ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-10469/2020

27 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/-17

Резолютивная часть постановления объявлена     15 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 апреля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии:  

от общества с ограниченной ответственностью «Юкор»: ФИО2 по доверенности от 09.12.2023, посредством видеоконференц-связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-43674/2023) ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда  Мурманской области от 22.11.2023 по обособленному спору № А42-10469/2020/-17, принятое 

 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нико-Строй», общества с ограниченной ответственностью «Юкор» к ФИО4, ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нико-Строй»,

третьи лица: финансовый управляющий ФИО3 ФИО5, финансовый управляющий ФИО4 ФИО6, 

 

установил:

определением Арбитражного суда Мурманской области от 17.12.2020 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нико-Строй» (ОГРН 

<

***>,                   ИНН 

<

***>, 

<

...>; далее – Общество). 

Определением от 18.01.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО7. 

Решением от 02.06.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом); открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО7. 

Определением суда от 06.04.2023 арбитражный управляющий ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением от 25.05.2023  утвержден ФИО8, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». 

Срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 19.01.2024. 

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника контролировавших его лиц – ФИО4 (лицо, исполняющее обязанности генерального директора Общества в период с 25.11.2019 по 02.06.2021), ФИО3 (учредителя Общества с 21.02.2013 по текущую дату), взыскании в конкурсную массу должника в порядке субсидиарной ответственности денежных средств. 

Определением суда от 28.07.2022 к совместному рассмотрению с настоящем обособленным спором назначено рассмотрение обособленного спора № А42-10469-20/2020, возбужденного по заявлению конкурсного кредитора должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника мс ФИО4, ФИО3, взыскании в конкурсную массу должника в порядке субсидиарной ответственности денежных средств. 

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица привлечен финансовый управляющий ФИО3 ФИО5, финансовый управляющий ФИО4 ФИО6.

Определением от 22.11.2023 заявления удовлетворены; привлечены солидарно ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановлено производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности указанных лиц до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО3 и ФИО4 не согласились с определением суда от 22.11.2023 и обратились с апелляционной жалобой, в которой просят обжалуемый судебный акт отменить, в удовлетворении требований отказать в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение норм материального права.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Отзыв ООО «Юкор» приобщен к материалам дела. 

В судебном заседании представитель ООО «Юкор» отклонил доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, в период с 21.03.2013 по 18.11.2019 ФИО3 являлся участником и генеральным директором должника. В период с 01.11.2016 по 18.11.2019 ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в Обществе в должности заместителя генерального директора согласно приказу №1 от 01.11.2016. ФИО4 18.11.2019 переведен на должность генерального директора Общества, что подтверждается приказом о переводе работника №4. В период с 19.11.2019 по 02.06.2021 генеральным директором Общества являлся ФИО4, а единственным участником Общества - ФИО3.

ФИО3 пояснил, что на протяжении всего периода осуществления Обществом хозяйственной деятельности он активно участвовал в принятии корпоративных, распорядительных и экономических решений. Указанные обстоятельства подтверждаются выпиской из ЕГРЮЛ в отношении должника, приказами №1 от 01.11.2016, №4 от 18.11.2019, устными и письменными пояснениями ФИО3, ФИО4 

В обоснование заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указывают на ряд обстоятельств. 

В частности, судами признана недействительной сделка по перечислению ООО «СевТрансСнаб» денежных средств в ООО «Аксай» в размере 2 000 000 руб. Определением Арбитражного суда Мурманской области от 10.06.2022 по делу          № А42-10469-19/2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022, признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Аксай» на счет ООО «СевТрансСнаб» (аффилированное с должником лицо) в счет исполнения обязательств перед Обществом денежных средств на сумму 2 000 000 руб. Суд обязал                          ООО «СевТрансСнаб» возвратить денежные средства в конкурсную массу должника. При рассмотрении спора установлено, что генеральным директором Общества ФИО4 24.08.2020 в адрес ООО «Аксай» направлено распорядительное письмо № 4 об оплате денежных средств в пользу третьего лица (ООО «СевТрансСнаб») в счет существующей у ООО «Аксай» задолженности в размере 2 000 000 руб. за поставленный по договору купли-продажи товара №1/2020 от 29.07.2020 от Общества по счету №15 от 29.07.2020г. за кабель        (ГОСТ 31996-2012). 

