ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>, факс: 

<

***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А61-1381/2020

27.08.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 13.08.2025.

Постановление изготовлено в полном объеме 27.08.2025.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Белова Д.А., судей: Бейтуганова З.А., Марченко О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиевым Ш.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции апелляционные жалобы конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» - ФИО1, публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 09.04.2025 по делу № А61-1381/2020, принятое по заявлению публичного акционерного общества «Россетти Северный Кавказ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к АМС МО Ардонский район РСО-Алания (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), с участием муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» (МУП «АРИС») (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО1 (ИНН 

<

***>), о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети»; приостановлении производства по рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, при участии в судебном заседании представителя публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» - ФИО2 (доверенность от 01.01.2025), представителя конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» - ФИО3 (доверенность от 01.04.2024), представителя администрации местного самоуправления Ардонского муниципального района в лице главы администрации местного самоуправления Ардонского муниципального района – ФИО4 (доверенность от 29.07.2025), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда РСО-Алания от 03.02.2021 МУП «Ардонские инженерные сети» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (ИНН 

<

***>). 

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в официальном издании Газете "Коммерсантъ" от 06.02.2021 №77033567923). 

ПАО «Россетти Северный Кавказ» (далее общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к администрации местного самоуправления муниципального образования Ардонский район Республики Северная Осетия-Алания (далее - администрация), ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (далее - ответчики) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Определением от 31.07.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 15.11.2023, заявление общества удовлетворено частично. Установлено наличие оснований для привлечения администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -Закон о банкротстве). Производство по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности администрации в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Производство по заявлению общества в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности администрации по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 и по статье 61.12 Закона о банкротстве прекращено. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.03.2024 определение Арбитражного суда РСО-Алания от 31.07.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2023 по делу № А61-1381/2020 отменены в части удовлетворения заявления к АМС МО Ардонский район, обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 09.04.2025 по делу № А61-1381/2020 в удовлетворении заявления публичного акционерного общества «Россетти Северный Кавказ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» - ФИО1, публичное акционерное общество «Россети Северный Кавказ» обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, мотивированными обоснованностью заявленных требований.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители сторон высказали позиции по рассматриваемым апелляционным жалобам, дали пояснения по существу спора.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзывов и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 09.04.2025 по делу № А61-1381/2020 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, отправляя обособленный спор на новое рассмотрение в части удовлетворения заявления к АМС МО Ардонский район, суд кассационной инстанции указал, что суды первой и апелляционной инстанции исходили и того, что вступившими в законную силу судебными актами подтверждается наличие оснований для привлечения администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом суды указали на то, что таким основанием являются действия администрации по изъятию имущества на основании постановлений. В данном случае суды, категорично заключив о том, что действия администрации по незаконному изъятию у должника имущества привели к нарушению имущественных прав должника и его кредиторов в предшествующий возбуждению дела о банкротстве период, не учли отсутствие причинно-следственной связи между изъятием администрацией имущества и банкротством должника, принимая во внимание возникновение признаков неплатежеспособности должника до изъятия имущества и в вследствие иных причин, не связанных с данным изъятием. Суды также не приняли во внимание, что тяжелое финансовое положении должника, убыточная деятельность, растущая кредиторская задолженность и недостаточность оборотных денежных средств длится с 2013 года. Деятельность должника носила убыточный характер длительный период и невозможность рассчитаться по своим обязательствам связана именно со спецификой его деятельности. Из материалов дела видно, что изъятие администрацией имущества у должника произведено после возникновения признаков объективного банкротства и не явилось причиной его неплатежеспособности. Указанному обстоятельству суды надлежащей оценки не дали. Таким образом, являются ошибочными выводы о наличии причинно-следственной связи между изъятием администрацией имущества у должника и его банкротством; совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Аналогичная судебная практика: постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.02.2024 по делу № А15-4979/2014, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.07.2021 по делу № А15-599/2015. Кроме того, определением от 02.12.2022 (оставлено без изменения постановлением апелляционного суда от 13.12.2023 и суда округа от 21.03.2024 по данному делу) установлен размер компенсации (128 912 тыс. рублей), подлежащий выплате администрацией за возврат имущества. Вопрос о взыскании убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) не ставился и судами не исследовался.

