/

 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-7005/2017

г. Красноярск

21 июня 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена «13» июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен          «21» июня 2018 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Севастьяновой Е.В., Юдина Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания Маланчик Д.Г.,

при участии: от заявителя (акционерного общества «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод») - Заблоцкого С.С., представителя по доверенности от 20.09.2017 № РС-ДВ-17-0044, Григорьева Н.М., представителя по доверенности от 20.09.2017 № РС-ДВ-17-0044, Храбрых А.В., представителя по доверенности от 26.02.2016, Белоусова О.В., представителя по доверенности от 30.11.2015 № РГМ-ДВ-15-0950; от таможенного органа (Хакасской таможни) - Бобровской О.А., представителя по доверенности от 12.01.2018 № 07-16/00309, Желудковой Е.В., представитель по доверенности от 09.01.2018 № 07-16/00134,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод» (ИНН 1902014500, ОГРН 1021900670758)

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия

от «31» июля 2017 года по делу № А74-7005/2017, принятое судьёй Коршуновой Т.Г.,

установил:

Акционерное общество «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод» (далее – АО «РУСАЛ Саяногорск», общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Хакасской таможне о признании незаконными решения по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС от 02 марта 2017 года № РКТ-10604000-17/000001, решения о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары от 02 марта 2017 года.

Решением от 31 июля 2017 года в удовлетворении заявления было отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, Общество обратилось с апелляционной жалобой, просит принять новый судебный акт об удовлетворении требований по следующим основаниям.

- Суд первой инстанции и таможенный орган неправильно классифицировали товар в качестве мостового крана на подвижных опорах по коду ТН ВЭД ЕАЭС 8426 19 000 0, что привело к необоснованному завышению размера таможенной пошлины.

- Единственными доказательствами, на которых основан данный вывод суда, являются заключение № 034447 от 01.11.2016 эксперта Экспертно-исследовательского отделения М 5 Экспертно-криминалистической службы регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (первичная экспертиза) и заключение № 043693 от 21.12.2016 экспертов Экспертно-криминалистической службы регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (повторная экспертиза).

Однако судом первой инстанции данные заключения таможенных экспертов не проверялись на предмет законности назначения и проведения экспертиз.

- Суд первой инстанции не принял во внимание Заключение специалистов ФГАОУ ВО «Сибирский Федеральный Университет» от 25.01.2017, согласно которому спорный Товар, задекларированный заявителем, является мостовым краном на неподвижных опорах.

- Если убрать строительную конструкцию, то ходовые колеса не будут выполнять основную функцию опоры удержание крана на определенной высотной отметке. Таким образом, строительная конструкция (рельс, подкрановые балки, несущие колонны, фундамент) является неподвижными опорами для крана.

- Согласно письма Федеральной таможенной службы от 21.02.2017 М 06-51/08543 «О классификации товара» в отношении мостовых кранов неподвижными опорными конструкциями являются стены, на которых установлены рельсы для перемещения поперечной балки («мост»), и относятся к коду 8426 1 1 ТН ВЭД.

- Таможенными администрациями стран Европейского союза мостовые краны, перемещаемые по рельсам, которые установлены на стационарных опорах (например, на стены производственного цеха), также отнесены в код 8426 1 ТН ВЭД.

- Согласно классификационным решениям таможенных органов, аналогичные краны мостовые классифицировались ранее по коду 8426 1 1 000 0.

- Отсутствие в комплекте поставки Технологического мостового крана рельсовых путей не означает, что соответствующие рельсовые пути не могут являться конструктивной частью спорного Товара, поскольку без указанных конструкций Товар не сможет нормально функционировать и выполнять задачи, для которых он был разработан и изготовлен.

- Судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы.

- Международная Конвенция по Гармонизированной системе описания и кодирования товаров (совершена в Брюсселе 14.06.1983) возлагает на Российскую Федерацию как государство - участника данного международного договора обязанность обеспечивать соответствие применяемых таможенно-тарифных и статистических номенклатур Гармонизированной системе.

Как отмечается в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2017 по делу 305-КГ17-3138 (А40-32818/2016) участники внешнеэкономической деятельности имеют правомерные ожидания в отношении того, что осуществляемая в соответствии с Гармонизированной системой классификация товаров, имеющая значение, в том числе, для определения размера таможенных платежей, будет носить объективный, предсказуемый и прозрачный характер, унифицированный в большинстве государств мира, и не будет зависеть от усмотрения таможенных органов, что являлось бы недопустимым в публичных правоотношениях.

Таким образом, рекомендации и разъяснения Всемирной таможенной организации по классификации товаров подлежат обязательному применению в Российской Федерации как акты официального толкования.

Между тем, Арбитражный суд Республики Хакасия, оценивая письмо Федеральной таможенной службы от 16.06.2017 № 06-48/32744 ошибочно проигнорировал содержащиеся в нем сведения о наличии разъяснения (мнения) Всемирной таможенной организации в отношении мостовых кранов.

Судом первой инстанции не учтено, что акты официального толкования носят общий (универсальный), а не адресный характер.

- Письмо Федеральной таможенной службы от 21.02.2017 №20651/08543 является не перепиской между таможенными органами, а разъяснением по классификации отдельных видов товаров по ТН ВЭД (кранов мостовых на неподвижных опорах). Данное письмо ФТС России, на которое ссылалось АО «РУСАЛ Саяногорск» ранее было размещено на официальном сайте данного органа исполнительной власти (http.//www.customs.ru.) и подлежало исследованию в суде первой инстанции.

- Помимо письма Федеральной таможенной службы от 21.02.2017 № 0651/08543, всеми представленными АО «РУСАЛ Саяногорск» документами (в т.ч. письмом Компании NkM NOELL SPECIAL CRANES GMBH от 07.09.2017, классификационным решением Главного таможенного управления г.Ганновер от 23.08.2017 М DEBTI-18905/17-1, заключением международной юридической фирмы акционерного общества «Дентонс Юроп» от 22.09.2017) подтверждается, что на уровне национальных таможенных органов стран — участниц Конвенции о Гармонизированной системе сложилась однозначная позиция в части классификации мостовых кранов и отнесения мостовых кранов, аналогичных технологическому мостовому крану, задекларированному заявителем, к товарной субпозиции 8426 11 Гармонизированной системы.

- Представленным АО «РУСАЛ Саяногорск» в материалы дела предварительным решением Южного таможенного управления от 23.06.2017 N2RU/10300/17/0055 по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС также подтверждается, что практика классификации мостовых кранов по коду 8426 1 000 0 ТН ВЭД ЕАЭС сложилась и в Российской Федерации тоже.

Таможенный орган с апелляционной жалобой не согласен, просит оставить ее без удовлетворения по следующим основаниям.

- Правильность выводов органа и суда первой инстанции подтверждается заключениями специалистов №034447 и №043693.

B силу пункта 20 Правил отбора таможенными органами РФ образцов товаров для проведения таможенной экспертизы, утвержденного Приказом ФТС России от 20.11.2014 № 2264, результаты таможенной экспертизы обязательны для таможенного органа, назначившего экспертизу.

- Заявитель не указывает, какие конкретные нормы были нарушены при проведении экспертиз экспертами.

- Назначение таможенной экспертизы в сторонние организации может иметь место только если проведение таких экспертиз таможенными экспертами не возможно.

- Заключение от 25.01.2017 обоснованно не принято судом первой инстанции в качестве допустимого доказательства. Его содержание в целом не противоречит заключениям таможенных специалистов. По своему статусу оно не может приравниваться к заключению таможенного эксперта. Данное заключение не может быть использовано органом для таможенных целей.

- Указанное заявителем письмо ФТС России от 21.02.2017 не является тем разъяснением, которое в силу пункта 6 статьи 52 обязательно при декларировании товаров на территории стран – участников Таможенного союза.

- Ссылки общества на иные классификационные решения безосновательны, при ввозе иных товаров имели место иные обстоятельства. Указанные решения не могут быть использованы при классификации других товаров. Указанные решения приняты ФТС России в порядке статьи 107 Закона № 311-ФЗ, которой предусмотрена процедура принятия решений по классификации товара в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершенном виде, ввоз или вывоз которого предполагается различными товарными партиями в течение периода времени, превышающего сроки, определённые статьёй 170 ТК ТС, и особенности декларирования которого определены статьёй 215 Закона № 311-ФЗ.

Для проведения таможенного декларирования товара в несобранном или разобранном виде по единому классификационному коду в соответствии с ТН ВЭД необходимо наличие решения ФТС России по форме, установленной приказом ФТС России от 23.06.2015 № 1232.

Такой порядок декларирования возможен при наличии условий, определенных Законом №311-ФЗ, на основании представленного декларантом заявления на процедуру условного выпуска компонента ввозимого или вывозимого товара.

Указанные письма ФТС России, позиционируемые обществом как классификационные решения в отношении «спорного» товара, являются согласием уполномоченного таможенного органа на Декларирование компонентов ввозимого товара единым классификационным кодом в соответствии с установленными особенностями в виде условного выпуска данных компонентов на основании представляемых решений по классификации товара в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершенном виде, ввоз или вывоз которого предполагается различными товарными партиями в течение установленного периода времени.

- Для правильной классификации по ТН ВЭД кранов мостового типа, с учётом критериев «на неподвижных опорах» или «прочие» (то есть на подвижных опорах) необходимо определить возможность перемещения в процессе работы опор крана, то есть мобильность несущей конструкции крана — моста. Согласно выводам экспертов, подвижными опорами крана являются ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках, которые являются шарнирноподвижными опорами мостового крана, выполняющими функции по восприятию нагрузок с обеспечением необходимых степеней свободы (возможности перемещаться вдоль горизонтальной оси), а не неподвижные опорные конструщии подкранового пути, как утверждает заявитель.