В соответствии с указанным распорядительным письмом в пользу                 ООО «СевТрансСнаб» обществом «Аксай» были перечислены денежные средства в размере 1 500 000 руб., что, в частности, подтверждается следующими платежными поручениями: от 31.08.2020 № 1221 на сумму 1 000 000 руб., от 04.09.2020 № 1270 на сумму 500 000 руб., от 10.09.2020 № 1311 на сумму 300 000 руб. 21.12.2020 генеральным директором ООО «Нико-Строй» ФИО4 в адрес                     ООО «Аксай» направлено распорядительное письмо № 6 об оплате денежных средств в пользу третьего лица (ООО «СевТрансСнаб») в счет существующей у ООО «Аксай» задолженности в размере 200 000 руб. за поставленный по договору купли-продажи товара №1/2020 от 29.07.2020 от ООО «Нико-Строй» по счету №15 от 29.07.2020г. за кабель (ГОСТ 31996-2012). В соответствии с указанным распорядительным письмом ООО «Аксай» перечислило в пользу                               ООО «СевТрансСнаб»  денежные средства в размере 200 000 руб. на основании платежного поручения от 29.12.2020 № 2371. Указанные действия совершены в преддверии возбуждения процедуры банкротства, а также после возбуждения производства по делу о банкротстве Общества при наличии неисполненных обязательств должника перед другими кредиторами, должником произведено погашение задолженности (преимущественное удовлетворение требований) перед кредитором третьей очереди - ООО «СевТрансСнаб» в рамках заключенного между сторонами договора аренды спецтехники (без экипажа) №2 от 01.05.2020. 

При этом, ООО «СевТрансСнаб» является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку на дату совершения спорных платежей ФИО3 являлся единственным участником Общества, единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «СевТрансСнаб». По настоящее время указанное определение по спору № АООО «СевТрансСнаб» не исполнено, денежные средства в конкурсную массу должника в добровольном порядке не возвращены. Возможность принудительного взыскания с ответчика денежных средств фактически утрачена по причине отсутствия на расчетных счетах                ООО «СевТрансСнаб» денежных средств, а также какого-либо имущества, что подтверждается ответом судебного пристава от 02.08.2023 и постановлением об окончании исполнительного производства. 

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указывают на то, что на определением Арбитражного суда Мурманской области от 14.04.2023 по обособленному спору № А42-10469-17/2020, оставленным без изменений постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023, с ФИО3 взысканы убытки в размере               6 217 024,93 руб. 

В рамках рассмотрения указанного обособленного спора судами первой и апелляционной инстанции установлены противоправные действия контролирующего лица должника – ФИО3, выразившиеся в неправомерном снятии с расчетных счетов должника и нецелевом расходовании денежных средств должника, в результате чего причинен имущественный вред как самому должнику, так и кредиторам должника. Определение по спору № А42-10469-17/2020 ФИО3 не исполнено, денежные средства в конкурсную массу должника в добровольном порядке не возвращены. 

Заявители указывают на то, что судебными актами признаны недействительными сделки, совершенные должником в пользу аффилированных лиц ООО «СевТрасСнаб», ООО «Тиа-ДА», направленные на вывод ликвидного актива должника – спецтехники. Определением Арбитражного суда Мурманской области от 25.08.2023 по обособленному спору № А42-10469-23/2020 судом признаны недействительными сделки по отчуждению катка дорожного марки: SDLG RS8140, VIN: 

<

***>, номер двигателя: 6Р17J045035 от общества «Нико-Строй» в пользу общества с ограниченной ответственности «Триа-ДА», совершенные путем последовательного заключения сделок: договора купли-продажи спецтехники № 01/30042020 от 30.04.2020, заключенного между Обществом и ООО «СевТрансСнаб»; договора купли-продажи спецтехники №1/ОС-2022 от 22.02.2022, заключенного между ООО «СевТрансСнаб» и ООО «Триа-ДА»; применены последствия недействительности сделок, а именно, ООО «Триа-ДА» обязано возвратить в конкурсную массу Общество каток дорожный марки: SDLG RS8140, (VIN): 

<

***>, номер двигателя: 6Р17J045035. 

В ходе судебного разбирательства по указанному обособленному спору судом установлены неправомерные действия аффилированных лиц, в результате которых из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество и причинен имущественный вред кредиторам должника. 

