СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                            Дело № А03-12656/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:   

председательствующего                                      Стасюк Т.Е., 

судей                                                                     Фертикова М.А.,         

                                                                               ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Новосибирский мелькомбинат» (07АП-6851/2020) на решение от 19.06.2020 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-12656/2019 по исковому заявлению акционерного общества «Новосибирский мелькомбинат» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 

<

...>) к открытому акционерному обществу «Ключевской элеватор» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 

<

...>) о взыскании 6 267 565 руб. 10 коп. убытков.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: публичное акционерное общество «Сбербанк России», г. Москва, в лице филиала – Алтайского отделения № 8644, г. Барнаул, «Газпромбанк» (акционерное общество), г. Москва, акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк», г. Москва, акционерное общество «Гилевский элеватор», г. Барнаул. 

В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО3 по доверенности от 01.01.2019, паспорт,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 18.06.2020, паспорт.

СУД УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Новосибирский мелькомбинат» (далее – АО «Новосибирский мелькомбинат») в лице Ключевского филиала обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Ключевской элеватор» (далее – АО «Ключевской элеватор») о взыскании  6 267 565 руб. 10 коп. убытков (с учетом принятых судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений – т. 6 л. д. 152).

В обоснование исковых требований истец указывает, что он принял от ответчика в аренду имущество – часть имущественного комплекса ОАО «Ключевской элеватор», однако в состав всего имущественного комплекса входило и иное имущество, обремененное залогом ПАО «Сбербанк» и АО «Газпромбанк», не переданное истцу в пользование. Истец указывает, что он не имел возможности физически исключить его (обремененное залогом имущество) из имущественного комплекса ОАО «Ключевской элеватор», вынужден был обеспечивать надлежащее состояние и охрану всего комплекса, в дальнейшем весь имущественный комплекс находился на ответственном хранении истца, в связи с чем он понес убытки, на взыскание которых претендует в настоящем деле.

К участию в деле в качестве третьих  лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Сбербанк России», в лице филиала – Алтайского отделения № 8644, «Газпромбанк» (акционерное общество), акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк», акционерное общество «Гилевский элеватор».

 Решением от 19.06.2020 Арбитражного суда Алтайского края в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и вынести по делу новый судебный акт об удовлетворении иска  в полном объеме. 

В обоснование жалобы ее податель указывает, что ответчик фактически расходы по содержанию своего имущества не нес, однако в деле о банкротстве в его пользу с залогового кредитора были взысканы расходы по содержанию имущества. Ссылаясь на то, что имущество составляет единый комплекс и невозможность разделения расходов по содержанию этого имущества, а также на право хранителя по безвозмездному договору хранения на возмещение своих расходов по хранению имущества, истец указывает на необоснованность выводов суда; применение методики расчета пропорционально стоимости залогового имущества истец считает обоснованным, так как она применена и в деле о банкротстве ответчика. Истец также полагает, что вывод о недобросовестном поведении истца, который не поставил перед залогодержателями вопрос об обеспечении хранения имущества неверным, сделанным без учета нежелания кредиторов давать согласие на аренду имущества. По мнению апеллянта, ответчик и третьи лица, являющиеся залоговыми кредиторами, фактически переложили на истца бремя расходов по содержанию имущества.

В судебном заседании представитель истца свои требования поддержал.

Представитель ответчика пояснил, что не оспаривает факт обоснованности несения истцом расходов по охране имущества, иные расходы считает не подлежащим возмещению, однако возмещение расходов по охране считает справедливым, отмечая, что имущество банкрота было сохранено надлежащим образом, круглосуточная охрана действительно была обеспечена усилиями истца. 

Третьи лица ПАО «Сбербанк» и  АО «Гилевский элеватор» представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили оставить решение арбитражного суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

АО «Гилевский элеватор» в своем отзыве указывает на то, что ответчик в данном деле признает исковые требования в нарушение пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что нарушает права залоговых кредиторов должника, в связи с чем признание иска не подлежит принятию; заключенный сторонами договор аренды не содержал условия об охране арендованного имуществ, в связи с чем расходы, понесенные истцом арендованного имущества следует расценивать как расходы по обеспечению его возврата арендодателю в надлежащем состоянии. Также третье лицо считает, что у ответчика не возникло обязательств по возмещению расходов на охрану имущества из договора на ответственное хранение от 18.04.2019, поскольку им было предусмотрено, что понесенные хранителем расходы, в том числе на материалы по эксплуатации имущества, потребленные коммунальные услуги, компенсации за счет поклажедателя на подлежат. Третье лицо полагает, что материалами дела подтвержден факт эксплуатации истцом имущества, переданного на хранение, позицию истца, основанную на утверждении о том, что согласие поклажедателя на эксплуатацию имущества получено не было, предъявление требований о возмещении расходов хранителя считает недобросовестным поведением.

