ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-10267/2016

26 июля 2017 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  19 июля 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 июля 2017 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Семёновой Т.П.,

судей  Бодунковой С.А., Зориной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-7260/2017) конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Номбус» Каребо Антона Сергеевича на определение Арбитражного суда Омской области от 10.05.2017 по делу № А46-10267/2016 (судья А.В. Сумбаева), вынесенное по результатам рассмотрения заявления акционерного общества «Мостострой-11» (ИНН 8617001665, ОГРН 1028601680359, 628480) о признании статуса залогового кредитора, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Номбус» (ИНН 5504002670, ОГРН 1025500508340),

при участии в судебном заседании представителей:  

от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Номбус» ФИО2 – лично по паспорту

установил:

Определением Арбитражного суда Омской области от 26.09.2016 (резолютивная

часть от 22.09.2016) по делу № А46-10267/2016 в отношении закрытого акционерного общества «Номбус» (далее - ЗАО «Номбус», должник)  введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2 (далее ФИО2).

Определением арбитражного суда от 24.11.2016 (резолютивная часть оглашена 17.11.2016) в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование акционерного общества «Мостострой-11» (далее – АО «Мостострой-11») в размере 11 232 786 руб. 89 коп., в том числе 10 000 000 руб. основного долга, 682 786 руб. 89 коп. процентов, 550 000 руб. пени.

Решением арбитражного суда от 28.02.2017 (резолютивная часть оглашена 20.02.2017) ЗАО «Номбус» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён  ФИО2

06.02.2017 в арбитражный суд поступило заявление АО «Мостострой-11» о признании за ним статуса залогового кредитора в составе третьей очереди реестра требований кредиторов на сумму 11 323 786 руб. 89 коп.

Определением арбитражного суда от 10.05.2017 требование АО «Мостострой-11»  в размере 11 232 786 руб. 89 коп., в том числе: 10 000 000 руб. - основной долг, 682 786 руб. 89 коп. – проценты, 550 000 руб. – пени, признано требованием, обеспеченным залогом имущества должника.

Не согласившись с вынесенным определением суда, конкурсный управляющий должника ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт  об отказе в удовлетворении требований АО «Мостострой-11».

В обоснование своей жалобы заявитель приводит следующие доводы:

- совершение сделки залога происходило в период наблюдения, в котором законом установлены ограничения на совершение должником сделок, связанных с его имуществом;

- со стороны кредитора и должника имеется злоупотребление правом;

- при заключении договора займа от 27.04.2016 стороны не оговаривали условия о предоставлении заёмщиком недвижимого имущества в залог в счёт обеспечения возврат займа. Условие об обязанности сторон заключить договор залога указано только в дополнительном соглашении к договору займа.

От АО «Мостострой-11» поступил отзыв на жалобу, в котором оно просит оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представители  АО «Мостострой-11», ЗАО «СДСК», извещённых о судебном заседании 19.07.2017 надлежащим образом, в него не явились. Суд апелляционной инстанции считает возможным на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие их представителей.

Конкурсный управляющий ЗАО «Номбус» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. 

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав пояснения подателя жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, в рамках настоящего дела о банкротстве определением арбитражного суда от 24.11.2016 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование АО «Мостострой-11» в общем размере 11 232 786 руб. 89 коп.

Данное требование кредитора основано на заключённом с должником (заёмщик) договоре займа от 27.04.2016 № 128-16 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 15.07.2016.

В тексте определения суда, в частности, указано следующее.

По условиям пункта 1 дополнительного соглашения № 1 от 15.07.2016 заёмщик

принял на себя обязательство передать в залог займодавцу следующее недвижимое имущество: 

производственный корпус для изготовления металлоконструкций и площадки открытого склада для хранения и реализации готовой продукции; назначение: нежилое; площадь: общая 1566 кв.м; этажность: 2; адрес (местоположение): 

<

...>; 

земельный участок; категория земель: земли населенных пунктов - для размещения производственного корпуса для изготовления металлоконструкций и площадки открытого склада для хранения и реализации готовой продукции; площадь: 9568 кв.м; адрес (местоположение): Омская область, Омский район, с. Ульяновка, в 2м по направлению на запад относительно нежилого строения (цеха по ремонту автомобилей). Кадастровый номер: 55:20:030201:2638.

Указанное имущество обеспечивает возврат основной суммы займа, процентов по договору займа, неустойки и штрафных санкций, а также расходов займодавца, связанных с возвратом займа, процентов и неустойки.

В заявлении отсутствует требование о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом.