Судебные акты по спору № А42-10469-23/2020  не исполнены, имущество в конкурсную массу должника не возвращено, в адрес конкурсного управляющего не передано. 

В течение года  и четырех месяцев до даты принятия судом к производству заявления контролирующими лицами на аффилированное лицо                             ООО «СевТрасСнаб» выведено имущество: ФИО9 (3000*300*150), рыночная стоимость которого составляет не менее 300 000 руб. Денежные средства в счет оплаты полученного имущества ООО «СевТрансСнаб» в пользу Общества не перечислило, в конкурсную массу денежные средства не поступали. 

Заявители обращают вниманию на то, что контролирующими лицами должника совершена мнимая сделка по передаче Обществом в пользу ООО «Строй-Сити» векселя на сумму 25 000 000 руб. Единственным участником Общества ФИО3 28.12.2018 принято решение № 7, в соответствии с которым ФИО3 в целях пополнения чистых активов решил внести в добавочный капитал Общества простой вексель серии номер 0007737, дата составления 29.06.2018, дата погашения 29.12.2018, векселедатель ООО «Гидростар»              (ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург, ул.Фарфоровская, д.12, лит. Б, пом.3-Н), номиналом 25 000 000 руб. В ту же дату (28.12.2018) единственным участником Общества ФИО3 принято решение № 8, в соответствии с которым ФИО3 дополнительно решил  одобрить сделку по передаче простого векселя серия номер 0007737, дата составления 29.06.2018, дата погашения 29.12.2018, векселедатель ООО «Гидростар» (ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург, ул.Фарфоровская, д.12, лит. Б, пом.3-Н), номиналом 25 000 000 руб.                      ООО «СтройСити» (ИНН 

<

***>) на основании договора №8/2018 от 26.10.2018 на сумму 25 000 000 руб. Далее 28.12.2018 ФИО3, как физическое лицо, передал в пользу Общества этот же простой вексель номиналом 25 000 000 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселя. При этом ООО «Гидростар» (ИНН 

<

***>) на имя ФИО3, как на физическое лицо,  выдало простой вексель. Общество, в лице генерального директора ФИО3, 29.12.2018 передало в пользу ООО «СтройСити» (ИНН 

<

***>,                     ОГРН 

<

***>) указанный простой вексель серии номер 0007737, номиналом 25 000 000 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселя. Как следует из содержания пункта 3 указанного акта, Общество передало в пользу                   ООО «СтройСити» простой вексель в счет погашения задолженности Общества перед ООО «СтройСити» по договору № 8/2018 от 26.10.2018 на сумму                     25 000 000 руб.

При этом, как указывает заявитель, каких-либо документов, подтверждающих исполнение ООО «СтройСити» обязательств в пользу Общества по договору           № 8/2018 от 26.10.2018, ответчиками в материалы дела не представлено. Конкурсным управляющим должника ФИО7 17.11.2022 в материалы обособленного спора в подтверждение имеющихся взаимных обязательств Общества и  ООО «СтройСити» представлен договор на выполнение подрядных работ №8/2018 от 26.10.2018. ООО «ЮКОР» в ходе рассмотрения спора заявлено ходатайство о фальсификации доказательств по делу (договора субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 и всех приложений к нему). Определением Арбитражного суда Мурманской области от 21.07.2023 по обособленному спору № А42-10469-22/2020 в целях проверки заявления ООО «ЮКОР» о фальсификации доказательств по делу судом назначена экспертиза на предмет установления подлинности представленного в материалы обособленного спора документа - договора на выполнение подрядных работ №8/2018 от 26.10.2018. 

