ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А45-5423/2025

г. Новосибирск

15 января 2026 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 декабря 2025 года

Решение изготовлено в полном объеме 15 января 2026 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Волченского А. А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Тарабариным М. В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО1

к ФИО2 (г. Новосибирск) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Диджитал Медиа Групп» (ИНН 

<

***>),

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требвоаний относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Альянстранснефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>, 656015, г. Барнаул, а/я 808).

при участии представителя ответчика (онлайн): ФИО5 доверенность от 09.06.2025, паспорт, диплом.

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании судебных расходов.

Определением суда от 09.12.2025 произведена замена ИП ФИО3 его правопреемником – ФИО1 (далее – ФИО1).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ИП ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Альянстранснефть» (далее – ООО «АТН»), ФИО4 (далее – ФИО4).

В обоснование исковых требований истцом указано, что по делу, рассмотренному арбитражным судом Новосибирской области № А45-19482/2024 вынесен судебный акт о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Диджитал Медиа Групп» денежных сумм. Общество с ограниченной ответственностью «Диджитал Медиа Групп» исключено из Единого реестра юридических лиц как недействующее, в связи с чем ответчик, как единственный учредитель и директор общества должна нести субсидиарную ответственность по обязательствам общества, которые подтверждены вступившими в законную силу судебными актами.

Возражая против удовлетворения требований, ответчик указал, что Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2025 по делу № А45-9875/2025 установлены обстоятельства, исключающие ответственность ФИО2

Истец в судебное заседание представителя не направил, о времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал письменную позицию по заявленным требованиям.

Третье лицо ИП ФИО3 поддерживал позицию истца письменными объяснениями.

Дело рассматривается в отсутствие надлежаще уведомлённых третьих лиц – ООО «АТН», ФИО4, о времени и месте судебного разбирательства в порядке положений пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Арбитражный суд, выслушав представителей сторон, изучив доводы искового заявления, отзыва, исследовав представленные доказательства, которые стороны посчитали достаточным для рассмотрения дела по существу в соответствие со ст. 71 АПК РФ приходит к следующему.

В силу п.1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (п. 1 ст. 16 АПК РФ).

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (п. 2 ст. 69 АПК РФ).

В силу пункта 6 части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе вследствие причинения вреда другому лицу.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

Частью 1 статьи 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление от 23.06.2015 N 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно разъяснениям пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление от 24.03.2016 N 7) по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные требования к добросовестному и разумному поведению единоличного исполнительного органа общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей закреплены в пункте 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью).

Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Юридическое лицо ликвидируется по решению его учредителей (участников) или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительным документом, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано (пункты 1, 2 статьи 61 ГК РФ).

Оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или корпоративные права в отношении юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительным документом юридического лица (пункт 8 статьи 63 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Рассматривая вопрос о добросовестности, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 07.02.2023 N 6-П (далее - Постановление от 07.02.2023 N 6-П) указал, что стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления от 21.12.2017 N 53).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника (пункт 3 Постановления от 21.12.2017 N 53).

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

По смыслу приведенных выше законоположений и разъяснений, законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 Постановления от 21.12.2017 N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Оценка добросовестности поведения участников отношений предполагает необходимость учитывать специфику возникших между сторонами отношений, в рамках которого формирована задолженность, утрата возможности истребования которой причинила убытки кредитору.

Понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени "единого хозяйствующего субъекта" (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.6.2016 N 308-ЭС16-1475).

Как следует из материалов дела, требования истца мотивированы неисполнением судебных актов, вынесенных Арбитражным судом Новосибирской области по делу А45-19482/2024.

Так, истец указывал, что по делу № А45-19482/2024 вынесено решение от 15.10.2024 о взыскании с ООО «ДМГ» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3, г. Барнаул (ИНН 

<

***>) 299,02 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27.04.2024 по 16.05.2024 и далее по день фактического исполнения обязательства, расходы по уплате государсвтенной пошлины в размере 2 000 рублей.

В свою очередь, требования истца по указанному выше судебному, были основаны на судебном акте по делу А45-35639/2022, которым с ООО «ДМГ» в пользу ООО «АТН» была взыскана задолженность по обязательствам из договора услуг.