- Правильность выводов таможенных экспертов также подтверждается действующими в настоящее время межгосударственными стандартами ГОСТ 33709.1-2015 «Краны грузоподъемные. Словарь. Часть 1. Общие положения» (пункт 2.4.10 таблицы 1) и ГОСТ 33173.5-2014 «Краны грузоподъемные. Кабины. Часть 5 Краны мостовые и козловые» (пункт 4.6).

- Как следует из ДТ №2 670 в перечень технологического оборудования, установленного на Технологическом мостовом кране входят: 1) мост крана: две концевые балки, продольная балка, продольная балка с электропомещением, компрессором, кондиционером; 2) инструментальная тележка: анодный модуль, устройство установки анодов на горизонт, грейфер, пробойник, устройство укрывного материала, кабина оператора; 3) выливная тележка 20 т; 4) вспомогательный подъемник 10 т. Состав ввезённого мостового крана также подтверждается Паспортом Технологического крана 8,8м3 х 20т х 10т х 25м, РТА, 1610430.

- Таким образом, подкрановые пути (рельсы) не являются частью конструкции крана.

- В соответствии с пунктом 1.4. Рекомендаций по устройству и безопасной эксплуатации надземных крановых путей РД 50:48:0075.03.05 (утверждены научнотехническим советом ЗАО «НПЦ Путь К» 25.09.2002, согласованы с Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору письмом № 0903/897 от 06.05.2005), надземные крановые пути рассматриваются как составная неотъемлемая часть здания или сооружения, в которых они эксплуатируются.

- Вместе с тем, все признаки товара, указанные в тексте соответствующей товарной подсубпозиции ТН ВЭД в качестве критериев классификации (в том числе «на неподвижных опорах»), должны относиться непосредственно к ввозимому товару, в отношении которого осуществляется классификация, и не могут быть применены к рельсам, подкрановым путям, поскольку они не являются частью конструкции классифицируемого крана, и, следовательно, не могут рассматриваться в качестве опор крана с целью идентификации товара в таможенных целях и его классификации по ТН ВЭД.

- Неподвижность рельсов в данном случае не может иметь значения для классификации везённого заявителем крана. В этой связи позиция заявителя противоречит самим принципам классификации товаров по ТН ВЭД.

- В соответствии с информацией Большого энциклопедического политехнического словаря, 2004, термин «несущие конструкции» означает конструктивные элементы, воспринимающие основные нагрузки зданий и сооружений и обеспечивающие их прочность, жёсткость и устойчивость. Несущие конструкции делятся на вертикальные, воспринимающие главным образом, сжимающие усилия (стены, столбы, колонны, пилоны), и горизонтальные, работающие преимущественно на изгиб и растяжение (балки и панели перекрытий, ригели рам, стропильные фермы и др.).

В спорном товаре ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках мостового крана, являются вертикальными элементами несущей конструкции крана, воспринимающие нагрузку от всех остальных конструктивных частей крана и передающие её на стойку (в данном случае на рельсы).

Дополнительно,  с учетом новых документов и пояснений представителя общества, таможенный орган указал на следующие обстоятельства в обоснование своей позиции.

- Отнесение товара к конкретным кодам ТН ВЭД не входит в компетенцию каких-либо организаций, что прямо следует из положений пункта 4 статьи 52 ТК ТС. Поэтому ни письмо Компании NkM NOELL SPECIAL CRANES GMBH от 07.09.2017, ни предварительное классификационное решение Европейского союза от 23.08.2017 М DEBTI-18905/17-1 (выданное на предполагаемый к вывозу товар, начиная со срока его действия 28.08.2017), ни заключение АО «Дентос Юроп» от 22.09.2017 не могут являться доказательствами правомерности и обоснованности заявленного Обществом 06.05.2016 классификационного кода по ТН ВЭД.

- Применительно к настоящему делу решения (письма) ФТС России, позиционируемые Обществом как классификационные решения в отношении «спорного» товара, являются согласием уполномоченного таможенного органа на декларирование компонентов ввозимого товара (то есть отдельных его частей, декларируемых каждых в отдельности) единым классификационным кодом в соответствии с установленными особенностями в виде условного выпуска данных компонентов на основании представляемых решений по классификации товара в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершенном виде. ввоз или вывоз которого предполагается различными товарными партиями в течение установленного периода времени.

- Письма ФТС России (в том числе являющиеся перепиской между таможенными органами), не обладают признаки относимости к спору.

Общество представило ходатайство о назначении судебной идентификационной экспертизы товара, просит назначить судебную идентификационную экспертизу товара, задекларированного по декларации №10604020/060516/0000670, в силу следующих причин. 

- В материалах дела имеются противоречащие друг другу заключения специалистов.

- Отклоняя ходатайство о назначении экспертизы, суд первой инстанции дал самостоятельное толкование того, что является подвижной и неподвижной опорой для мостового крана, используя и применяя техническую научную литературу. Однако это область специальных познаний.

- Процессуальные нормы не позволяют суду при вынесении решения руководствоваться справочниками, иными учебными пособиями, тем более, в тех случаях, когда такие пособия относятся к неправовым сферам, в которых требуются специальные познания. По мнению заявителя, особенно недопустимо для суда, применять специальную техническую терминологию к фактическим обстоятельствам по делу, поскольку для этого нужны специальные знания и техническое образование. В тоже время, самостоятельное обращение суда к технической литературе на стр. 16 решения суда, безусловно, свидетельствует о наличии оснований для назначения судебной технической экспертизы по вопросу идентификации спорного Товара.

- Учитывая наличие в материалах дела взаимоисключающих доказательств, по разному определяющих ключевой вопрос об идентификации Товара, в данном случае только судебная экспертиза позволит принять законное и обоснованное решение по делу.

- Эксперты используют ГОСТ 27555-87, однако частью 1 статьи 26 Федерального закона «О техническом регулировании» установлен приоритет действия технических регламентов по сравнению с иными нормативными актами. 15.02.2013 вступил в  силу  межгосударственный Технический регламент Таможенного Союза (решение №823), которым утвержден перечень отдельных стандартов, необходимых для применения и исполнения Технического регламента, и в этом перечне указан ГОСТ 27584-88, который не был учтен экспертами. Так же эксперты не учли ГОСТ 33171-2014, ГОСТ 33709.1-2015, ГОСТ Р 56944-2016.

- Заключения таможенных экспертов являются недопустимыми доказательствами.

* в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие полномочия на назначение таможенных экспертиз у начальника отделения Н.Г.Чикмяковой. Ее должностная инструкция подтверждает только право на участие в подготовке проектов решений о назначении экспертизы товаров, но не на их принятия;

* в качестве организации, которой поручено проведение экспертизы, указано «ЦЭКТУ (Токарев П.И.)». Однако первичная экспертиза проведена в г. Красноярске в Экспертно-исследовательском отделении №5 ЭКС – Новосибирского регионального отделения ЦЭКТУ. Повторная экспертиза проведена в ЭКС регионального филиала ЦЭКТУ в г. Новосибирске. Каким образом выбраны именно эти подразделения, не ясно. Так же не ясно, кто и в каком порядке определил экспертов. Доказательств того, что кто либо определял конкретных исполнителей или разъяснял им права, нет. Таможенным органом представлена только переписка с отдельными филиалами ЦКТУ, но не решения, предусмотренные пунктами 10 и 12 Правил №258;

* в решении таможенного органа о назначении первичной экспертизы отсутствует ссылка на передачу эксперту исследованных последним фото и видеоматериалов. Факты того, что эти фотографии были получены при осмотре 21.10.2016, не подтверждены. Эксперт не выезжал на объект. Таким образом, заключение эксперта вынесено без полного исследования материалов. Они не приложены к заключению. Ссылка органа на то, что эксперты не проводили каких либо лабораторных исследований, является узким толкованием части 2 статьи 142 ТК ТС.

Кроме того, в опытно-промышленном корпусе цеха электролиза с пристройками, наряду со спорным краном, функционирует еще два. Однако в справке органа они не описаны. Установить, какой из кранов изучался при обследовании и фотографии и видеозапись какого из них изучались экспертами, не возможно;

* из письма первичного эксперта видно, что он направил заключение на 8 листах. Однако в повторном заключении указано, что было передано заключение на 15 листах. О каком документе идет речь – не ясно;

- в нарушение части 7 статьи 138 ТК ТС в деле отсутствуют доказательства направления заявителю решений о назначении таможенных экспертиз.

Таможенный орган с ходатайством не согласен, по следующим основаниям.

- Правильность выводов органа и суда первой инстанции подтверждается заключениями специалистов №034447 и №043693. B силу пункта 20 Правил отбора таможенными органами РФ образцов товаров для проведения таможенной экспертизы, утвержденного Приказом ФТС России от 20.11.2014 № 2264, результаты таможенной экспертизы обязательны для таможенного органа, назначившего экспертизу.

- Назначение таможенной экспертизы в сторонние организации может иметь место только если проведение таких экспертиз таможенными экспертами не возможно.

- Заключение от 25.01.2017 обоснованно не принято судом первой инстанции в качестве допустимого доказательства. Его содержание в целом не противоречит заключениям таможенных специалистов. По своему статусу оно не может приравниваться к заключению таможенного эксперта. Данное заключение не может быть использовано органом для таможенных целей.

