СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-22/2018-ГК

г. Пермь

09 февраля 2018 года

Дело № А50-14423/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 февраля 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Муталлиевой И.О.,

судей  Балдина Р.А., Григорьевой Н.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Полуднициным К.А.,

при участии:

от истца ООО «Энергопроммонтаж»: Грязных Л.А. – доверенность от 23.01.2017, паспорт;

от ответчика ООО «УРАЛХИМ-ТРАНС»: Горбунов Д.Н. – доверенность от 01.01.2018, паспорт; 

от третьего лица  ООО «Азотпроект»: не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы

истца, ООО «Энергопроммонтаж», и ответчика, ООО «УРАЛХИМ-ТРАНС»,

на решение Арбитражного суда Пермского края 

от 27 ноября 2017 года 

по делу № А50-14423/2017,

принятое судьей Пономаревым Г.Л.

по иску ООО «Энергопроммонтаж» (ОГРН 1055902842797, ИНН 5905235230),

к ООО «УРАЛХИМ-ТРАНС» (ОГРН 1077763806845, ИНН 7703651760),

третье лицо: ООО «Азотпроект» (ОГРН 1085911002759, ИНН 5911057635),

о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами по договору подряда,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Энергопроммонтаж» (далее – общество «Энергопроммонтаж», истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «УРАЛХИМ-ТРАНС» (далее – общество «УРАЛХИМ-ТРАНС», ответчик) о взыскании 612 873 руб. 94 коп. неосновательного обогащения (удержанной неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору подряда от 15.12.2015 № УХТ/1655/176), 46 584 руб. 75 коп. процентов, начисленных на основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) за период с 09.12.2016 по 26.09.2017 (292 дня), с последующим начислением с 27.09.2017 исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, по день фактического исполнения обязательства (с учетом уточнения заявленных требований, принятого в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением суда от 31.08.2017 на основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Азотпроект» (далее – общество «Азотпроект»).

Решением суда от 27.11.2017 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 306 437 руб. 56 коп.  неосновательного обогащения, 25 019 руб. 31 коп. процентов с последующим их начислением, начиная с 27.09.2017 исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, от суммы задолженности 306 437 руб. 56 коп. по день фактического исполнения обязательства. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Истец, не согласившись с принятым судебным актом, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на то, что судом первой инстанции при принятии решения не применены нормы права, подлежащие применению (п. 1, 2 ст. 433, п. 1, 2 ст. 435 ГК РФ). По мнению истца, вывод суда об отсутствии неопределенности относительно объема работ является ошибочным, поскольку в окончательной редакции все существенные условия договора согласованы сторонами лишь в момент получения ответчиком подписанного со стороны истца договора с протоколом разногласий от 15.12.2015 – 29.12.2015, следовательно, договор подряда следует считать заключенным 29.12.2015. Заявитель апелляционной жалобы также не согласен с выводом суда о сроке завершения всего объема работ – 28.11.2016, в связи с чем полагает, что результаты работ по договору достигнуты и окончательная сдача-приемка работ произведена 31.10.2016. Истец также указывает на неисследование судом в полной мере обоснованности мотивов отказа ответчика от подписания актов выполненных работ от 31.10.2016, отмечая неправомерность довода ответчика об отсутствии исполнительной документации на момент сдачи-приемки итогового результата работ. Ссылаясь на наличие в действиях общества «УРАЛХИМ-ТРАНС», способствовавшего затягиванию сроков выполнения строительных работ, признаков злоупотребления правом, истец отмечает, что ответчик не воспользовался правом одностороннего отказа от исполнения либо расторжения договора в связи с нарушением срока его исполнения. Общество «Энергопроммонтаж» также указывает, что при исчислении периода просрочки выполнения работ по вине ответчика суд не учел срок изготовления и поставки новой мачты с комплектующими для установки на объект согласно измененной проектной документации, а также необходимость выполнения дополнительного объема работ, возникшего в связи с внесением изменений в проект и технологически предшествующего  оставшемуся основному объему работ по договору. Период просрочки с 08.08.2016 (дата получения измененного проекта ответчика) по 24.08.2016 (дата поставки мачты на объект), полагает истец, возник по вине  ответчика, в связи с чем начисление пени за указанный период неправомерно. Период простоя в работе с 06.10.2016 по 21.10.2016  (с момента направления истцом до подписания ответчиком без замечаний акта освидетельствования скрытых работ) также связан с действиями ответчика, что способствовало затягиванию окончания работ в полном объеме и сдаче результата работ, следовательно, полагает заявитель апелляционной жалобы, оснований для начисления пени за указанный период не имеется. Кроме того, по мнению истца, по вине ответчика также возник период простоя с 29.08.2016 по 02.10.2016. Таким образом, приведенные обстоятельства, как считает общество «Энергопроммонтаж», свидетельствуют об отсутствии вины истца в окончании работ за пределами согласованного договором срока.    

