СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-18825/2018(4)-АК

Дело № А60-2931/2018

11 января 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 января 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Даниловой И.П.,

судей    Макаровой Т.В., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 22 ноября 2022 года

о завершении процедуры реализации имущества должника и применении правил об освобождении от исполнения обязательств, предусмотренных  пунктом  3 статьи  213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», 

вынесенное в рамках дела № А60-2931/2018

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3, 

установил:

23.01.2018 в Арбитражный суд поступило заявление ФИО4 о признании ФИО5 несостоятельной (банкротом), которое определением от 29.01.2018 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением суда от 25.06.2018 (резолютивная часть от 19.06.2018) заявление признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №113 от 30.06.2018.

Решением суда от 31.05.2019 (резолютивная часть от 24.05.2019) должник ФИО6 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев до 24.11.2019. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №94 от 01.06.2019.

03.11.2022 от финансового управляющего ФИО2  поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина с приложением отчетов о ходе  процедуры, документов, подтверждающих продажу имущества гражданина, ответов должника, ответов  государственных органов, выписок  из ЕГРН, сведений  о закрытии счетов, сведений о смене фамилии, сведений  ОАО «ЦНИИПП», ответов банков, выписок из ПАО «Сбербанк России», АО «Альфа-Банк», реестра требований  кредиторов. В ходатайстве о завершении финансовый управляющий  ФИО2  просил не освобождать  ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении процедуры реализации  имущества. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2022 года (резолютивная часть от 15.11.2022) завершена процедура реализации имущества гражданки ФИО3, применены в отношении ФИО3 положения пункта 3  статьи  213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части применения положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, и принять по делу новый судебный акт о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает, что  должник в процедуре банкротства злоупотребляла своими правами:  представила недостоверную информацию о наличие движимого и недвижимого имущества, а также информацию о счетах в банках. Из представленных ответов государственных органов было установлено, что на дату введения процедуры банкротства в собственности ФИО3 имеется недвижимое имущество: земельный участок, кадастровый номер 66:59:0201003:1312, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...> площадь 650 кв.м., который был реализован на торгах в рамках процедуры банкротства. Кроме того, были обнаружены счета в иных банках: в том числе: Хоум Кредит банк, Газпромбанк, ВТБ, Росгосстрах банк, Русский Стандарт. Признаны недействительными сделки, совершенные должником. Должник не работал, дохода от трудовой деятельности и неофициальной трудовой деятельности не имел, в Фонд занятости не обращался, на учете в качестве безработного не стоит. Кроме того, должник длительное время скрывал адрес своей регистрации. Так финансовым управляющим для переписки использовался адрес, указанный в заявлении о признании должника банкротом кредитором ФИО4: 

<

...>. Финансовым управляющим посредством запроса в Отдел адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Свердловской области по состоянию на 18.07.2018 было установлено, что ФИО5  с 26.08.2020 зарегистрирована по адресу: 

<

...>. По указанному адресу числился частный дом, в котором ФИО5 принадлежала 1/6 часть. Указанная информация подтверждается заключенным 30.06.2015 договором купли-продажи по отчуждению ФИО5 1/6 дома в пользу ФИО7, согласно условиям которого ФИО5, в том числе обязана была сняться с регистрационного учета до 01.08.2015, но обязанность свою не выполнила. Между тем, согласно информации, размещенной в сети «Интернет», по адресу: 

<

...> находится многоквартирный дом, построенный в 2020 году. Согласно ответу Отдела адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Свердловской области от 22.08.2019 ФИО5 встала на регистрационный учет 29.03.2019. Таким образом, ФИО5 длительное время была зарегистрирована по несуществующему адресу (объекту), с ней отсутствовала почтовая коммуникация, о чем свидетельствует, в том числе, наличие в материалах дела возвратных конвертов от суда и управляющего, она  также не сообщила ни суду, ни финансовому управляющему свой адрес регистрации. Должник 14.03.2019 поменял паспорт, изменил фамилию на «Гревцева», о чем также не сообщил ни финансовому управляющему, ни суду. Кроме  того, должник заявлял ходатайство об утверждении плана реструктуризации долгов, внесении изменений в план реструктуризации, затягивал процедуру банкротства, судебные заседания неоднократно откладывались, в результате  чего план так и не был исполнен. Должник самовольно присвоил денежные средства в размере 7 000 руб., составляющие конкурсную массу, находящиеся на счете гражданина-банкрота, открытом в ПАО «Сбербанк». По указанному факту финансовый управляющий обратился с иском о взыскании с ПАО «Сбербанк» убытков в размере 7000 руб., который был удовлетворен 13.09.2021.