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается только требование заявителя к АМС МО Ардонский район о привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

В рассматриваемом случае, заявленные требования обоснованы ссылками на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Исходя из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266-ФЗ) и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" к спорным правоотношениям в соответствующей части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции действовавшей в том числе до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Между тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку различные периоды, в которые, по мнению заявителя, администрацией были совершены нарушения, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (действует, начиная с 30.07.2017) в отношении, в частности, такого основания, как непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В связи с чем, материально-правовые основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности определяются судом согласно той редакции Закона о банкротстве, которая действовала в момент совершения ответчиком виновных действий (бездействий), повлекших объективное банкротство должника.

Действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В силу статьи 61.10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 Постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 26 ФЗ от 14.11.2001 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных предприятиях», контроль за деятельностью унитарного предприятия осуществляется органом, осуществляющим полномочия собственника, и другими уполномоченными органами.

На основании подпунктов 9, 12 пункта 1 статьи 20 Закона о муниципальных предприятиях собственник имущества, в том числе, утверждает показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контролирует их выполнение, утверждает бухгалтерскую отчетность и отчеты унитарного предприятия. Унитарное предприятие по окончании отчетного периода представляет уполномоченным органам государственной власти РФ, органам государственной власти субъекта РФ или органами местного самоуправления бухгалтерскую отчетность и иные документы, перечень которых определяется Правительством РФ, органами исполнительной власти субъектов РФ или органами местного самоуправления.

В данном случае, МУП «АРИС» зарегистрировано 24.05.2012 года в качестве юридического лица Межрайонной ИФНС № 4 по РСО-Алания, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за № 

<

***>. МУП «АРИС» действует на основании Устава, утвержденного Главой АМС Ардонского района РСО-Алания 05.09.2012.

Ввиду пункта 1.1 Устава МУП «АРИС» предприятие учреждено в соответствии с Федеральным законом от 14.11.2002 161 -ФЗ «О государственных и муниципальных предприятиях» и Постановлением главы АМС Ардонского района № 100 от 15.05.2012.

При этом, учредителем предприятия является Администрация местного самоуправления Ардонского района (пункт 1.3. Устава), оно относится к муниципальной собственности. Пунктами 2.1., 2.2 Устава предусмотрено, что МУП «АРИС» образовано с целью удовлетворения потребности населения и других потребителей в питьевой воде и теплоснабжении.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности МУП «АРИС» является забор, очистка и распределение воды. Дополнительными видами деятельности МУП «АРИС» являются, в том числе: передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям; распределение электроэнергии.

В соответствии с пунктом 4.1 Устава все имущество Должника находится в муниципальной собственности Ардонского района РСО-Алания, отражается в самостоятельном балансе и закреплено согласно договору о закреплении муниципального имущества за предприятием на праве хозяйственного ведения. Право хозяйственного ведения в отношении закрепленного за предприятием имущества возникает с момента передачи имущества. Предприятие возглавляет руководитель (директор, генеральный директор), назначаемый на контрактной основе и освобождаемый на эту должность главой АМС.

Учитывая изложенное, АМС МО Ардонский район отвечает признакам контролирующего должника лица (ст.61.10 Законом банкротстве).

Из общих норм гражданского законодательства следует, что юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Конкурсный кредитор, обращаясь в суд с заявлением о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности, полагал, что незаконное изъятие ответчиком из хозяйственного ведения предприятия имущества по водоснабжению и электросетевого имущества привело к невозможности осуществления должником основного вида деятельности, после чего должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

Пунктом 2 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом РФ или другим законом.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По смыслу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Исходя из подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

На основании разъяснений пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что контролирующие должника лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относится собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания.

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем при ее применении должны учитываться общие правила об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В связи с чем, для привлечения учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц к такой субсидиарной ответственности необходимо установление совокупности следующих условий: наличие у указанных лиц права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия; совершение ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием вышеуказанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде банкротства должника; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами. Кроме того, должна быть установлена вина учредителей (участников) должника, собственника имущества должника -унитарного предприятия или иных лиц в доведении должника до банкротства. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 5 статьи 113 ГК РФ, пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161 -ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее - Закон № 161 -ФЗ) унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

В силу пункта 2 статьи 7 Закона N 161 -ФЗ муниципальное образование не несет ответственность по обязательствам государственного или муниципального предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества. В указанных случаях на собственника при недостаточности имущества государственного или муниципального предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с разъяснениями пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Ввиду статьи 61.11 Закона о банкротстве под действием (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которое явилось необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (пункт 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

На основании положений указанной статьи субсидиарную ответственность несет контролирующее должника лицо, если им причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

По смыслу пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Исходя из пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Так, в вину учредителю МУП «АРИС» - АМС МО Ардонский район РСО-Алания вменены действия по незаконному изъятию имущества из хозяйственного ведения МУП «АРИС», которые, по мнению заявителя, привели к невозможности продолжения предприятием хозяйственной деятельности, неплатежеспособности должника и стало причиной его банкротства:

1. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда РСО-Алания от 04.05.2022 по делу № А61- 1381/2020 суд признал недействительным постановление АМС МО Ардонский район РСО-Алания № 33 от 11.02.2021 «О расторжении договора о закреплении имущества на праве хозяйственного ведения за МУП «АРИС», обязал АМС МО Ардонский район РСО-Алания принять от конкурсного управляющего МУП «АРИС» объекты водоснабжения, расположенных в сельских поселениях Ардонского района.

2. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда РСО-Алания от 09.08.2022 по итогам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительными, в том числе, постановлений АМС МО Ардонский район РСО-Алания о прекращении договора хозяйственного ведения и изъятия электросетевого имущества, находящегося на праве хозяйственного ведения у МУП «АРИС» и применения последствий недействительности сделок в виде возврата данного имущества в конкурсную массу МУП «АРИС», судом были признаны незаконными действия АМС МО Ардонский район по изъятию данного имущества у МУП «АРИС», а постановления о таком изъятии ничтожными и применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу МУП «АРИС» данного электросетевого имущества.

Между тем, материалами обособленного спора не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) администрации и банкротством должника.

В силу статьи 294 Гражданского кодекса Российской Федерации государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает вопросы создания предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначает директора (руководителя) предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества

В соответствии с пунктом 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 7 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» от 14.11.2002 № 161-ФЗ унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Пунктом 2 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится соответственно в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

Предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника.

Положения пункта 1 статьи 53 Закона о банкротстве предусматривают, что возможность принятия решения о признании должника несостоятельным (банкротом) прямо связана с выявлением признаков несостоятельности, установленных статьей 3 Закона о банкротстве, которая, в свою очередь, не обуславливает установление этих признаков от достаточности или недостаточности у должника имущества для удовлетворения требований кредиторов. Для привлечения собственника имущества должника - унитарного предприятия к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо установление совокупности следующих условий: наличия у названных лиц права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия; совершения ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличия причинно-следственной связи между использованием указанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

Таким образом, в рассматриваемой ситуации основанием для привлечения учредителя (участника), собственника имущества должника к субсидиарной ответственности необходимо наличие причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и последующим банкротством должника, которое определяется по признаку неплатежеспособности.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08 отмечено, что согласно пункту 5 статьи 113 Гражданского кодекса и пункту 1 статьи 7 Закона № 161 -ФЗ унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. В соответствии с положениями пункта 7 статьи 114 Гражданского кодекса собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия. При этом ни Гражданский кодекс Российской Федерации, ни Закон № 161 -ФЗ не предоставляют собственнику имущества унитарного предприятия, образованного на праве хозяйственного ведения, права изымать у него имущество. С учетом положений статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается только в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления. Кроме того, добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона № 161 -ФЗ, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

Исходя из статьи 4 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ "О естественных монополиях" услуги в сфере водоснабжения и водоотведения с использованием централизованной системы, систем коммунальной инфраструктуры, а также услуги по передаче электрической и тепловой энергии являются сферой деятельности субъектов естественных монополий.

На основании статьи 8 Федерального закона "О естественных монополиях" субъекты естественных монополий не вправе отказываться от заключения договора с отдельными потребителями на производство (реализацию) товаров, в отношении которых применяется регулирование в соответствии с настоящим Федеральным законом, при наличии у субъекта естественной монополии возможности произвести (реализовать) такие товары.

Определением арбитражного суда 03.07.2020 в реестр требований кредиторов включена задолженность перед ПАО «Россетти Северный Кавказ» в сумме 252 692 197, 87 руб.

При этом, задолженность перед ПАО «Россетти Северный Кавказ» стала образовываться, начиная с 2013 года.

Также уже с 2015 года и вплоть до возбуждения дела о банкротстве у МУП "АРИС" стала образовываться задолженность перед налоговым органом.

Определением арбитражного суда 13.02.2022 в реестр требований кредиторов включена задолженность перед налоговым органом в размере в сумме 128 838 415,13 руб., в том числе во вторую очередь реестра требований кредиторов - 32 953 004,4 руб., а задолженность в размере 95 885 414, 73 руб. - в третью очередь.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53)).

В связи с чем, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства может признать только недобросовестные действия контролирующих должника лиц, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В пункте 16 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

По смыслу разъяснений пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 5 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, только если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" к вопросам местного значения муниципального, городского округа относятся организация в границах муниципального, городского округа электро-, тепло-, газо- и водоснабжения населения, водоотведения, снабжения населения топливом в пределах полномочий, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 8 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" унитарное предприятие может быть создано в случае осуществления деятельности в сферах естественных монополий.

Создание Администрацией района МУП «АРИС» было вызвано необходимостью осуществления предприятием деятельности, направленной на решение социально значимых задач, связанных с организацией водоснабжения, водоотведения, вытекающих из муниципальных функций.

При этом, основной причиной внесения муниципальным образованием вклада в уставный фонд МУП "АРИС" являлось не характерное для обычного контролирующего лица бенефициарное стремление участвовать в распределении всей возможной будущей прибыли созданной им организации, а выполнение публично-правовых обязанностей.

Уже при создании предприятия произошло смешение частных и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу: коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой генеральной цели (статьи 50 и 53 ГК РФ), использована муниципальным образованием - собственником имущества предприятия для достижения иной, публичной цели, социального результата - обеспечения населения жизненно необходимым набором коммунальных услуг (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 № 307 -ЭС21-29).

В последующем деятельность МУП "АРИС" прибыли не приносила, задолженность перед налоговым органом и перед ПАО «Россетти Северный Кавказ» увеличивалась.

В тоже время, предприятие, являясь субъектом естественной монополии, осуществляло деятельность на основе утвержденных тарифов и не могло отказаться от заключения договоров с потребителями, в отношении которых применяется регулирование в соответствии с Федеральным законом "О естественных монополиях".

Специфика деятельности предприятия уже изначально не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие предприятия, с учетом его связанности с соответствующими тарифами на оказание услуг и необходимостью выполнения социальной функции, что и привело к его банкротству.

Ввиду специфики своей деятельности предприятие не могло самостоятельно определять стоимость оказываемых им коммунальных услуг, выбирать потребителей своих услуг, иным образом влиять на получаемую выручку и растущую просроченную дебиторскую задолженность с тем, чтобы уменьшить свои убытки.

Ссылки заявителя относительно совершения Администрацией сделок по изъятию имущества из хозяйственного ведения предприятия не могут являться достаточным основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, так как отсутствует причинно-следственная связь между этими действиями (бездействием) и наступившей несостоятельностью (банкротством) должника.

Так, основной вид деятельности предприятия - водоснабжение и водоотведение является общепризнанно убыточным. В свою очередь, у Администрации отсутствовала возможность влиять на прибыльность деятельности предприятия.

Тяжелое финансовое положении должника, убыточная деятельность, растущая кредиторская задолженность и недостаточность оборотных денежных средств длятся с 2013 года. Деятельность должника носила убыточный характер длительный период и невозможность рассчитаться по своим обязательствам связана именно со спецификой его деятельности. Из материалов дела видно, что изъятие администрацией имущества у должника произведено после возникновения признаков объективного банкротства и не явилось причиной его неплатежеспособности.

При изложенных обстоятельствах, доводы заявителей о наличии причинно-следственной связи между изъятием администрацией имущества у должника и его банкротством; совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не подтверждаются материалами дела.

Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, в том числе и правила о деликте, закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление Пленума № 53)).

Принимая во внимание, что в нарушение указанных норм конкурсным кредитором не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии вины учредителя, собственника имущества должника в результате неправомерных действий (бездействий), причинной связи между действиями Администрации и возникновением у должника убытков, суд первой инстанции верно заключил об отсутствии оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности.

Необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника.

Схожий правовой подход отражен в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.03.2025 по делу № А54-8981/2019; от 19.02.2024 по делу № А15-4979/2014; от 23.07.2021 по делу № А15-599/2015; от 21.03.2024 по делу № А61-1381/2020.

Кроме того, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019) отмечено, что Закон о водоснабжении является специальным по отношению к Закону о банкротстве, поэтому поименованные в нем объекты не подлежат реализации в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, и возвращаются в собственность соответствующего публично-правового образования не обремененными правом хозяйственного ведения.

При этом возврат этих объектов свободными от прав третьих лиц не должен осуществляться без компенсации со стороны их собственника, обеспечивающей баланс публичных и частных интересов. Заинтересованные лица, в частности арбитражный управляющий, вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, с требованием к собственнику имущества о компенсации уменьшения конкурсной массы в связи с прекращением права хозяйственного ведения с учетом того, что социальное предназначение данных объектов является таким обременением, которое снижает их рыночную стоимость (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 № 8- П).

В связи с чем, несмотря на отсутствие возможности включения указанных объектов в конкурсную массу должника, необходимо принимать во внимание, что такие объекты, равно как и иное изъятое имущество должника, находились в его хозяйственном ведении, следовательно, должник и его кредиторы вправе рассчитывать на получение соответствующей компенсации их стоимости.

В тоже время, однако, следует учитывать баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны - интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой - интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение их требований, включенных в соответствующий реестр. При таких обстоятельствах размер такой компенсации не может быть равен рыночной стоимости спорных объектов.

Согласно пункту 3 резолютивной части и пункту 8 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 № 8-П впредь до разработки в законодательном порядке механизма определения размера и порядка выплаты компенсации за переданное в муниципальную собственность имущества обязанность по определению размера компенсации возлагается на суды и другие правоприменительные органы в целях обеспечения гарантий, предусмотренных в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Принимая во внимание изложенное, учитывая позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 16.05.2000 № 8-П, а также в определениях от 23.04.2013 № 640-О и от 28.05.2013 № 875-О по данной категории дел, Администрация должна была осуществить соразмерное компенсирование стоимости изъятого имущества.

Следовательно суд, рассматривая вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков, должен найти баланс интересов между интересами кредиторов и публично-правовыми интересами муниципалитета и населения.

Определением суда по настоящему делу от 02.12.2022, оставленным без изменения Постановлениями Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Северо-Кавказского округа (13.12.2023 и 21.03.2024 соответственно), установлен размер компенсации, подлежащей за возврат администрации района имущества по водоснабжению в размере 128 912 тысяч руб.

Определением Арбитражного суда РСО-Алания от 09.08.2022 по делу № А61-1381/2020, оставленным без изменения Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.05.2023, сделки по изъятию у предприятия электросетевого имущества были признаны недействительными и применены последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника МУП «АРИС».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в требованиях к Администрации о привлечении ее к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия следует отказать.

Фактически доводы апелляционных жалоб не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда. Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 09.04.2025 по делу № А61-1381/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.А. Белов

СудьиЗ.А. Бейтуганов

О.В. Марченко