Третье лицо ПАО «Сбербанк» в своем отзыве  также возразило против приведенных апеллянтом доводов, отмечая, что из материалов дела не следует, что расходы на потребленную электроэнергию были понесены истцом в отношении имущества, находящегося в залоге у третьих лиц, полагает, что все затраты на электроэнергию понесены истцом в связи с эксплуатацией переданного ему имущества, услуги охраны также считает понесенными в отношении используемого имущества, так как предметом договоров является охрана и обеспечение безопасности объектов заказчика и обеспечение функций контроля перемещения его работников и транспорта, акты выполненных услуг также подтверждают предоставление услуг по охране имущества, находящегося во владении или пользовании заказчика.  считает подлежащими. Третье лицо также указывает в своем отзыве на то, что при ликвидации Ключевского филиала истца и передаче головной организации дебиторской задолженности записью по дебету счета 79 и кредиту счета 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками» и кредиторской задолженностью по дебету счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» и кредиту счета 79 задолженность не отражена, первичная документация, подтверждающая вынужденность нести убытки на обеспечение сохранности имущества, не переданного по договору аренды в размере 2 498 6767,08 руб. не подтверждена первичными учетными документами. Убытка по профилактическому фитосанитарному обеззараживанию здания элеватора третье лицо считает нецелесообразными, так как истец не обязан был обрабатывать не переданное ему здание.

От иных лиц отзывы не поступили.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела по апелляционной жалобе, явку своих представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение арбитражного суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что основания для его отмены либо изменения отсутствуют. Вывод суда основан на следующем.

Согласно материалам дела между АО «Новосибирский мелькомбинат» (арендатором) и АО «Ключевской элеватор» (арендодателем) был заключен договор аренды от 07.07.2016 (т. 1 л. 

<

...>). 

В соответствии с пунктом 1.1 договора аренды ответчик обязался передать истцу за плату во временное владение и пользование имущество, указанное в Приложении № 1 к указанному договору.

Как следует из пункта 1.3 договора, арендатор уведомлен, что арендуемое имущество на момент заключения договора обременено залогом. Полный перечень договоров залога и залогодержателей указан в Приложении № 1, которое является неотъемлемой частью настоящего договора. При этом в части имущества, обремененного залогом, данный договор вступает в силу с момента получения согласия соответствующего залогового кредитора. 

Согласно пункту 2.3.3 договора арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет капитальный и текущий ремонт и нести текущие расходы на содержание имущества. 

В соответствии с пунктом 3.4 договора помимо арендной платы арендатор возмещает арендодателю все эксплуатационные расходы (газо-, тепло-, электро-, водоснабжение и водоотведение), а также телекоммуникационные услуги (телефон, интернет) в части арендованного имущества. 

Акт приема-передачи имущества подписан сторонами 11.07.2016 (т. 1 л. д. 30-41). 

Срок действия договора – 11 месяцев с момента подписания сторонами договора и акта приема-передачи. Договор может быть продлен по соглашению сторон (пункты 4.1, 4.2 договора).

05.04.2019 истец обратился к ответчику с требованием о возмещении связанных с вышеуказанными обстоятельствами затрат по электроэнергии в сумме 1 136 298 руб. 68 коп. (т. 1 л. д. 86-87).

07.05.2019 истец обратился к ответчику с требованием о возмещении связанных с вышеуказанными обстоятельствами затрат по электроэнергии в сумме 1 786 123 руб. 72 коп., по охране имущества в сумме 2 425 731 руб. 84 коп., по профилактическому фитосанитарному обеззараживанию здания в сумме 622 113 руб. 69 коп. (т. 1 л. д. 88-89).

Указанные выше расходы, понесенные истцом в период действия договора аренды, истец считает подлежащими возмещению ответчиком, как понесенные в отношении имущества, на которое со стороны залоговых кредиторов не было получено согласие на использование.