Требование кредитора вышеуказанным определением суда при включении в реестр не было обеспечено залогом имущества должника.

В материалы настоящего спора представлена копия договора ипотеки (залога) недвижимости № 322-16 от 22.07.2016, заключённого между должником (залогодатель) и АО «Мостострой-11» (залогодержатель) (далее – договор залога, л.д. 20-29).

Ипотека на земельный участок и нежилое здание зарегистрированы в установленном законом порядке 01.11.2016, о чём имеются соответствующие отметки на договоре.

Предметом договора залога является принадлежащее залогодателю недвижимое имущество – земельный участок площадью 9568 кв.м по адресу: в 2м по направлению на запад относительно нежилого строения (цеха по ремонту автомобилей), имеющего почтовый адрес: Омская область, Омский район, с. Ульяновка, кадастровый номер: 55:20:030201:2638, и нежилое помещение общей площадью 1566 кв.м по адресу: 

<

...>, кадастровый номер  55:20:030201:3293. Предмет залога остаётся у залогодателя в его владении и пользовании (пункт 1.1.).

 Предмет залога обеспечивает надлежащее исполнение обязательств должника по договору займа от 27.04.2016 № 128-16 (пункт 1.2.).

 АО «Мостострой-11», ссылаясь на договор залога с должником, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора.

Суд первой инстанции, рассмотрев спор, оценив представленные в дело доказательства, пришёл к правильному выводу об обеспечении требований АО «Мостострой-11» залогом имущества должника, с чем выразил несогласие конкурсный управляющий должника, считая, что договор заключён сторонами в процедуре наблюдения должника с нарушением положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и со злоупотреблением правом.

Повторно рассмотрев настоящий спор, суд апелляционной инстанции поддерживает данный вывод суда первой инстанции и отклоняет доводы апелляционной жалобы исходя из следующего.

 По общему правилу пункта 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в редакции на дату заключения договора залога 22.07.2016 в   силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Согласно пункту 1 статьи 334.1. ГК РФ залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора.

Между сторонами заключён договор залога от 22.07.2016 № 322-16.

Как следует из пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее - Постановление № 58), при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, судам необходимо учитывать следующее.

Если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).В ходе установления требований залогового кредитора при наличии судебного акта об обращении взыскания на заложенное имущество суд проверяет указанные обстоятельства, за исключением тех, которые касаются возникновения права залогодержателя.Устанавливая требования залогового кредитора, суд учитывает, что в соответствии со статьей 337, пунктом 1 статьи 339 ГК РФ обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от оценки предмета залога (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части).

При установлении требований залогодержателя в деле о банкротстве не применяются положения пункта 2 статьи 348 ГК РФ об основаниях для отказа в обращении взыскания на заложенное имущество.

Кроме того, в пункте 3 Постановления № 58 разъяснено, что если кредитор при установлении требований не ссылался на наличие залоговых отношений, в результате чего суд установил данные требования как не обеспеченные залогом, то впоследствии кредитор вправе обратиться с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу в соответствии со статьёй 138 Закона о банкротстве. С учётом первоначально вынесенного определения суда о включении требований кредитора в третью очередь такое заявление не является повторным и направлено на установление правового положения кредитора как залогового кредитора. Определение суда, устанавливающее наличие права залога, является основанием для внесения изменений в реестр требований кредиторов.

Таким образом, исходя из вышеприведённых разъяснений вышестоящей судебной инстанции, если кредитор при обращении в суд о включении его требований не ссылался на обеспечение залогом имущества должника этих требований, он вправе заявить о признании за ним статуса залогового кредитора.

При установлении требования кредитора в реестр как обеспеченного залогом имущества должника суд учитывает лишь следующие обстоятельства:

- наличие правовых оснований у кредитора на момент рассмотрения спора требовать установления за ним статуса залогового кредитора, чему подтверждением является соответствующий действующий договор залога,

- обладает ли должник по-прежнему предметом залога, на который в деле о банкротстве возможно реальное обращение взыскания (продажа).

В рассматриваемой ситуации, о чём указывалось выше, у АО «Мостострой-11»  имеется с должником-залогодателем подобный договор залога.

Фактическое наличие предмета залога конкурсным управляющим должника не опровергнуто.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно признал за АО «Мостострой-11» статус залогового кредитора, установил его требования в реестр как обеспеченные залогом имущества должника.

Возражения конкурсного управляющего против заявления кредитора сводятся к оспариванию договора залога по признаку ничтожности, в порядке статьи 10 ГК РФ, а также как заключённого с нарушением требований Закона о банкротстве.

