ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А20-99/2019  16.09.2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 13.09.2022 Постановление изготовлено в полном объёме 16.09.2022 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Макаровой Н.В., судей: Белова Д.А., Джамбулатова С.И., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «Каббалкэнерго»  на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.05.2022 по  делу № А20-99/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и  взыскании 6 039 403 рублей 49 копеек, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «АКВА», (с. Урвань, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 05.04.2019 по делу   № А20-99/2019 заявление ликвидатора общества с ограниченной ответственностью  «АКВА» (далее - ООО «АКВА», должник) ФИО4 признано обоснованным,  ООО «АКВА» признано несостоятельным (банкротом) по процедуре ликвидируемого  должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО5.  

Определением суда от 04.10.2019 ФИО5 отстранен от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АКВА», конкурсным  управляющим ООО «АКВА» утвержден ФИО2.  

Информация о признании ООО «АКВА» банкротом и открытии конкурсного  производства опубликована в газете «Коммерсантъ» № 71 (6551) от 20.04.2019.  

10.06.2021 в суд через систему «Мой арбитр» поступило заявление конкурсного  управляющего ФИО2 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и  взыскании 6 039 403 рублей 49 копеек.  

Определением от 24.05.2022 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, АО «Каббалкэнерго» обратилось в  Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить  определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.  

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 не согласен с  доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения,  жалобу - без удовлетворения.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не  направили, в связи, с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание проведено в их  отсутствие.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в  соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, и проверив законность  обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  пришел к выводу, что определение от 24.05.2022 подлежит оставлению без изменения,  исходя из следующего.  

Как усматривается из материалов дела, ООО «АКВА» зарегистрировано в Едином  государственном реестре юридических лиц 13.09.2011 за основным государственным  регистрационным номером 

<

***>.  

11.12.2018 решением № 3 единственного участника общества принято решение о  добровольной ликвидации общества ввиду того, что общество не осуществляет  финансово-хозяйственную деятельность и у общества имеется кредиторская  задолженность в размере - 3 646 031 рубль 78 копеек (3 242 910 рублей 31 копейка -  задолженность перед АО «Каббалкэнерго», 253 121 рубль 47 копеек - перед УФНС по  КБР, 150 000 рублей - перед Кавказским управлением Ростехнадзор).  

Решением от 05.04.2019 заявление ликвидатора ООО «АКВА» ФИО4  признано обоснованным, ООО «АКВА» признано несостоятельным (банкротом) по  процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО5.  

Информация о признании ООО «АКВА» банкротом и открытии конкурсного  производства опубликована в газете «Коммерсантъ» № 71 (6551) от 20.04.2019.  

Определением суда от 04.10.2019 ФИО5 отстранен от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АКВА», конкурсным  управляющим ООО «АКВА» утвержден ФИО2.  

В реестр требований кредиторов ООО «АКВА» включено требование УФНС по  КБР в размере 308 123 рубля 67 копеек.  

В ходе проведения мероприятий в процедуре конкурсного производства,  конкурсным управляющим ФИО2 установлено, что ФИО3 в период с 13.09.2011 по 11.12.2018 являлся руководителем должника -  ООО «АКВА».  

Конкурсный управляющий полагая, что у руководителя должника ФИО3 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в июне  2017 года в связи с наличием кредиторской задолженности и ее роста в 2017-2018 годах и  в отсутствие руководителем должника предпринятых мер по предотвращению  несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов, а  именно: отсутствие взыскания дебиторской задолженности, обратился в суд с  рассматриваемым заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции обоснованно  руководствовался следующим.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266- ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  

банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции  Закона № 266-ФЗ.  

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах,  связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также  исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского  кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №  266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний  должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника  сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №  266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления  в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о  банкротстве.  

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда  Северо-Кавказского округа от 07.08.2019 по делу № А61-740/2016, от 26.10.2020 по делу   № А32-32760/2017, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.02.2019 по делу №  А56-82366/2017.  

Учитывая, что обстоятельства, послужившие основанием для обращения с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, возникли в июне 2017 года, а  обязанность обращения с заявлением возникла 01.07.2017, заявление подлежит  рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве),  если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях упомянутого  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или  юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих  возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  

условий.  

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано  иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного  общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании  участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя  должника;  

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,  указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной  приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие  у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным  образом определять действия истца; совершение ответчиком действий,  свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие  причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или)  возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность  (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами;  необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности  (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах,  связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Следовательно, основанием для привлечения учредителя (участника), собственника  имущества должника к субсидиарной ответственности является не только вина названных  лиц, а также причинно-следственная связь между действиями указанных лиц и  последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени  доказывания согласно статье 65 АПК РФ подлежит доказыванию лицом, обратившимся с  требованиями в суд.  

В соответствии с положениями пунктом 3 и 4 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее  

- постановление Пленума ВС РФ № 53) по общему правилу, необходимым условием  отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической  возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом  определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о  банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости  от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через  родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или  опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень  вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс  управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие  существенных деловых решений относительно деятельности должника.  

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3,  пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных  положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу,  учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому  возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное  финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний  период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, -  превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов  (далее - объективное банкротство).  

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по  подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения  об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения)  в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена  обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в  арбитражный суд.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника  обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе, если  удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к  невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате  обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами.  

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены  статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на  которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия  решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого  решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12  Закона о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8 и 9 постановления Пленума ВС РФ   № 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по  правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в  суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный  пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в  сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая  масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по  статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 данного Закона,  применительно к рассматриваемому случаю, заявитель в силу норм статьи 65 АПК РФ  должен доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании  должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после  истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о  несостоятельности (банкротстве) должника.  

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее - постановление   № 63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в  абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а  неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  

недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

Судом первой инстанции из сведений, содержащихся в бухгалтерской отчетности  должника, установлено, что размер кредиторской задолженности ООО «Аква» согласно  бухгалтерскому балансу по итогам 2017 года не превысил 311 тысяч рублей, по итогам  2018 года - 525 тысяч рублей. При этом, из материалов дела следует, что должник  является единственной организацией, осуществляющей распределение воды для питьевых  и промышленных нужд на территории Урванского района.  

Анализ финансовых показателей деятельности должника вплоть до конца 2019 года  не свидетельствует об объективном банкротстве.  

Из пояснений бывшего руководителя следует, что, несмотря на финансовые  затруднения, руководитель должника добросовестно рассчитывал на их преодоление в  разумный срок, были приложены необходимые усилия для достижения такого результата.  

Апелляционный суд исходит из того, что наличие у должника формальных  признаков, являющихся основанием для возбуждения дела о банкротстве, само по себе не  является достаточным для вывода о наличии у руководителя обязанности обратиться в суд  с заявлением о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной  кредиторской задолженности у хозяйствующего субъекта еще не означает его  неплатежеспособности и не свидетельствует о наступлении критического момента, с  которым Закон связывает необходимость подачи заявления о признании должника  банкротом.  

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в  пункте 9 постановления Пленума ВС № 53, при исследовании совокупности  обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей  к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что  обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой  практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника  докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности,  возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их  преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого  результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель  освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его  плана являлось разумным (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда  

Российской Федерации 14.11.2018).  

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего  руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента  подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая,  что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется  моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно  свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования  без негативных последствий для должника и его кредиторов.  

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего,  необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что  финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми  временными обстоятельствами.  

Ссылка заявителя, что у руководителя должника ООО «Аква» ФИО3  возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в июне 2017  года в связи с наличием кредиторской задолженности и ее роста в 2017-2018 годах,  руководитель должника не предпринимал меры по предотвращению несостоятельности  (банкротства) должника, погашению требований кредиторов, в том числе не велась работа  по взысканию дебиторской задолженности, не принимается апелляционный судом,  поскольку наличие задолженности перед конкретным кредитором само по себе не  свидетельствует о наступлении для руководителя должника обязанности обратиться в суд  с заявлением о банкротстве последнего.  

Апелляционной суд полагает, что наращивание обязательств должника в данном  случае носило объективный характер, учитывая социально-значимую функцию,  выполняемую предприятием, в связи с чем более ранняя подача заявления о банкротстве  не привела бы к защите интересов кредиторов по обязательствам, от которых в силу  публичного характера деятельности по распределению питьевой воды населению не  имело возможности общество отказаться. В силу действующего законодательства  неудовлетворительная структура баланса не является безусловным основанием для  обращения руководителя должника в суд с заявлением о банкротстве. Сами по себе  кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями  руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство  возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.  

Данный вывод апелляционного суда согласуется со следующим. 

Судом первой инстанции установлено, что должник являлся социально-значимым  предприятием, в связи с чем специфика деятельности должника - по распределению воды  для питьевых и промышленных нужд, на финансово-экономические показатели которой  

непосредственно влияли установленные органом регулирования тарифы, изначально  являлась планово-убыточной.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС № 53,  привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является  исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его  применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица,  предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК  РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников  корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов  юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых  решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота  посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10  ГК РФ).  

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  21.05.2021 № 302-ЭС20-23984 по делу № А19-4454/2017, деятельность предприятия,  учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального  хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием  значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою  очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед  поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения  по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью  ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем  платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило,  малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие  субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.  

Ситуация, при которой водоснабжающая организация имеет непогашенную  кредиторскую задолженность одновременно с дебиторской задолженностью, является  обычной для их функционирования, в связи с низкой платежной дисциплиной населения и  установлением тарифов для населения, которые не совпадают с экономически  обоснованными тарифами. В связи с этим сам по себе признак недостаточности  имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими  организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о  наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании  несостоятельным (банкротом). Формальное превышение размера кредиторской  задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не  

является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.  

Необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут  быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами (аналогичная позиция  изложена в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4) по делу № А40-240402/2016).  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-11, формальное превышение размера  кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе  должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои  обязательства.  

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий,  характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных  значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве должника.  

Данный вывод апелляционного суда согласуется с тем, что специфика  функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская  задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием  дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к  временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует  о недостаточности имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от  27.01.2017 N 306-ЭС16-20500).  

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено в Законе о  банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя немедленно обратиться в  арбитражный суд с заявлением должника.  

В рассматриваемом случае формальное превышение размера кредиторской  задолженности над размером оборотных активов не свидетельствовало о невозможности  предприятия исполнять свои обязательства; в силу специфики деятельности исполнителя  коммунальных услуг в области жилищно-коммунального хозяйства, ситуация, при  которой у исполнителя имеется кредиторская задолженность перед поставщиками  энергоресурсов в условиях имеющейся дебиторской задолженности по оплате услуг  населением, является прогнозируемой, то есть обычной является ситуация, когда из-за  несвоевременной оплаты коммунальных услуг потребителям наступает просрочка оплаты  поставленных коммунальных ресурсов.  

Создание должника было вызвано необходимостью осуществления предприятием  деятельности, направленной на решение социально-значимых задач, связанных с  организацией снабжения граждан жилищно-коммунальными услугами.  

Таким образом, уже при создании предприятия произошло смешение частных и  публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу:  коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского  (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение  прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой  дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой  генеральной цели (статьи 50 и 53 ГК РФ), использована для достижения иной, публичной  цели, социального результата - обеспечения населения жизненно необходимой  коммунальной услугой.  

В Законе о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в  виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он  должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и  негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению  предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно  неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого  руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми  кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Из материалов дела следует, что у должника кроме двух кредитор (АО  «Каббалкэнерго» и УФНС России по КБР) иных кредиторов, в период после истечения  месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, не  возникло. Новых кредиторов не имеется и до настоящего времени.  

Наличие задолженности перед имеющимися кредиторами является объективной с  учетом деятельности должника как социально-значимого предприятия, спецификой  которого является распределение воды для питьевых и промышленных нужд.  

Апелляционный суд полагает, что деятельность должника свидетельствует о том,  что оказание услуг по распределению воды потребителям не может быть оказано без  потребления электроэнергии, именно этим объясняется возникшая задолженность перед  АО «Каббалкэнерго». Новых кредиторов должник не привлек. Выполняя социально-значимую функцию и продолжая потреблять для этого электроэнергию, не имея  возможность остановить процесс распределения воды потребителям, руководитель  должника не совершил действий, направленных на причинение вреда.  

Руководитель социально-значимого предприятия не имеет возможности остановить  оказание услуг населению и уйти в банкротство в отсутствие в данном регионе  аналогичного предприятия, которое могло бы осуществлять данные функции за него, для  

соблюдения стабильности оказания социально-значимых услуг проживающих в данном  регионе граждан.  

Доказательств того, что руководитель должника получил оплату дебиторской  задолженности от потребителей и распорядился полученными денежными средствами от  осуществляемой им деятельности на иные цели, чем оплата кредиторской задолженности  перед поставщиком электроэнергии и бюджетом, в материалы дела не представлено,  следовательно, злоупотребление правом со стороны контролирующего должника лица не  допущено.  

Учитывая социально-значимую функцию предприятия и невозможность раннее  при наличии признаков неплатежеспособности, автоматически прекратить оказание услуг  населению и инициировать процедуру банкротства, апелляционный суд полагает, что в  рассматриваемом случае основания для привлечения к субсидиарной ответственности  руководителя должника за необращение в суд с заявлением о признании должника  банкротом, отсутствуют.  

Принимая во внимание изложенное, апелляционная коллегия судей полагает, что  суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для  удовлетворения заявленных требований.  

Аналогичная правовая позиция по вопросу привлечения к субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц социально-значимого предприятия  изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 17.08.2021 по делу   № А12-62484/2016 и в постановлении Арбитражного суд Волго-Вятского округа от  11.10.2021 по делу № А17-7399/2018.  

Исследовав доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд  считает, что доводы жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой  инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными  и не могут служить основанием для отмены определения суда.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил  представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.  

Выводы суда сделаны с правильным применением норм материального права, на  основе полного и всестороннего исследования всех имеющихся в материалах дела  доказательства в их совокупности.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями  для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.05.2022 по делу   № А20-99/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Н.В. Макарова 

Судьи Д.А. Белов  

 С.И. Джамбулатов