Ответчик также не согласен с решением суда первой инстанции, в своей апелляционной жалобе просит отменить его и отказать истцу в удовлетворении иска в полном объеме. Заявитель апелляционной жалобы не согласен с выводом суда первой инстанции  о том, что просрочка  выполнения работ произошла по вине обеих сторон в равной степени. При этом ответчик отмечает, что в соответствии с п. 4.1 договора работы должны быть завершены не позднее 14.03.2016; истец, подписав договор, согласовал основные условия договора по предмету и срокам выполнения работ, локальный ресурсный сметный расчет №09-15-01, являющийся приложением №1 к договору, проект РП-81 «Монтаж мачты освещения на станции «Азотная»; подписав договор подряда, истец гарантировал выполнение работ в срок. По мнению общества «УРАЛХИМ-ТРАНС», поскольку фактически весь объем работ был выполнен истцом и предъявлен к приемке 28.11.2016, истец допустил просрочку выполнения работ, предусмотренных договором. Заявитель жалобы отмечает, что истец в нарушение п. 1 ст. 716 ГК РФ, п. 3.3.6 договора о незамедлительности уведомления заказчика о возможных неблагоприятных последствиях письмо № 02-165/ПТО о несоответствии информации, указанной в проектной документации, направил в адрес ответчика лишь 24.02.2016, то есть на 71-й день с того момента, как истец должен был приступить к работам, а сами работы к этому времени должны подходить к завершению, при этом о приостановлении работ в связи с выявленными несоответствиями истце не просил. С целью незамедлительного содействия подрядчику  ответчик направил соответствующий запрос разработчику проекта ООО «Азотпроект», который письмом от 25.02.2016 №ИГ/16-37 сообщил, что все проектные решения выполнены с учетом допустимых нагрузок. Ответчик обращает внимание на то, что в письме ООО «Энергопроммонтаж» от 17.03.2016 №03-253/ПТО, поступившем ответчику 23.03.2016, истец просит согласовать перенос срока выполнения работ по договору на 20 календарных дней (в связи с тем, что поставщик мачты переносит срок поставки продукции), однако  согласование переноса срока происходит за пределами срока, указанного в договоре (14.03.2016), что свидетельствует о нарушении договорных обязательств со стороны истца. Как указывает ответчик, после повторного направления истцом в адрес ответчика письма №03-259/ПТО (25.03.2016) и обращения ответчика к проектной организации – ООО «Азотпроект», в первоначальный проект внесены корректировки несмотря на то, что коэффициент несущей способности свай был достаточным и составлял 0,97(97%). Проектная организация предложила установить дополнительные сваи, после чего расчетный коэффициент использования несущей способности свай снизился до 0,57(57%), что свидетельствует о 2-х кратном запасе прочности, приведшем в дальнейшем к дополнительным необоснованным расходам ответчика при оформлении дополнительных работ. 19.04.2016 ответчик уведомил истца о приостановлении выполнения работ по договору (срок приостановления работ с 19.04.2016 по 08.08.2016), однако данное решение было принято за пределами утвержденных сторонами сроков выполнения работ. 05.08.2016 ответчик направил истцу письмо с уведомлением о необходимости возобновления работ и заключения дополнительного соглашения к договору в части внесения изменений в техническое задание. Ссылку истца на несоответствие проекта строительным нормам и необходимость внесения изменений ответчик считает необоснованной, поскольку при проведении конкурса на выполнение работ данный проект был размещен в конкурсной документации, что изначально позволяло истцу изучить рабочую документацию РП-81. 

