ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-2687/2021

город Ростов-на-Дону

11 июня 2024 года

15АП-4986/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 июня 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Гамова Д.С., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сейрановой А.Г.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от  14.03.2024 по делу  № А32-2687/2021  о завершении процедуры реализации имущества гражданина, принятое  по итогам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО1 ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее - должник) рассматривается отчет финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от  14.03.2024 по делу  № А32-2687/2021 ходатайство ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара») о продлении процедуры банкротства отклонено. Завершена процедура реализации имущества гражданина - ФИО1. Должник освобожден от исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". Не применены в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара»). Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО2.

ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт в части неприменения правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара»), принять новый.

Суд огласил, что от ФИО1 через канцелярию суда поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением дополнительных доказательств, а именно: копию почтового чека об отправке обращения в ПАО «СКБ-банк» от 16 января 2017 года, копию объяснения от 05 июля 2017 года от должника сотруднику РЭО ГИБДД МО МВД РФ «Абестовский», копию заявления в Госавтоинспекцию г. Асбеста от 05.07.2017 г. (с приложением карточек учета транспортных средств должника) и решения об отказе в совершении регистрационных действий от 05.07.2017 г., копию справки о затоплении от Администрацией Безымянного сельского округа муниципального образования город Горячий Ключ Краснодарского края от 17.10.2023 г., доказательства направления копии настоящих дополнений в адрес кредитора и финансового управляющего.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить дополнение к апелляционной жалобе с приложением дополнительных доказательств к материалам дела.

Суд установил, что в своей апелляционной жалобе ФИО1 заявил ходатайство рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя должника.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Гражданин ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением от 27.01.2021 заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.04.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Согласно сведений, размещенных на официальном источнике (Издательский дом – «КоммерсантЪ»), сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано – 30.04.2021.

По итогам проведения процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий представил реестр требований кредиторов, отчет о своей деятельности, анализ финансового состояния должника, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, в связи с тем, что все мероприятия в рамках процедуры реализации имущества им выполнены.

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исследовав представленный в материалы дела отчет финансового управляющего, суд первой инстанции установил, что финансовым управляющим выявлено имущество должника подлежащего включению в конкурсную массу, имущество реализовано. Денежные средства поступили в конкурсную массу.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего от 01.03.2024, а также реестра требований кредиторов следует, что совокупный размер требований кредиторов   составил – 6 172,883 тыс. руб.

Финансовым управляющим выполнены все предусмотренные законом мероприятия, перспективы пополнения конкурсной массы не выявлены, что и послужило основанием для завершения процедуры реализации имущества.

В указанной части лица, участвующие в деле, не обжаловали судебный акт, апелляционная жалоба должника доводов по существу не содержит.

Разрешая вопрос о применении правил об освобождении к должнику, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее -освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - Постановление N 45), согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Оценив действия должника на предмет добросовестности при возникновении и исполнении обязательств, проанализировав представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции не установил оснований для освобождения должника от исполнений обязательств перед кредитором ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара»).

Согласно данным Федеральной информационной системы Госавтоинспекции МВД России за гр. ФИО1 на регистрационном учете числились  следующие транспортные средства:

- транспортное средство ОМАР, г/н 

<

***>, VIN 

<

***>;

- транспортное средство РЕНО МАГНУМ г/н 

<

***>, VIN 

<

***>;

- транспортное средство МАН 24.363 TG-А г/н ТО36КС96, VIN WMAN44ZZZ3W051069;

- транспортное средство КРОНЕ ZZW 18 г/н 

<

***>, VIN 

<

***>.

Данные транспортные средства выступали предметом залога в пользу ПАО «СКБ-банк», по требованиям, включенным в реестр согласно  определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.07.2022 по делу №А32-2687/2021  в размере 3 118 084,50 руб.

Указанные транспортные средства были включены управляющим в конкурсную массу.

Однако, в ходе проведения мероприятий процедуры со стороны должника было подано соответствующее заявление об исключении данных транспортных средств из конкурсной массы должника.

Определением от 06.12.2023 из конкурсной массы гражданина ФИО1 исключено следующее имущество: транспортное средство ОМАР, г/н 

<

***>, VIN 

<

***>; транспортное средство РЕНО МАГНУМ г/н 

<

***>, VIN 

<

***>; транспортное средство МАН 24.363 TG-А г/н ТО36КС96, VIN WMAN44ZZZ3W051069; транспортное средство КРОНЕ ZZW 18 г/н 

<

***>, VIN 

<

***>.

При вынесении указанного определения судом установлено следующее.