Письменные отзывы от лиц, участвующих в деле не поступили в материалы дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Частью 5 статьи 268 АПК РФ предусмотрено, что в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку возражений против рассмотрения судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы не поступило, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ только в обжалуемой части (в части освобождения от обязательств).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального  закона  от  26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве) (далее -  Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим заявлено ходатайство о необходимости завершения процедуры реализации имущества. 

Из материалов дела усматривается, что в  реестр требований  кредиторов  были  включены требования   кредиторов на общую сумму 1 275 347,38 руб.;  Кредиторов первой и второй очереди не установлено. Требования кредиторов погашены в размере 21,95%.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния ФИО3, по результатам которого сделан вывод о том, что должник является неплатежеспособным, должник не в состоянии погасить имеющеюся кредиторскую задолженность.

Признаки фиктивного (преднамеренного) банкротства в отношении ФИО3 отсутствуют.

По итогам ответов государственных органов было установлено, что на дату введения процедуры банкротства в собственности ФИО5 имеется недвижимое имущество: земельный участок, к.н. 66:59:0201003:1312, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...> площадь 650 кв.м., который был реализован на торгах в рамках процедуры банкротства. Признаны недействительными сделки, совершенные должником (определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2019, определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2019).

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении другого имущества должника, пополнении конкурной массы или дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, не имеется.

Таким образом, все возможные мероприятия в ходе процедуры реализации имущества, введенной в отношении должника, финансовым управляющим выполнены в полном объеме.

По смыслу пункта 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве по истечении установленного шестимесячного срока реализация имущества гражданина может быть продлена судом в исключительных случаях с целью завершения данной процедуры банкротства по мотивированному ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Доказательств наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества гражданина, арбитражному суду не представлено.

Согласно статье 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим заявлено о возможности завершения процедуры реализации имущества гражданина, а также заявлено ходатайство о не освобождении от дальнейшего исполнения обязательств по требованиям кредиторов, поскольку  имело место  недобросовестное поведение  должника, которое  не способствовало  погашению задолженности кредиторов.

Поскольку пополнение конкурсной массы должника являлось невозможным, суд первой инстанции признал, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, и завершил эту процедуру в отношении должника на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

В части завершения процедуры определение суда и связанные с этим выводы не обжалуются. 

В отношении не применения правил об освобождении обязательств суд первой инстанции пришел к выводу, что основания для применения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве на момент рассмотрения ходатайства финансового управляющего о завершении реализации имущества не установлены.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  арбитражный апелляционный суд усматривает основания для отмены судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случаях, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина (абзац третий); если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество (абзац четвертый).

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Как разъяснено в пункте 46 Постановления № 45, по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества гражданина (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества гражданина, однако данные обстоятельства могут быть установлены и в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 307-ЭС16-12310(3) по делу N А56-71378/2015).

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" даны следующие разъяснения: оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из данных разъяснений следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Тем самым, в основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по результатам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно Определению Верховного Суда РФ от 15.06.2017 по делу № 304-ЭС17-76 отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из материалов дела, согласно ответу должника от 05.07.2018 на запрос финансового управляющего, ФИО5 сообщила, что у нее имеются счета в ПАО «Сбербанк» и АО «Альфа-банк», кроме того пояснила, что у нее в собственности отсутствует какое - либо движимое/недвижимое имущество

Вместе с тем данная информация  оказалась недостоверной, поскольку по итогам ответов государственных органов было установлено, что на дату введения процедуры банкротства в собственности ФИО5 имеется недвижимое имущество: земельный участок, к.н. 66:59:0201003:1312, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...> площадь 650 кв.м., который был реализован на торгах в рамках процедуры банкротства. Кроме того, были обнаружены счета в иных банках: в том числе: Хоум Кредит банк, Газпромбанк, ВТБ, Росгосстрах банк, Русский Стандарт.

