АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-30435/2017

г. Краснодар

11 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2024 года  Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2024 года  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Резник Ю.О., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании  от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.01.2023)  и ФИО3 (доверенность от 14.03.2024), от ФИО4 –  ФИО5 (доверенность от 17.11.2023), от исполняющего обязанности конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юг-ГарантСтрой» ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 27.03.2023), от ФИО8 и ФИО9 – ФИО10 (доверенности  от 18.01.2019 и от 17.01.2019), от ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14,  ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 и ФИО19 –  ФИО10 (доверенность от 23.03.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,  извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем  размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,  рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2023 по делу   № А32-30435/2017 (Ф08-749/2024), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юг-ГарантСрой» (далее –  должник, застройщик) ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о  признании за ним статуса залогового кредитора.  

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО6 (далее –  конкурсный управляющий) предъявил встречные требования, согласно которым просил  признать недействительными сделками договоры участия в долевом строительстве  от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/, от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016  

 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-А/1-4П/С-1Э/, заключенные ФИО1 и  должником, а также применить последствия недействительности данных сделок в виде  исключения требований ФИО1 в размере 44 849 578 рублей 75 копеек  задолженности из четвертой очереди реестра требований кредиторов должника (с учетом  уточнения первоначально заявленных требований, принятых судом первой инстанции в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее  – Кодекс).  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2023 требования  ФИО1 в размере 44 849 578 рублей 75 копеек признаны обеспеченными залогом  имущества должника; в удовлетворении встречного заявления управляющего отказано.  

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2023  определение суда от 19.10.2023 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в  удовлетворении первоначальных требований и удовлетворении встречных требований.  Апелляционный суд признал недействительными сделками договоры участия в долевом  строительстве от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/, от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от  07.12.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-А/1-4П/С-1Э/, заключенные ФИО1 и должником; применил последствия недействительности (ничтожности) данных  сделок в виде признания отсутствующими права требования ФИО1 к должнику  по спорным договорам.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить апелляционное  постановление и оставить в силе определение суда первой инстанции. Податель жалобы  указывает, что выводы апелляционного суда основаны на неверном понимании  обстоятельств, установленных в приговоре Советского районного суда г. Краснодара от  28.04.2021. Апелляционное постановление является противоречивым и непоследовательным.  Факт наличия кредиторской задолженности должника перед ФИО1 установлен  бухгалтерскими документами, что подтверждено заключением эксперта   № 11701030001001084 по проведенной дополнительной бухгалтерской судебной экспертизе  по материалам уголовного дела. Апелляционный суд не принял во внимание, что  ФИО1 к уголовной ответственности за совершение действий, связанных со  строительством ЖК «Мультиплекс Кино», не привлекался.  

В отзыве конкурсный управляющий указал на отсутствие оснований для отмены  апелляционного постановления и удовлетворения кассационной жалобы ФИО1  

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.02.2024  судебное разбирательство по рассмотрению кассационной жалобы отложено  

на 28.03.2024, о чем в информационно-телекоммуникационной сети Интернет сделано  публичное извещение.  

Определением председателя пятого судебного состава Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.03.2024 в составе суда произведена замена судьи Мацко Ю.В. в  связи с ее нахождением в очередном трудовом отпуске на судью Андрееву Е.В.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы кассационной жалобы и возражений на нее.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее,  Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.  

Как видно из материалов дела, определением суда от 21.09.2018 в отношении  должника введена процедура наблюдения с применением правил параграфа 7 главы 9  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  – Закон о банкротстве), временным управляющим утвержден ФИО6  

Решением суда от 17.05.2019 в отношении должника введена процедура конкурсного  производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на  ФИО6  

Определением суда от 18.07.2019 требования ФИО1 в размере  44 849 578 рублей 75 копеек включены в четвертую очередь реестра требований  кредиторов должника. Данные требования основаны на договорах участия в долевом  строительстве от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/, от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/,  от 07.12.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-А/1-4П/С-1Э/, предусматривающих  передачу нежилых помещений, и трансформированы в денежные.  

ФИО1 21.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании  за ним статуса залогового кредитора в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  должника. Заявление мотивировано тем, что ввиду заключения договоров участия в  долевом строительстве в отношении нежилых помещений права ФИО1 в силу  положений статьи 13 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в  долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о  внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее –  Закон об участии в долевом строительстве) подлежат защите посредством установления  залогового обременения.  

Встречное заявление конкурсного управляющего мотивировано тем, что в рамках  уголовного дела в отношении контролирующего должника лица – ФИО20  установлен факт совершения сделок по выводу в пользу ФИО1 имущества в  отсутствие оплаты. Как указывает конкурсный управляющий, в рамках уголовного дела  

установлено, что спорные договоры участия в долевом строительстве заключены по воле  ФИО20 для целей реализации его преступного умысла и вывода средств,  полученных преступным путем. Конкурсный управляющий полагает, что договоры  участия в долевом строительстве являются мнимыми сделками, не влекут правовых  последствий, подлежат признанию недействительными на основании статей 169, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).  

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной  инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с  учетом установленных статьей 286 Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном  суде кассационной инстанции.  

Удовлетворяя требования ФИО1 и отклоняя требования конкурсного  управляющего, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 134, 142,  201.9, 201.10, 201.11, 201.14 Закона о банкротстве, статей 2, 4, 13 Закона об участии в  долевом строительстве), статей 1, 5 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ  «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке), статьи 130 Гражданского  кодекса, установив, что на основании определения суда от 18.07.2019 требования  ФИО1 в размере 44 849 578 рублей 75 копеек включены в четвертую очередь  реестра требований кредиторов должника, при этом данные требования основаны на  договорах участия в долевом строительстве от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/,  от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016   № Л-А/1-4П/С-1Э/, предусматривающих передачу нежилых помещений, и  трансформированы в денежные, принимая во внимание, что залоговое обеспечение в  банкротстве застройщика сохраняется как в отношении жилых помещений, так и в  отношении нежилых помещений, пришел к выводу о наличии оснований для признания  заявителя залоговым кредитором, и, соответственно, обоснованно удовлетворил  заявленные ФИО1 требования.  

По правилам пункта 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия  арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства в отношении застройщика в ходе внешнего управления в деле о  банкротстве застройщика требования о передаче жилых помещений, в том числе  возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или)  денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику  только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного  параграфом 7 главы IX Закона порядка предъявления требований к застройщику.  

Согласно статье 13 Закона об участии в долевом строительстве в обеспечение  исполнения обязательств застройщика (залогодателя) по договору с момента  государственной регистрации договора у участников долевого строительства  (залогодержателей) считаются находящимися в залоге предоставленный для  строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости, в  составе которых будут находиться объекты долевого строительства, земельный участок,  принадлежащий застройщику на праве собственности, или право аренды, право  субаренды на указанный земельный участок и строящиеся (создаваемые) на этом  земельном участке многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости с учетом  особенностей, предусмотренных частью 2.1 названной статьи. При государственной  регистрации права собственности застройщика на объект незавершенного строительства  такой объект незавершенного строительства считается находящимся в залоге у участников  долевого строительства с момента государственной регистрации права собственности  застройщика на такой объект.  

По смыслу пункта 2 статьи 2, статьи 4 Закона об участии в долевом строительстве  участниками долевого строительства являются лица, перед которыми у застройщика  возникла обязанность передать в будущем как жилые, так и нежилые помещения.  

Соответственно, положения статей 12.1 и 13 указанного Закона об обеспечении  исполнения обязательства застройщика перед такими лицами применяются независимо от  конкретного вида (жилое или нежилое помещение) объекта долевого строительства.  

В частности, статьей 13 названного Закона предусмотрены три типовых случая  существования залогового обеспечения прав дольщиков.  

Согласно части 1 этой статьи на начальном этапе с момента государственной  регистрации договора у участников долевого строительства считаются находящимися в  залоге земельный участок, принадлежащий застройщику на праве собственности, или  право аренды, а также строящийся на нем многоквартирный дом.  

В силу части 2 названной статьи в случае прекращения (приостановления)  строительства по каким-либо причинам и последовавшей за этим государственной  регистрацией права собственности застройщика на объект незавершенного строительства  такой объект, являющийся неделимой вещью, также считается находящимся в залоге у  дольщиков (пункт 2 статьи 345 Гражданского кодекса).  

Поскольку участники строительства изначально имели право залога на земельный  участок (пункт 2 статьи 345 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 65 Закона об ипотеке) и  в силу прямого указания закона (часть 3 статьи 13 Закона об участии в долевом  строительстве), в период со дня получения застройщиком разрешения на ввод в  

эксплуатацию многоквартирного дома и до момента передачи дольщику объекта  строительства все помещения в построенном здании считаются находящимися в залоге у  участников строительства. Однако такой залог не распространяется на помещения в  здании, не являющиеся объектами долевого строительства, а также на помещения, уже  переданные иным участникам строительства (части 3 и 8 статьи 13 Закона об участии в  долевом строительстве).  

Таким образом, по смыслу закона залоговые права дольщиков, их сущность и  содержание, а также и сам предмет залога трансформируются по мере продвижения  стадии строительства объекта. Кроме того, из содержания приведенных норм следует и то,  что во всех трех перечисленных ситуациях участники строительства являются  созалогодержателями в отношении имущества, перечень которого зависит от степени  готовности дома (статья 335.1 Гражданского кодекса). При этом в статье 13 Закона об  участии в долевом строительстве законодатель не делает различий между правовым  положением дольщиком в зависимости от вида приобретаемого помещения (жилое или  нежилое).  

При обычном хозяйственном обороте исполнение договора завершается передачей  помещения дольщику. Однако в ситуации, когда застройщик начинает испытывать  финансовые трудности и впадает в несостоятельность, алгоритм исполнения обязательств  перед дольщиками изменяется с учетом специального банкротного регулирования, в том  числе в зависимости от того, какой вид помещения (жилое или нежилое) являлся  предметом договора.  

Законодательством о несостоятельности предусмотрены определенные механизмы,  в результате применения которых к дольщикам в итоге должно будет перейти право  собственности на оплаченные жилые помещения (например, передача участникам  строительства объекта незавершенного строительства, передача жилых помещений в уже  построенном доме и т. д. – статьи 201.10, 201.11 Закона о банкротстве).  

В отношении нежилых помещений подобные законодательные механизмы не  установлены. Лица, заключившие договор участия в долевом строительстве, предметом  которого является передача нежилого помещения, вправе заявить о включении в реестр  своего денежного требования на общих основаниях. Такое требование подлежит  включению в четвертую очередь реестра (подпункт 4 пункта 1 статьи 201.9 Закона  о банкротстве).  

Согласно позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 02.07.2018 № 305-ЭС16-10864(5) применительно к жилым помещениям,  положения Закона об участии в долевом строительстве о возникновении залогового  

обеспечения в отношении незавершенного строительством многоквартирного дома, о  правах залогодержателя на него в равной мере распространяются и на требования  отказавшихся от исполнения договоров участников строительства (залогодержателей) к  застройщикам о возврате внесенных денежных средств. Поскольку покупатель,  вложивший свои средства в приобретение нежилого помещения, законодательно лишен  возможности требовать от застройщика неденежного исполнения имущественного  характера (передать нежилые помещения), то фактически его статус совпадает с  указанными выше лицами, отказавшимися от договора (наличие права заявить только  денежное требование). А потому следует признать, что денежное требование такого  дольщика сохраняет залоговый статус. Каких-либо законных оснований полагать, что  залоговое обеспечение в банкротстве застройщика сохраняется только в отношении  жилых помещений, не имеется. Ни Гражданский кодекс, ни Закон об участии в долевом  строительстве, ни Закон о банкротстве не предусматривают такое основание для  прекращения права залога, возникшего в силу предписания закона, как возбуждение в  отношении залогодателя дела о банкротстве. Более того, это бы входило в противоречие с  существом залога как обеспечительной конструкции, устанавливаемой, в первую очередь,  на случай неоплатности должника и главной целью которой является наделение  залогодержателя приоритетом при удовлетворении своих требований из стоимости  предмета залога по отношению к другим кредиторам залогодателя.  