После прекращения договора аренды между ОАО «Ключевской элеватор» (поклажедателем) и АО «Новосибирский мелькомбинат» (хранителем) был заключен договор ответственного хранения от 18.04.2018 (т. 1 л. д. 42-44).

В соответствии с пунктом 1.1 указанного договора хранения поклажедатель передает, а хранитель принимает на ответственное хранение имущество, указанное в акте приема-передачи, являющемся неотъемлемой частью данного договора.

Хранитель обязуется хранить переданное ему имущество, переданное ему поклажедателем, и возвратить это имущество в сохранности (пункт 1.2 договора хранения).

В силу пункта 1.3 договора хранения хранитель принимает на хранение имущество на безвозмездной основе.

Пунктом 2.2.2 договора хранения предусмотрено, что в случае получения согласия на эксплуатацию имущества поклажедателя, хранителем расходы, в том числе на расходные материалы, используемые в результате эксплуатации имущества, потребленные услуги (электричество, тепло, вода и т.д.), компенсации со стороны поклажедателя не подлежат.

По окончании хранения, согласно пункту 2.3.2 поклажедатель обязуется принять имущество обратно.

Акт приема-передачи имущества на хранение подписан сторонами 18.04.2018 (т. 1 л. д. 45-85). В соответствии с указанным актом, все ранее переданное истцу по договору аренды имущество, было передано ему на ответственное хранение, включая имущество, обремененное залогом третьих лиц. В акте приема-передачи от 18.04.2018 напротив позиций имущества указано лицо, в залоге у которого данное имущество находится.

Согласно последнему уточнению иска расходы истца в период действия договора аренды, подлежащие возмещению, составили: 1 173 515,16 руб. – на электроэнергию, 1 683 643,40 руб. – на охрану, 622 113,69 руб. – по профилактическому фитосанитарному обеззараживанию здания элеватора.

Расходы истца в период действия договора хранения, подлежащие возмещению, составили: 673 179,25 руб. – на электроэнергию, 2 115 113,60 руб. – расходы на охрану.

В доказательство размера понесенных расходов истец представил в материалы дела договоры об оказании охранных услуг, акты сверки взаимных расчетов, счета-фактуры, акты об оказании услуг по договорным отношениям с ООО ЧОП «Семеновский полк», с ООО ЧОО «Вега-Альянс», платежные поручения об оплате услуг охраны, счета-фактуры, акты приема выполненных работ, электроэнергии по договорным отношениям с АО «Алтайэнергосбыт», счета-фактуры, выставленные от ОАО «Ключевской элеватор» к АО «Новосибирский мелькомбинат», двусторонние акты о принятии АО «Новосибирский мелькомбинат» затрат по электроэнергии от ОАО «Ключевской элеватор», платежные поручения об оплате истцом электроэнергии, счета-фактуры, выставленные истцу от имени ФГБУ «Федеральный центр безопасности и качества зерна и продуктов его переработки», акты об оказании услуг, подписанные истцом и ФГБУ «Центр оценки качества зерна», платежные поручения об оплате данных услуг и т.д.

Ссылаясь на то, что указанные расходы понесены в интересах ответчика в целях сохранения принадлежавшего ему имущества, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском, квалифицируя понесенные расходы как убытки.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска в полном объеме, исходил из того, что истец не доказал совокупность обстоятельств, влекущих возникновение для ответчика обязанности по возмещению убытков, суд пришел к выводу о том, что истец не доказал факт ненадлежащего исполнения ответчиком взятых на себя обязательств, наличие причинно-следственной связи между убытками и нарушением исполнителем своих обязательств по договору, а также размер причиненных убытков. 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, считает выводы суда первой инстанции по существу спора правильными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Соответственно, бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, для взыскания убытков нужно установить факт причинения убытков, наличие причинно-следственной связи между нарушением и убытками, виновность причинителя вреда. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Выясняя вопрос о том, в чем конкретно заключаются убытки истца и какими противоправными действиями ответчика они обусловлены, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Истец, обосновывая свое требование, фактически ссылается на то, что истец передал ему весь комплекс имущества ОАО «Ключевской элеватор» в аренду, с условием о том, что в той части имущества, которая обременена залогом, использовать имущество арендатор может только после получения согласия залогодержателей.

Поскольку от ПАО «Сбербанк» и АО «Газпромбанк» согласие на использование имущества получено не было, АО «Новосибирский мелькомбинат» не получило данное имущество в аренду. Вместе с тем, указывая на то, что все имущество является единым комплексом, задействованным в производственном процессе, истец утверждает, что не мог разграничить это имущество и нести расходы по содержанию только той его части, которая была обременена залогом АО «Россельхозбанк», разрешившим использование имущества, и не обремененной залогом части. 