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы ответчика, просил изменить решение суда, принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме и отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы своей апелляционной жалобы поддержал, против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражал по основаниям, изложенным в отзыве на нее; представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы противоположной стороны, настаивая на доводах своей апелляционной жалобы.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, что в соответствии со ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между обществом «УРАЛХИМ-ТРАНС» (заказчик) и обществом «Энергопроммонтаж» (подрядчик) заключен договор подряда от 15.12.2015№ УХТ/1655/176 (далее – договор) (л. д. 14-22, т. 1), в соответствии с условиями которого подрядчик обязуется в установленный настоящим договором срок выполнить монтаж мачты освещения станции «Азотная» на территории филиала «Азот» АО «ОХК «УРАЛХИМ» в г. Березники, а заказчик – создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и оплатить обусловленную настоящим договором стоимость. Работы, являющиеся предметом настоящего договора, должны соответствовать СНиП, ГОСТ и другим действующим нормативным правовым актам РФ (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.3 договора предусмотренные пунктом 1.1 договора содержание, объем, стоимость выполнения работ, стоимость предоставляемых подрядчиком материалов указаны в локальном ресурсном сметном расчете (приложение № 1 к договору). 

Как следует из искового заявления, в качестве задания заказчика на выполнение работ по договору также выступили рабочий проект РП-81-АС и опросный лист РП-81-ЭН.ОЛ1, разработанные для нужд и по инициативе заказчика ООО «Азотпроект» (л. д. 87-91, т. 1).

Согласно п. 4.1 договора срок выполнения работ – 90 календарных дней с момента заключения договора.

В соответствии с п. 5.1 договора за выполненные работы, указанные в пункте 1.1 договора, заказчик выплачивает подрядчику 4 169 218 руб. 48 коп., в том числе НДС (18%) 635 982 руб. 48 коп. 

Заказчик перечисляет подрядчику предоплату  20% от стоимости работ в размере 833 843 руб. 70 коп., в том числе НДС (185) – 127 196 руб. 50 коп., в течение 7 рабочих дней с момента подписания настоящего договора на основании счета подрядчика. Подрядчик вправе не приступать к выполнению работ, а начатые – приостановить, в случае неосуществления заказчиком предоплаты, а равно не в полном объеме (п. 5.2 договора).

Во исполнение п. 5.2 договора платежным поручением от 23.12.2015 № 18016 заказчик произвел предоплату в размере 833 843 руб. 70 коп., в том числе НДС (18%) (л. д. 1 т. 2).

Пунктом 5.3 договора (в редакции протокола разногласий от 15.12.2015, л. д. 86, т. 1) предусмотрен следующий порядок дальнейшей оплаты: подрядчик ежемесячно до пятого числа месяца, следующего за отчетным, предоставляет заказчику акт выполненных работ. Указанные документы оформляются сторонами исключительно в целях проведения расчетов и не свидетельствуют о поэтапной приемке выполненных работ. 

Заказчик подписывает документы, указанные в п. 5.3.1 настоящего договора, не позднее пяти календарных дней со дня получения документов, либо направляет подрядчику мотивированный отказ в тот же срок.

Счета на оплату выставляются подрядчиком на основании подписанных с двух сторон актов выполненных работ, в размере 80% от стоимости работ, указанных в актах выполненных работ.

Заказчик производит оплату на основании счета подрядчика в течение тридцати календарных дней с момента получения счета.

Окончательный расчет за выполненные по настоящему договору работы производится заказчиком после приемки работ в соответствии с п. 6.1 договора в течение тридцати дней после полного их завершения, включая устранение выявленных дефектов, на основании подписанных сторонами актов о приемке выполненных работ и справок о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-2 с приложением справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, оригинального счета-фактуры, оформленного в соответствии с требованиями НК РФ, а также счета на оплату. 

