АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-6209/2019

18 октября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18.10.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Ионычевой С.В., Чижова И.В.,

 

при участии представителей

от государственного предприятия «Агентство по страхованию вкладов»: 

ФИО1 по доверенности от 28.05.2021,

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 19.01.2021 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего публичного акционерного общества 

«Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» - 

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.04.2023 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023

по делу № А43-6209/2019 

 

по заявлению конкурсного управляющего публичного акционерного общества 

«Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) - 

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

о привлечении ФИО2 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» (далее - ПАО НКБ «Радиотехбанк», Банк) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий - государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО15, ФИО16. 

Определением от 01.02.2022 требование к ФИО2 выделено в отдельное производство, которое рассмотрено в данном обособленном споре.

Требование к ФИО2 предъявлено на основании статей 61.11 и 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). По мнению Агентства, ответчиком совершены действия по формированию неликвидной ссудной задолженности ФИО17, что явилось причиной банкротства Банка.  

Определением от 27.04.2023 суд отказал в удовлетворении заявленного требования, поскольку исходя из должностных полномочий ФИО2 не относится к числу контролирующих должника лиц по смыслу законодательства о банкротстве; совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, материалами дела не подтверждена.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 25.07.2023 оставил определение от 27.04.2023 без изменения по тем же мотивам.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Агентство обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 27.04.2023 и постановление от 25.07.2023, направить обособленный спор в Арбитражный суд Нижегородской области на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы оспаривает вывод судов об отсутствии у ответчика статуса контролирующего должника лица, основанный лишь на том, что ФИО2 не входил в органы управления Банка, не являлся членом кредитного комитета Банка и его акционером, осуществил подписание договора, одобренного в установленном порядке. ФИО2 занимал в Банке должность начальника управления по развитию розничного бизнеса. В соответствии с доверенностью от 28.05.2018 № 121/18 ФИО2 обладал полномочиями на подписание сделок с физическими лицами, то есть имел фактическую возможность определять действия Банка. В рамках своих полномочий ответчик должен был действовать разумно и добросовестно, осуществлять проверку совершаемых им от имени Банка сделок. Наличие в Банке специальной поэтапной и коллегиальной процедуры принятия решений о предоставлении кредитов с участием сотрудников различных подразделений Банка, осуществление внутренней системы оценки рисков в отношении ссудной задолженности контрагентов и их платежеспособности не может освобождать от ответственности лиц, непосредственно подписавших договоры от лица Банка. Как полагает Агентство, ФИО2, выразивший волю Банка на предоставление кредита ФИО17, обязан был перед подписанием договора оценить финансовое положение заемщика и обеспечение с учетом имеющихся материалов. ФИО2, как контролирующее лицо, совершил сделку с техническим заемщиком вопреки требованию разумности, что причинило Банку ущерб. В связи с этим ответчик подлежал привлечению к гражданско-правовой ответственности. Размер ущерба от сделки, действительно, может свидетельствовать об отсутствии причинно-следственной связи с банкротством Банка, однако это не исключает другого  вида гражданско-правовой ответственности  - возмещение причиненных убытков (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - Постановление № 53).  

Представитель Агентства в судебном заседании поддержало изложенную позицию.

ФИО2 в отзыве и его представитель в судебном заседании отклонили доводы, приведенные в кассационной жалобе, просили оставить в силе судебные акты, как законные и обоснованные. По мнению ФИО2, суды двух инстанций правильно применили нормы материального и процессуального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. ФИО2 не являлся контролирующим Банк лицом, выгодоприобретателем по заключенному с ФИО17 кредитному договору, не входил в органы управления Банка, в состав кредитного комитета Банка, что исключает его привлечение к субсидиарной ответственности. Кредитный договор, заключенный с ФИО17, не мог причинить существенный вред, так как не являлся значимым для Банка применительно к масштабам его деятельности, составлял менее одного процента от активов Банка, а в непогашенной части - менее 0,5 процента от активов Банка. Состав правонарушения и основания для привлечения к ответственности, в том числе в виде возмещения убытков, отсутствует в связи с ненадлежащим субъектом ответственности. Кроме того, в Арбитражном суде Нижегородской области рассматривается отдельный обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего Банка о возмещении убытков, предъявленного, в том числе, к ФИО2, по эпизоду заключения им от имени Банка кредитного договора с ФИО17

Определением от 18.10.2023 в связи с болезнью судьи Ногтевой В.А.  изменен состав суда: председательствующий судья Ногтева В.А. заменена на судью Прыткову В.П.  

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 27.04.2023 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 по делу № А43-6209/2019 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, приказами Центрального банка Российской Федерации от 31.01.2019 № ОД-209 и ОД-210 у ПАО НКБ «Радиотехбанк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций, назначена временная администрация.

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 25.03.2019 признал Банк несостоятельным (банкротом), ввел в отношении его имущества конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим Агентство.

