ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

02.05.2024

Дело № А40-39662/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена    16.04.2024

Полный текст постановления изготовлен  02.05.2024

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,

судей: Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.

при участии в заседании: не явились, извещены,

рассмотрев 16 апреля 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Гринвуд Энерджи»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2023 года 

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 30 января 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гринвуд Энерджи», 

 

 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 ООО «Гринвуд Энерджи» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гринвуд Энерджи».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.10.2023 (дата оглашения резолютивной части определения) требования в отношении ФИО3, ФИО4 выделены в отдельное производство. Рассмотрению подлежало заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Требования заявлены на основании положений п. 5 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) поскольку, по мнению заявителя, ответчик бездействовала, не подавала заявления в ФНС об устранении недостоверных сведений, что привело к причинению имущественного вреда кредиторам, а также помешало конкурсному управляющему оперативно разыскать активы должника и сформировать конкурсную массу, ФИО1 не предпринимала действий по истребованию транспортных средств из чужого незаконного владения и по взысканию арендной платы (неосновательного обогащения) за пользованием имуществом. Также конкурсный управляющий указал, что ответчик обязана была обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее сентября 2018 года, однако, поскольку такое заявление подано не было, ответчик подлежит привлечению к ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.012024, в удовлетворении заявления отказано.

Судами установлено, что ФИО1 являлась руководителем должника в период  с 19.05.2017 по 25.10.2021, участником с 19.05.2017 по настоящее время.

Суды установили, что в мае 2018 года от налогового органа получено уведомление о необходимости предоставления достоверных сведений в отношении юридического адреса ООО «Гринвуд Энерджи» (уведомления от 15.05.2018 и от 19.05.2018).

В целях недопущения внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об адресе ООО «Гринвуд Энерджи» были подготовлены документы о внесении изменений в ЕГРЮЛ и 16.06.2018 представлены в регистрирующий орган. Однако в государственной регистрации изменений было отказано в связи с наличием запрета на регистрацию любых изменений в регистрационные данные и учредительные документы ООО «Гринвуд Энерджи», принятого постановлениями судебного пристава-исполнителя от 16.01.2018 и от 29.03.2018 (решение ИФНС от 22.06.2018 об отказе в государственной регистрации).

08.08.2018 в Арбитражный суд города Москвы было направлено заявление ООО «Гринвуд Энерджи» о признании незаконными постановлений судебного пристава-исполнителя МО по ОИП УФССП России по г. Москве от 16.01.2018 и от 29.03.2018 об установлении запрета на регистрацию любых изменений в регистрационные данные и учредительные документы ООО «Гринвуд Энерджи». В удовлетворении заявленных требований было отказано решением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2018 по делу №А40-183963/2018, поскольку при рассмотрении дела судебным приставом-исполнителем в суд представлено постановление от 08.10.2018 об отмене запрета на внесение изменений в регистрационные данные ООО «Гринвуд Энерджи».

Между тем, запрет на внесение изменений в регистрационные данные ООО «Гринвуд Энерджи», принятый постановлением судебного пристава-исполнителя от 29.03.2018, так и не был отменен, в связи с чем в государственной регистрации изменений было отказано решением ИФНС от 28.05.2019 об отказе в государственной регистрации.

Таким образом, ФИО1 предпринимала необходимые действия для недопущения внесения налоговым органом в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об адресе ООО «Гринвуд Энерджи», при этом,  доказательств того, что указанными действиями (бездействием) причинены какие-либо убытки обществу в материалы дела представлено не было.

В материалы дела представлена копия решения Лефортовского районного суда города Москвы по делу № 2-1348/2023 от 31.05.2023, которым удовлетворены требования конкурсного управляющего должника об истребования имущества должника – транспортных средств, из чужого незаконного владения ФИО5, ФИО6, ФИО7 Возможность возврата имущества в конкурсную массу на настоящий момент не утрачена.

Конкурсный управляющий не пояснил и не раскрыл перед судом, рассматривающим обособленный спор по существу, какие конкретно действия ФИО1 привели к банкротству ООО «Гринвуд Энерджи». Арбитражный суд города Москвы, с которым согласился Девятый арбитражный апелляционный суд, установив, что доказательств реальности ко взысканию указанной в бухгалтерской отчетности должника дебиторской задолженности на сумму 760 тыс. руб. заявителем не представлено, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности или взыскания убытков по данному основанию.

Относительного довода о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гринвуд Энерджи» в связи с неисполнением обязанности по обращению в суд с заявление о банкротстве должника, судами установлено следующее.

Конкурсный управляющий указывает, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в августе 2018 года, ФИО1 в сентябре 2018 года должна была обратиться в арбитражный суд с заявлением  о банкротстве ООО «Гринвуд Энерджи», но соответствующих действий не предпринимала.