В обоснование заявления об исключении имущества из конкурсной массы должник указал, что спорные транспортные средства фактически в его владении и пользовании отсутствуют.

Как указывает должник, в конце ноября 2016 года, по очередному заказу, водители поехали в город Новосибирск за грузом, заказчик не оплатил аванс, а потом и полностью отказался от заявки. Возможности на оплату топлива на обратный путь у водителей отсутствовала, в связи чем, вышеуказанные транспортные средства  остались на стоянке в г. Новосибирске.

В последующем, как указывает должник, в середине января 2017 года, возвратившись за транспортными средствами им было обнаружено нахождение их в разобранном состоянии, отсутствовали детали и запасные части транспортных средств, в наличии остались только кузовные рамы  от транспортных средств.

Учитывая данные обстоятельства, ФИО1 принял для себя решения об утилизации остатков транспортных средств после чего, совершил соответствующие обращение в компанию, занимающуюся утилизаций автомобилей, при этом, как указывал, что в правоохранительные органы с заявлением не обращался.

Таким образом, в настоящем случае должник оставил без соответствующего контроля свое имущество в период с ноября 2016 года по январь 2017 года, которое являлось предметом залога в пользу кредитора ПАО «СКБ-банк», то есть не обеспечил сохранность предмета залога. 

Согласно имеющихся в материалах дела документов и сведений, которые представлены ФИО1 к заявлению о своем банкротстве (т. 1 л.д. 97-100), судом первой инстанции установлено, что утилизация транспортных средств совершена путем сдачи должником транспортных средств в ООО «Новосибирская перерабатывающая компания» (ОГРН 

<

***>) о чем составлены соответствующие акты по утилизации № 21 от 16.01.2017, № 22 от 16.01.2017, № 23 от 16.01.2017, № 24 от 16.01.2017.

Данные, опубликованные в свободном доступе ЕГРЮЛ отражают, что основным видим деятельности ООО «Новосибирская перерабатывающая компания»                      (ОГРН 

<

***>) выступало – Обработка отходов и лома драгоценных металлов (Код ОКВЭД - 38.32.2), дополнительными видами деятельности выступает – «Обработка отходов и лома черных металлов» (Код ОКВЭД – 38.32.3), «Обработка отходов и лома цветных металлов» (Код ОКВЭД – 38.32.4).

То есть, согласно позиции должника транспортные средства были утилизированы и сняты с регистрационного учета 29.06.2023.

Финансовым управляющим в ходе рассмотрения обособленного спора также предпринимались меры для установления места нахождения транспортных средств, принадлежащих должнику, были направлены запросы в органы ГИБДД и РСА.

По результатам полученных сведений установлено, что последнее страхование транспортных средств производилось в период с 2012 – 2015 годы, транспортные средства в розыске не значатся, информация о проездах данных транспортных средств на автомобильных дорогах регионального или межмуниципального значения Краснодарского края отсутствует.

При рассмотрении спора об исключении имущества сам же должник указывал, что какие-либо действия по обращению в правоохранительные органы с соответствующим заявлением о преступлении, должник не обращался, до сведения кредитора факт повреждения и последующей утраты предмета залога не довел.

Как указано выше, транспортные средства ОМАР, г/н 

<

***>, VIN 

<

***>; РЕНО МАГНУМ г/н 

<

***>, VIN 

<

***>;  МАН 24.363 TG-А г/н ТО36КС96, VIN WMAN44ZZZ3W051069; КРОНЕ ZZW 18 г/н 

<

***>, VIN 

<

***> переданы ФИО1 в залог ПАО «СКБ-банк»                   (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара») на основании следующих договоров залога: №168.1-174М12 от 10.08.2011, №168.1-173М12 от 10.08.2011, №168.1-196М1 от 10.09.2011.

Согласно положений п. 12 Договоров залога в случае повреждения или гибели Имущества или прекращения права собственности Залогодателя на него по основаниям, установленным законом, восстановление данного Имущества или замена его другим равноценным имуществом производится Залогодателем только по согласованию с Залогодержателем.

Если Имущество будет утрачено или повреждено либо право собственности на него будет прекращено по основаниям, установленным законом, Залогодатель обязан в разумный срок восстановить Имущество или заменить его другим равноценным имуществом по согласованию с Залогодержателем. (п. 13 Договоров залога).

Также, п. 14 Договоров залога ФИО1 выразил согласие на то, что Залогодатель обязан принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества, в том числе для защиты его от посягательств и требований со стороны третьих лиц. Немедленно уведомлять Залогодержателя о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества.