- Правильность выводов таможенных экспертов также подтверждается действующими в настоящее время межгосударственными стандартами ГОСТ 33709.1-2015 «Краны грузоподъемные. Словарь. Часть 1. Общие положения» (пункт 2.4.10 таблицы 1) и ГОСТ 33173.5-2014 «Краны грузоподъемные. Кабины. Часть 5 Краны мостовые и козловые» (пункт 4.6).

- Назначение экспертизы является  не целесообразным – поскольку ответы на все вопросы уже получены. Каких-либо новых вопросов, требующих разъяснения экспертами, Обществом не заявляется. 

- В соответствии с подпунктом 12.3.10 пункта 12 раздела III, подпунктом 18.2 пункта 18 должностного регламента начальника отделения таможенного контроля после выпуска товаров Хакасской таможни, утвержденного начальником таможни 17.05.2016, с подпунктом 12.3.10 пункта 12 раздела III, подпунктом 18.2 пункта 18 должностного регламента начальника отделения таможенного контроля после выпуска товаров Хакасской таможни, утвержденного начальником таможни 27.09.2016, начальник отделения в соответствии со своей компетенцией обязан планировать, организовывать, проводить таможенные проверки; осуществлять контроль за их проведением, вправе участвовать в подготовке в том числе, решений о назначении экспертизы товаров, транспортных, средств, документов для направления в экспертные учреждения.

- В соответствии с Порядком проведения таможенной экспертизы при проведении таможенного контроля, утвержденным Решением Комиссии таможенного союза от 20.05.2010 № 258 (далее — Порядок), таможенным органом, проводящим таможенную экспертизу, для Российской Федерации является Центральное экспертно-криминалистическое таможенное управление (ЦЭКТУ), а структурным подразделением таможенного органа, проводящего таможенную экспертизу для Российской Федерации, являются экспертно-криминалистические службы (ЭКС), экспертно-исследовательские отделы (отделения) ЦЭКТУ.

При проведении таможенной экспертизы уполномоченное должностное лицо таможенного органа, назначившее таможенную экспертизу, направляет руководителю таможенного органа, проводящей таможенную экспертизу (в понятии, определенном Порядком, таким органом является ЦЭКТУ), решение о назначении таможенной экспертизы и материалы, документы, пробы и образцы, необходимые для ее проведения. Начальником ЦЭКТУ является Токарев Петр Иванович.

Организация проведения таможенных экспертиз возлагается на руководителя таможенного органа, проводящего таможенную экспертизу.

- Согласно положениям пункта 8 статьи 172 Закона № 311-ФЗ форма решения о назначении таможенной экспертизы устанавливается федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области таможенного дела.

Приказом ФТС России от 18.06.2014 № 1125 для руководства и исполнения объявлены решения одиннадцатого заседания Объединенной коллегии таможенных служб государств - членов Таможенного союза от 11.06.2014, в том числе № 11/8, которым была утверждена форма решения таможенного органа о назначении таможенной экспертизы таможенных органов государств - членов Таможенного союза.

- В рамках проведения камеральной таможенной проверки в связи с необходимостью разрешения вопросов, требующих специальных познаний, в соответствии со статьёй 138 ТК ТС 31.08.2016 принято решение № 10604000/310816/ПВ/000001 о назначении первичной таможенной экспертизы в ЦЭКТУ (в соответствии с требованиями Порядка). Решение о назначении экспертизы было направлено для исполнения в экспертно-исследовательский отдел М 1 (г. Иркутск) ЭКС - филиал ЦЭКТУ г. Новосибирск (письмо таможни от 31.08.2016 М 08-13/05560). По факту решение таможни о назначении экспертизы находилось на исполнении в Экспертно-исследовательском отделении №2 5 (г. Красноярск) Экспертно-криминалистической службы регионального филиала ЦЭКТУ г. Новосибирск. В ответ на запрос ЦЭКТУ от 18.10.2016 М 11-39/2386 «О предоставлении дополнительных материалов», письмом таможни от 25.10.2016 М 08-13/06986 в адрес структурного подразделения таможенного органа, проводящего таможенную экспертизу, были направлены фото и видеоматериалы, необходимые для проведения таможенной экспертизы по решению таможни от 31.08.2016 № 10604000/310816/ПВ/000001. 

- Положения главы 20 ТК ТС, а также иные нормативные правовые акты и методические документы в области экспертной деятельности, не содержат требования о необходимости непосредственного осмотра исследуемого объекта таможенными экспертами. В ходе камеральной таможенной проверки оперативно-розыскным отделом Хакасской таможни в отделение таможенного контроля после выпуска товаров Хакасской таможни (подразделение, непосредственно проводившее таможенную проверку), были представлены фотоматериалы и видеоматериалы, полученные в рамках обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (далее — обследование) в соответствии с пунктом 8 статьи 6 и статьи 7 Федерального закона от 12.08.1995 М 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в ходе обследования осуществлялось консультирование с экспертом ЦЭКТУ по вопросам фото-, видеофиксации).

Указанный способ представления материалов для исследования при невозможности отобрать пробы (образцы) для проведения таможенной экспертизы прямо предусмотрен пунктом 19 Порядка отбора таможенными органами Российской Федерации проб (образцов) товаров для проведения таможенной экспертизы, утверждённого приказом ФТС России от 20.11.2014 № 2264.

- Относительно фактических обстоятельств эксперты не проводили каких-либо лабораторных исследований образцов, все иллюстрации, сопутствующие проведению экспертизы, были отмечены экспертами непосредственно в тексте заключений.

- Согласно письму ЦЭКТУ от 01.11.2016 М 09-07/0074, в адрес Хакасской таможни было направлено заключение таможенного эксперта от 01.11.2016 № 034447 на 8 листах. Данный документ представлен таможенному органу в оригинале на бумажном носителе, распечатанном с двух сторон каждого листа, всего на 8 листах. С целью направления копии данного заключения декларанту (письмо таможни от 03.11.2016 № 08-13/07251), с оригинала заключения была снята ксерокопия каждой страницы, что составило по факту 15 страниц. Такая же копия заключения была направлена в ЦЭКТУ при направлении решения о назначении повторной таможенной экспертизы (письмо таможни от 18.11.2016 № 08-13/07508).

- Письмом таможни от 31.08.2016 М 08-13/05567, декларант был уведомлен о назначении таможенной экспертизы, с направлением в его адрес копии решения таможни от 31.08.2016 № 10604000/310816/ПВ/000001. В связи с поступлением ходатайства Общества от 16.11.2016 № 34/1-1975, в соответствии со статьёй 143 ТК ТС, решением таможни от 18.11.2016 № 10604000/181116/ГВ/000002 назначена повторная таможенная экспертиза в ЦЭКТУ. Результаты рассмотрения данного ходатайства, а также копия решение о назначении экспертизы были направлены в адрес Общества письмом таможни от 18.11.2016 М 08-13/07521. Следовательно, довод заявителя о нарушении таможенным органном требований пункта 7 статьи 138 ТК ТС не обоснован, а отсутствие в деле данных писем обусловлено лишь тем, что такие доводы Обществом в суде первой инстанции не заявлялись.

- Конструктивные требования к кранам, изложенные в разделе 2 ГОСТ 27584-88, не содержат в себе информации относительно основного спорного вопроса по настоящему делу что является опорой мостового ввезённого Обществом по декларации на товары № 10604020/060516/0000670.

- Действующим законодательством не регламентирована обязанность экспертов (и таможенных, и каких-либо иных) применять при проведении экспертизы какую либо предопределённую литературу, а равно и обосновывать отказ от использования того или иного источника при проведении экспертизы.

- Признак «на неподвижных опорах» содержится только в ТН ВЭД ЕАЭС в качестве критерия классификации мостовых кранов в подсубпозиции 8426 11 000 0. В технической литературе, ГОСТах и т.п. указанный термин отсутствует. То есть указанный признак имеет значение исключительно для идентификации товара в таможенных целях и его классификации по ТН ВЭД ЕАЭС. 

Таким образом, идентификация товаров в таможенных целях имеет определённую специфику, и для этого таможенные эксперты являются наиболее компетентными источниками специальных знаний.

- Утверждение о том, что «при отсутствии выезда эксперта для осмотра утверждать, что эксперт осматривал фотографии и видео именно спорного товара нельзя» не имеет под собой оснований, поскольку предоставленные в распоряжение таможенного эксперта фотографии отражают идентификационные признаки товара: марка, модель, заводской номер, а также основные конструктивные элементы и узлы. Сопоставление предоставленных фотографий с имеющейся в материалах технической документацией позволяет однозначно сделать ввод об их допустимости и достоверности.

Определением от «02» февраля 2018 года ходатайство общества было удовлетворено, назначено проведение судебной технической экспертизы, которая поручена Плотникову Георгию Владимировичу, для решения следующих вопросов:

1) определить, какой элемент в конструкции крана модель РТА, заводской номер 1610430 в несобранном виде, предназначенный для обслуживания электролизеров (РА-400 и РА-550) с обожжёнными анодами в корпусах электролиза алюминия, поставленный по контракту от 15 декабря 2014 года № 9110Р664-РМ-ХХХ/1 является его опорой (опорами);

2) определить, в какому виду  - подвижному или неподвижному - относится опора (опоры), имеющаяся в конструкции крана модель РТА, заводской номер 1610430 в несобранном виде, предназначенный для обслуживания электролизеров (РА-400 и РА-550) с обожжёнными анодами в корпусах электролиза алюминия, поставленному по контракту от 15 декабря 2014 года № 9110Р664-РМ-ХХХ/1. 