Между тем, исходя из приведённых конкурсным управляющим доводов в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора  в деле о банкротстве у суда отсутствуют основания для дачи правовой оценки действительности или недействительности договора залога в силу следующего.

  Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ на дату заключения договора залога за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

   Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

 Конкурсный управляющий указывает о совершении сделки залога в период проведения в отношении должника процедуры наблюдения.

В статье 64 Закона о банкротстве установлены ограничения и обязанности должника в ходе наблюдения.

Так, в силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения; связанных с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника.

 В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.04.2009 № 129 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что  оспоримыми являются, в частности, следующие сделки: д) предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона сделки, которые были совершены органами управления должника без согласия временного управляющего.

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Как следствие, сделка, не соответствующая требованиям статьи 64 Закона о банкротстве, подлежит оспариванию в судебном порядке путём подачи самостоятельного требования об этом, то есть вне рамок рассмотрения настоящего заявления АО «Мостострой-11».

Далее, по поводу совершения сделки со злоупотреблением правом.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 названного Постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом, к сделке, совершённой в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признаётся недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления № 25).

Главой III.1 Закона о банкротстве предусмотрены специальные основания оспаривания сделок должника.

В частности, подозрительные сделки должника, совершённые в целях причинения вреда его кредиторам, могут быть оспорены на основании статьи 61.2. Закона о банкротстве, в частности, в пункте 2 которой установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Признак причинения такого вреда подлежит установлению и в случае оспаривания сделки по статье 10 ГК РФ как совершённой со злоупотреблением правом.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Постановление № 63)  разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3., само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 и Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в упомянутых выше разъяснениях пункта 4 Постановления № 63 речь идёт о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Поскольку сделки, подпадающие под признаки пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, предполагают недобросовестность поведения её сторон (наличие у должника цели причинения вреда кредиторам и осведомлённость кредитора об этой цели), основания для применения статей 10 и 168 ГК РФ, по общему правилу, отсутствуют. Во всяком случае, лицо, обратившееся в суд с заявлением об оспаривании сделки должника и ссылающееся на названные статьи должно представить убедительные доказательства того, что пороки сделки явно выходят за пределы её подозрительности (рекомендации Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Западно-Сибирского округа на тему «Вопросы, возникающие при рассмотрении споров о несостоятельности (банкротстве)», утверждённые президиумом суда округа 11.11.2016, с учётом изменений, утверждённых президиумом суда округа 10.02.2017).

Согласно пункту 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Таким образом, при наличии в Законе о банкротстве специального основания оспаривания совершённых должником сделок исходя из приведённых конкурсным управляющим пороков сделки залога (заключение залога в ущерб интересам  иных кредиторов должника, осведомлённость АО «Мостострой-11» о недостаточности у должника денежных средств для расчётов с кредиторами), которые  не указывают о том, что такие пороки явно выходят за пределы подозрительности сделок (напротив, охватываются составом статьи 61.2. Закона о банкротстве), у суда отсутствуют основания для оценки договора залога на предмет его ничтожности в порядке статьи 10 ГК РФ в рамках настоящего спора.

Поэтому приведённые подателем жалобы доводы о ничтожности сделки залога по статье 10 ГК РФ не могут быть по существу рассмотрены апелляционным судом в настоящем случае.

Сделка залога по основаниям, изложенным конкурсным управляющим в жалобе, подлежит самостоятельному оспариванию в судебном порядке.

При этом суд апелляционной инстанции считает возможным отметить, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы (19.07.2017) из информации, размещённой на официальном сайте http://kad.arbitr.ru/ (картотека арбитражных дел), усматривается, что 06.07.2017 конкурсным управляющим ФИО2 подано в арбитражный суд самостоятельное заявление об оспаривании договора залога по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ (статьи 10, 168 ГК РФ), и специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Указанное заявление конкурсного управляющего принято к производству суда определением от 13.07.2017.

Данное обстоятельство свидетельствует о реализации конкурсным управляющим прав на оспаривание в деле о банкротстве сделки должника в самостоятельном порядке.

В рассматриваемом случае ввиду отсутствия у суда сведений о недействительности договора залога АО «Мостострой-11» не может быть отказано в удовлетворении заявленного требования.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба заявителя удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пункта 1 статьи 269, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Омской области от 10.05.2017 по делу № А46-10267/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Т.П. Семёнова

Судьи

С.А. Бодункова

 О.В. Зорина