Поскольку деятельность ООО «ДМГ» прекращена, лицо исключено из ЕГРЮЛ, не исполнив свои обязательства, истец полагал, что ответчик должен отвечать по обязательствам в порядке субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2025 по делу № А45-9875/2025 (А45-45078/2024) установлено, что о притязаниях кредитора ФИО2 достоверно известно стало лишь к 2025 году.

Поскольку решение по делу N А45-35639/2022 не обжаловалось, а заявление о составлении мотивированного решения участвующие в деле лица не подавали, мотивированное решение арбитражный суд по данному делу не составлял (часть 2 статьи 229 АПК РФ). Представленная истцом резолютивная часть решения от 16.02.2023 не содержит указания на фактические обстоятельства, которые имели бы преюдициальную значимость для рассмотрения настоящего спора.

Совокупностью представленных ответчиком доказательств, включающих выписку по банковскому счету, книгу учета доходов и расходов, регистры бухгалтерского учета, договорную, передаточную и расчетную документацию, подтверждающую фактическое размещение светодиодных экранов, объективно необходимых для оказания услуг по размещению рекламы, оплаченных ООО "АТН", помимо актов об оказании услуг, подтверждается фактическое оказание ООО "ДМГ" услуг по размещению рекламы на светодиодных экранах в городе Барнауле в августе 2019 года и изготовлению двух рекламных роликов в декабре 2019 года и в феврале 2020 года.

Указанные услуги соответствовали основной хозяйственной деятельности по изготовлению и размещению рекламной продукции, осуществлявшейся ООО "ДМГ" в период, по меньшей мере, с апреля 2019 года по апрель 2020 года, что следует из сведений об основаниях поступления на банковский счет и перечисления с банковского счета денежных средств и о хозяйственных операциях, учтенных в книге учета доходов и расходов общества, применяющего упрощенный режим налогообложения.

В данный период ООО "ДМГ" обладало фактической возможностью оказания услуг по изготовлению и размещению рекламной продукции, имело в штате дизайнера и обладало доступом к средствам размещения наружной рекламы (светодиодным экранам), что следует из приказов о приеме на работу и увольнении дизайнера от 03.07.2019 и от 18.06.2020 соответственно, договора, соглашения о размещении светодиодных экранов, акта ввода в эксплуатацию светодиодного экрана, платежных документов об оплате услуг по размещению рекламы на светодиодных экранах.

Обстоятельства, исключающие возможность оказания ООО "ДМГ" услуг по размещению рекламы и изготовлению рекламных роликов, оплаченных ООО "АТН", не раскрыты ни при рассмотрении дела N А45-35639/2022, ни при рассмотрении настоящего дела.

Материалами дела подтверждено фактическое оказание ООО "ДМГ" услуг по размещению и изготовлению рекламной продукции на сумму 34 200 рублей, оплаченных ООО "АТН" по платежным поручениям от 30.07.2019 N 248, от 20.08.2019 N 276, от 13.12.2019 N 416, от 25.02.2020 N 50. Оказание услуг исключает вывод о существовании задолженности перед ООО "АТН" по возврату уплаченных за эти услуги денежных средств.

Приобретение истцом права требования к ООО "ДМГ" по договору уступки, заключенному с ООО "АТН" не создает самостоятельного основания предъявления исковых требований к контролировавшему ООО "ДМГ" лицу, поскольку за недействительность переданного требования отвечает цедент согласно пункту 1 статьи 390 ГК РФ.

Поскольку денежные средства уплачены ООО "АТН" за фактически оказанные ООО "ДМГ" в 2019 и 2020 годах услуги, истцом по договору уступки от 23.01.2024, заключенному с ООО "АТН", приобретено требование о возврате денежных средств, не существовавшее в момент уступки. В отсутствие основного долга по возврату неосновательного обогащения на указанную денежную сумме не подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами.

С учетом установленных судом обстоятельств, имеющих преюдициальное значение для разрешения спора по настоящему делу, действия истца по взысканию процентов за пользование чужими денежными средствами не находятся в причинной связи с поведением ФИО2 как лица, контролировавшего деятельность ООО "ДМГ" в период оказания им услуг, оплаченных ООО "АТН".

В связи с изложенным, исковые требования удовлетворению не подлежат.

По правилам ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (город Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (город Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Судья	А. А. Волченский