Данная правовая позиция также приведена в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 14.02.2019 № 308-ЭС18-15980.  

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что факт исполнения  ФИО1 обязательств по договорам участия в долевом строительстве  от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/, от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016   № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-А/1-4П/С-1Э/ подтвержден определением суда  от 18.07.2019, которым требования заявителя включены в реестр требований кредиторов  должника, суд первой инстанции, правильно применив приведенные положения Закона  о банкротстве, Закона об участии в долевом строительстве, верно заключил о наличии у  ФИО1 статуса залогового кредитора, в связи с чем обоснованно удовлетворил  его требования.  

Отклоняя требования конкурсного управляющего о признании недействительными  сделками договоров участия в долевом строительстве от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/,  от 26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016   № Л-А/1-4П/С-1Э/, суд первой инстанции, проанализировав обстоятельства,  установленные судом при включении требований ФИО1 в реестр требований  

кредиторов должника (определение суда от 18.07.2019 по рассматриваемому делу), а  также обстоятельства, установленные в рамках уголовного дела № 12/2021 (приговор  Советского районного суда от 28.04.2021), заключил о возмездном характере  оспариваемых договоров, то есть о реальности исполнения обязательств ФИО1  по ним, в связи с чем не усмотрел оснований для признания их недействительными по  мотивам мнимости или притворности.  

Так, суд первой инстанции отметил, что спорное право требование к должнику  возникло из заключенного ФИО20 и застройщиком договора от 05.09.2016  купли-продажи земельного участка площадью 10 952 кв. м с кадастровым номером  23:43:0403017:1372, расположенного по адресу: 

<

...>,  зарегистрированного в установленном порядке 23.09.2016.  

Согласно пункту 5 данного договора стоимость отчуждаемого земельного участка  составляет 76 707 808 рублей, при этом 27 654 480 рублей подлежат внесению до  10.09.2016, а 49 053 328 рублей – до 15.01.2017; из пунктов 3, 4 договора следует, что на  отчуждаемом земельном участке покупателем возводится жилой дом на основании  разрешения на строительство № RU 23306000-3656-р; участок обременен договорами  участия в долевом строительстве, установлена ипотека в силу закона.  

В последующем на основании договора уступки от 26.10.2016 право требования  исполнения должником обязательств по договору от 05.09.2016 купли-продажи  земельного участка передано ФИО1, которым с застройщиком также заключены  спорные договоры участия в долевом строительстве от 16.10.2016 № Л-А/1-5П/С-1Э/, от  26.10.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-Б/1-5П/С-1Э/, от 07.12.2016 № Л-А/14П/С-1Э/.  

При этом оплата по оспариваемым сделкам на сумму 44 849 578 рублей 75 копеек  произведена путем зачета взаимных требований ФИО1 и должника.  

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением  суда от 18.07.2019 по настоящему делу, которым требования ФИО1 в размере  44 849 578 рублей 75 копеек включены в реестр требований кредиторов должника, что в  силу статьи 16 и части 2 статьи 69 Кодекса свидетельствует об их преюдициальном  значении для рассматриваемого спора и отсутствии возможности их преодоления.  

Отклоняя ссылки конкурсного управляющего на приговор Советского районного  суда от 28.04.2021 по делу № 12/2021, приведенные им в обоснование недействительности  (ничтожности) спорных договоров участия в долевом строительстве, суд первой  инстанции проанализировал данный судебный акт и обоснованно отметил, что в рамках  уголовного дела не выявлены обстоятельства, свидетельствующие о безвозмездном  

характере договора от 05.09.2016 купли-продажи земельного участка, право требования к  должнику по которому перешло к ФИО1 на основании договора уступки  от 26.10.2016.  

При этом суд первой инстанции справедливо учитывал, что из представленной  копии заключения эксперта № 117010300010010084 по проведенной дополнительной  бухгалтерской судебной экспертизе по материалам уголовного дела следует, что должник,  без учета расторгнутых, заключил договоры участия в долевом строительстве на общую  сумму 2 523 093 482 рубля 55 копеек; по данным совокупного анализа представленных  документов эксперт заключил, что обязательства по оплате договоров участниками  долевого строительства исполнены на сумму 1 316 507 614 рублей 64 копейки, в том  числе ФИО1 на сумму 58 606 274 рубля 89 копеек (уступка з/у));  у ФИО1 отсутствует задолженность перед должником.  