В процедуре  банкротства  должника были признаны  недействительными  сделки  должника по  реализации имущества  ФИО3 

Постановлением Семнадцатого  арбитражного  апелляционного суда  от  11.07.2021 установлено, что 29.12.2015 между ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в единоличную собственность: здание базы отдыха общей площадью 149,5 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:562; здание летней кухни общей площадью 31,6 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:563; здание уборной общей площадью 8,5 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:543; земельный участок общей площадью 3200 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...> с кадастровым номером 66:59:0201003:1311.

В соответствии с пунктом 3 договора купли-продажи от 29.12.2015 имущество по соглашению сторон продано за 1 200 000,00 рублей, уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Государственная регистрация права на спорные объекты недвижимости произведена в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области 20.01.2016.

07.03.2019 между ФИО8 (продавец) в лице ФИО9, действующего на основании доверенности №66АА 4952286 (66АА 4952285) от 12.04.2018, и ФИО10 (покупатель) заключен договор №2 купли-продажи объекта недвижимости, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель – принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора недвижимое имущество – четыре объекта недвижимости, а именно: здание базы отдыха общей площадью 149,5 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:562; здание летней кухни общей площадью 31,6 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:563; здание уборной общей площадью 8,5 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...>, кадастровый номер: 66:59:0201003:543; земельный участок общей площадью 3200 кв.м, адрес: Свердловская область, г. Полевской, 

<

...> с кадастровым номером 66:59:0201003:1311.

Стоимость предмета договора (цена договора) составляет 1 300 000,00 рублей (пункт 2.1 договора от 07.03.2019).

Вступившим в законную силу 21.01.2016 решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 31.08.2015, с должника взыскано в пользу ФИО4 (далее – ФИО4) неосновательное обогащение в размере 1 200 000,00 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 200,00 рублей. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО4 в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

При изложенных обстоятельствах, поскольку на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства, должник отвечал признакам неплатежеспособности, оспариваемая сделка совершена по заниженной цене, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника, о чем стороне по сделке было достоверно известно, следует признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 29.12.2015 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В качестве последствий  недействительности  сделки с ФИО9, ФИО9 в конкурсную массу должника взыскано всего  318 719 рублей 13 копеек (по 159 359 рублей 57 копеек с каждого), поскольку согласно сведениям, представленным нотариусом нотариальной палаты Свердловской области ФИО11, после смерти ФИО8, умершей 22.03.2019, ее наследниками, принявшими наследство, являются: сын ФИО9, и дочь ФИО9, которым выданы свидетельства о праве на наследство по закону от 27.09.2019 и 02.10.2019, соответственно. Иных наследников, принявших наследство, не имеется. В наследственную массу ФИО8 включено имущество (денежные средства) на общую сумму 318 719 рублей 13 копеек.

Кроме  того, определением  Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2019, оставленным  без  изменения постановлением  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  16.03.2020 признан  недействительным договор купли-продажи транспортного средства марки Toyota Land Cruiser120, 2007 года выпуска от 27.06.2016, заключённый между должником и ФИО12 по пункту  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с целью причинения вреда правам  и интересам кредиторов.   В качестве последствий  недействительности сделки  с ответчика в конкурсную массу взыскано 1 129 000,00 рублей.

Таким образом, при наличии кредиторской задолженности  перед ФИО4  должник  производил реализацию  имущества  с целью невозможности обращения  на него взыскания и погашения  задолженности перед кредитором, что свидетельствуют  о недобросовестном поведении  должника.

Действительно с судебными  актами в конкурсную массу должнику  с ответчиков  были взысканы денежные средства, которые бы позволили  погасить  задолженность перед кредиторами  в полном объеме.