Из материалов следует и то, что обществом «УРАЛХИМ-ТРАНС» (заказчик) и обществом «Энергопроммонтаж» (подрядчик) заключено дополнительное соглашение от 28.03.2016 № 1 к договору (л. д. 92, т. 1), в соответствии с которым в связи с необходимостью усиления фундамента для минимизации риска падения мачты освещения заказчик поручает подрядчику, а подрядчик обязуется выполнить дополнительный объем работ по усилению фундамента для мачты освещении станция «Азотная» филиала «Анн» АО «ОХК «УРАЛХИМ» в г. Березники (п. 1).

Стоимость дополнительного объема работ определяется локальным ресурсным сметным расчетом № 09-15-01/1 (приложение №1 к настоящему дополнительному соглашению) и составляет 491 129 руб. 97 коп., в том числе НДС (18%) – 74 918 руб. 13 коп. (п. 2).

Оплата по настоящему дополнительному соглашению производится вместе с окончательным расчетом по договору (п. 4).

С учетом дополнительного соглашения общая стоимость работ по договору составила 4 660 348 руб. 45 коп., в том числе НДС (18%).

На основании представленных подрядчиком  и согласованных заказчиком актов  приемки выполненных работ  и справок о стоимости выполненных работ и затрат платежными поручениями от 23.03.2016 № 2652, от 11.05.2016 № 4897, от 28.12.2016 № 13907 произведена оплата выполненных работ  в размере 3 213 629 руб. 63 коп. (л. д. 2-4 т. 2).

С учетом ранее произведенного авансового платежа  заказчик оплатил стоимость  выполненных работ в размере 4 047 473 руб. 33 коп. 

Ссылаясь на то, что в нарушение п. 4.1 договора фактически работы предъявлены к приемке и приняты обществом «УРАЛХИМ-ТРАНС» 28.11.2016, то есть с просрочкой  (147 календарных дней, с 15.03.2016 по 28.11.2016, за исключением периода с 19.04.2016 по 08.08.2016), руководствуясь положениями ст. 708 ГК РФ и п. 8.2 договора, заказчик (общество «УРАЛХИМ-ТРАНС») направил в адрес общества «Энергопроммонтаж» претензию от 26.12.2016 № УХТ/01-07/1650 (л. д. 5, т. 2), в которой указал, что сумма пени составляет 612 875 руб. 12 коп., и уведомил об удержании указанной суммы при окончательном расчете за выполненные по договору работы.

Согласно выставленной претензии  от 26.12.2016 № УХТ/1655 общество «УРАЛХИМ-ТРАНС»  в соответствии с п. 8.2 договора  удержало начисленную пеню за просрочку выполнения работ по договору при окончательных расчетах за выполненные работы в размере 612 875 руб. 12 коп.

Подрядчик, в свою очередь, полагая, что весь объем работ был завершен им своевременно, в связи с чем оснований для удержания из оплаты 612 875 руб. 12 коп. у заказчика не имелось, обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 309, 310, 702, 711, 753 ГК РФ, установил факт просрочки выполнения истцом работ, в связи с чем признал правомерным начисление заказчиком неустойки за просрочку выполнения обществом «Энергопроммонтаж». Не усмотрев оснований для снижения начисленной ответчиком неустойки (ст. 333 ГК РФ), суд первой инстанции с учетом установленных по делу обстоятельств, в том числе на основании переписки сторон,  применив положения ст. 404 ГК РФ, счел возможным исходя из равной степени вины контрагентов по договору, уменьшить сумму начисленной заказчиком неустойки за нарушение сроков выполнения работ в два раза, до 306 437 руб. 56 коп., в связи с чем удовлетворил исковое требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в указанном размере (ст. 1102 ГК РФ). Кроме того суд признал обоснованным исковое требование о взыскании с ответчика  процентов  в сумме 25 019 руб. 31 коп. с продолжением их начисления с 27.09.2017  по день фактического исполнения обязательства исходя из определенной судом суммы задолженности (ст. 395 ГК РФ).

Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб, отзыва истца на апелляционную жалобу ответчика, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно разъяснениям, данным в п. 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.10.2010 № 141 «О некоторых вопросах применения положений ст. 319 Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует иметь в виду, что тот факт, что обязательство должника по уплате неустойки было исполнено посредством безакцептного списания денежных средств с его расчетного счета, сам по себе не означает, что должник не может потребовать возврата излишне уплаченной неустойки. Суд, рассматривая данное требование и установив несоразмерность уплаченной неустойки последствиям нарушения обязательства (ст. 333ГК РФ) либо отсутствие оснований для привлечения должника к ответственности за нарушение обязательства (п. 2 ст. 330 ГК РФ), выносит решение о возврате излишне уплаченной неустойки применительно к п. 3 ст. 1103 ГК РФ либо, если об этом заявил истец, о признании погашенными полностью или частично обязательств должника перед кредитором по уплате основной суммы долга и процентов.

В соответствии с разъяснениями, изложенным в п. 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (п. 2 ст. 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений ст. 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (ст. 1102 ГК РФ).

В силу положений ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входит установление обстоятельств (факта) получения (сбережения) ответчиком имущества за счет истца; отсутствия для этого установленных законом, иными правовыми актами или сделкой основания; размера неосновательного обогащения.

Судом первой инстанции верно определена правовая природа договора, на основании которого стороны обосновывают свои требования и возражения (договор подряда), а также установлены подлежащие применению нормы права (гл. 37 ГК РФ). 

В силу п. 1 ст. 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Согласно п. 1 ст. 711 ГК РФ заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

В соответствии с п. 4 ст. 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Факт выполнения истцом работ по договору и дополнительному соглашению к нему на сумму 4 660 348 руб. 45 коп. подтвержден материалами дела, в частности подписанными в двустороннем порядке актами о приемке выполненных работ (КС-2) от 28.11.2017 № 1 и  № 2 (л. д. 25-63 т. 3).

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклонившего доводы общества «Энергопроммонтаж» о моменте заключения сторонами договора с протоколом разногласий от 15.12.2015 – 29.12.2015 (дата получения ответчиком подписанного со стороны истца договора с протоколом разногласий), исходя из которого, как полагает истец, стороны согласовали срок выполнения работ по договору – не позднее 28.03.2016.

Правомерно руководствуясь п. 1 ст. 708 ГК РФ, правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.05.2010 № 1404/10, а также установив, что после подписания договора стороны приступили к исполнению обязательств, предусмотренных договором (заказчик произвел предоплату в строгом соответствии с п. 5.2 договора, а подрядчик принял данные денежные средства), учитывая, что состав и условия технической документации были известны истцу при заключении договора, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии между сторонами неопределенности относительно объема работ.

Оснований полагать, что договор в действительности заключен не 15.12.2015, а в иную дату, с учетом содержания самого договора (в котором отсутствует указание на другую дату его заключения), дополнительного соглашения к нему (содержащем указание на договор от 15.12.2015), не имеется.

Приняв во внимание содержание граф «отчетный период» актов (КС-2) от 28.11.2016 № 1 и № 2, в которых отчетным периодом указан период с 15.12.2015 по 28.11.2016, суд первой инстанции сделал верный вывод о признании истцом факта выполнения им работ, указанных в данных актах, именно в указанный период (с 15.12.2015 по 28.11.2016), в результате чего также определил дату завершения всего объема работ – 28.11.2016.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с  доводами истца о завершении им всего объема работ 31.10.2016. Указанным доводам дана надлежащая правовая оценка судом первой инстанции.

Так, материалами дела подтверждается, что акт о приемке выполненных работ (КС-2) от 31.10.2016 № 4 и справка о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3) от 31.10.2016 № 4 на сумму 1 479 440 руб. 34 коп., в т.ч. НДС, получены заказчиком 01.11.2016 (л. д. 42-58, т. 2).

