ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-13273/2020

г. Вологда

29 июля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 29 июля 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Марковой Н.Г., судей Кузнецова К.А. и Шумиловой Л.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гумаровой А.А.,

         при участии от апеллянта представителя ФИО1 по доверенности от 01.11.2023, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  внешнего управляющего акционерного общества «Научно-исследовательский институт синтетического волокна с экспериментальным заводом» на определение Арбитражного суда Тверской области от 09 апреля 2024 года по делу № А66-13273/2020, 

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Научно-исследовательский институт синтетического волокна с экспериментальным заводом» (далее – Институт, должник) 07.10.2020 обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 14.10.2020 заявление принято к рассмотрению, к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Министерство промышленности и торговли Российской Федерации.

Определением суда от 10.12.2020 к участию в деле привлечены Федеральная антимонопольная служба в лице Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области, Главное управление «Региональная энергетическая комиссия» Тверской области.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 11.01.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2.

Информация о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликована 16.01.2021.

Определением суда от 07.07.2022 в отношении должника введена процедура банкротства – внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО3.

Внешний управляющий 08.05.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения от 30.09.2021 № 10 к трудовому договору от 20.04.2006 № 1434, заключенному должником с ФИО4.

Определением суда от 09.04.2024 в удовлетворении требований отказано.

Внешний управляющий  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и удовлетворить заявленные требования.

По мнению апеллянта, судом не  принято во внимание, что действия по начислению премиальной части вознаграждения ФИО4 и заключение оспариваемого дополнительного соглашения совершены после возбуждения дела о банкротстве Института. Ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих предоставление равноценного встречного предоставления в виде количества и качества затраченного труда. В деле отсутствуют доказательства особых достижений ответчика за 2021 год применительно к локальным актам Института. Выполнение работы качественно, в срок, при отсутствии взысканий, само по себе не влечет обязательное премирование работника. Оспариваемую сделку следовало признать мнимой в силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку её заключение было направлено не на создание трудовых отношений, а на необоснованное увеличение обязательств должника, вывод денежных средств.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы.

ФИО4 в отзыве возразил против отмены судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам указанной главы, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством, процессуальным законодательством и другими отраслями законодательства, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.).

Как следует из материалов дела, Институтом (работодатель) и               ФИО4 (работник)  20.04.2006  заключен трудовой договор № 1434, согласно условиям которого, ответчик принят на должность главного механика с окладом в размере 17 050 руб. (листы дела 126-127).

Решением совета директоров от 25.05.2020 № 8 ФИО4 назначен исполняющим обязанности временного генерального директора, с связи с чем Институтом и ФИО4 заключено дополнительное соглашение № 8 к трудовому договору от 20.04.2006 № 1434.

 ФИО4 назначен исполняющим обязанности временного генерального директора 26.05.2020, с установлением должностного оклада в размере 250 000 руб. в месяц и доплаты в размере 30 % от должностного оклада за работу со сведениями, имеющими степень секретности «Совершенно секретно». 

Советом директоров Института 28.09.2021 принято решение об утверждении дополнительного соглашения № 10 к трудовому договору от 20.04.2006 № 1434 с ФИО4 (протокол от 30.09.2021 № 4). 

На основании указанного решения 30.09.2021  Институтом и                    ФИО4 заключено дополнительное соглашение № 10 к трудовому договору об изложении «Бонусная карта исполняющего обязанности временного генерального директора Общества на 2021 год»                                   (листы                    дела   121–125).

Данным документом предусмотрена выплата премиального вознаграждения работнику, исполняющему обязанности временного генерального директора, по итогам деятельности Института за 2021 год, а также определены ключевые показатели эффективности (КПЭ) деятельности на               2021 год. 

Согласно расчету, подписанному (согласованному) исполняющим обязанности временного генерального директора ФИО4, главным бухгалтером, заместителем генерального директора по финансам, начальником департамента управления персоналом, сумма премиального вознаграждения, подлежащего выплате по бонусной карте, составляет 1 646 385 руб. 