Отклоняя данный довод, суд первой инстанции принял во внимание, что, несмотря на то, что согласие залогодержателей на использование имущества от ПАО «Сбербанк» и АО «Газпромбанк» получено не было, истец не предпринял никаких действий для постановки перед ними вопроса об этом имуществе, о расходах на его содержание и хранение.

Суд расценил как обоснованный довод третьих лиц, что в данном случае невозможно отделить не переданное в аренду имущество от полученного истцом ввиду сложного характера имущественного комплекса элеватора, при этом истцом не представлено доказательств того, что произведенные им платежи за электроэнергию, охрану, дезинфекцию не были обусловлены производственной деятельностью самого истца, которая велась на протяжении всего периода действия арендных отношений, также истцом не представлено доказательств того, что имущество элеватора, в отношении которого не было получено согласие залогодержателей на его использование, не использовалось истцом.

Суд апелляционной инстанции, поддерживая данные выводы, исходит из того, что объединение имущества единым назначением в единый комплекс, на что ссылается истец в обоснование невозможности разграничения имущества, означает не только то, что невозможно разграничить расходы на содержание и охрану данного имущества, но и то, что истец, используя часть арендованного имущества, не обремененную залогом, и находящуюся в залоге у АО «Россельхозбанк» не мог не использовать остальную часть имущества в своей деятельности.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции обоснованно возложил бремя доказывания того, что АО «Новосибирский мелькомбинат» формально не предоставленной в аренду частью имущества, в отношении которой не было получено согласие залогодержателей на использование имущества, на самого истца.

Суд апелляционной инстанции поддерживает также позицию суда первой инстанции о том, что истец, действуя добросовестно, должен был непосредственно после принятия в пользование арендованного имущества и получения от ПАО «Сбербанк» и АО «Газпромбанк» отказа в разрешении использовать обремененное залогом указанных лиц имущества, поставить перед залоговыми кредиторами вопрос о возможности (либо невозможности) обособления данного имущества, вопрос об обеспечении сохранности  залогового имущества, детально разграничив используемое и неиспользуемое имущество, согласовав состав и стоимость затрат по хранению и содержанию имущества. 

Выясняя фактические обстоятельства, при которых истец принял решение о несении расходов на содержание всего комплекса имущества, суд апелляционной инстанции задавал истцу вопрос о том, в связи с чем перед залоговыми кредиторами соответствующие вопросы поставлены не были, на что представитель истца пояснил, что АО «Новосибирский мелькомбинат» имело намерение приобрести имущество должника на проводимых в деле о банкротстве ОАО «Колючевской элеватор» торгах, однако при первом выставлении имущества на торги не устроила цена, в связи с чем ожидали повторного выставления на торги по цене на 10 % меньше от первоначальной, однако залоговыми кредиторами было принято решение после первых несостоявшихся торгов об оставлении имущества за собой.

Указанные обстоятельства, по мнению апелляционного суда, не меняют оценку действий истца, не предпринявшего мер по урегулированию с залоговыми кредиторами отношений по использованию и несению расходов в отношении имущества, находящегося в залоге.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, единое назначение имущества, переданного истцу на основании договора аренды, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами третьих лиц о том, что истец не доказал, что фактически не использовал имущество, обремененное залогом в их пользу.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованным довод третьих лиц о недоказанности несения расходов на содержание имущества (электроэнергия, охрана, фитосанитарная обработка), переданного по договору аренды истцу, на которое не получено согласие залогодержателей по его использованию арендатором, а также о том, что охранные организации, привлеченные истцом, не принимали на себя обязательств по охране имущества, не имеющего отношения к заказчику услуг, что фактически охранялось имущество, находящееся во владении и пользовании истца. 

При этом ПАО «Сбербанк» обоснованно указывает в своем отзыве на апелляционную жалобу на предмет договоров на охрану и акты оказанных услуг.

Так, согласно договору об оказании охранных услуг № 001 от 28.09.2016 (т. 4 л. д. 1-5) ООО ЧОО «Семеновский полк» предоставляет Ключевскому филиалу АО «Новосибирский мелькомбинат» услуги охраны и обеспечения безопасности объектов заказчика. Объекты заказчика фиксируются актами выставления постов (пункт 1.1 договора).