Между тем, письмом от 03.11.2016 № УХТ/Б/07-05/972 заказчик направил подрядчику уведомление об отказе от приемки работ по указанному акту (л. д. 133, т. 3), указав на выполнение работ не в полном объеме, а именно: не установлено заземление мачты № 4; не произведено подключение мачты № 3; кабель по эстакаде проложен с нарушением пункта 2.3.15 правил устройств электроустановок (ПУЭ); не представлены исполнительная документации по выполненным работам, паспорт на вновь установленную мачту.

Кроме того письмом от 01.12.2016 № УХТ/Б/07-05/1059/1 заказчик сообщил подрядчику о необходимости внесения изменений в акты КС-2, КС-3, в том числе о необходимости указания фактической даты приемки работ –  28.11.2016 (л. д. 135, т. 3).

Таким образом, принимая во внимание, что в справке о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3) от 28.11.2016 № 1, а также в акте о приемке выполненных работ от 28.11.2017 № 2 на сумму 4 660 348 руб. 45 коп. (л. д. 25-63, т. 3) в графе «отчетный период» указан период с 15.12.2015 по 28.11.2016, суд первой инстанции верно определил дату завершения работ – 28.11.2016. При этом обоснованно суд сослался на отсутствие доказательств того, что заказчик воспользовался результатом выполненных работ до 28.11.2016.

Поскольку доказательством сдачи подрядчиком результатов работы в полном объеме и приемки его заказчиком является акт о приемке выполненных работ формы КС-2 (ст. 720, 753 ГК РФ), оценка иных доказательств, на которые ссылается истец (акт технической готовности  электромонтажных работ от 31.10.2016, ведомость электромонтажных недоделок, не препятствующих комплексному опробованию от 31.10.2016 (л. д. 63-65, т. 2), фотоматериал (л. д. 87, т. 3), пояснения  представителей ответчика) не опровергает с очевидностью вывод суда об обоснованности отказа заказчика от приемки итогового результата работ 31.10.2016.

При этом правомерно судом первой инстанции не приняты во внимание доводы истца о наличии объективных препятствий для завершения работ в срок. Руководствуясь п. 1, 2 ст. 716, п. 1 ст. 719 ГК РФ, суд первой инстанции справедливо отметил, что до истечения конечного срока исполнения обязательств общество «Энергопроммонтаж» работу не приостанавливало. В частности,  письмо от 26.08.2016 № 08-986/ПТО  о вынужденной приостановке начала монтажных работ в связи с закрытием на ремонтные работы проезда  к месту монтажа мачты (л. д. 139, т. 3) направлено в адрес заказчика по истечении срока выполнения работ. Поскольку из общего журнала работ (л. д. 111-126, т. 3) не следует, что подрядчик уведомлял заказчика о приостановке работ, содержание указанного журнала правомерность доводов истца не подтверждает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, в соответствии с п. 3 дополнительного соглашения выполнение дополнительного объема работ по настоящему дополнительному соглашению не влечет увеличения сроков выполнения работ по договору от 15.12.2015 № УХТ/1655, следовательно, основания для сокращения периода просрочки в связи с необходимостью выполнения дополнительного объема работ отсутствуют.  

Исходя из оценки совокупности имеющихся в деле доказательств невозможно прийти к выводу о надлежащем исполнении подрядчиком обязательств по договору, исключающем его вину в нарушении срока сдачи результата работ. В частности, ссылаясь на то, что сам заказчик способствовал затягиванию сроков выполнения строительных работ, подрядчик, в свою очередь, в нарушение п. 1 ст. 716 ГК РФ, п. 3.3.6 договора о незамедлительности уведомления заказчика о возможных неблагоприятных последствиях письмо о несоответствии информации, указанной в проектной документации (№ 02-165/ПТО), направил в адрес заказчика лишь 24.02.2016, спустя более двух месяцев с момента заключения договора.