Поскольку ответчик премиальное вознаграждение не получил,                       ФИО4 обратился к внешнему управляющему с требованием, полученным должником 30.03.2023, об осуществлении единовременной выплаты (премии) по итогам его трудового вклада за 2021 год. 

Внешний управляющий, ссылаясь на то, что начисление ответчику премии в период, когда должник находился в процедуре наблюдения, является недействительной сделкой, совершенной при неравноценном встречном исполнении с заинтересованным лицом, при отсутствии объективных оснований к её начислению, на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, пункт 1 статьи 170  ГК РФ, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции,  отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу о недоказанности заявителем наличия всей совокупности обстоятельств, являющейся необходимой для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, дополнительное соглашение от 30.09.2021 № 10 к трудовому договору  не может быть признано недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

 Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно пунктам 5–9 постановления № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7                 постановления    № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии условий, предусмотренных абзацами 3–5 данного пункта статьи Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Необходимо учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, например во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

 Для обоснования мнимости сделки необходимо доказать, что при её заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Неисполнение одной из сторон своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

 Из материалов дела следует, что бонусная карта руководителя организации предусмотрена Положением об оплате труда и о материальном стимулировании руководителя организации государственной корпорации «Ростех» (далее – Корпорация), входящей в состав холдинговой компании (интегрированной структуры) в отрасли химической промышленности, целью которой является создание системы мотивации стимулирования руководителей предприятий      Корпорации, направленной на достижение целей деятельности организации и заинтересованности в повышении эффективности их деятельности (пункт 1.2 Положения об оплате труда Корпорации). 

Положение об оплате труда  Корпорации утверждается ежегодно. 

Ранее в Институте аналогичная бонусная карта также утверждалась для временного генерального директора, исполняющего соответствующие обязанности в 2018 году. 

Плановый бюджет Института на 2021–2023 годы был подготовлен в конце 2020 года на основании приказа Корпорации от 12.10.2020 № 109 «О порядке формировании бюджета организаций Корпорации на 2021-2023 годы» и утвержден Советом директором должника в феврале 2021 года. 

По итогам 2021 года Институт получил чистую прибыль в размере                       28,5 млн руб., что превысило плановый показатель на 7,7 млн руб. 

 Должник является стратегическим предприятием и входит в число организаций оборонно-промышленного комплекса, которое производит синтетические волокна и волокнистые материалы собственной разработки, имеет значительное количество активов, на 2022 год надлежаще исполнял обязательства по контрактам (договорам) с покупателями и заказчиками на общую сумму   1 574 180 262 руб., а поставщиками должника в период с              2019 года по май 2022 года являлись 139 контрагентов.

 Институт располагает документами, составляющими государственную тайну, в связи с чем имеется необходимость соблюдать установленный режим охраны сведений.  

 Данные факты отражены в постановлении суда кассационной инстанции от 30.03.2024 по настоящему делу.

Из материалов электронного дела (отчет внешнего управляющего) следует, что план внешнего управления продолжает осуществляться. Увеличено производство и реализация готовой продукции должника.

С учетом масштабов деятельности должника, размера его имущественного комплекса внешним управляющим не доказано, что сумма премиального вознаграждения ответчику отличается от размера и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершались аналогичные сделки.

Подтвержденных документально сведений о том, что при заключении дополнительного соглашения № 10 к трудовому договору должник и ответчик действовали при злоупотреблении своими правами, действительная воля сторон не была направлена на исполнение трудового договора, не имеется.

Сама по себе заинтересованность конкретного работника по отношению к должнику в данном случае не имеет правового значения, поскольку не доказано неисполнение этим работником своих трудовых функций.

При таких обстоятельствах отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований является правомерным.

 По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права – на фактических обстоятельствах, установленных судом на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 09 апреля                  2024  года по делу № А66-13273/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу внешнего управляющего акционерного общества «Научно-исследовательский институт синтетического волокна с экспериментальным заводом» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                    Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.Г. Маркова

 

Судьи

К.А. Кузнецов

 

Л.Ф. Шумилова