Аналогичным образом определен предмет договора об оказании охранных услуг № 31/1 от 06.07.2016 (т. 4 л. д. 6-10).

Относительно расходов на фитосанитарную обработку, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание доводы третьих лиц, изложенные в их отзывах, позицию апеллянта, соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности несения этих расходов в отношении имущества, на которое не получено согласие залоговых кредиторов о передаче в аренду. Не опровергнуты истцом доводы о том, что для неиспользуемых в производственной деятельности помещений услуги дезинфекции не требуются.

При таких обстоятельствах не имеется оснований для возложения на кого-либо данных затрат истца. 

Исследуя доводы апеллянта о том, что в период действия договора ответственного хранения им понесены расходы на обеспечение сохранности имущества, подлежащие возмещению ответчиком, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Действительно, договор ответственного хранения, заключенный сторонами является безвозмездным.

В соответствии с 1 пунктом статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Пунктом 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

При этом, в силу пункта 1 статьи 897 Гражданского кодекса Российской Федерации. если иное не предусмотрено договором хранения, расходы хранителя на хранение вещи включаются в вознаграждение за хранение, а согласно пункту 2 той же статьи при безвозмездном хранении поклажедатель обязан возместить хранителю произведенные им необходимые расходы на хранение вещи, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

Как предусмотрено статьей 892 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель не вправе без согласия поклажедателя пользоваться переданной на хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам, за исключением случая, когда пользование хранимой вещью необходимо для обеспечения ее сохранности и не противоречит договору хранения.

Исследовав доводы участвующих в деле лиц относительно расходов, понесенных в период нахождения имущества на ответственном хранении истца, а также представленные в обоснование данных расходов доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

На момент заключения договора ответственного хранения имущество уже фактически находилось во владении и пользовании истца.

Заключая договор ответственного хранения, истец был осведомлен о позиции залоговых кредиторов в отношении данного имущества, однако, как и в период действия договора аренды, вопрос о хранении обремененного залогом имущества перед залоговыми кредиторами не поставил, размер таких расходов не согласовал, зная о конкурсном производстве, возбужденном в отношении ответчика.

Как следует из позиции третьего лица АО «Гилевский элеватор», все время нахождения имущества на ответственном хранении истца, последний осуществлял пользование данным имуществом, о чем свидетельствуют понесенные расходы на электроэнергию, а также показания свидетеля ФИО5

Суд апелляционной инстанции считает указанные доводы правомерными и не опровергнутыми истцом.

Расходы на оплату электроэнергии в период действия договора ответственного хранения истцом действительно неслись, как указывает сам истец в своих последних уточнениях иска, подача электроэнергии была ограничена, однако значительная сумма расходов на электроэнергию не исключает факт использования имущества, находящегося на ответственном хранении.

В совокупности с этим суд учитывает отсутствие со стороны истца действий, направленных на урегулирование с залоговыми кредиторами спорных отношений,  что суд полагает также связанным с фактическим использованием истцом переданного на хранение имущества в своей деятельности.

То обстоятельство, что в материалы дела не представлено доказательств разрешения со стороны ответчика использовать имущество, как это предусмотрено условиями договора хранения, также не исключает фактическое использование имущества.

При таких обстоятельствах в соответствии с пунктом 2.2.2 договора хранения понесенные истцом расходы в период действия договора хранения возмещению не подлежат.