В Третий арбитражный апелляционный суд поступило заключение эксперта №01-05/2018-с, эксперт пришел к следующим выводам:

- в конструкции крана модель РТА, заводской номер 1610430 в несобранном виде, предназначенного для обслуживания электролизеров (РА-400 и РА-550) с обожженными анодами в корпусах электролиза алюминия, поставленного по контракту от 15 декабря 2014 года № 9/10Р664-РМ-ХХХ I опоры крана в конструктивном понимании отсутствуют. Опорой крана являются неподвижные рельсы кранового пути, являющиеся цементами верхнего строения рельсового пути кранового, т.е. совокупности цементов конструкции пути, установленных на подкрановые строительные конструкции здания шктролиза, воспринимающих и передающих нагрузки от колес крапа на подкрановые строительные конструкции;

- определить к подвижному или неподвижному виду относится опора (опоры), имеющаяся в конструкции крапа невозможно, поскольку в конструкции крана такие опоры не присутствуют

Общество считает, что выводы эксперта полностью подтверждают правильность позиции общества.

Таможенный орган возражает против выводов эксперта, указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие об их неверности.

- Выводы являются ошибочными и противоречащими терминологии научно-методической документации.

- Экспертом приводится три определения понятия «опора», при этом, признавая термин «опора» общетехническим, эксперт приводит данное понятие исключительно в словарно-энциклопедическом контексте, применяя при экспертизе Толковый словарь русского языка, Большой энциклопедический политехнический словарь, Большую Советскую Энциклопедию. Какая-либо научно-методическая литература экспертом не использовалась.

- В своем заключении эксперт, указав вышеуказанные общие термины и определения «крана» и «моста», при этом, полагаем, умышленно не рассматривает иные понятия, указанные в ГОСТах, в том числе использованных им при проведении экспертизы: «Параметры, связанные с подкрановыми путями» (в том числе «Расстояние между осями опор крана, измеренное по его продольной оси», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Параметры, связанные с крановыми путями или положениями крана на площадке установки» (в том числе «Продольное расстояние между осями опор крана (тележки)», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Узлы» («Опорная конструкция, оборудованная колесами или катками, имеющая шарнирное соединение для равномерной передачи нагрузок на колеса или катки»).

- В соответствии с ГОСТ 27555-87 («Краны грузоподъемные. Термины и определения») данный стандарт устанавливает термины и определения понятий в области краностроения. Термины, определенные в данном ГОСТе, являются стандартизированными терминами, которые также могут использоваться для идентификации исследуемого крана. Практически аналогичные термины содержатся и в ГОСТ 33709.1-2015, также использованном экспертом в своем заключении.

- Приведенные выше определения объективно и обосновано позволяют сделать однозначный вывод о том, что в кране опоры имеются, при этом, опорами крана являются как отдельные колеса (катки), так и конструкции из нескольких колес (тележки ходовые балансирные), т.е. конструктивные элементы мостового крана.

Во всех стандартизированных терминах указанных ГОСТов используемый термин «опора» является частью крана (например, колеса (катки), тележка, опорная стойка (опора) козлового крана), но не подкрановыми рельсами.

- Несмотря на то, что и ГОСТ 27555-87, и ГОСТ 33709.1-2015 дают понимание того, что является опорой крана (в определениях «база крана» «контур опорный», «тележка ходовая балансирная»), эксперт под понятием «опоры крана» принимает понятие «опорная поверхность» - подкрановый рельсовый путь не входящий в конструкцию крана. В свою очередь указанные ГОСТы не содержат стандартизированных терминов, определяющих подкрановые рельсы как опоры крана.

- Область применения ГОСТ Р 56944-2016 и устанавливаемые им требования не характеризуют отнесение подкрановых рельсовых путей к конструктивным элементам непосредственно самого мостового крана, не дают однозначного определения о том, что мостовой кран, двигающийся по рельсам подкрановых путей, является мостовым краном на неподвижных опорах.

Данный стандарт устанавливает исключительно требования к проектированию, изготовлению, монтажу, ремонту и безопасной эксплуатации надземных рельсовых путей, а также требования по обеспечению безопасности при эксплуатации кранов на надземных рельсовых путях.

Согласно ГОСТ Р 56944-2016 «надземный рельсовый путь крановый -рельсовый путь крановый, опирающийся на подкрановые строительные конструкции или подвешенный к ним» (пункт 3.9), «опорные элементы -элементы, воспринимающие крановые нагрузки от рельсов и передающие их на строительные конструкции» (пункт ЗЛО).

Указанные понятия характеризуют рельсовый путь как неподвижные опорные поверхности, опирающиеся на подкрановые строительные конструкции, т.е. надземный рельсовый путь является инженерно-строительным сооружением -составной частью зданий и сооружений, в которых они эксплуатируются («перемещение крана вдоль подкранового рельсового пути по рельсам КР 120, неподвижно закрепленным на подкрановых строительных конструкциях здания опытно-промышленного корпуса цеха электролиза» (стр.10 заключения)), но не характеризуют и не дают однозначного определения о том, что именно надземный рельсовый путь является конструктивным элементом самого мостового крана и его неподвижной опорой.

- Признак «на неподвижных опорах» содержится только в ТН ВЭД в качестве критерия классификации мостовых кранов в подсубпозиции 8426 11 000 0. В технической литературе, ГОСТах и т.п. указанный термин отсутствует. То есть указанный признак имеет значение исключительно для идентификации товара в таможенных целях и его классификации по ТН ВЭД.

Таким образом, идентификация товаров в таможенных целях имеет определённую специфику.

- В таможенных целях по ТН ВЭД классифицируются именно возимые товары. Все признаки товара, указанные в тексте соответствующей товарной подсубпозиции ТН ВЭД ТС в качестве критериев классификации (в том числе «на неподвижных опорах»), должны относиться непосредственно к ввозимому товару, в отношении которого осуществляется классификация, и не могут быть применены к рельсам, не являющимся конструктивным элементом самого крана (ввозимого товара).

- Неподвижность рельсов в данном случае не может иметь значения для классификации везённого Обществом технологического мостового крана.

В ходе судебных заседаний суда апелляционной инстанции стороны неоднократно поддерживали свои позиции в устных и письменных выступлениях.

Кроме того, в ходе апелляционного производства судом дополнительно были приобщены доказательства, а именно:

- представленные в судебном заседании 29 сентября 2017 года  обществом (копии письма компании NKM NOELL SPECIAL CRANES GMBH от 07.09.2017 по контракту № 9110Р664-РМ-ХХХ/1 от 15.12.2014 (с переводом на русский язык); классификационного решения Главного таможенного управления г. Ганновер от 23.08.2017 № DEBTI-18905/17-1; заключения международной юридической фирмы - акционерного общества «Дентос Юроп» от 22.09.2017; предварительного решения Южного таможенного управления от 23.06.2017 № RU/10300/17/0055 по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС; письма ФТС России от 21.02.2017 № 06-51/08543 «О классификации товара»; письма акционерного общества «Сибирско-Уральская Алюминиевая компания» от 12.09.2017 № 01-149; письма акционерного общества «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод» от 24.07.2017 № 49-187/02);

- представленные в судебном заседании 30 ноября 2017 года обществом (копии контракта на поставку технологического крана от 15.12.2014 № 9110Р664-РМ-ХХХ/1 с приложением № 3 к нему, копии справки от 16.11.2017 № 28-355, копии выписки из технического паспорта на объект недвижимости № 25, копии справки от 21.11.2017 № 41-909), таможенным органом (копии поручений на проведение экспертизы, исследования от 12.09.2016 № 034447, от 24.11.2016 №  043693, копии доверенностей; диска с записью осмотра (фото и видео материалы));

- представленные в судебном заседании 19 декабря 2017 года обществом (технического паспорта нежилого здания (строения) - здания опытно-промышленного корпуса цеха электролиза с пристройками от 30.11.2000, выписки № 25 из технического паспорта на объект недвижимости опытно-промышленный корпус цеха электролиза с пристройками от 18.05.2007, письма Федеральной таможенной службы России от 13.12.2017 № 06-49/Г-7225 в ответ на адвокатский запрос с приложением), таможенным органом (постановления Хакасской таможни от 17.10.2016 о проведении оперативно-розыскного мероприятия, акта обследования от 21.10.2016, фото-таблицы к акту обследования);

- представленные в судебном заседании 24-29 января 2018 года таможенным органом (копии писем от 10.01.2018 № 07-41/00153, от 12.01.2018 № 19БН, копия диплома эксперта; от заявителя поступили  документы относительно кандидатур экспертов, копия постановления от 27.12.2016 по делу № А45-9152/2016; копии чертежей и упаковочных листов), обществом (копии протокола об административном правонарушении, копии письма от  09.06.2017);

- представленные в судебном заседании 21 мая 2018 года обществом (разъяснения Федеральной таможенной службы от 15.03.2018 № 06-82/14224).

В части 1 статьи 268 АПК РФ указано, что при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Статья 262 АПК РФ устанавливает, что лицо, предоставляющее отзыв на апелляционную жалобу, вправе предоставить документы, подтверждающие возражения относительно жалобы.

Так же в статье 268 АПК РФ указано на право заявителя жалобы предоставить дополнительные доказательства.