В соответствии с экспертным заключением эксперт пришел к следующим выводам: 1. установить период времени исполнения подписи от имени ФИО3 в договоре субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 не представляется возможным в виду непригодности подписи для исследования; изображение подписи от имени ФИО10 в договоре субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 выполнено способом цветной электрофотографии, является непригодным для исследования в виду отсутствия методик по установлению давности изготовления изображения с помощью электрофотографии; 2. изображение подписи от имени ФИО10 в договоре субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 выполнено способом цветной электрофотографии (не является рукописным реквизитом); 3. изображение оттиска печати Обществ в договоре субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 выполнено способом цветной электрофотографии; 4. договор субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 не подвергался агрессивному воздействию (термическому, световому, химическому и иному). 

По мнению заявителя, в результате цепочки указанных действий из актива Общества выбыли денежные средства в размере 25 000 000 руб. в счет несуществующего обязательства должника, Договор субподряда № 8/2008 от 26.10.2018 реально сторонами не исполнялся, является сфальсифицированным. 

В заявлениях конкурсный кредитор и конкурсный управляющий указывают на то, что ФИО3 неправомерно сняты с расчетного счета Общества денежные средства в размере 7 528 440,27 руб. с 29.12.2018 по 31.12.2019 с назначением платежа «Перечисление за вексель на основании акта приема-передачи векселя от 28.12.18 и решения от №7 от 28.12.18». 

В период с 29.12.2018 по 31.12.2019 ФИО3 систематически снимались денежные средства с расчетного счета должника с назначением платежа: «Перечисление за вексель на основании акта приема-передачи векселя от 28.12.18 и решения от №7 от 28.12.18». Указанные обстоятельства подтверждаются выписками по расчетному счету Общества, карточкой счета должника 76.09. При этом, в соответствии с решениями единственного участника Общества ФИО3 № 7, № 8 от 28.12.2018, а также актом приема-передачи векселя от ФИО3 в Общество, данный вексель внесен участником Общества в качестве добавочного капитала. Между тем, передача акционерами (участниками) средств в добавочный капитал в целях увеличения чистых активов, а также вклады участников в имущество Общества являются безвозмездными сделками. 

По мнению заявителя, снятие ФИО3 денежных средств с расчетных счетов должника в размере 7 528 440,27 руб. направлены исключительно на вывод активов должника. Кредитор обращает внимание на то, что генеральный директор Общества ФИО4 не предпринял никаких действий по возврату либо взысканию денежных средств. 

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указывают на невзыскание руководителем должника дебиторской задолженности с ООО «Голден фиш» (ИНН 

<

***>) в размере 976 012,23 руб. 

Как следует из материалов дела, Общество 13.04.2018 перечислило в пользу ООО «Голден фиш» сумму займа в размере 1 200 000 руб. под 8 % годовых. Согласно выписке по банковскому счету должника совершен платеж с назначением платежа: «Предоставление займа по договору процентного займа 1/2018 от 11.04.18 (8% годовых, 4000000 сумма договора) Сумма 1200000-00 Без налога (НДС)»). 

Указанный займ возвращен частично, в размере 430 000 руб. Иные платежи по возврату указанного займа в выписках по расчетным счетам Общества отсутствуют. ООО «Голден фиш» 08.07.2021 исключено из Единого государственного реестра юридических лиц на основании решения налогового органа. 

При этом, руководителем должника никаких действий, направленных на взыскание либо возврат дебиторской задолженности не осуществлялось. Участниками Общества не приняты решения, в том числе, о необходимости взыскания с ООО «Голден фиш» дебиторской задолженности. По мнению заявителя, в результате бездействия контролирующих должника лиц, причинен имущественный вред как самому должнику, так и кредиторам, какая-либо возможность во взыскании настоящего займа с ООО «Голден фиш» утрачена. 