Однако, как указано выше, ФИО1 проигнорировал свою обязанность по обеспечению сохранности предмета залога и оставил имущество в период с ноября 2016 года по январь 2017 года без должного контроля, следствием чего произошла полная утрата предмета залога.

Доказательства уведомления ФИО1 залогодержателя о гибели предмета залога, равно как и его замене иным имуществом  в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств совершения ФИО1 каких-либо действий по обращению в правоохранительные органы с соответствующим заявлением о порче имущества.

Также со стороны ФИО1 не представлены доказательства уведомления ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара») об утилизации предмета залога.

Таким образом, в настоящем случае должник оставил без соответствующего контроля свое имущество в период с ноября 2016 года по январь 2017 года, которое являлось предметом залога в пользу кредитора ПАО «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ныне - ПАО «Банк Синара»), то есть не обеспечил сохранность предмета залога. 

По условиям договора должник обязан был уведомить Банк обо всех обстоятельствах, способных повлиять на ненадлежащее исполнение своих обязательств по договору, в том числе об обстоятельствах утраты, угона, повреждения или иного ухудшения состояния предмета залога, о наступлении страхового случая и т.д. В данном случае должник не обеспечил сохранность предмета залога, не сообщил о порче и своих намерениях его утилизировать.

Суд первой инстанции согласился с обоснованными доводами кредитора о том, что сразу после возникновения случая, повлекшего порчу или значительное повреждение имущества, переданного в залог Банку, ФИО1, действуя добросовестно и разумно, должен был уведомить залогодержателя о подобном факте, чего сделано не было, равно как и не было доведено до сведения кредитора (получено согласие) об отчуждении автомобиля в пользу третьего лица.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В частности, должник может быть лишен права на освобождение от долгов, если при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.). Аналогичная позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд правомерно признал, что поведение ФИО1, связанное с непредставлением информации о залоговом имуществе залогодержателю, отсутствием обеспечения сохранности предмета залога, непринятием своевременных мер по его розыску (хищения комплектующих частей транспортных средств) является недобросовестным, что лишает последнего права на получение привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств.

В настоящем случае судом установлено, что ФИО1 нарушил обязанность немедленно уведомить кредитора о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество (подпункт 5 пункта 1 статьи 343 ГК РФ), запрет на совершение действий, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости (подпункт 3 пункта 1 статьи 343 ГК РФ), а также запрет на отчуждение предмета залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога (пункт 2 статьи 346 ГК РФ).

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), и необходимостью защиты прав кредиторов.

Законом о банкротстве установлены случаи, когда суд не вправе освободить должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы кредиторов.

Соответственно, подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции верно указал, что отчуждение залогодателем предмета залога, а именно его утилизация, без согласия кредитора и в отсутствие компенсации его имущественных потерь является обстоятельством, свидетельствующим о противозаконности действий такого лица, направленности на причинение вреда кредитору, поскольку в связи с невозможностью обращения взыскания на предмет залога в результате недобросовестных действий должника не была погашена задолженность перед Банком по соответствующему кредитному договору.

Право Банка как залогодержателя проверять наличие и состояние заложенного имущества не создают для должника правовой основы для отчуждения имущества (утилизация в настоящем случае), являющегося предметом залога, без согласия залогодержателя, в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредиторами, на что разумно рассчитывал Банк при вступлении в правоотношения с должником.

В настоящем случаи действия ФИО1 по нераскрытию информации и необеспечению сохранности предмета залога суд первой инстанции, суд расценивает расценил как сокрытие или умышленное уничтожение имущества (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Установленные обстоятельства фактического сокрытия должником залогового имущества, в результате которого последний лишился возможности получить удовлетворение своих требований за счет стоимости предмета залога в ходе процедуры банкротства должника, правомерно суду квалифицированы действия ФИО1, как недобросовестные, направленные на причинение ущерба Банку в виде утраты возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет денежных средств, поступивших от реализации залогового имущества, что фактически свидетельствует об умышленном уклонении от погашения кредиторской задолженности, сокрытии принадлежащего должнику имущества и, следовательно, препятствует в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождению ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком.

Совокупность установленных фактических обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении должника в процедуре банкротства при исполнении обязательств перед кредитором, позволила апелляционному суду сделать обоснованный вывод о наличии оснований, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, при которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «СКБ-банк» (ныне - ПАО «Банк Синара»).