Согласно части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Как указывал Конституционный суд Российской Федерации в ряде постановлений, в случаях, когда суды при рассмотрении дела не исследуют по существу фактические обстоятельства, ограничиваясь только установлением формальных условий применения правовой нормы, право на судебную защиту, закрепленное частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств суд апелляционной инстанции выясняет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

Вместе с тем даже при наличии у лица, участвующего в деле, возможности представления доказательств в суд первой инстанции, требование принятия законного судебного акта вынуждает суд апелляционной инстанции принимать дополнительные доказательства, касающиеся фактических обстоятельств дела, подлежащих обязательному установлению по делу, во избежание формального подхода к рассмотрению спора.

В связи с необходимостью исследования и оценки доводов сторон о правильности / неправильности выводов экспертов по уже проведенным экспертизам; по техническим особенностям спорного оборудования; по уже имеющимся позициям судов / официальным и неофициальным толкованиям норм законодательства апелляционный суд приобщил указанные документы к материалам дела.

Документы, свидетельствующие, по мнению сторон, о правильности / неправильности выводов экспертов по уже проведенным экспертизам, были необходимы суду для решения вопроса о необходимости назначения экспертизы и для оценки обоснованности отказа судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы (то есть для решения процессуального вопроса).

Документы по техническим особенностям спорного оборудования были частично переданы эксперту, частично в удовлетворении ходатайства о передаче документов было отказано по основаниям, указанным в определении о назначении экспертизы – для чего потребовалась оценка указанных документов на их относимость и допустимость, дана оценка их соотношения с вопросами, поставленными перед экспертами – что не возможно без приобщения документов.

Документы по уже имеющимся позициям судов / официальным и неофициальным толкованиям норм законодательства расцениваются апелляционным судом как дополнения к правовым позициям сторон, обоснованные ссылками на акты толкования, доктрину и иные источники знаний, являющиеся авторитетными для сторон – и в этом качестве.

В силу указанных обстоятельств апелляционный суд счел не подлежащим удовлетворению ходатайство заявителя об истребовании  мнения (рекомендации, разъяснения) Всемирной таможенной организации по вопросу классификации мостовых кранов  согласно ТН ВЭД у Федеральной таможенной службы России – поскольку сбор правовых позиций иных органов или организаций не входит в задачи суда, не является работой по сбору доказательств в смысле статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В дальнейшем общество самостоятельно представило письмо ФТС от 13.12.2017 №06-49/7225, в котором процитировано мнение Секретариата ВТО – данное письмо приобщено к материалам дела, в том числе и с учетом правовой позиции, приведенной в Определении ВС Российской Федерации  от 20.09.2017 №305-КГ17-3138.

Апелляционный суд приобщил к материалам дела Меморандум, подготовленный АО «Дентос Юроп» - на основании стаей 13 и 14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  как документ, устанавливающий содержание норм международного права; и на основании статей 68 и 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  как относимое и допустимое доказательство, необходимое для рассмотрения дела, о чем будет сказано далее.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении апелляционной жалобы судом установлены следующие обстоятельства. 

АО «РУСАЛ Саяногорск» 06 мая 2016 года в декларации на товары № 10604020/050516/0000670 заявлен к декларированию товар № 1 технологический мостовой кран с электрическим приводом на неподвижных опорах, модель РТА, заводской номер: 1610430 в несобранном виде, предназначен для обслуживания электролизеров (РА-400 и РА-550) с обожжёнными анодами в корпусах электролиза алюминия. Тип крана: мостовой опорный, 2-х балочный, 8,8м3 х 20т х 20т х 25м, где 8,8м3 – ёмкость бункера для укрывного материала в технологической тележке, 20Т – грузоподъёмность выливной тележки (для жидкого алюминия), 10т – грузоподъёмность вспомогательного подъёмника, 25м – ширина пролётной балки крана. Год изготовления: 2016. Перечень технологического оборудования, установленного на кране: 1. мост крана, 1.1 две концевые балки, 1.2 продольная балка, 1.3 продольная балка с электропомещением, компрессором, кондиционером, 2. инструментальная тележка, 2.1 анодный модуль, 2.2 устройство установки анодов на горизонт, 2.3 грейфер, 2.4 пробойник, 2.5 устройство укрывного материала, 2.6 кабина оператора, 3. выливная тележка 20Т, 4. вспомогательный подъёмник 10т. Основные характеристики крана: грузоподъёмность главного подъёма 20т, вспомогательного подъёма 10т; высота подъёма главного подъёма 11,2м, вспомогательного подъёма 13,9м; пролёт крана 25 м; база крана 8,4м; кратность полиспастов главного подъёма 2х4/2, вспомогательного подъёма 4/1. Основные функции технологического крана: замена анодов, укрытие анода/заполнение силоса, выливка металла, перемещение рамы временной подвески анодов (далее – технологический мостовой кран, спорный товар, спорный кран). Изготовитель: NKM NOELL SPECIAL CRANES GMBH (Германия).

Товар ввезён на таможенную территорию Таможенного союза в рамках исполнения внешнеторгового контракта от 15 декабря 2014 года № 9110Р664-РМ-ХХХ/1, заключённого между АО «РУСАЛ Саяногорск» и компанией NKM NOELL SPECIAL CRANES GMBH.

Общество классифицировало товар по коду 84 26 11 000 0 Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза, утверждённого решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16 июля 2012 года № 54 «-краны мостовые на неподвижных опорах». Ставка ввозной таможенной пошлины – 0 %.

В соответствии со статьёй 131 ТК ТС 27 июля 2016 Хакасской таможней проведена камеральная таможенная проверка по вопросам контроля достоверности  заявления кода ТН ВЭД по декларируемому товару.

В рамках проверки в связи с необходимостью разрешения вопросов, требующих специальных познаний, Хакасской таможней в порядке статьи 138 ТК ТС принято решение от 31 августа 2016 года № 10604000/310816/ПВ/000001 о назначении первичной идентификационной таможенной экспертизы в Экспертно-исследовательском отделении № 5 (г. Красноярск) Экспертно-криминалистической службы – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (далее – ЭКС Красноярск).

По результатам исследования экспертом ЭКС Красноярск подготовлено заключение от 01 ноября 2016 года № 034447.

В связи с поступлением ходатайства общества таможенным органом в порядке статьи 143 ТК ТС решением от 18 ноября 2016 года № 10604000/181116/ПВ/000002 назначена повторная идентификационная таможенная экспертиза в Экспертно-криминалистической службе – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (далее - ЭКС Новосибирск).

По результатам повторного исследования вопросов, требующих специальных познаний, подготовлено заключение таможенных экспертов ЭКС Новосибирск от 21 декабря 2016 года № 043693.

Камеральная таможенная проверка с учётом заключений таможенных экспертиз позволила сделать таможенному органу вывод о недостоверном определении обществом кода спорного товара в декларации № 10604020/060516/0000670. Результаты проверки отражены в акте от 02 марта 2017 года № 10604000/210/020317/А0008.

Основываясь на заключении таможенных экспертов, Хакасской таможней принято решение от 02 марта 2017 года № РКТ-10604000-17/000001 по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС (Товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза). Согласно данному решению товар – технологический мостовой кран подлежит классификации в товарной подсубпозиции 8426 19 000 0 «-- прочие». Ставка ввозной таможенной пошлины – 5%.

Решением от 02 марта 2017 года Хакасской таможней предписано обществу внести изменения в декларацию на товары 10604020/060516/0000670. В срок не позднее 10 рабочих дней со дня получения декларантом решения декларанту предложено представить корректировку декларации на товары, уплатить соответствующие таможенные пошлины.

Решения Хакасской таможни от 02 марта 2017 года обжалованы обществом в Сибирское таможенное управление Федеральной таможенной службы. Решением вышестоящего таможенного органа от 02 мая 2017 года № 16-02-15/20 признаны правомерными, в удовлетворении жалобы АО «РУСАЛ Саяногорск» отказано.

Не согласившись с решениями Хакасской таможни от 02 марта 2017 года, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом в силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, иными органами, должностными лицами оспариваемого решения, возлагается на соответствующий орган или должностное лицо.

Оспариваемое решение принято полномочным органом, наличие у ответчика компетенции на его принятие сторонами не подвергается сомнению.

Общество не указывает на наличие процедурных нарушений (кроме замечаний по проведению экспертизы), апелляционный суд не находит их признаков исходя из материалов дела (оценка доводам, касающимся назначения и проведения экспертиз будет дана отдельно).

Спор между сторонами идет о классификации товара.

В соответствии со статьёй 52 ТК ТС товары при их таможенном декларировании подлежат классификации по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности.

Проверку правильности классификации товаров осуществляют таможенные органы.

В случае выявления неверной классификации товаров таможенный орган самостоятельно осуществляет классификацию товаров и принимает решение по классификации товаров по форме, определённой законодательством государств - членов Таможенного союза.

Коды товаров по ТН ВЭД, указанные в коммерческих, транспортных (перевозочных) и (или) иных документах, кроме случаев, определённых пунктом 4 статьи 180 настоящего Кодекса, а также в заключениях, справках, актах экспертиз, выдаваемых экспертными учреждениями, не являются обязательными для классификации товаров.

В целях обеспечения единообразия толкования ТН ВЭД на основании предложений таможенных органов Комиссия Таможенного союза принимает и публикует решения и разъяснения по классификации отдельных видов товаров.

В силу статьи 51 ТК ТС ТН ВЭД основывается на Гармонизированной системе описания и кодирования товаров Всемирной таможенной организации и единой ТН ВЭД Содружества Независимых Государств. ТН ВЭД утверждается Комиссией Таможенного союза.

Выбор конкретного кода ТН ВЭД всегда основан на оценке признаков декларируемого товара, подлежащих описанию.

