СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10630/2025(1)-АК

Дело №А60-8736/2024

29 января 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей	 Гладких Е.О., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой К.А.,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

финансового управляющего ФИО1 (паспорт);

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 12 октября 2025 года

о признании недействительными договоры купли-продажи от 24.10.2022 и 16.03.2023, заключенные между должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А60-8736/2024 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 22.02.2024 посредством системы «Мой Арбитр» поступило заявление ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.02.2024 заявление принято к производству, возбуждено дело. Определением суда от 12.07.2024 заявление ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении должника ФИО2 введена процедура реструктуризации задолженности. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО1 (адрес для корреспонденции: 620143, 

<

...>), член Союза АУ «Возрождение».

Решением суда от 13.12.2024 процедура реструктуризации задолженности в отношении должника ФИО2 прекращена. В отношении должника ФИО2 введена процедура реализация задолженности до 03.06.2025.

В Арбитражный суд Свердловской области посредством системы "Мой Арбитр" 26.03.2025 поступило заявление финансового управляющего ФИО2 - ФИО1 о признании недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и применении последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2025 признан недействительным договор купли-продажи от 16.03.2023 транспортного средства - автомобиля марка, модель LADA 219010, категория ТС легковой «В», тип транспортного средства по ПТС легковой, регистрационный знак 

<

***> идентификационный номер (VIN) 

<

***>, год выпуска 2018, совершенный между ФИО2 и ФИО3; признан недействительным договор купли-продажи от 24.10.2022 в отношении транспортного средства - БМ-205Б, год выпуска 1987, заводской номер 625671, двигатель № 436402, КПП № 578820, совершенный между ФИО2 и ФИО3; применены последствия недействительности данных сделок в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 автомобиль марка, модель LADA 219010, категория ТС легковой «В», тип транспортного средства по ПТС легковой, регистрационный знак 

<

***> идентификационный номер (VIN) 

<

***>, год выпуска 2018; БМ-205Б, год выпуска 1987, заводской номер 625671, двигатель № 436402, КПП № 578820.

Не согласившись с вынесенным определением, должник ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, автомобиль ЛАДА 219010 был продан должником по договору купли- продажи от 16.03.2023 иному лицу - ФИО5. Таким образом, транспортное средство выбыло из владения и пользования должника с 16.03.2023, новый собственник имущества несет все расходы, связанные с эксплуатацией транспортного средства. Трактор БМ-205Б был также продан должником по договору купли-продажи от 24.10.2023 ФИО5. Считает, что на момент совершения сделки по продаже транспортных средств должник не отвечал признакам неплатежеспособности, у него отсутствовали кредиторы. Сделка была совершена раньше, чем судебный акт, установивший наличие задолженности, вступил в законную силу, то есть все обязательства должника возникли после совершения сделки. Заявление о разделе совместно нажитого имущества было подано спустя 6 лет после расторжения брака и у должника и кредитора отсутствовали разумные основания полагать, что со стороны заявителя могут быть предъявлены какие-либо требования.

В судебном заседании финансовый управляющий против удовлетворения апелляционной жалобы возражает.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 16.03.2023 между ФИО2 и ФИО5 заключен договор купли-продажи автомобиля. По условиям договора должник ФИО2 продал, а заинтересованное лицо ФИО3 купила автомобиль LADA 219010, категория ТС легковой «В», тип транспортного средства по ПТС легковой, регистрационный знак 

<

***> идентификационный номер (VIN) 

<

***>, год выпуска 2018, по цене 110 000,00 руб.

24.10.2022 между ФИО2 и ФИО5 заключен договор купли-продажи трактора самоходной дорожно-строительной техники, стоимость составляет 50 000,00 руб.

Полагая данные сделки недействительными по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и 170 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Разрешая заявленные требования, суды первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований управляющего.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ в их совокупности, обсудив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, считает, что оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется в силу следующего.

В соответствии с части 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

На основании п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Общим признаком сделок, которые возможно оспорить в рамках дела о банкротстве, является их направленность на уменьшение имущественной массы должника, в том числе посредством действий самого должника или иных лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4 Постановления № 63).

Однако в разъяснениях, содержащихся в п. 4 Постановления № 63, речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Закрепленные в ст. 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами ст. 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ. В связи с этим злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как нарушающих требования закона и при этом посягающих на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае, оспариваемые сделки совершены в трехлетний период до принятия заявления о признании ФИО2 несостоятельным (27.02.2024), то есть в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Предъявляя требования об оспаривании сделок, финансовый управляющий ссылался на наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент их совершения.

Согласно определению Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2024 у ФИО2 имелась кредиторская задолженность перед кредитором ФИО4 в размере 928 605 руб., подтвержденная решением Алапаевского городского суда Свердловской области от 21.02.2023, вступившим в законную силу 14.09.2023.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что оспариваемая сделка была совершена незадолго до подачи в суд общей юрисдикции искового заявления о разделе имущества (заявление о разделе совместно нажитого имущества ФИО4 направила в Алапаевский городской суд Свердловской области 29.12.2022), другая сделка – в период рассмотрения дела о разделе имуществу супругов. Задолженность перед Межрайонной ИФНС России № 23 по Свердловской области образовалась на основании неоплаты налога на имущество физического лица, земельный налог за 2023 год, данная задолженность не погашена, в т.ч. после продажи транспортных средств.

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения рассматриваемой сделки у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены.