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц указано на то, что контролирующими лицами в пользу ООО «Аксай» на безвозмездной основе выведено имущество должника. В течение шести месяцев до даты принятия судом заявления о банкротстве Общества в пользу ООО «Аксай» (ИНН 

<

***>) передано имущество: Блок-контейнер (6,0*2,4*2,4 м) с электрикой, кол-во: 6 шт., средняя рыночная стоимость одного такого контейнера составляет около 150 000 руб., соответственно имущество выведено на общую сумму 900 000,00 руб. Указанное имущество выведено в пользу ООО «Аксай» безвозмездно, каких-либо денежных средств в счет оплаты полученного имущества ООО «Аксай» в адрес Общества не осуществляло, в конкурсную массу денежные средства от данного лица не поступали. 

Заявители в обоснование заявления о привлечении ответчиков к ответственности указывают на то, что контролирующими Общество лицами уже после принятия судом заявления о банкротстве к производству списаны  строительные материалы, а также строительная и иная техника на сумму                    1 949 424,90 руб. После возбуждения дела о банкротстве Общества руководителем должника – ФИО4 составлен акт на списание материалов № 71 в соответствии с которым списаны активы Общества: бордюр дорожный (100*30*15), в кол-ве 1 423 шт., на сумму 711 500 руб. Руководителем должника – ФИО4 составлен акт на списание материалов № 72, согласно которому списано имущество Общества на сумму 620 924,91 руб. Как следует из актов № 71 и № 72 материалы израсходованы в полном объеме. 

Согласно заключению ООО «Северо-Западная аудиторская компания» от 07.05.2022 у Общества цех по производству готовой продукции отсутствует; согласно Актам № 71, № 72 имущество списано на расходы, связанные с оказанными услугами (выполненными работами) на объект «Реконструкция парковочного комплекса на привокзальной площади международного аэропорта Мурманск». Однако, согласно данным бухгалтерского учета и имеющейся документации в 2020 году Общество работ по реконструкции парковочного комплекса на привокзальной площади международного аэропорта Мурманск не производило в связи с расторжением договора на выполнение этих работ. 

Согласно данным бухгалтерского учета Общества (оборотно-сальдовая ведомость по счету 01.01) за период с 05.08.2019 по 31.12.2020 контролирующими должника лицами списано и реализовано имущество Общества на сумму                    5 059 260,76 руб. Доказательств обоснованности своих действий, при условии нахождении должника в имущественном кризисе, ответчиками не представлено. 

Заявители также указывают на то, что Обществом произведена оплата за третье лицо ООО «КОСАМ» (ИНН 

<

***>) в сумме 1 000 000 руб. Согласно выписке ПАО «Сбербанк России» по расчетному счету Общества следует, что должник оплатил в пользу ООО «СКАРОС» (ИНН 

<

***>) задолженность за ООО «КОСАМ» (ИНН 

<

***>) в размере 1 000 000 руб. с назначением платежа оплата по соглашению о выплате задолженности от 22.05.2018 за ООО «Косам» в счет взаиморасчетов. Однако  в переданных конкурсному управляющему документах соглашение о выплате задолженности от 22.05.2018, заключенное Обществом и ООО «КОСАМ», отсутствует. Ответчиками не представлено допустимых доказательств, подтверждающих правомерность совершения платежа за ООО «КОСАМ», при условии, что уже в этот период ООО «КОСАМ» являлось неплажеспособным и находилось в имущественном кризисе, поскольку 14.03.2019 возбуждено дело о банкротстве ООО «КОСАМ» № А42-2005/2019. По мнению заявителей, совершая оплату за ООО «КОСАМ», ответчики, являясь контролирующими должника лицами, осознавали, что ООО «КОСАМ» не способно в дальнейшем вернуть Обществу денежные средства. 

Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является также неподача руководителем должника заявления о признании должника организации несостоятельным (банкротом). Совокупный размер требований кредиторов составляет 57 277 427,31 руб., из которых сумма требований, включенных в реестр требований Общества, составляет 53 924 522,34 руб. 

Заявители указывают на то, что Общество перестало исполнять (частично исполнять) обязательства по договорам перед кредиторами с 2018 года, что подтверждается требованием кредитора ООО «МИРТ» (правопреемник –                 ООО «ЮКОР»). 