 В ходе процедуры банкротства Агентством установлено, что между Банком и ФИО17 (заемщиком) заключен кредитный договор от 03.09.2018 № 3594, по которому заемщику предоставлены денежные средства в сумме 25 000 000 рублей. Анализ платежеспособности заемщика показал, что получаемый им доход не позволял погашать обязательства перед Банком своевременно и в полном объеме. Кредит являлся целевым. Денежные средства выдавались на приобретение заемщиком объекта недвижимости с последующим обременением имущества залогом в силу закона. Однако целевое использование денежных средств нарушено заемщиком. Кредит фактически предоставлен без обеспечения. Полное досрочное погашение кредита 30.01.2019 в сумме 15 200 000 рублей суммы кредита и 240 980 рублей 82 копеек процентов произведено за счет кредитных средств Банка, предоставленных ООО «Промсервис» по договору об открытии кредитной линии от 30.01.2019 № 929, представляет собой схемное рефинансирование через третье лицо (ООО «Промсервис») и не может быть признано надлежащим. Определением суда от 18.09.2020 данная сделка по погашению кредита ФИО17 признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ФИО17 перед Банком.

Признав кредит техническим, Агентство обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО2, подписавшего от имени Банка кредитный договор от 03.09.2018 № 3594, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 189.23 Закона о банкротстве, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном главой III.2 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

Пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 настоящего Федерального закона.

Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам  деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления. При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», далее - Закон о банках и банковской деятельности). 

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок); 

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53). 

Применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. Тогда как на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения по сделке или, по крайней мере, обладал неполной (недостоверной) информацией по соответствующему контрагенту.

В силу статьи 11.1 Закона о банках и банковской деятельности органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган.

Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Согласно пункту 10.1.1 устава Банка органами управления Банком являются общее собрание акционеров, совет директоров Банка, председатель правления Банка (единоличный исполнительный орган), правление Банка (коллегиальный исполнительный орган).

Руководство текущей деятельностью Банка осуществляется председателем правления Банка и правлением Банка. Исполнительные органы подотчетны совету директоров Банка и общему собрания акционеров (пункт 10.4.1 устава).

Советом директором Банка 14.11.2017 утверждено Положение о кредитных комитетах ПАО НКБ «Радиотехбанк», из пунктов 2.1, 4.1.1, 4.1.8 которого следует, что кредитные комитеты являются постоянно действующими коллегиальными органами Банка, созданными по решению Совета директоров Банка, обладающими правами принятия решений по вопросам, совершения операций (сделок) с юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, не являющимися заинтересованными и связанными с Банком, размер которых не превышает 5% от активов Банка; рассмотрение вопросов о выдаче ссуд, размер которых превышает 2 000 000 руб., оцениваемых на индивидуальной основе, а также ссуд, относимых к портфелю однородных ссуд, размер которых превышает 2 000 000 руб.

Как установлено судами двух инстанций ФИО2 не входил в органы управления кредитной организации, не являлся членом кредитного комитета либо акционером Банка.

На момент выдачи кредита ФИО17 ответчик занимал в Банке должность начальника управления по развитию розничного бизнеса, фактические должностные функции которого сводились к продвижению банковского продукта в области розничного кредитования. Должностные полномочия ответчика не предусматривали принятие решений о кредитовании заемщиков и определение условий кредитования.

При заключении кредитного договора от 03.09.2018 № 3594 от имени Банка ФИО2 действовал на основании  доверенности от 28.05.2018 N 121/18, которая предоставляла ему полномочия подписывать только договоры, одобренные кредитными комитетами Банка.

При таких обстоятельствах суды двух инстанций пришли к верному выводу об отсутствии у ФИО2 статуса контролирующего должника лица, что исключает возможность привлечения его к субсидиарной ответственности по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Судами также установлено, что при совершении должностных полномочий ФИО2 действовал в соответствии с внутренними правилами Банка. Кредитным комитетом Банка принято решение о предоставлении кредита ФИО17 (протокол заседания комитета от 31.08.2018 № 110/1). В кредитном досье на ФИО17 имеются положительные заключения профильных служб Банка, как-то заключение о целесообразности кредитования службы андеррайтинга, заключение службы безопасности Банка от 30.08.2018.  Доказательства того, что подписание кредитного договоров от имени Банка осуществлялось ФИО2 вопреки заключениям профильных комитетов либо в отсутствие их одобрения или при неполной (недостоверной) информации по заемщику, не представлены в материалы дела, как и доказательства, свидетельствующие, что ФИО2 являлся инициатором заключения кредитного договора с ФИО18 либо потенциальным выгодоприобретателем по данной сделке.

В любом случае размер совершенной ответчиком сделки является несущественным в масштабах деятельности Банка, поскольку составляет менее одного процента балансовой стоимости его активов. Причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и банкротством Банка отсутствуют.

Довод заявителя жалобы о том, что с учетом разъяснений, приведенных в пункте 20 Постановления № 53, судам надлежало рассмотреть вопрос о применении к ответчику иного вида гражданско-правовой ответственности - возмещение причиненных Банку убытков, несостоятелен.

В данном случае суды не перешли к рассмотрению требования Банка по правилам статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в Арбитражном суде Нижегородской области находится отдельный обособленный спор по заявлению Агентства о взыскании с ФИО2 убытков по основаниям, приведенным в рамках настоящего спора.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе не рассматривался, так как в статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при рассмотрении данной категории споров не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.04.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 по делу №  А43-6209/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

В.П. Прыткова

 

 

Судьи

 

С.В. Ионычева

И.В. Чижов