Процесс описания связан с полнотой и достоверностью сведений о товаре (указанием определённого набора сведений, соответствующих либо не соответствующих действительности).

Согласно Единому таможенному тарифу Таможенного союза, утверждённому Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16 июля 2012 года № 54, классификация товаров ТН ВЭД осуществляется по Основным правилам интерпретации ТН ВЭД (далее - Правила интерпретации).

Пунктом 1 Правил интерпретации предусмотрено, что для юридических целей классификация товаров в ТН ВЭД осуществляется исходя из текстов товарных позиций и соответствующих примечаний к разделам или группам.

Согласно правилу 6 Правил интерпретации для юридических целей классификация товаров в субпозициях товарной позиции должна осуществляться в соответствии с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также положениями правил 1, 2, 3, 4 и 5 при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей правила 6 также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное. Правила 1 - 5 применимы для классификации на уровне субпозиций в пределах одной и той же товарной позиции.

Разделом 3 Положения о порядке применения единой Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза при классификации товаров, утверждённого решением Комиссии таможенного союза от 28 января 2011 года № 522 (далее - Положение), определена последовательность действий до достижения необходимого уровня классификации.

Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 12 марта 2013 года № 4 рекомендовано применять Пояснения к Единой товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза (далее по тексту - Пояснения), в которых разъясняется содержание позиций, терминов и иной информации, необходимой для однозначного отнесения конкретного товара к определённой позиции ТН ВЭД.

Систематизация товаров в ТН ВЭД осуществляется по нескольким основным критериям: по материалу, из которого они изготовлены; по функциям, которые они выполняют; по степени обработки.

Таким образом, выбор конкретного кода ТН ВЭД основан на оценке признаков декларируемого товара.

Товарная позиция 8426 ТН ВЭД включает в себя судовые деррик-краны; краны подъёмные, включая кабель-краны; фермы подъёмные подвижные, погрузчики портальные и тележки, оснащённые подъёмным краном, а также бескодовую субпозицию - краны мостовые, козловые, мостовые перегружатели, фермы подъёмные подвижные и погрузчики портальные. Товарная подсубпозиция 8426 11 000 0 предусматривает «-- краны мостовые на неподвижных опорах». Товарная подсубпозиция 8426 19 000 0 включает в себя «-- прочие». В соответствии с правилом 6 Правил интерпретации таможенным органом сравнивались подсубпозиции ТН ВЭД ТС 8426 11 000 0 (краны мостовые на неподвижных опорах) и 8426 19 000 0 (прочие).

Таможенный орган на основании экспертных заключений ЭКС Красноярск от                    01 ноября 2016 года № 034447 и ЭКС Новосибирск от 21 декабря 2016 года № 043693 в отношении товара технологический мостовой кран, пришёл к выводу о том, что ввезённый обществом товар следует квалифицировать в подсубпозиции 8426 19 000 0 ТН ВЭД ЕАЭС «-- прочие».

Общество категорически с данным выводом не согласно, оспаривает достоверность экспертиз, противопоставляет результаты исследования специалистами СФУ, ссылается на результаты судебной экспертизы, назначенной по ходатайству общества апелляционным судом.

Суд первой инстанции согласился с позицией таможенного органа о правильности представленных им результатов экспертиз, отклонил ходатайство о назначении судебной экспертизы, указав на следующее.

- Заключения таможенных экспертов соответствуют как требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», так и требованиям статьи 142 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС).  Заключения экспертов содержат все необходимые реквизиты, в том числе: отметку о предупреждении экспертов об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; основания для проведения экспертизы; вопросы, поставленные перед экспертами; данные о нормативном обосновании и методологии проводимого исследования; содержание и результаты исследований; обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам, что соответствует требованиям статей 4, 5, 8, 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ. Арбитражный суд пришёл к выводу, что выводы всех таможенных экспертиз содержат однозначные, не противоречащие друг другу выводы, экспертизы проведены квалифицированными экспертами, сведения о подтверждении квалификации которых содержатся в соответствующих заключениях; объём проведённых экспертами исследований был достаточен для ответа на поставленные вопросы. Учитывая вышеизложенное, заявленное ходатайство о проведении экспертизы, по мнению арбитражного суда, основано на несогласии с выводами экспертов, что не является основанием для назначения судебной экспертизы.

- Заявитель не привёл доказательств того, каким образом выводы именно судебной экспертизы могут повлиять на результаты рассмотрения дела, учитывая, что правовое значение заключения судебной экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами (часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

- Вопросы, требующие специальных познаний, в том числе в части установления свойств и характеристик спорного товара, в полной мере описаны как в заключениях таможенных экспертов, так и заключении специалистов от 25 января 2017 года, на основании одних и тех же представленных технических документов.

- Разрешаемый в рамках настоящего дела вопрос о классификации спорного товара по коду ТН ВЭД относится к вопросам  права, соответственно, не может быть поставлен перед экспертом (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 № 23).

Апелляционный суд с данными выводами не согласен.

В соответствии со статьёй 131 ТК ТС 27 июля 2016 Хакасской таможней (далее – таможня, таможенный орган, ответчик) проведена камеральная таможенная проверка по вопросам контроля достоверности  заявления кода ТН ВЭД по декларируемому товару.

В рамках проверки в связи с необходимостью разрешения вопросов, требующих специальных познаний, Хакасской таможней в порядке статьи 138 ТК ТС принято решение от 31 августа 2016 года № 10604000/310816/ПВ/000001 о назначении первичной идентификационной таможенной экспертизы в Экспертно-исследовательском отделении № 5 (г. Красноярск) Экспертно-криминалистической службы – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (далее – ЭКС Красноярск).

По результатам исследования экспертом ЭКС Красноярск подготовлено заключение от 01 ноября 2016 года № 034447.

В связи с поступлением ходатайства общества таможенным органом в порядке статьи 143 ТК ТС решением от 18 ноября 2016 года № 10604000/181116/ПВ/000002 назначена повторная идентификационная таможенная экспертиза в Экспертно-криминалистической службе – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления Федеральной таможенной службы г. Новосибирск (далее - ЭКС Новосибирск).

По результатам повторного исследования вопросов, требующих специальных познаний, подготовлено заключение таможенных экспертов ЭКС Новосибирск от 21 декабря 2016 года № 043693.

Согласно заключению ЦКТУ ЭКС  г. Новосибирск от 30.09.2016 (т.1, л.д. 59):

1) товар не является мостовым краном на неподвижных опорах, а является опорным мостовым двухбалочным краном на подвижных опорах;

2) ведущие и ведомые ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках – это конструктивные элементы исследуемого технологического крана, являющиеся шарнирно-подвижными опорами для данного товара, выполняющими функции по восприятию нагрузок с обеспечением необходимых степеней свободы (возможности перемещения вдоль горизонтальной оси);

3) заявленный товар по конструкции относится к опорным мостовым двухбалочным кранам;

4) мостовая конструкция исследуемого крана, состоящая из двух продольных крановых балок, опирается на две концевые балки. Ведущие и ведомые ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках, опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы), установленные на верхнем поясе подкрановых балок, которые, в свою очередь, опираются на несущие колонны производственного здания;

5) элементами конструкции, непосредственно контактирующими с рельсами и воспринимающими нагрузки от массы мостовой конструкции с навешенными на нее механизмами, концевых балок и груза, являются ведущие и ведомые ходовые колеса (катки);

6) мостовая конструкция исследуемого крана, состоящая из двух продольных крановых балок, опирается на две концевые балки со смонтированными на них ведущими и ведомыми ходовыми колесами (катками), которые, в свою очередь, опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы):

7) мостовая конструкция исследуемого крана опирается на две концевые балки со смонтированными на них ведущими и ведомыми ходовыми колесами (катками), которые сверху опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы);

8) неподвижные подкрановые пути (рельсы, подтележечные рельсы) закреплены на верхнем поясе подкрановых балок;

9) на обоих концах концевых балок расположены гидравлические буферы;

10) концевые балки выполняют функцию механизма продольного перемещения крана вдоль цеха (привод моста) при помощи смонтированных на них ведущих и ведомых ходовых колес;

11) кран располагается наверху подкрановых путей на высоте 13,2 метра над землей, соответственно 6 метров над рабочей площадкой цеха электролиза;

12) основные элементы подкранового пути: подкрановые рельсы, установленные на верхнем поясе подкрановых балок;

13) подкрановых пути удерживается на проектной высоте путем монтажа подкрановых рельс на верхнем поясе подкрановых балок, которые, в свою очередь, опираются на несущие коленные производственного здания. Подкрановые пути (рельсы) соединяются с подкрановыми балками при помощи высокопрочных болтов и / или клипс;

14) подкрановые балки предназначены для укладки и монтажа на них подкрановых рельс при помощи высокопрочных болтов и/или клипс;

15) подкрановые балки располагаются в цехе на несущих колоннах производственного здания. Подкрановые балки уложены и опираются на несущие колонны производственного здания;

16) неподвижные подкрановые пути (рельсы) расположены сверху подкрановых балок;

17) ведущие и ведомые ходовые колеса (катки) смонтированные на концевых балках – это конструктивные элементы исследуемого технологического крана, являющиеся шарнирно-подвижными опорами для данного товара, выполняющими функции по восприятию нагрузок с обеспечением необходимых степеней свободы (возможности перемещаться вдоль горизонтальной оси);

18) конструкцией технологического крана предусмотрена возможность перемещения крана вдоль цеха по неподвижным подкрановым путям (рельсам), установленным на верхнем поясе подкрановых балок (двутаврового профиля). Подкрановые балки предназначены для укладки и монтажа на них подкрановых рельс при помощи высокопрочных болтов и/или клипс. Подкрановые балки уложены и опираются на несущие колонны производственного здания;

19) неподвижные подкрановые пути (рельсы) не являются механическим устройством, а являются неподвижными опорными поверхностями.