Вместе   с тем, согласно отчету финансового  управляющего  о ходе процедуры реализации  ФИО3  право требования к ФИО12  на  сумму  1 129 000,00 рублей реализовано  за  152 510 рубля,  к ФИО9 на сумму  159 359 рублей  57 копеек   за 7 300 рублей, к ФИО9  на сумму  159 359 рублей 57 копеек  за 1 434 рубля 24 копейки. 

Таким образом, полученные   денежные средства  от реализации  имущества  должника  не  позволили  погасить требования кредиторов.

В случае если  бы должник  не совершал сделки по реализации имущества  своего имущества, требования кредиторов были бы погашены в полном объеме.   

Так  же финансовый управляющий  указывает, что  в ходе процедуры банкротства должник   трудовую деятельность не осуществлял,  доходы не получал,  в Фонд занятости не обращался, на учете в качестве безработного не состоял, то есть не предпринимал мер, направленных на  погашение  кредиторской  задолженности.  

Кроме  того длительное время должник скрывал адрес своей регистрации. Финансовым управляющим посредством запроса в Отдел адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Свердловской области по состоянию на 18.07.2018 было установлено, что ФИО5  с 26.08.2020 зарегистрирована по адресу: 

<

...>. По указанному адресу числился частный дом, в котором ФИО5 принадлежала 1/6 часть. Указанная информация подтверждается заключенным 30.06.2015 договором купли-продажи по отчуждению ФИО5  1/6 дома в пользу ФИО7, согласно условиям которого ФИО5,  в том числе обязана была сняться с регистрационного учета до 01.08.2015, но обязанность свою не выполнила.

 Согласно информации, размещенной в сети «Интернет», по адресу: 

<

...> находится многоквартирный дом, построенный в 2020 году. 

Адрес регистрации ФИО5 был установлен финансовым управляющим самостоятельно уже в процедуре реализации имущества, сведения должником не были предоставлены. Согласно ответу Отдела адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Свердловской области от 22.08.2019 ФИО5 встала на регистрационный учет 29.03.2019.

Должник 14.03.2019 поменял паспорт, изменил фамилию на «Гревцева», о чем также не сообщил ни финансовому управляющему, ни суду.

Кроме того, должником в ходе процедуры банкротстве со счета в ПАО «Сбербанк России»  самовольно  были сняты денежные средства на  сумму  7 000   рублей. Финансовый управляющий обратился с иском о взыскании с ПАО «Сбербанк России» убытков в размере 7000 руб., который решением Мирового участка № 2 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга был удовлетворен 13.09.2021, взысканы убытки в сумме 7 000 рублей.

При изложенных  обстоятельствах  суд апелляционной инстанции   приходит к выводу, что   ФИО3   совершались действия, которые не имели цель - погашение требований кредиторов, что свидетельствует  о  недобросовестном поведении  должника.   Такое  поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для освобождения указанного должника от обязательств не может быть признан правильным, не соответствует имеющимся в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам, противоречит цели законодательно закрепленной привилегии потребительского банкротства в виде освобождения от долгов добросовестного лица, не допускающего злоупотребления правом и стремящегося совершить все необходимые действия в целях расчета с кредиторами.

При таких обстоятельствах  суд апелляционной инстанции приходит  к выводу, что  оснований для применения к должнику правил об  освобождении от обязательств, предусмотренных пунктом 3  статьи 213.28 Закона о банкротстве, не имеется.

В ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей  213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017)», утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017). 

В связи с изложенным определение Арбитражного суда Свердловской области от 22 ноября 2022 года по делу № А60-2931/2018 в части применения в отношении ФИО3 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве подлежит отмене на основании пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ. 

Поскольку при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством уплата государственной пошлины не предусмотрена (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), вопрос о распределении судебных расходов судом апелляционной инстанции не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражный суд Свердловской области от 22 ноября 2022 года по делу № А60-2931/2018 в части применения к ФИО3  правил, предусмотренных пунктом 3 статьи 213.28  Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности  (банкротстве)»  об освобождении от обязательств отменить. 

Не применять в отношении ФИО3 правила об освобождении от обязательств перед  кредиторами, предусмотренные положениями пункта 3 статьи 213.28 Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности  (банкротстве)». 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

И.П. Данилова 

 

Судьи

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова