СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-17066/2017-АК

г. Пермь

07 мая 2019 года

Дело № А50-28817/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля  2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  07 мая 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова  В. И., 

судей  Васевой  Е.Е., Мухаметдиновой  Г.Н. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем  Малышевой  Д.Д.  

при участии:

от ООО «Матрица»: Пермяков Р.В., паспорт, доверенность от 12.03.2018;

от должника: Григорьева Г.А., паспорт, доверенность от 14.03.2018;

финансовый управляющий Проценко Т.В., паспорт;

от  ПАО «Банк УРАЛСИБ»:  Дубровин  А.А. -  дов.  от  19.12.2016 г.

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего должника  и   ПАО «Банк УРАЛСИБ»

на определение Арбитражного  суда  Пермского края от 18 февраля 2019 года 

по делу № А50-28817/2017,

вынесенное судьей Хайруллиной Е.Ф.,  

по заявлению  ООО «Матрица» о включении в реестр требований кредиторов

в рамках дела о признании Кандакова Романа Александровича несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.06.2018 (резолютивная часть решения объявлена 14.06.2018) Кандаков Роман Александрович (далее по тексту - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена Проценко Татьяна Валентиновна.

   Объявление о введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.06.2018 №108.

В Арбитражный суд Пермского края 15 марта 2018 года поступило требование ООО «Матрица» о включении в реестр требований кредиторов в сумме 11 754 054,79 рублей, которое после устранения недостатков определением от 23 апреля 2018 года принято к производству и назначено к рассмотрению на 26 июня 2018 года.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ГК Люкон».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.07.2018 (резолютивная часть определения объявлена 18.07.2018) производство по заявлению ООО «Матрица» о включении в реестр требований кредиторов должника приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по рассмотрению искового заявления ООО «Матрица» к ООО «ГК Люкон», принятого в рамках дела № А50-22686/2018.

В суд 14.12.2018 поступило ходатайство финансового управляющего Проценко Т.В. о возобновлении производства по заявлению.

Определением суда от 19.12.2018 рассмотрение вопроса о возобновлении производства по требованию назначено на 22.01.2019.

Поскольку решением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2018 по делу № А50-22686/2018, вступившим в законную силу, с ООО «Группа компаний «Люкон» в пользу ООО «Матрица» взыскано 9 581 592 руб. 01 коп., в том числе 4 500 000 руб. задолженности, 4 483 061,19 руб. процентов за пользование займом, 598 530 руб. 82 коп. процентов за нарушение обязательства по возврату займа, а также 73 903 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, протокольным определением суда от 22.01.2019 производство по требованию было возобновлено (статья 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ООО «Матрица» на доводах, с учетом ранее заявленного ходатайства об уточнении требований, настаивал. Просил включить в реестр требований кредиторов должника 8 566 171 руб. 23 коп., в том числе 4 500 000 руб. основного долга, 3 709 808 руб. 22 коп. процентов за пользование денежными средствами, 356 363 руб. 01 коп. финансовых санкций.

Определением Арбитражного  суда  Пермского края от 18 февраля 2019 года требование ООО «Матрица» в общей сумме 8 566 171 руб. 23 коп., в том числе 4 500 000 руб. основного долга, 3 709 808 руб. 22 коп. процентов за пользование денежными средствами, 356 363 руб. 01 коп. финансовых санкций  включено в третью очередь реестра требований кредиторов Кандакова Романа Александровича.

Не  согласившись  с  определением,  финансовый  управляющий должника  и   ПАО «Банк УРАЛСИБ» обратились с апелляционными  жалобами,  в которых просят  определение отменить,  в удовлетворении требований  ООО «Матрица» отказать.

В  апелляционной жалобе  банк ссылается  на  то,  что в соответствии с п. 1.2 Договора займа от 07.04.2015, заключенного между ООО «Матрица» и ООО «Группа компаний «Люкон» (далее - Договор займа), заемщик обязуется возвратить займодавцу указанную в п. 1.1 настоящего договора сумму не позднее 07.10.2015.

В соответствии с п. 3.1 Договора поручительства от 07.04.2015, заключенного между ООО «Матрица» и должником Кандаковым Р.А. (далее - Договор поручительства), договор действует до полного исполнения обязательств перед Кредитором.

В то же время, в соответствии с ч. 4 ст. 367 ГК РФ в редакции от 06.04.2015 поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.01.1998 N 28, условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства, поскольку не соответствует требованиям ст. 190 ГК РФ. С учетом этого установленное в договоре условие о действии поручительства до фактического исполнения основного договора не может считаться условием о сроке.

Договором поручительства не установлен конкретный срок действия поручительства. Первоначально установленный договором займа и согласованный с поручителем срок исполнения основного обязательства наступил 07.10.2015, в течение года с указанной даты иск к должнику не предъявлен. Дополнительные соглашения об изменении срока действия поручительства с должником не подписывались. 

Таким образом, поручительство Кандакова Р.А. по обязательствам ООО «Группа компаний «Люкон» перед ООО «Матрица» прекращено 07.10.2016.

      Из буквального прочтения и толкования текста соглашения о переводе долга от 07.12.2016 заключенного между ООО «Группа компаний Люкон» и ООО «Торговый дом Люкон», следует, что должник не является стороной данного соглашения, а именно:

-        сторонами соглашения о переводе долга являются исключительно ООО «Группа компаний Люкон» (первоначальный должник) и ООО «Торговый дом Люкон» (новый должник) в силу неоднократного прямого указания на это в тексте соглашения;

-        соглашение о переводе долга не содержит указания на то, что Кандаков Р.А. является его стороной и/или принимает на себя какие-либо обязательства перед сторонами, а также не содержит перечня прав, обязанностей и ответственности Кандакова Р.А. перед сторонами соглашения о переводе долга. В то же время, соответствующие условия о правах, обязанностях и ответственности для самих сторон (ООО «Группа компаний Люкон» и ООО «Торговый дом Люкон») соглашением о переводе долга предусмотрены;

-        пункт 5.5 соглашения о переводе долга указывает на возможность разрешения спора в судебном порядке только с одним ответчиком, под которым подразумевается одна из сторон. При этом действующее законодательство не предусматривает возможность рассмотрения споров с участием физических лиц в качестве ответчиков, что свидетельствует об отсутствии у поручителя статуса и прав стороны соглашения;

-        в соответствии с пунктом 6.4 соглашения о переводе долга, соглашение составлено в 3 экземплярах (для каждой из сторон и для кредитора). Передача экземпляра соглашения должнику не предусмотрена, что не соответствует критериям разумности в случае возложения на лицо и принятия им каких-либо обязательств.

Таким образом, вывод суда о продлении срока поручительства в связи с тем, что между ООО «Группа компаний Люкон» и ООО «Торговый дом Люкон» было заключено соглашение о переводе долга, не соответствует материалам дела.

     Из буквального прочтения и толкования текста соглашения о переводе долга нельзя сделать вывод о том, что соглашение каким-либо образом изменяет условия ранее подписанного договора поручительства и продляет срок, на который должником Кандаковым Р.А. было дано поручительство, а именно:

-       соглашение о переводе долга не соответствует требованиям ГК РФ к изменению условий договора в части состава сторон, которыми заключено соглашение. При этом соглашение о переводе долга не содержит сведений о том, что оно является неотъемлемой частью договора поручительства;

-       раздел 4 соглашения о переводе долга носит уведомительный характер, в соответствии с которым ООО «Группа компаний Люкон» (первоначальный должник) уведомляет ООО «Торговый дом Люкон» (новый должник) о якобы имеющемся поручительстве Кандакова Р.А., при этом перечисленные условия являются заведомо недостоверными, поскольку не соответствуют условиям, которые были изначально приведены в договоре поручительства;

-       формулировка пункта 4.3 соглашения о переводе долга о действии поручительства «до даты истечения трех лет после истечения срока исковой давности на предъявление кредитором иска к первоначальному должнику и/или новому должнику» не соответствует положениям ч. 1 ст. 367 ГК РФ применительно к ч. 1 ст. 196 ГК РФ, по смыслу которых при наличии заявления об истечении срока исковой давности по основному обязательству поручительство прекращается в связи с прекращением основного обязательства;

-        с учетом разъяснений, изложенных в п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.01.1998 N 28, даже в случае признания должника стороной соглашения о переводе долга, формулировка пункта 4.3 соглашения не позволяет установить, на какой срок дано поручительство, поскольку заемщик в течение ничем неограниченного периода времени в последний день срока исковой давности может совершать действия, свидетельствующие о признании им долга, что в силу ст. 203 ГК РФ повлечет за собой перерыв течения срока исковой давности и течение срока исковой давности заново. Таким образом, поручительство будет действовать бессрочно, т.е. до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства, что не соответствует требованиям ст. 190 ГК РФ. 

        Следовательно, срок действия поручительства в отсутствие предъявленного к поручителю требования в любом случае не может превышать один год со дня наступления срока исполнения основного обязательства, указанного в п. 1.1 соглашения о переводе долга, т.е. поручительство действует не позднее чем до 07.12.2017. Требование ООО «Матрица» к должнику предъявлено 15.03.2018, т.е. с пропуском указанного срока, в связи с чем поручительство должника Кандакова Р.А. прекращено;

-       поскольку установленный договором поручительства срок поручительства истек 07.10.2016, а ст. 451 ГК РФ не предусматривает возможность изменения уже прекращенного обязательства, условия соглашения о переводе долга, которыми якобы изменяется срок поручительства, в любом случае не создают каких-либо правовых последствий для должника Кандакова Р.А.

Таким образом, из материалов дела следует, что к моменту предъявления требования ООО «Матрица» обязательства должника как поручителя перед заявителем в любом случае были прекращены.

Кроме  того, заявитель указывает  на  то,  что в соответствии с п. 1.4 Договора займа процентная ставка за пользование займом составляет 12% годовых. Дополнительным соглашением от 08.04.2015 процентная ставка за пользование займом установлена в размере 24% годовых. Требование ООО «Матрица» также содержит расчет задолженности по процентам за пользование займом по ставке 24% годовых.

В то же время, в соответствии с ч. 1 ст. 367 ГК РФ в редакции от 06.04.2015 поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.

Следовательно, в результате повышения в 2 раза процентной ставки за пользование займом ответственность должника была увеличена без его согласия, в связи с чем обязательства должника Кандакова Р.А. в указанной части прекращены. Таким образом, представленный кредитором расчет задолженности является недостоверным и не может быть применен при установлении размера задолженности должника.

Кроме того, ПАО «БАНК УРАЛСИБ» считает, что отсутствует экономический смысл в заключении дополнительного соглашения о повышении процентной ставки за пользование займом в 2 раза на следующий день после заключения договора займа. 

Представителями должника и заявителя не даны соответствующие пояснения об обстоятельствах заключения договора займа и подписания дополнительных соглашений к нему, а судом первой инстанции не дана оценка материалам дела, из которых следует, что выдача части займа в размере 6 400 000 рублей была произведена платежным поручением № 23 от 06.04.2015, т.е. за 1 день до заключения договора займа, при этом в назначении платежа указано «оплата по договору от 07.04.2015».

Указанные действия должника как поручителя и руководителя заемщика свидетельствуют о недобросовестности сторон договора, направленной на искусственное увеличение размера требований фактически аффилированных должнику кредиторов.

     В соответствии с п. 1.5 Договора займа, займ является целевым и предоставляется для погашения задолженности по договору № 0122-031/00001 от 09.10.2013. В то же время, договор займа не содержит сведений о сторонах и предмете указанного договора, что не позволяет установить фактическое предоставление денежных средств по договору займа и их целевое использование.

Погашение задолженности перед Банком по одноименному договору не было и не могло быть целевым назначением Договора займа между ООО «Матрица» и ООО «Группа компаний Люкон», поскольку обязательства перед Банком по договору о предоставлении кредитной линии № 0122-031/00001 от 09.10.2013 уже были исполнены за счет собственных денежных средств.

     Бухгалтерские балансы, а также отчеты о финансовых результатах ООО «Группа компаний «Люкон» за 2015-2017 годы, представленные в материалы дела, не содержат сведений о наличии задолженности по договору займа в размере 7 000 000 рублей перед ООО «Матрица».

При решении вопроса о введении процедуры банкротства должник Кандаков Р.А. неоднократно указывал на отсутствие у него иных неисполненных обязательств и кредиторов помимо ПАО «БАНК УРАЛСИБ», КБ «Локо-Банк» и уполномоченного органа. Предоставленные должником в суд списки кредиторов и должников также не содержат сведений об обязательствах должника перед ООО «Матрица», что свидетельствует о фиктивности договора поручительства, о заведомо недобросовестном поведении должника и сокрытии сведений, которые должник обязан представить в суд в соответствии с требованиями ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

 Финансовый  управляющий  должника в своей  апелляционной  жалобе доводы  банка  поддерживает. 

      Отмечает, что какого-либо волеизъявления на поручительство по обязательствам, измененным дополнительными соглашениями, заключенными между ООО «Матрица» и ООО «ГК Люкон» от 08.04.2015, 07.10.2015, 07.04.2016 Кандаковым Р.А. в письменной форме не выдавалось.

      Какого-либо волеизъявления на сохранение поручительства по обязательствам, указанным в п. 1.3 Соглашения от 07.12.2016  Кандаковым Р.А. при подписании Соглашения также не высказано, о чем бесспорно свидетельствует позиция Кандакова Р.А., изложенная им в письменном отзыве к судебному заседанию 18.07.2018 по настоящему спору.

       Соглашение от 07.12.2016, положенное в основу оспариваемого судебного акта, заключено между двумя хозяйствующими субъектами — ООО «Группа компаний Люкон» и ООО «Торговый Дом Люкон», как следует из преамбулы Соглашения, гражданин Кандаков Р.А. стороной Соглашения не является. Подпись Кандакова Р.А. на Соглашении может свидетельствовать лишь о том, что он уведомлен о наличии нового должника.  Сведений о том, что Кандаков Р.А. каким-то образом принял на себя условия Соглашения и согласен с ними, текст Соглашения не содержит.

        Кроме того, наличие подписи Кандакова Р.А. на Соглашении от 07.12.2016 не свидетельствует собственно о заключении Кандаковым Р.А. нового договора поручительства, так как согласно ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, а в силу ст. 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

        Учитывая, что с 08.04.2015 года произошло увеличение процентной ставки по основному обязательству (займу от 07.04.2015) в два раза - с 12% до 24% годовых, т.е. изменение обязательства, влекущего увеличение ответственности поручителя без его письменного согласия, поручительство Кандакова Р.А. по договору займа от 07.04.2015 считается прекращенным в силу закона.

        На дату подписания Соглашения от 07.12.2016 поручительство Кандакова Р.А. от 07.04.2015 уже прекратило действие, соответственно, вывод суда о признании Соглашения о переводе долга от 07.12.2016, заключенного между ООО «Матрица» и Кандаковым Р.А., как поручителем по обязательствам, возникшим из договора поручительства от 07.04.2015, не основан на законе, так как никакого Соглашения о поручительстве от 07.12.2016 между указанными лицами в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

         В силу п. 4 ст. 367 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора поручительства от 07.04.2015), поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

        Данная норма о прекращении поручительства в случае отсутствия в договоре условия о сроке поручительства и пропуске кредитором годичного срока для предъявления требований к поручителю является императивной.

       При этом условие о действии договора поручительства до фактического исполнения основного обязательства не является условием о сроке поручительства, предусмотренном п. 4 ст. 367 ГК РФ , поскольку в соответствии со ст. 190 ГК РФ, срок, установленный законом, иными правовыми актами или сделкой определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

        Формулировка в договоре поручительства от 07.04.2015 «Фактическое исполнение должником обязательства» к таким событиям не относится.

         Кроме того, до предъявления требований о включении в реестр заимодавец - ООО «Матрица» не требовал возврата займа или новирования обязательств и не интересовался судьбой ни должника, ни поручителя, что по существу также может указывать и на фиктивность долга, созданного на случай банкротства.

         Таким образом, заявителем пропущен срок исковой давности для предъявления требований к Кандакову Роману Александровичу, как поручителю по договору займа от 07.04.2015 года.

         В  судебном  заседании суда  апелляционной  инстанции заявители апелляционных жалоб  на  их  доводах настаивают.

         Уполномоченный  орган  в  суд  не  явился, в письменном  отзыве  доводы  апелляционных жалоб поддерживает. 

         Представители ООО «Матрица» и  должника против  доводов  апелляционных жалоб  возражают по  основаниям, изложенным  в  письменных отзывах. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

          Как  видно  из  материалов  дела,  между ООО «Матрица» (Займодавец) и ООО «Группа компаний Люкон» (Заемщик) заключен договор займа от 07.04.2015, в соответствии с условиями которого Займодавец передает Заемщику денежные средства в сумме 7 000 000 руб. для погашения задолженности по договору № 0122-031/00001 от 09.10.2013. В силу пункта 1.4 договора займ является процентным, процент составляет 12% годовых. Дополнительным соглашением к договору займа от 08.04.2015 стороны установили, что процент составляет 24% годовых.

Срок возврата суммы займа установлен до 07.10.2015 (п. 1.2 договора). Дополнительным соглашением от 07.10.2016 срок возврата займа изменен - до 07.12.2016.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 07.04.2015 между ООО «Матрица» (Кредитор) и Кандаковым Романом Александровичем (поручитель) заключен договор поручительства от 07.04.2015 .

Путем заключения соглашения о переводе долга от 07.12.2016 между ООО «Группа компаний Люкон» (первоначальный должник) и ООО «Торговый дом Люкон» (новый должник), задолженность первоначального должника по договору займа от 07.04.2015, заключенному между первоначальным должником и ООО «Матрица», в размере 2 500 000 руб. передана новому должнику. В  соглашении указано,  что совокупный  объем задолженности  по  основному  долгу первоначального должника перед кредитором на момент  его заключения составил 7 000 000 руб.  

Указанный договор, помимо первоначального должника - ООО «Группа компаний Люкон» и нового должника - ООО «Торговый дом Люкон», подписан кредитором ООО «Матрица» и поручителем Кандаковым Р.А. Поручитель  обязуется отвечать перед  кредитором за  исполнение первоначальным  должником и  новым должником  всех  денежных  обязательств,  вытекающих из  договора займа от  07.04.2015 (п. 4.2 соглашения о  переводе  долга от  07.12.2016) .   

Факт предоставления займа подтвержден представленными документами, а также установлен судом в рамках дела № А50-22686/2018. 

Учитывая,  что  договор поручительства и соглашение о переводе долга в установленном законом порядке не оспорены, недействительными (ничтожными) не признаны, суд первой  инстанции пришел  к выводу о  том, что требование кредитора в заявленном размере является обоснованным.

      Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, письменных отзывов на них , исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Статьей 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ, с учетом особенностей, установленных законом о банкротстве.

В соответствие со с пунктом 4 стать 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

По смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве. Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан») .

        В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег.

       По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (статья 361 Гражданского кодекса Российской Федерации).

       В силу положений статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя (пункт 1). Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2).

       Судом  первой  инстанции установлено  и  материалами  дела подтверждается,  что договор поручительства заключен с Кандаковым Р.А. как с директором ООО «Группа компаний Люкон» в качестве обеспечения исполнения обязательств по возврату займа. В силу пункта 2.3 договора поручительства от 07.04.2015  он действует до полного исполнения всех обязательств со стороны должника (ООО «Группа компаний Люкон») и поручителя (Кандакова Р.А.), вытекающих из договора займа от 07.04.2015.

Факт предоставления займа подтвержден представленными в материалы  дела платежными  документами, а также установлен судом в рамках дела № А50-22686/2018. Кроме того , судом  в  рамках дела №А50-22686/2018  были  исследованы и признаны необоснованными доводы финансового управляющего о ничтожности договора займа в силу фиктивности и недействительности в порядке статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ.

В силу статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Отклоняя доводы о прекращении поручительства должника, суд  правомерно принял  во  внимание , что  было заключено соглашение о переводе долга от 07.12.2016, подписанное         ООО «Группа       компаний        Люкон » (первоначальный  должник) и ООО «Торговый дом Люкон» (новый должник), ООО «Матрица» и Кандаковым Р.А., согласно  которому поручитель  обязался 

отвечать перед  кредитором за  исполнение первоначальным  должником и  новым должником  всех  денежных  обязательств,  вытекающих из  договора займа от  07.04.2015 . В силу пункта 4.3 соглашения  о  переводе долга поручительство действует до даты истечения трех лет после истечения срока исковой давности на предъявление кредитором иска к первоначальному должнику и/или новому должнику.

      При  этом , до  заключения соглашения  о переводе  долга   в  соответствии с  дополнительными  соглашениям  к  договору  займа  (т. 1,  л.д. 18-20) срок  возврата займа неоднократно  продлевался ,  соответствующие  соглашения в  качестве руководителя    ООО «Группа   компаний      Люкон » подписывал Кандаков  Р.А. 

Поскольку доказательств погашения задолженности основным заемщиком не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ), ООО «Матрица» правомерно предъявлено требование к должнику (статья 363 ГК РФ). Правильность произведенного расчета проверена судом, доказательств меньшего размера задолженности не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда  первой  инстанции о  том , что, вопреки доводам финансового управляющего, срок действия договора поручительства не истек.

Довод  банка  о  том,  что  поручительство прекращено 07.10.2016 исследован  и  отклонен , поскольку из вышеуказанных дополнительных  соглашений  и соглашения  о  переводе  долга следует,  что Кандаков Р.А.  давал  согласие на  изменение условий  о  сроке возврата займа и на продление  срока  поручительства.

Ссылка  банка на  то,  что  Кандаков Р.А.  не  является  стороной соглашения о переводе долга от 07.12.2016 исследована  и отклонена,  поскольку противоречит  содержанию  данного  соглашения,  в котором имеется  раздел  четвертый «Условия о  поручительстве» ,  а  также которое  подписано  Кандаковым  Р.А. в качестве  поручителя.   

Вопреки  доводам  банка из  содержания пункта 4.3 соглашения о переводе  долга может быть определен срок  действия  поручительства ,  который  заканчивается 07.12.2022 .

Ссылка  на прекращение  поручительства в  соответствии с  ч. 1  ст. 367  ГК  РФ  в связи  с увеличением  процентной  ставки  по  кредиту исследована  и  отклонена,  поскольку данное  изменение  производилось  с  согласия Кандакова  Р.А. , который  одновременно  являлся поручителем  и  руководителем  основного заемщика. Подписывая  дополнительное  соглашение от 08.04.2015  г. Кандаков  Р.А.  давал  согласие на увеличение  процентной  ставки . 

Доводы  об  отсутствии сведений  о наличии  задолженности по  кредитному  договору с ООО «Матрица» в  бухгалтерских  балансах ООО «Группа   компаний         Люкон » не могут  быть  приняты,  поскольку данное  обстоятельство может  свидетельствовать о их  недостоверности, в  то  время  как ООО «Матрица» в материалы дела представлена расшифровка строки 1230 к  балансу  за  2017  г., в  котором  соответствующая  задолженность  отражена. 

Ссылка  банка  на  то,  что  спорный  займ  не являлся  целевым , противоречит  содержанию  указанного договора ,  а  также содержанию  выписок по  расчетному  счету  ООО «Группа   компаний    Люкон » ,  согласно которым денежные  средства , полученные  от   ООО «Матрица» были  направлены  на  погашение задолженности по  кредитному  договору № 0122-031/00001  от  09.10.2013 – платежи  от 07.04.2015 и  от 09.04.2015.    

Убедительных  доводов относительно аффилированности ООО «Матрица» и  Кандакова Р.А. заявителями  апелляционных  жалоб  не приведено. Представительство их интересов  в суде  одним и  тем  же  лицом,  по  мнению суда  апелляционной  инстанции , не может  свидетельствовать о  наличии  фактической аффилированности применительно  к спорным  правоотношениям.  

Также  вопреки  доводам  апелляционных  жалоб предоставление  первой  части займа 06.04.2015  г., то  есть  за  один  календарный  день  до подписания  договора займа,  не имеет  правового  значения,  поскольку договор является  реальным и  считается  заключенным  с момента  предоставления  денежных  средств ,  которые  в полном  объеме  были предоставлены  09.04.2015 г.  

       Учитывая, что апеллянты в жалобах не ссылаются на доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции , апелляционный суд приходит к выводу о том, что нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

       При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого решения, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции при  вынесении определения  от 18.02.2019 г. норм материального и(или) процессуального права апелляционным судом не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.  

   В  соответствии со  ст. 110  АПК  РФ  госпошлина  по  обособленному  спору не взыскивается. 

Руководствуясь статьями  110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Пермского края от 18 февраля 2019 года по делу № А50-28817/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов 

 

Судьи

 

Е.Е.  Васева 

 

 

Г.Н. Мухаметдинова