На конец 2018 года Общество получило прибыль 8 090 000 руб., однако, имея уже на тот момент неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе, ООО «МИРТ»; ООО «ПРОМЭНЕРГО»; ООО «Мурманский складской терминал», их объем, период неисполнения, а также отсутствие возможности исполнить требования кредиторов, руководитель должника обязан был предъявить в суд заявление о признании должника банкротом самостоятельно не позднее декабря 2019 года (по мнению ООО «ЮКОР»), не позднее 01.02.2020 (по мнению конкурсного управляющего должника). ФИО3, ФИО4 требования заявителей не признали. 

Возражая против удовлетворения заявлений, ответчики указывают на то, что в результате совершения сделок права кредиторов восстановлены в связи с вынесением соответствующих судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. 

Ответчики считает, что имелись обязательства Общества перед                  ООО «Косам» в связи с чем и  произведен соответствующий платеж. Применительно к доводу о несовершении руководителем должника действий по подаче заявления о признании должника организации несостоятельным (банкротом) ответчики указывают на то, что Общество до марта 2020 года осуществляло работы в рамках договора на выполнение работ по реконструкции парковочного комплекса международного аэропорта Мурманска от 29.12.2018 № 32-10-180093, цена договора 234 600 000 руб. (дополнительным соглашением от 25.12.2019 № 5 цена договора увеличена до 288 558 000 руб.). Названный договор, по мнению ФИО3, ФИО4, расторгнут стороной заказчика ввиду непредставления банковской гарантии. Как указывают контролирующие должника лица, последние рассчитывали на доход, полученный по итогам исполнения договора от 29.12.2018 № 32-10-180093, что позволило бы нивелировать признаки несостоятельности Общества, произвести расчеты с кредиторами. 

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017          N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон N 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного выше Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона N 266-ФЗ). 

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Вместе с тем, процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд  22.12.2021, в связи с чем при рассмотрении требований заявителя подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. Обстоятельства, с которым конкурсный управляющий связывает наступление ответственности контролировавшего должника лицо также имели место после 01.07.2017. 

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;  2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;  3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);  4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

В период с 21.03.2013 по 18.11.2019 ФИО3 являлся участником и генеральным директором должника. В период с 01.11.2016 по 18.11.2019        ФИО4 (сын ФИО3) осуществлял трудовую деятельность в Обществе в должности заместителя генерального директора, что подтверждается приказом №1 от 01.11.2016. ФИО4 18.11.2019 переведен на должность генерального директора Общества, что подтверждается приказом о переводе работника №4. В период с 19.11.2019 по 02.06.2021 генеральным директором Общества являлся ФИО4, а единственным участником Общества -  ФИО3. При этом, ФИО3 пояснил, что на протяжении всего периода хозяйственной деятельности Общества осуществлял активное участие в принятии корпоративных, распорядительных и экономических решений. 

Таким образом, с 2016 по дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства ФИО4, ФИО3 являлись контролирующими должника лицами, управленческие решения принимали согласованно. 

Субсидиарная ответственность наступает, когда банкротство должника вызвано не объективными (рыночными) факторами, а искусственно спровоцировано в результате реализации воли контролирующего лица. Несостоятельность должника должна быть связана не с объективными рыночными факторами, а исключительно с поведением самого должника, воля которого формируется контролирующими его лицами. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых тем же Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

В пункте 12 Постановления N 53 также разъяснено, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется. 

Как следует из пункта 8 Постановления Пленума N 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. На основании пункта 9 Постановления N 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления N 53). 

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности. 

Как указывают заявители, Общество перестало исполнять (частично исполнять) обязательства по договорам перед кредиторами начиная с 2018 года, в частности: сумма задолженности по обязательствам перед кредитором                 ООО «МИРТ» (далее правопреемник – ООО «ЮКОР»). На конец 2018 года Общество получило прибыль 8 090 000 руб., однако, имея уже на тот момент неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе ООО «МИРТ»;      ООО «ПРОМЭНЕРГО»; ООО «Мурманский складской терминал», их объем, период неисполнения, а также отсутствие возможности исполнить требования кредиторов, руководитель должника обязан был предъявить в суд заявление о признании должника банкротом самостоятельно не позднее декабря 2019 года (по мнению ООО «ЮКОР»), не позднее 01.02.2020 (по мнению конкурсного управляющего должника). 