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.02.2022 № Ф08-14824/2021 по делу № А32-45111/2018, Арбитражного суда Московского округа от 25.10.2022 № Ф05-17873/2021 по делу № А40-162340/2019, Арбитражного суда Центрального округа от 11.09.2023 № Ф10-3405/2023 по делу № А35-2073/2018, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.09.2023 № Ф07-12730/2023 по делу № А56-61925/2022, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.02.2024 № Ф07-19589/2023 по делу № А56-81557/2022, Арбитражного суда Уральского округа от 28.09.2023 № Ф09-7281/22 по делу № А50-12684/2021.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки, представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

При этом должником не представлены достаточные и достоверные доказательства того, что денежные средства, полученные от реализации предмета залога, были направлены на погашение задолженности перед Банком, и что данная задолженность погашена в полном объеме.

В свою очередь, условиями предоставления кредита под залог транспортного средства установлена обязанность залогодателя принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности предмета залога, в том числе для защиты его от посягательств и требований со стороны третьих лиц, а также обязанность немедленно уведомлять Банк о возникновении угрозы утраты или повреждения предмета залога. Если предмет залога погиб или поврежден, либо право собственности на него прекращено по основаниям, установленным законом, заемщик обязан в десятидневный срок заменить его другим равноценным имуществом либо в тот же срок досрочно исполнить обеспеченное залогом обязательство. Без предварительного письменного согласия Банка не распоряжаться каким-либо образом предметом залога, а именно: не осуществлять его продажу, мену, дарение, сдачу в аренду, передачу в качестве вклада в уставной капитал юридических лиц, а также не совершать уступки или последующий залог предмета залога третьим лицам. Уплачивать налоги, сборы и иные платежи. Как установлено судом, предмет залога продан.

Правом на восстановление или замену предмета залога в случае его гибели должник также не воспользовался (статья 345 ГК РФ).

Доказательства, подтверждающие замену утраченного / непереданного залогового имущества на равноценное имущество в равной сумме, приобретения иного имущества взамен утраченного / непереданного в материалы дела не представлены.

Согласно статье 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве). Соответствующая правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018.

В рассматриваемом случае требования Банка в установленном Законом порядке и размере погашены не были.

Кроме того, в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" разъяснено, что порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества, в той мере, в которой это допускается положениями Закона о банкротстве.

Таким образом, закон предоставляет залоговому кредитору преимущественное право определять порядок реализации имущества, являющегося предметом залога, а также его начальную продажную цену. Между тем, должник самостоятельно определил стоимость реализации залогового имущества при его отчуждении.

Как установлено судом первой инстанции, в настоящее время источники формирования конкурсной массы исчерпаны.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, следует, что освобождение должника от обязательств не является самоцелью процедуры банкротства и применяется судом в исключительных случаях, при невозможности исполнения должником имеющихся обязательств, в связи с объективными затруднениями и жизненными обстоятельствами (болезнь, потеря работы, утрата кормильца и др.).

В рассматриваемом же случае в результате недобросовестных действий должника причинен значительный ущерб кредитору - ПАО «Банк Синара» в виде утраты возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет денежных средств, поступивших от реализации залогового имущества.

Таким образом, фактически не обеспечивая сохранность залогового имущества, должник тем самым злоупотребляет своими правами, что прямо запрещено пунктом 1 статьи 10 ГК РФ. Такое поведение должника не может быть признано судом добросовестным и разумным с точки зрения обычного гражданского оборота, что отрицательно характеризует личность должника.

Оценив в порядке ст. 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, установив обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном поведении должника, который реализовал заложенное имущество без согласия залогодержателя и не направил полученные от продажи денежные средства в счет погашения обязательств перед ПАО «Банк Синара» (иное не доказано), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, при которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «Банк Синара».

В свою очередь доказательств согласовании ФИО1 с ПАО «Банк Синара» последствий утраты предмета залога, в материалах обособленного спора не имеется, следовательно, поведение должника не соответствует стандартам, предъявляемым действующим законодательством к добросовестному должнику, предоставившему кредитору в обеспечение исполнения обязательств принадлежащее ему имущество (аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.12.2022 № Ф04-6962/2022 по делу № А02-1829/2021).

В свою очередь, отказ должника от истребования возмещения убытков в судебном порядке, нежелание добиваться возбуждения гражданского дела, при том, что у должника сохраняется задолженность перед залоговыми кредиторами, свидетельствуют о недобросовестности должника и о его косвенном намерении причинить вред интересам кредиторов (сознательном допущении причинения своим бездействием вреда интересам залоговых кредиторов).

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 допущено злоупотребление правом при исполнении возложенной на него обязанности по возврату кредита, в результате чего банк и общество утратили возможность получения удовлетворения за счет предмета залога.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.03.2024 по делу № А32-2687/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                    Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                                                   Д.С. Гамов

 

Н.В. Сулименко