Само же по себе то обстоятельство, на которое указывает в апелляционной жалобе истец, что заказчик не воспользовался  правом одностороннего отказа от исполнения либо расторжения договора в связи с  нарушением срока  его исполнения, не свидетельствует о наличии в действиях заказчика признаков злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ).

Исследовав и проанализировав представленные документы и пояснения сторон с учетом вышеуказанных норм, суд апелляционной инстанции при оценке добросовестности действий сторон приходит к выводу о том, что обращение с указанным иском не является злоупотреблением правом на судебную защиту и недобросовестным поведением.

Итак, с учетом установленного п. 4.1 договора срока выполнения работ судом первой инстанции верно установлено, что работы выполнены и сданы истцом с нарушением установленного условиями договора срока.

Пунктом 8.2 договора предусмотрено, что за нарушение сроков выполнения работ, сроков устранения недостатков в работах подрядчик уплачивает заказчику пени в размере 0,1% от стоимости работ, указанной в пункте 5.1 договора, за каждый календарный день просрочки. Заказчик вправе в одностороннем, внесудебном порядке удержать рассчитанную в соответствии с настоящим пунктом сумму пени при окончательных расчетах за выполненные работы. Стороны утверждают, что предусмотренная в настоящем договоре неустойка является соразмерной возможному нарушению обязательств. В связи с этим при нарушении договорных обязательств, подразумевающих взыскание неустойки, подрядчик обязуется уплатить неустойку в размере, согласованном в настоящем договоре. Оснований для применения статьи 333 ГК РФ не имеется.

Поскольку факт просрочки исполнения истцом обязательств по договору установлен, ответчиком начислена и удержана неустойка на основании п. 8.2  указанного договора за период с 15.03.2016 по 27.11.2016 (период с 19.04.2016 по 08.08.2016 исключен заказчиком), размер которой составил 612 875 руб. 12 коп. (4 169 218 руб. 48 коп. х 0,1% х 147). 

Вместе с тем, суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (п. 1 ст. 404 ГК РФ).

По смыслу названного пункта под виной понимается непринятие кредитором всех возможных для надлежащего исполнения обязательства мер, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по обстоятельствам и условиям оборота.

В силу п. 1 ст. 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. 

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013, продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их приостановления в силу ст. 719 ГК РФ само по себе не исключает возможности применения судом положений ст. 404 Кодекса для определения размера ответственности при наличии вины кредитора.

Согласно п. 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями ст. 404 ГК РФ.

Таким образом, при решении вопроса о возложении на сторону договорного обязательства ответственности за ненадлежащее исполнение данного обязательства к обстоятельствам, подлежащим установлению, относятся вина кредитора и должника в ненадлежащем исполнении.

В целях принятия судебного акта, направленного на установление баланса прав и интересов сторон, судом первой инстанции проанализирована представленная в материалы дела переписка сторон и при принятия решения учтено, что в процессе производства работ подрядчик в соответствии с п. 3.3.6 договора уведомил заказчика о возможных неблагоприятных последствиях порядка выполнения работ согласно представленному заданию заказчика.

Так, письмом от 24.02.2016 № 02-165/ПТО подрядчик сообщил заказчику о несоответствии информации относительно ветровой характеристики района строительства, необходимости внесения ясности и замены марки М360 болтов крепления мачты освещения к металлическому ростверку на болты М36, что потребует выполнения  дополнительных работ (л. д. 105, т. 1).

Письмом от 25.03.2016 № 03-259/ПТО подрядчик повторно сообщил заказчику о недостатках проектного решения, приложив письмо от поставщика ООО «Лайт-Трейд» от 24.03.2016 с замечаниями к проекту (л. д. 106-107, т. 1).

В ответ на письмо подрядчика от 24.02.2016 № 02-165/ПТО заказчик сообщил, что разработчик проекта «Монтаж мачты освещения на станции «Азотная» ООО «Азотпроект» намерен внести в проектно-сметную документацию изменения и предложил на период внесения изменения приостановить выполнение работ до получений заказчиком указания о возобновлении работ (письмо от 19.04.2016 № УХТ/Б/07-05/34, л. д. 108, т. 1).