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. 

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу N 309-ЭС17-1801). Наличие задолженности должника перед отдельными кредиторами само по себе не влечет риска банкротства юридического лица в связи с тем, что его активы и пассивы постоянно находятся в движении, и не может рассматриваться арбитражным судом как объективно свидетельствующее о неплатежеспособности должника и достаточное для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, однако в рассматриваемом случае доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника на конкретную дату, не представлено. 

Само по себе наличие у Общества неисполненных обязательств перед кредиторами, на которые указывает заявитель, не может расцениваться как подтверждение возникновения у общества признаков объективного банкротства. 

Из пояснений ответчиков следует, что Общество до марта 2020 года осуществляло работы в рамках договора на выполнение работ по реконструкции парковочного комплекса международного аэропорта Мурманска от 29.12.2018 № 32-10-180093, цена договора 234 600 000 руб., дополнительным соглашением от 25.12.2019 № 5 цена договора увеличена до 288 558 000 руб. 

Согласно пункту 3.1 договора № 32-10-180083 от 29.12.2018 подряда на реконструкцию парковочного комплекса на привокзальной площади международного аэропорта Мурманск установлен срок выполнения работ - 365 дней с даты авансового платежа. Дополнительное соглашение № 5 к договору от 25.12.2019 устанавливает отлагательное условие. ПАО «Аэропорт Мурманск» направлена претензия № 2092 от 02.12.2019 о неисполнении Обществом обязательств по договору подряда, не выполнении работ в установленный договором срок - до 29.12.2019, или в течение 365 дней с момента оплаты 29.12.2018 авансового платежа. Далее последовала претензия ПАО «Аэропорт Мурманск» №66 от 16.01.2020 об оплате неустойки в связи с неисполнением обязательств по договору. 

В пункте 2 претензии указано, что банковская гарантия до 15.01.2020 со стороны Общества не представлена, поэтому дополнительное соглашение № 5 к договору от 25.12.2019 с отлагательным условием в силу не вступило.

Таким образом, данная претензия является согласно пункту 14.4 договора уведомлением об отказе от исполнения договора. 

Согласно пункту 14.5 договора он считается расторгнутым по истечении 30 дней с даты получения Обществом  одностороннего уведомления ПАО «Аэропорт Мурманск» о расторжении договора. 

Согласно решению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.01.2021 по делу № А56-54411/2020, срок получения положительного решения о предоставлении Обществом банковского продукта - не позднее 27.01.2020. 

Таким образом, в указанные заявителями даты контролирующие должника лица полагали возможным произвести расчеты с кредиторами за счет дохода, полученного по итогам исполнения договора № 32-10-180083 от 29.12.2018. Таким образом, суд пришел к выводу о недоказанности заявителями объективного банкротства Общества в указанные в заявлениях даты.

Для применения презумпции доведения до банкротства в результате совершения конкретных сделок должно быть доказано, что именно этими сделками причинен существенный вред кредиторам. Существенный вред кредиторам от совершения должником сделки предполагается, если доказано, что эти сделки относятся к значимым для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являются существенно убыточными. 

Согласно пункту 19 Постановления N 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 16 того же постановления разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

При этом презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Вместе с тем, следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 постановления Пленума N 53). 

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики N 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. Процесс доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в связи с невозможностью полного погашения требований кредитора вследствие действий названных лиц упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. 

Поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего. Законодательные опровержимые презумпции не являются основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности. Будучи процессуальным приемом упрощения процесса доказывания, они остаются при этом нормами материального права, устанавливающими негативные правила (ограничения) в поведении контролирующих должника лиц в ситуации имущественной несостоятельности предприятия. Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества.