Учитывая указанное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент заключения оспариваемых сделок, у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Вопреки доводам заявителя жалобы, отсутствие непосредственно на момент совершения сделки судебного акта о взыскании задолженности не свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является отцом ФИО5, что подтверждается представленными сведениями ЗАГС от 26.07.2024, то есть является заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Выводы о наличии у ФИО6 статуса заинтересованного лица не оспариваются сторонами на стадии апелляционного производства.

Доказательств оплаты за транспортное средство, поступления и использования денежных средств должником, а также сведений о наличии у ответчика денежных средств (как наличных, так и остатка по счетам) в размере, позволяющим ФИО6 произвести оплату по спорной сделке в материалы дела не представлено.

Доводы должника о том, что на момент продажи трактора он находился в неудовлетворительном техническом состоянии, в разукомплектованном виде, судом первой инстанции отклонены, поскольку документально не подтверждены, на данное транспортное средство оформлялся страховой полис.

Между тем, исследовав материалы дела, доводы финансового управляющего, в рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к выводу, что спорные сделки по отчуждению транспортных средств имеют признаки мнимой сделки.

Судом первой инстанции установлено, что на момент купли-продажи транспортных средств ФИО5 не имела водительского удостоверения на управление данными транспортными средствами (ответ ГИБДД от 15.08.2025).

Согласно страховому полису № ХХХ0291090818 от 29.01.2023 и страховому полису № XXX 0387997606 от 14.03.2024 лицами, допущенными к управлению транспортными средствами являются должник - ФИО2 и его новая супруга - ФИО7. Сама ФИО5 не допущена к управлению.

В подтверждении фактического владения транспортными средствами должник ссылался, что новый собственник имущества несет все расходы, связанные с эксплуатацией транспортного средства, в подтверждение которого представлены документы по списанию денежных средств от 15.02.2024, 23.01.2024, 26.01.2024, 16.01.2024, 30.10.2023, 21.09.2023, 13.11.2023, 30.10.2023, 31.10.2023, 17.02.2024, 06.05.2023, 30.10.2023, 03.05.2024, 02.11.2023, 29.02.2024, 01.06.2024, 11.05.2024, 08.11.2023, 16.04.2024, 11.11.2023, 21.09.2023, 02.11.2023, 13.11.2023.

Между тем, сам по себе факт списания оплаты на заправочных комплексах с банковского счета ФИО6, при установлении факта отсутствия у последней водительского удостоверения, ведения в отношении ФИО2 процедуры банкротства, установления факта допуска ФИО2 к управлению транспортным средством, не является достаточным доказательством, подтверждающим факт пользования ФИО5 транспортными средствами как своим собственным.

Доказательств того, что осуществление расходов именно на спорное транспортное средство не подтверждено надлежащими доказательствами.

Иных доказательств, подтверждающие несение бремени расходов на содержание имущества (оплату страховки, ремонта, техническое обслуживания, аренды парковки и пр.) по спорным сделкам не представлено.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что после продажи имущества должник сохранил право пользования и/или владения спорным автомобилем.

При этом вопреки доводам жалобы, определения точной цели заключения договора не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Должник и ответчик не опровергли обоснованные утверждения финансового управляющего о мнимости сделки, тем самым, не исполнили бремя доказывания обстоятельств реальности и действительности оспоренной сделки.

Исходя из вышеназванных положений действующего законодательства и соответствующих разъяснений, а также из фактических обстоятельств дела, учитывая отсутствие каких-либо заслуживающих доверия и убедительных документов, подтверждающих приобретение ФИО6 спорных транспортных средств за счет собственных источников дохода, принимая во внимание осуществление управления транспортным средством именно должником в его нуждах и интересах, исходя из отсутствия доказательств фактического несения расходов по их содержанию с момента приобретения транспортных средств ответчиком, приняв во внимание, что, соглашаясь на оформление транспортного средства на свое имя, ФИО6 не могла не знать о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами в силу своего аффилированного статуса – суд первой инстанции пришел к справедливому выводу о том, что, совершая сделки купли-продажи спорных транспортных средств и регистрируя данный актив на аффилированное лицо, должник преследовал цель получить возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов, а также оградить актив от обращения на него взыскания в последующей и неминуемой процедуре банкротства соответственно, что свидетельствует о наличии в рассматриваемом случае всей совокупности условий, предусмотренных статьями 10, 170 ГК РФ, в связи с чем признал действия должника по оформлению титула собственника спорных транспортных средств на ФИО6 как на мнимого собственника недействительными.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы должника, настаивающего на факте реальности осуществления ответчиком правомочий собственника в отношении спорных транспортных средств, судом апелляционной инстанции отклоняются.

Как было подчеркнуто, спорные транспортные средства с момента их приобретения было во владении должника, все дальнейшие действия были совершены под контролем должника, в конечном итоге номинальным покупателем по спорным сделкам стало заинтересованное лицо, который фактически денежные средств за приобретенные транспортные средства не передавал, имущество в его личном пользовании не находилось.

Руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ, признав действия должника недействительными, суды первой и апелляционной инстанции применили последствия недействительности сделок в виде возложения на ФИО6, как лицо, в отношении которого имеется регистрационная запись о праве собственности на спорное транспортное средство, обязанности возвратить его в конкурсную массу должника.

Иных возражений апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции определения с учетом верно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным; в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 октября 2025 года по делу № А60-8736/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.В. Саликова

Судьи

Е.О. Гладких

Т.Н. Устюгова