17.08.2018 с заявлением о признании ООО «Гринвуд Энерджи» несостоятельным (банкротом) в Арбитражный суд города Москвы обратился уполномоченный орган - ИФНС России № 13 по г. Москве.

В связи с погашением задолженности перед уполномоченным органом определением Арбитражного суд города Москвы от 17.12.2018 по делу № А40-192257/2018 требование ФНС России в лице ИФНС России № 13 по г. Москве к ООО «Гринвуд Энерджи» было признано необоснованным, производство по делу было прекращено.

Доводы о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника на 2013 и 2016 годы и наличии у контролирующих должника лиц, в частности, ФИО1, обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве, надлежащими доказательствами подтверждены не были.

При этом, судами принята во внимание позиция, изложенная Верховным судом Российской Федерации в определении от 10.12.2020 по делу № А40-170315/2015, из которой следует, что неуплата долга конкретному кредитору не может отождествляться с неплатежеспособностью. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Таким образом, указанная конкурсным управляющим задолженность ООО «Гринвуд Энерджи» перед кредитором сама по себе не является достаточным доказательством неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судебная коллегия Девятого арбитражного апелляционного также отметила, что доводы о неисполнении ФИО1 обязанности по передаче документации должника в суде первой инстанции при рассмотрении обособленного спора по существу заявлены не были, вследствие чего указанный довод отклонен. Вместе с тем, апелляционный суд отметил, что при рассмотрении обособленных споров в рамках дела № А40-39662/2020 о банкротстве ООО «Гринвуд Энерджи», в том числе и при рассмотрении настоящего обособленного спора, от конкурсного управляющего поступали документы должника: договоры, первичные документы, документы бухгалтерского учета, документы по кадрам и т.д., что опровергает доводы конкурсного управляющего о неисполнении ФИО1 обязанности по передаче документации должника.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций конкурсный управляющий должника не согласилась, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и постановление, ссылается на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что непередача документов должника конкурсному управляющему бывшим руководителем общества «Гринвуд Энерджи» существенным образом затруднила формирование конкурсной массы.

Также кассатор указывает, что ФИО1 не предприняты действия, направленные на погашение кредиторской задолженности и недопущение возникновения новой, в указанной части требований не были проверены судами надлежащим образом, полагает, что у контролирующего должника лица не было намерения погашать существующие обязательства перед кредиторами. Бездействие ФИО1 По мнению конкурсного управляющего привело к возникновению убытков должника, что не было проанализировано судами.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО1 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом  извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе определен п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве: руководитель принимает на себя обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. 

По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Однако, в данном обособленном споре на дата наступления объективного банкротства и дата, не позднее которой руководителю следовало обратиться в суд с соответствующим заявлением, ни размер обязательств, возникших после такой даты, конкурсным управляющим доказаны не были. 

Бездоказательного утверждения о наличии признаков неплатежеспособности и обязанности в этой связи у руководителя должника обратиться в суд с соответствующим заявлением, недостаточно для привлечения лица к ответственности на основании статьи 9 Закона о банкротстве. 

В отличие от споров о принятии обеспечительных мер наличия только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины, обвинительный уклон в делах о привлечении к субсидиарной ответственности является недопустимым. Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

В силу части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебный акт не может быть основан на предположениях, а должен содержать ссылки на доказательства, на которых основан вывод суда.

Однако доказательств в обоснование заявленных требований представлено не было, в связи с чем в удовлетворении заявления отказано судом обоснованно, судебный акт о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности не может быть основан на факте вхождения таких лиц в состав органов управления общества.

Как следует из статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Из пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" следует, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В пункте 3 названного постановления Пленума разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия.

Таким образом, для установления оснований как субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так и привлечения к ответственности в виде убытков, необходимо установление конкретных действий (бездействия), допущенных либо несовершенных, непосредственно повлиявших негативным образом на финансовое состояния общества. 

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Однако, в данном деле таких доказательств представлено не было. Обвинительный уклон в делах о привлечении к субсидиарной ответственности не допустим. Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции применительно к части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, соответствуют ли выводы судов практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

При этом, как разъяснено пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», доводы лиц, участвующих в деле, относительно фактических обстоятельств, на которые такие лица ранее не ссылались, которые не подтверждаются имеющимися в деле доказательствами и судами первой и апелляционной инстанций не устанавливались, не принимаются во внимание и не могут быть положены в основу постановления суда кассационной инстанции, в связи с чем доводы о непередаче документов должника бывшим руководителем конкурсному управляющему судом кассационной инстанции не проверяются.

Доводы кассационной жалобы были проверены судебной коллегией и не нашли своего подтверждения, выводы арбитражных судов соответствуют  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Несогласие с оценкой доказательств и фактических обстоятельств не является основанием для отмены судебных актов. 

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30 января 2024 года по делу № А40-39662/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.С. Калинина

 

Судьи:                                                                                               Е.Н. Короткова

 

                                                                                               Н.М. Панькова