Согласно заключению ЦКТУ ЭКС  г. Новосибирск от 28.11.2016 (т.1, л.д. 95):

1) товар не является мостовым краном на неподвижных опорах;

2) ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках являются опорами товара;

3) товар относится к опорным мостовым кранам;

4) конструкция исследуемого крана, состоящая из двух продольных крановых балок, опирается на две концевые балки. Ходовые колеса (катки), смонтированные на концевых балках, опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы), установленные на верхнем поясе подкрановых балок, которые, в свою очередь, опираются на несущие колонны производственного здания;

5) элементами конструкции, воспринимающими нагрузки от массы мостовой конструкции с навешенными на нее механизмами, концевых балок и груза, являются ведущие и ведомые ходовые колеса (катки);

6) конструкция исследуемого крана, состоящая из двух продольных крановых балок, опирается на две концевые балки со смонтированными на них ведущими и ведомыми ходовыми колесами (катками), которые, в свою очередь, опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы):

7) мост исследуемого крана опирается на две концевые балки со смонтированными на них ходовыми колесами (катками), которые сверху опираются на неподвижные подкрановые пути (рельсы);

8) рельсы закреплены на верхнем поясе подкрановых балок;

9) на обоих концах концевых балок расположены гидравлические буферы;

10) перемещение крана вдоль цеха обеспечивает механизм перемещения, состоящий из двигателей и редукторов, передающих крутящий момент ведущим ходовым колесам концевых балок;

11) в соответствии с представленной документацией, высота подкранового пути исследуемого крана составляет 13 200 м.;

12) основные элементы подкранового пути: подкрановые рельсы, установленные на верхнем поясе подкрановых балок;

13) подкрановый путь удерживается на проектной высоте путем монтажа подкрановых рельс на верхнем поясе подкрановых балок, которые, в свою очередь, опираются на несущие коленные производственного здания. Подкрановые пути (рельсы) соединяются с подкрановыми балками при помощи высокопрочных болтов и / или клипс;

14) подкрановые балки предназначены для укладки и монтажа на них подкрановых рельсов, передачи и распределения нагрузки от рельсов к несущим колоннам здания;

15) подкрановые балки располагаются в цехе на несущих колоннах производственного здания. Подкрановые балки уложены и опираются на несущие колонны производственного здания;

16) рельсы расположены сверху подкрановых балок;

17) ведущие и ведомые ходовые колеса (катки) смонтированные на концевых балках – это конструктивные элементы исследуемого крана, являющиеся подвижными опорами для данного товара, воспринимают нагрузку от массы конструкции крана с механизмами, концевыми балками и груза и передают нагрузку рельсам;

18) конструкцией крана предусмотрено подкрановых балок двутаврового профиля. Подкрановые балки предназначены для укладки и монтажа на них подкрановых рельсов.  Подкрановые балки уложены и опираются на несущие колонны производственного здания;

19) подкрановые пути не являются «основным механическим устройством сопряжения» с краном.

Со стороны общества представлено заключение специалистов СФУ.

В заключении специалистов СФУ указано следующее:

1) опора мостового крана не может быть его конструктивным элементом, так как она создается параллельно с процессом производства крана с учетом стыкуемых размеров;

2) опорой крана является строительная конструкция, включающая подкрановый рельс, подкрановые балки, несущие колонны, фундамент;

3) опора крана не является его конструктивным элементом, так как она создана параллельно с процессом производства  крана;

4) опора исследуемого крана является неподвижной, так как она удерживает кран на определенной высоте и ограничивает его горизонтальное перемещение;

5) колеса не выполняют функции удержания крана на определенной высотной отметке;

6) под подвижностью опоры в экспертном заключении понимается то, что колеса являются опорой крана и имеют свойство вращаться вокруг своей оси;

7) исследуемый кран является мостовым краном на неподвижных опорах.

Таким образом, ключевыми вопросами, которые решались в исследованиях, были вопросы о том, что считать опорой крана, является ли эта опора движущейся или нет. При этом анализировались конструктивные особенности конкретного товара.

Эти вопросы, действительно, требуют специальных познаний.

Апелляционный суд не подвергает сомнению компетентность всех специалистов, проводивших экспертизы и их право на проведение исследований. К заключению специалистов СФУ приложены документы, подтверждающие их компетентность. Права таможенных экспертов на проведение экспертизы подтверждаются Приказом ФТС России от 15.06.2017 № 982 «Об утверждении Положения о Центральном экспертно-криминалистическом таможенном управлении», решением Комиссии Таможенного союза от 20.05.2010 № 258 «О порядке проведения таможенной экспертизы при проведении таможенного контроля», должностными регламентами (не принимая, таким образом, доводы общества о том, что экспертиза назначена и проведена с нарушениями, вне пределов компетенции экспертов – ведомственные нормы назначения экспертизы и определения экспертов нарушены не были).

Таможенный орган, действительно, обязан назначить экспертизу в экспертных учреждениях таможенных органов и не вправе не учесть их заключение.

Однако для суда такое заключение не обязательно.

Общество представило заключение специалистов СФУ, которое содержит противоположные выводы. То есть в деле имеются два противоречащих друг другу заключения.

При этом оба заключения характеризуются неполнотой изученной информации.

Таможенные эксперты используют ГОСТ 27555-87, однако частью 1 статьи 26 Федерального закона «О техническом регулировании» установлен приоритет действия технических регламентов по сравнению с иными нормативными актами. 15.02.2013 вступил в  силу  межгосударственный Технический регламент Таможенного Союза (решение №823), которым утвержден перечень отдельных стандартов, необходимых для применения и исполнения Технического регламента, и в этом перечне указаны ГОСТ 27584-88, ГОСТ 33171-2014, ГОСТ 33709.1-2015, ГОСТ Р 56944-2016 – которые не указаны в заключении, на обязательности применения которых настаивает общество – и отсутствует мотивировка, почему эти ГОСТы не подлежат применению в настоящем случае.

При этом сам таможенный орган и суд первой инстанции мотивируют правильность выводов таможенного органа ссылками на ГОСТ 33709.1-2015 «Краны грузоподъемные. Словарь. Часть 1. Общие положения» (пункт 2.4.10 таблицы 1) и ГОСТ 33173.5-2014 «Краны грузоподъемные. Кабины. Часть 5 Краны мостовые и козловые» - то есть восполняют данный пробел в заключении. Таможенный орган так же спорит с необходимостью применения ГОСТ 27584-88 – однако, по мнению апелляционного суда, этот вопрос относится к техническим и должен был решаться при производстве экспертизы.

Специалистам СФУ для составления заключения были представлены два заключения таможенных экспертов, выписка из контракта на поставку крана и выписка из пояснений к ТН ВЭД, однако в их распоряжении отсутствовала техническая документация на сам кран, объясняющая принцип его работы и монтажа оборудования.

Таким образом, фактически задание специалистов сводилось к оценке правильности заключений таможенных экспертов, исходя из узкого перечня источников и информации.

Для целей настоящего судебного рассмотрения следует изучить всю техническую документацию, относящуюся к поставленному крану. Без изучения этих документов исследование не может считаться полным и достоверным.

Вместе с тем, апелляционный суд считает, что осмотр крана в месте его установки и непосредственной эксплуатации не являлся условием верного проведения экспертизы (общество выдвигает ряд замечаний к работе таможенных органов, связанных с осмотром товара, идентификацией его в месте его монтажа и эксплуатации, обоснованностью использования материалов оперативно-розыскной деятельности; специалисты СФУ тоже на место непосредственной работы крана не выезжали).

Предметом настоящего спора не являются вопросы корректности монтажа, работы или эксплуатации крана; наличия у него недостатков или возможность альтернативного использования.

При таможенном декларировании предоставляются только технические документы – именно они должны быть предметом исследования эксперта. Рабоспособность крана в собранном виде и условия его работы, по мнению апелляционного суда, не входят в предмет исследования и не могут повлиять на выводы эксперта о технологических особенностях конструкции товара, от которых зависит его классификация при таможенном декларировании.

В силу этого апелляционный суд так же не принимает доводы общества о нарушениях, связанных с осмотром оборудования, с возможным осмотром не того оборудования и с нарушениями законодательства при передаче таможенным экспертам фотографий, видеозаписей, полученных в рамках обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств в соответствии с пунктом 8 статьи 6 и статьи 7 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»  – поскольку они не могли повлиять на верность заключений экспертов. Факт того, что спорный товар собран и эксплуатируется в соответствии с его технической документацией до настоящего момента никем из сторон не отрицался.

Статья 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) устанавливает, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами (часть первая), при этом на судебно-экспертную деятельность указанных лиц распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 данного Федерального закона (часть вторая), вследствие чего их судебно-экспертная деятельность наряду с государственной обладает едиными задачами, правовой основой регулирования, принципами, правами и обязанностями эксперта, основаниями для его отвода от участия в производстве судебной экспертизы, условиями присутствия участников процесса при ее производстве, а также требованиями, предъявляемыми к заключению эксперта или комиссии экспертов и его содержанию.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» при назначении экспертизы суд должен руководствоваться требованиями законодательства Российской Федерации о судебно-экспертной деятельности, а также положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об обеспечении процессуальных прав лиц, участвующих в деле.