Отклоняя доводы апеллянта о том, что сумма убытков должна быть взыскана в пользу истца, поскольку при рассмотрении дела о банкротстве ответчика (№ А03-13567/2014) суд разрешил разногласия между конкурсным управляющим открытого акционерного общества «Ключевской элеватор» и публичным акционерным обществом «Сбербанк России», установив обязанность последнего произвести возмещение расходов на охрану имущества за период с 07.07.2016 по 31.03.2018 в размере 1 618 859 руб. 52 коп. и расходов на оплату электроэнергии за период с 07.07.2016 по 31.03.2018 в размере 249 616 руб. 95 коп., при этом сам ответчик расходов по сохранению имущества не нес.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что при рассмотрении дела о банкротстве ответчика суд руководствовался Федеральным законом от 29.12.2014 № 482-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», которым статья 138 Закона о банкротстве дополнена пунктом 6, исходя из которого, расходы на содержание заложенного имущества и реализацию его на торгах, в том числе расходы на обеспечение сохранности, оценку, на публикацию сообщений о продаже такого имущества и результатах проведения торгов покрываются за счет вырученных от реализации предмета залога средств до распределения их конкурсным управляющим в порядке, предусмотренном пунктами 1 и 2 статьи 138 Закона о банкротстве. Как указал суд, данная норма направлена на защиту прав и законных интересов не обладающих залоговым статусом кредиторов, как правило, не получающих удовлетворения своих требований от реализации заложенного имущества, обеспечивает баланс интересов всех кредиторов. Положения законодательства о банкротстве прямо не регулируют порядок погашения упомянутых расходов в случае оставления предмета залога залоговым кредитором за собой. В этом случае необходимо учитывать, что оставление залогодержателем предмета залога за собой, по смыслу пункта 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве, является формой реализации заложенного имущества наряду с его продажей с торгов. Суд указал, что, исходя из положений пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве, статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодержатель помимо суммы, размер которой определяется в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 138 Закона о банкротстве, обязан перечислить на специальный банковский счет денежные средства на возмещение расходов по содержанию предмета залога, а также иных расходов, связанных с его реализацией. 

Изложенное означает, что в приведенном истцом случае суд руководствовался нормами закона, которыми прямо урегулированы отношения между должником и залоговым кредитором. 

Предметом рассматриваемого спора является требование о взыскании убытков, возникших в рамках гражданско-правовых отношений сторон. 

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что в данном случае не подлежат применению нормы Закона о банкротстве, а на истце лежит обязанность доказать факт нарушения обязательств со стороны ответчика (противоправные действия), причинение  этим убытков и наличие причинно-следственной связи между таким действиями и убытками.

Однако наличие данных обстоятельств из материалов дела не следует.

Причинно-следственную связь между действиями ответчика и расходами истца, которые он считает убытками, суд апелляционной инстанции считает не доказанной, придя к выводу, что понесенные расходы обусловлены действиями истца по владению и пользованию переданным ему имуществом, не проявившим в достаточной мере разумность и добросовестность по отношении к кредиторам ответчика в деле о банкротстве.

Зная о том, что договор ответственного хранения определен как безвозмездный, истец, действуя разумно и добросовестно, должен был предпринять все меры к согласованию своих расходов с заинтересованными лицами, либо решению вопроса о возврате имущества поклажедателю.

Исследуя вопрос о методике определения истцом размера расходов на охрану, электроснабжение, дезинфекцию помещений, подлежащих возмещению, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что расходы не могут быть определены пропорционально рыночной стоимости недвижимого и движимого имущества, находящегося в залоге, правового обоснования такого расчета не приведено, ссылка истца на то, что такой расчет был применен в деле о банкротстве судом отклонена. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. 

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Суд апелляционной инстанции полагает обоснованным доводы участвующих в деле лиц о том, что разное имущество требует не одинаковых расходов по его сохранению, что исключает возможность определения таких расходов в общей сумме пропорционально рыночной стоимости залогового имущества.

Доводы третьих лиц о злоупотреблении истца, основанные на статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции отклоняет, полагая, что основания для этого отсутствуют.

Апелляционный суд пришел к выводу, что действия истца обусловлены в большей степени его неосмотрительностью и желанием приобрести имущество по более низкой цене. Как следует из позиции самого истца, он желал приобрести и использовать спорное имущество в своей деятельности, в связи с чем и нес расходы по обеспечению его сохранности, не согласовывая их с иными лицами, в частности, с залоговыми кредиторами. Однако данные действия суд не может расценить, как совершенные в обход закона с намерением причинить вред.

Вместе с тем, доводы апеллянта о неиспользовании спорного имущества в период ответственного хранения судом апелляционной инстанции отклонены как опровергаемые материалами дела, но и в такой позиции суд злоупотребления своими правами со стороны истца не усматривает, расценивая их как состязательность в арбитражном процессе.

Поскольку, приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового обоснования и документального подтверждения, они не могут являться основанием к отмене судебного акта.

В соответствии с изложенным суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что арбитражным судом первой инстанции всесторонне и полно исследованы материалы дела, дана надлежащая правовая оценка всем доказательствам, правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, и применены нормы права, подлежащие применению.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения арбитражного суда, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на подателя жалобы. 

Руководствуясь статьями 110, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 19.06.2020 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-12656/2019  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.    

Председательствующий  

Т.Е. Стасюк

Судьи

М.А. Фертиков

ФИО1