При этом суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

В данном случае вступившими в законную силу судебные актами установлено, что в результате согласованных и недобросовестных действий контролирующих должника лиц совершены сделки, направленные на выбытие ликвидных активов Общества при наличии у Общества на дату совершения сделок неисполненных обязательств перед кредиторами на сумму 8 217 024,93 руб., спецтехники каток дорожный марки: SDLG RS8140, (VIN): 

<

***>, номер двигателя: 6Р17J045035. 

Контролирующими должника лицами не опровергнуты доводы о необоснованном снятии с расчетного счета Общества денежных средств в сумме       7 528 440,27 руб. в период с 29.12.2018 по 31.12.2019 с назначением платежа «Перечисление за вексель на основании акта приема-передачи векселя от 28.12.18 и решения от №7 от 28.12.18», о невзыскании дебиторской задолженности в сумме 976 012,23 руб. 

Согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2019 Общество на конец отчетного периода располагало следующими активами: основные средства – 19 929 тыс. руб., запасы в сумме 37 819 тыс. руб., дебиторская задолженность – 29 554 тыс. руб., финансовые вложения – 1 920 тыс. руб., денежные средства в сумме 275 тыс. руб., прочие оборотные активы – 2 573 тыс. руб., НДС по приобретенным ценностям – 72 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 792 тыс. руб. При этом в бухгалтерском балансе должника содержатся сведения о неисполненных обязательствах должника, в том числе: кредиторской задолженности на сумму 58 481 тыс.руб. 

Согласно данным бухгалтерского баланса (форма 1), оформленного по состоянию на 31.12.2020, должник на конец отчетного периода располагал следующими активами: основные средства – 1 583 тыс. руб., запасы в сумме 162 тыс. руб., дебиторская задолженность – 11 521 тыс. руб., денежные средства в сумме 51 тыс. руб. При этом в бухгалтерском балансе должника содержатся сведения о неисполненных обязательствах должника, в том числе: кредиторской задолженности на сумму 59 526 тыс. руб. Актив должника по основным средствам уменьшился на 92 %, запасы – на 99,57 %. Указанному предшествовали действия контролирующих должника лиц по списанию и передаче оборудования, производственных запасов. В отсутствии допустимых и достаточных доказательств обоснованности данных хозяйственных операций, разумных причин их совершения контролирующими должника лицами, суд также признал данные действия недобросовестными, причинившими существенный вред кредиторам. 

Установленные в рамках обособленных споров недобросовестные действия ответчиков, совершенные в целях причинения вреда кредиторам Общества, не опровергнуты контролирующими должника лицами. Ответчиками совершены  действия, направленные на планомерный вывод ликвидных активов Общества, в отсутствие разумных пояснений по отчуждению основных средств должника, используемых при осуществлении им своей деятельности.

Совершенные ответчиками сделки являются существенными для деятельности должника и привели к невозможности исполнения обязательств перед кредиторами и последующему банкротству Общества. 

Суд пришел к выводу о том, что при наличии имущественного кризиса, равно как и неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, контролирующими должника лицами совершены действия, повлекшие за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов и причинившие вред имущественным правам кредиторов. Данные обстоятельства свидетельствуют о  наличии предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы ответчиков о завершении в отношении них процедуры банкротства и освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов отклонятся как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку в силу абзаца второго пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила пункта 5 этой статьи применяются к требованиям о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (глава III.2 Закона о банкротстве).

Поскольку ФИО4, ФИО3 действовали согласованно, что не опровергнуто, ответственность на указанных лиц возлагается в солидарном порядке.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

В пункте 41 Постановления N 53 разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности. В этом случае суд выносит определение о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. 

Согласно части 2 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд приостанавливает производство по делу и в иных предусмотренных федеральным законом случаях. 

Принимая во внимание невозможность определить размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лица ввиду незавершения мероприятий по формированию конкурсной массы, а также правовую возможность приостановления производства по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленную Законом о банкротстве, производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3 в деле о банкротстве в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника.

Оснований для отмены принятого по делу судебного акта по доводам апелляционной жалобы не имеется. 

Обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

постановил:

определение Арбитражного суда  Мурманской области  от 22.11.2023 по делу № А42-10469/2020/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

 

Судьи

 

И.В. Сотов

 

И.Ю. Тойвонен