Письмом от 05.08.2016 № УХТ/Б/07-05/661 (л. д. 109, т. 1) заказчик уведомил подрядчика о возобновлении работ по договору с 08.08.2016, подтвердив необходимость заключения дополнительного соглашения на выполнение дополнительного объема работ стоимостью 491 130 руб., в том числе НДС (18%). 

Письмами от 28.07.2016 № 07-802/М, от 28.09.2016 № 09-1085/М подрядчик сообщил заказчику о готовности к выполнению дополнительных работ в срок до конца октября 2016 года (л. д. 27, т. 2).

Принимая во внимание данные обстоятельства, при начислении неустойки заказчик исключил из общего периода просрочки 157 дней (с 19.04.2016 по 08.08.2016).

Итогом вышеуказанной переписки сторон явилось внесение заказчиком изменений в рабочий проект РП-81-АС (л. д. 37-39, т. 2).

При этом суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции, который не принял во внимание довод ответчика о том, что первоначальный вариант проекта не требовал изменений (так как проект был типовым) с учетом действий заказчика по внесению в проект корректировок,  свидетельствующих о признании замечаний подрядчика.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии вины заказчика в просрочке исполнения работ подрядчиком.

На основании изложенного и учитывая обстоятельства рассматриваемого дела, суд первой инстанции установил вину обеих сторон в просрочке выполнения работ, в связи с чем на основании ст. 404 ГК РФ распределил ответственность за просрочку исполнения работ на обе стороны, чем снизил размер ответственности истца на 50%, признав правомерным начисление неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору в размере 306 437 руб. 56 коп.  (612 873 руб. 94 коп./2). 

Принимая во внимание, что нарушение сроков выполнения работ повлекли как действия заказчика, так и самого подрядчика, суд апелляционной инстанции полагает справедливым уменьшение суммы начисленной заказчиком неустойки за нарушение сроков выполнения работ исходя из равной степени вины контрагентов по договору в два раза, до 306 437 руб. 56 коп.  

Удержание ответчиком денежных средств в оставшейся части - 306 437 руб. 56 коп.  обоснованно признано судом неосновательным обогащением общества «УРАЛХИМ-ТРАНС» за счет общества «Энергопроммонтаж», в связи с чем исковые требования в части взыскания неосновательного обогащения удовлетворены судом частично.

В обоснование заявленных требований о взыскании неосновательного обогащения общество «Энергопроммонтаж» ссылалось на наличие оснований для уменьшения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ.

Основанием для применения ст. 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое (п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Отметив, что, заключая договор, истец согласился на его условия, в том числе касающиеся сроков выполнения работ и его ответственности за нарушение обязательств по договору, суд первой  инстанции обоснованно не усмотрел наличие оснований для уменьшения размера взыскиваемой неустойки и для применения положений ст. 333 ГК РФ с учетом разъяснений, изложенных в п. 71, 73. 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», поскольку доказательств ее несоразмерности в порядке ст. 65 АПК РФ не представлено.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в данной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

Истец также просил взыскать с ответчика 46 584 руб. 75 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 ГК РФ, начисленных за период с 09.12.2016 по 26.09.2017 (292 дня), с последующим начислением, начиная с 27.09.2017 исходя из ключевой ставки Банка России действующей в соответствующие периоды просрочки по день фактического исполнения обязательства.

Данное требование удовлетворено судом первой инстанции частично, в размере 25 019 руб. 31 коп. с учетом необоснованно удержанной суммы (за общий период с 09.12.2016 по 26.09.2017), в удовлетворении остальной части требований  отказано.

Правомерность произведенного судом расчета процентов за пользование чужими денежными средствами лицами, участвующими в деле, не оспорена (ст. 65 АПК РФ).

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, по существу, сводятся к переоценке обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств. Данные доводы не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При этом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителей апелляционных жалоб в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от  27 ноября 2017 года по делу № А50-14423/2017  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий                                                 И.О. Муталлиева

Судьи                                                                              Р.А. Балдин  

                                                                                        Н.П. Григорьева