При изложенных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали  основания для отмены определения суда первой инстанции.  

Действующим процессуальным законодательством (частью 1 статьи 16 Кодекса)  закреплено правило об общеобязательном характере вступивших в законную силу  судебных актов арбитражного суда на всей территории Российской Федерации.  Признание преюдициального значения судебного решения применительно к положениям  статьи 69 Кодекса, будучи направленным на обеспечение его стабильности и  общеобязательности, исключение конфликта судебных актов, предполагает, что факты,  установленные судом при рассмотрении одного дела впредь до их опровержения,  принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства,  если они имеют значение для правильного разрешения данного дела. Тем самым,  преюдициальность служит средством непротиворечивости судебных актов и обеспечивает  действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда  Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).  

Вопреки требованиям приведенных норм процессуального права суд  апелляционной инстанции, признавая недействительными сделками спорные договоры  участия в долевом строительстве и применяя последствия их недействительности путем  признания отсутствующими права требования ФИО1 к должнику, фактически  пересмотрел ранее принятый судебный акт и вступивший в законную силу, которым  требования ФИО1 по оспариваемым сделкам включены в реестр требований  кредиторов должника.  

Ссылки апелляционного суда в обжалуемом постановлении на приговор Советского  районного суда от 28.04.2021 по делу № 12/2021 в обоснование наличия оснований для  

признания спорных договоров недействительными (ничтожными) сделками  несостоятельны, поскольку, как верно отметил суд первой инстанции, из текста данного  судебного акта не следует, что договор от 05.09.2016 купли-продажи земельного участка,  на котором осуществлялось строительство многоквартирного жилого дома, являлся  безвозмездным.  

Более того, данный приговор принят в отношении ФИО20,  ФИО21 и ФИО22, признанных виновными по разным составам уголовного  преступления, при этом из его содержания следует, что ФИО1 не был осведомлен о  преступных намерениях участников организованной группы; указаний на то, что должник  исполнил обязательства по договору от 05.09.2016 купли-продажи земельного участка  путем внесения стоимости отчуждаемого объекта недвижимости ФИО20 или  ФИО1, в приговоре суда не содержится.  

При этом суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что в данном  случае вступившим в законную силу приговором Советского районного суда  г. Краснодара от 28.04.2021 определен размер ущерба, причиненного преступлениями,  совершенными ФИО20, что предполагает возможность потерпевших  (дольщиков) обратиться в суд общей юрисдикции с гражданским исками о возмещении  причиненного вреда.  

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств исполнения должником договора  купли-продажи от 05.09.2016, принимая во внимание, что на земельном участке  возводится многоквартирный жилой дом с привлечением денежных средств участников в  долевом строительстве, что объективно исключает возможность его возврата  первоначальному собственнику, принимая во внимание отсутствие доказательств,  подтверждающих оспаривание договора купли-продажи земельного участка по  основаниям ничтожности, у апелляционного суда отсутствовали основания для вывода о  заключении договоров долевого участия в строительстве со злоупотреблением права, со  ссылкой на приговор Советского районного суда г. Краснодара от 28.04.2021, ввиду того,  что названный приговор таких выводов не содержит, равно как не содержит выводов о  пороках сделки по отчуждению земельного участка должнику.  

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения  кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее  принятых по делу решений или постановлений.  

Необходимость установления новых обстоятельств по делу отсутствует, поэтому суд  кассационной инстанции считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение,  

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2023 отменить,  определение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2023 оставить в силе.  

С учетом рассмотрения кассационной жалобы приостановление исполнения  обжалуемого судебного акта, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.01.2024, подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2023 по делу   № А32-30435/2017 отменить. Определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 19.10.2023 по данному делу оставить в силе.  

Отменить приостановление исполнения постановления Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 18.12.2023 по делу № А32-30435/2017, принятое на основании  определения Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.01.2024.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.О. Резник  

Судьи Е.В. Андреева   

Е.Г. Соловьев