей 100 Закона.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено следующее. В силу пунктов 3 – 5 статьи  100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов  осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований  

между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При  установлении требований кредиторов судам следует исходить из того, что  установленными могут быть признаны требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Суды установили, что общество перечислило должнику денежные средства в  размере 100 тыс. рублей с указанием в назначении платежа – выдача краткосрочного  процентного (9%) займа по договору от 14.04.2014 № 14/04/2014-1, в размере  10 тыс. рублей с назначением платежа – выдача краткосрочного процентного (9%) займа  по договору от 14.04.2014 № 14/04/2014-1, 150 тыс. рублей – выдача краткосрочного  процентного (9%) займа по договору от 14.04.2014 № 28/04/2014-1.  

Суды указали, что договоры займа в материалы данного обособленного спора  общество не представило.  

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  Гражданский кодекс) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в  собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные  родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег  (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и  качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной  денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского  кодекса). Согласно пункту 1 статьи 810 Гражданского кодекса заемщик обязан возвратить  займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены  договором займа.  

Суды установили, что во исполнение договора займа от 14.04.2014 № 14/04/2014-1  общество перечислило должнику 100 тыс. рублей с указанием в назначении платежа –  выдача краткосрочного процентного (9%) займа по договору от 14.04.2014   № 14/04/2014-1, 10 тыс. рублей с указанием в назначении платежа – выдача  краткосрочного процентного (9%) займа по договору от 14.04.2014 № 14/04/2014-1. Во  исполнение договора займа от 14.04.2014 № 28/04/2014-1 общество перечислило  должнику 150 тыс. рублей с указанием в назначении платежа – выдача краткосрочного  процентного (9%) займа по договору от 14.04.2014 № 28/04/2014-1.  

В суде первой инстанции конкурсный управляющий должника заявил о пропуске  обществом срока исковой давности.  

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право  которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года.  Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо  от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении  которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об  отказе в иске. Срок исковой давности начинает течь для лица с момента, когда оно узнало  либо должно было узнать о нарушении своего права, в качестве такого срока в настоящем  деле следует считать срок выставления требования о полном досрочно погашении кредита  с учетом разумного срока на ожидание для принятия со стороны должника мер к  погашению долга (статьи 195, 196 и 199 Гражданского кодекса).  

Как следует из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» пропуск стороной по  делу срока исковой давности при наличии заявления надлежащего лица о ее применении  позволяет суду отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без  исследования иных обстоятельств дела.  

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики  применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» возражения на  требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются  средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом,  имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в  соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на  которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный  суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр  требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199  Гражданского кодекса).  

Установив, что сведения об основаниях и условиях передачи денежных средств  отсутствуют, суды пришли к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности для  общества начал течь с 14.04.2014 и с 28.04.2014 (т. е. со дня перечисления денежных  средств) и истек 15.04.2017 и 29.04.2017. Пропуск срока исковой давности является  самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления.  

Кроме того, при рассмотрении обоснованности заявленного требования суды  установили следующие обстоятельства аффилированности должника и общества.  Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями общества являются: Асеева Елена  

Николаевна (ИНН 616404580142), номинальная стоимость доли 3 тыс. рублей, дата  внесения записи в ЕГРЮЛ – 10.12.2012, Любаненко Олег Николаевич  

(ИНН 616851663640), дата внесения записи в ЕГРЮЛ – 06.08.2013, номинальная  стоимость доли – 1500 рублей, Таегян Ольга Владимировна (ИНН 616601888881),  номинальная стоимость доли – 1500 рублей, дата внесения записи в ЕГРЮЛ – 17.08.2015.  Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями должника являются: Асеева Елена  Николаевна (ИНН 616404580142), номинальная стоимость доли 3500 рублей, дата  внесения записи в ЕГРЮЛ – 27.05.2014, Таегян Ольга Владимировна  (ИНН 616601888881), номинальная стоимость доли – 3500 рублей, дата внесения записи в  ЕГРЮЛ – 17.08.2015. Кононенко Е.С. являлась учредителем общества с 10.12.2012 по  17.08.2015 с долей уставного капитала 30%, Асеева Е.Н. является учредителем общества с  10.12.2012 по настоящее время с долей уставного капитала 30%, Таегян О.В. – с  17.08.2015 с долей уставного капитала 30%. Учредителем должника Кононенко Е.С.  являлась с 23.07.2013 по 27.05.2014 с долей уставного капитала 50%, с 27.05.2014 по  17.08.2015 – 35%; Асеева Е.Н. – с 23.07.2013 по 27.05.2014 с долей уставного капитала  50%, с 27.05.2014 по 17.08.2015 – 35%; Таегян О.В. – с 17.08.2015 с долей уставного  капитала 30%. При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том,  что Асеева Е.Н. и Таегян О.В. в данном случае выступали учредителями как кредитора  

(с долей 45%), так и должника (с долей 70%). 

Суды обоснованно отметили, что в ситуации предъявления к должнику требований  кредитора, связанного с должником не только обязательственными, но и корпоративными  правоотношениями, сложившейся судебной практикой выработаны иные, нежели  установленные в пункте 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, критерии распределения бремени доказывания: при представлении  доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр)  и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед  аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства; в частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения  сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6).  

Такое распределение бремени доказывания обусловлено недопущением включения  в реестр необоснованных требований, созданных формально, в том числе путем  

искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства,  поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов  кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно  которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных)  кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными,  понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам  по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы  займа для целей банкротства. Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о  банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники,  предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.  

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только  такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством  (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т. д.), но также и обязательства,  которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности  таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и  существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале  должника). При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его  участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от  08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47  Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно  влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с  последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского  оборота, принятия стратегических управленческих решений и т. д.). Поэтому в случае  последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника  исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6  Гражданского кодекса) на такого участника подлежит распределению риск банкротства  контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное  управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности  противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. В этой  связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований  участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений,  сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального  кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление  должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может  

при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно  компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную  деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма  увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить  подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность  действовать в интересах кредиторов и должника.  

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного  капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса либо при установлении  противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского  кодекса, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием  статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на  корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит  бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско- правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции  займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления  финансирования на нерыночных условиях и т. д. (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2)).  

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся  доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения  участвующих в деле лиц, судебные инстанции правомерно указали, что общество не  обосновало отсутствие корпоративного характера отношений общества и должника,  наличие корпоративного конфликта не подтверждается документально. При таких  обстоятельствах, учитывая также заявление конкурсного управляющего должника о  пропуске обществом срока исковой давности, суды пришли к обоснованному выводу об  отказе во включении в реестр требований общества. Суды также учли, что до октября  2017 года общество с исковым заявлением о возврате суммы займа и с заявлением о  включении требований в реестр в суд не обращалось.  

Проверка материалов дела свидетельствует о том, что суды при рассмотрении  требования учли судебную практику по аналогичным спорам, правильно применили  

нормы материального права, достаточно полно и всесторонне исследовали  обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела;  выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам. Нарушений норм  процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены  судебных актов, не установлено. При таких обстоятельствах основания для  удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 28.06.2018 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2018 по делу   № А53-27651/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий С.М. Илюшников  Судьи А.В. Гиданкина  

 М.Г. Калашникова