С учетом указанных положений процессуального закона, а также принимая во внимание наличие в материалах дела двух экспертных заключений и заключений специалистов, содержащих противоположные выводы, суду первой  инстанции следовало получить соответствующие пояснения экспертов о причинах и основаниях различной оценки одних и тех же обстоятельств, для чего вызвать в судебное заседание экспертов, проводивших технические экспертизы, и в зависимости от полученных пояснений, рассмотреть вопрос о необходимости назначения повторной либо дополнительной экспертизы.

Однако суд первой инстанции, оценивая данные противоречия, пришел к самостоятельному выводу, что заключение специалистов СФУ является неверным в силу ряда причин, выступив, таким образом, в качестве арбитра в споре между двумя экспертными организациями – но, по мнению апелляционного суда, самостоятельное соотнесение судом первой инстанции содержания заключений с технической документацией и содержаниями ГОСТов и иной специальной литературы не носит исчерпывающего характера, не описывает все имеющиеся разногласия.

В силу этого апелляционный суд считает, что при наличии противоречащих друг другу заключений следовало назначить судебную экспертизу.

Нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» закреплено, что ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции.

В суде первой инстанции обществу было отказано в назначении экспертизы – по мнению апелляционного суда, не обоснованно.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы.

В данном случае обществом заявлялось соответствующее ходатайство в суде первой инстанции, следовательно, условия статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для возможности назначения экспертизы у апелляционного суда имеются. Апелляционный суд считает необходимым выяснение соответствующих вопросов и исследование доказательств с учетом всех доводов сторон.

В силу этого апелляционный суд пришел к выводу о необходимости удовлетворения ходатайства о назначении экспертизы.

14 мая 2018 года судом получено заключение эксперта.

Ни общество, ни таможенный орган не спорят с квалификацией эксперта, соответствием заключения формальным требованиям и не указывают на нарушение экспертом порядка проведения экспертизы.

Апелляционный суд так же не находит оснований для таких выводов.

Но таможенный орган возражает по содержанию экспертного заключения, считая, что в итоге эксперт пришел к неверным выводам.

Оценив доводы таможенного органа, апелляционный суд считает их не верными в силу следующего.

Эксперт пришел к следующим выводам:

- в конструкции крана модель РТА, заводской номер 1610430 в несобранном виде, предназначенного для обслуживания электролизеров (РА-400 и РА-550) с обожженными анодами в корпусах электролиза алюминия, поставленного по контракту от 15 декабря 2014 года № 9/10Р664-РМ-ХХХ I опоры крана в конструктивном понимании отсутствуют. Опорой крана являются неподвижные рельсы кранового пути, являющиеся цементами верхнего строения рельсового пути кранового, т.е. совокупности цементов конструкции пути, установленных на подкрановые строительные конструкции здания шктролиза, воспринимающих и передающих нагрузки от колес крапа на подкрановые строительные конструкции;

- определить к подвижному или неподвижному виду относится опора (опоры), имеющаяся в конструкции крапа невозможно, поскольку в конструкции крана такие опоры не присутствуют.

Таможенный орган возражает против выводов эксперта, указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие об их неверности.

- Выводы являются ошибочными и противоречащими терминологии научно-методической документации.

- Экспертом приводится три определения понятия «опора», при этом, признавая термин «опора» общетехническим, эксперт приводит данное понятие исключительно в словарно-энциклопедическом контексте, применяя при экспертизе Толковый словарь русского языка, Большой энциклопедический политехнический словарь, Большую Советскую Энциклопедию. Какая-либо научно-методическая литература экспертом не использовалась.

- В своем заключении эксперт, указав вышеуказанные общие термины и определения «крана» и «моста», не рассматривает иные понятия, указанные в ГОСТах, в том числе использованных им при проведении экспертизы: «Параметры, связанные с подкрановыми путями» (в том числе «Расстояние между осями опор крана, измеренное по его продольной оси», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Параметры, связанные с крановыми путями или положениями крана на площадке установки» (в том числе «Продольное расстояние между осями опор крана (тележки)», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Узлы» («Опорная конструкция, оборудованная колесами или катками, имеющая шарнирное соединение для равномерной передачи нагрузок на колеса или катки»).

- В соответствии с ГОСТ 27555-87 («Краны грузоподъемные. Термины и определения») данный стандарт устанавливает термины и определения понятий в области краностроения. Термины, определенные в данном ГОСТе, являются стандартизированными терминами, которые также могут использоваться для идентификации исследуемого крана. Практически аналогичные термины содержатся и в ГОСТ 33709.1-2015, также использованном экспертом в своем заключении.

- Приведенные выше определения объективно и обосновано позволяют сделать однозначный вывод о том, что в кране опоры имеются, при этом, опорами крана являются как отдельные колеса (катки), так и конструкции из нескольких колес (тележки ходовые балансирные), т.е. конструктивные элементы мостового крана.

Во всех стандартизированных терминах указанных ГОСТов используемый термин «опора» является частью крана (например, колеса (катки), тележка, опорная стойка (опора) козлового крана), но не подкрановыми рельсами.

- Несмотря на то, что и ГОСТ 27555-87, и ГОСТ 33709.1-2015 дают понимание того, что является опорой крана (в определениях «база крана» «контур опорный», «тележка ходовая балансирная»), эксперт под понятием «опоры крана» принимает понятие «опорная поверхность» - подкрановый рельсовый путь не входящий в конструкцию крана. В свою очередь указанные ГОСТы не содержат стандартизированных терминов, определяющих подкрановые рельсы как опоры крана.

- Область применения ГОСТ Р 56944-2016 и устанавливаемые им требования не характеризуют отнесение подкрановых рельсовых путей к конструктивным элементам непосредственно самого мостового крана, не дают однозначного определения о том, что мостовой кран, двигающийся по рельсам подкрановых путей, является мостовым краном на неподвижных опорах.

Данный стандарт устанавливает исключительно требования к проектированию, изготовлению, монтажу, ремонту и безопасной эксплуатации надземных рельсовых путей, а также требования по обеспечению безопасности при эксплуатации кранов на надземных рельсовых путях.

Согласно ГОСТ Р 56944-2016 «надземный рельсовый путь крановый - рельсовый путь крановый, опирающийся на подкрановые строительные конструкции или подвешенный к ним» (пункт 3.9), «опорные элементы -элементы, воспринимающие крановые нагрузки от рельсов и передающие их на строительные конструкции».

Указанные понятия характеризуют рельсовый путь как неподвижные опорные поверхности, опирающиеся на подкрановые строительные конструкции, т.е. надземный рельсовый путь является инженерно-строительным сооружением - составной частью зданий и сооружений, в которых они эксплуатируются («перемещение крана вдоль подкранового рельсового пути по рельсам КР 120, неподвижно закрепленным на подкрановых строительных конструкциях здания опытно-промышленного корпуса цеха электролиза» (стр.10 заключения)), но не характеризуют и не дают однозначного определения о том, что именно надземный рельсовый путь является конструктивным элементом самого мостового крана и его неподвижной опорой.

- Признак «на неподвижных опорах» содержится только в ТН ВЭД в качестве критерия классификации мостовых кранов в подсубпозиции 8426 11 000 0. В технической литературе, ГОСТах и т.п. указанный термин отсутствует. То есть указанный признак имеет значение исключительно для идентификации товара в таможенных целях и его классификации по ТН ВЭД.

Таким образом, идентификация товаров в таможенных целях имеет определённую специфику.

- В таможенных целях по ТН ВЭД классифицируются именно возимые товары. Все признаки товара, указанные в тексте соответствующей товарной подсубпозиции ТН ВЭД ТС в качестве критериев классификации (в том числе «на неподвижных опорах»), должны относиться непосредственно к ввозимому товару, в отношении которого осуществляется классификация, и не могут быть применены к рельсам, не являющимся конструктивным элементом самого крана (ввозимого товара).

- Неподвижность рельсов в данном случае не может иметь значения для классификации везённого Обществом технологического мостового крана.

Апелляционный суд с данными доводами не согласен.

ТН ВЭД, как один из нормативных актов, составляющих таможенное законодательство, является законодательной основой для таможенного регулирования (правового регулирования отношений, связанных с перемещением товаров через таможенную границу таможенного союза, их перевозкой по единой таможенной территории таможенного союза под таможенным контролем, временным хранением, таможенным декларированием, выпуском и использованием в соответствии с таможенными процедурами, проведением таможенного контроля, уплатой таможенных платежей, а также властных отношений между таможенными органами и лицами, реализующими права владения, пользования и распоряжения указанными товарами).

Однако те вопросы, которые не входят в названную сферу, регулируются нормами иных отраслей права.

Вопросы технического регулирования регулируются специальным законодательством. И именно оно должно применяться для решения таких вопросов.

Апелляционный суд не согласен с утверждением органа о  том, что идентификация товаров в таможенных целях «имеет определённую специфику» - то есть должна производиться только по правилам ТН ВЭД, игнорируя положения иных отраслей.

Таможенное законодательство, как и налоговое, в основе своей должно иметь оценку реальных хозяйственных отношений – в данном случае – действительные технические характеристики товара, с учетом особенностей его функционирования и назначения.

Эксперт в своем заключении использовал положения ГОСТ 27555-87 (много ссылок по тексту), ГОСТ 33709.1-2015 (много ссылок по тексту), ГОСТ Р 56944-2016 (ссылка, например, на стр. 5), ГОСТ 27584-88 (ссылка, например, на стр. 12), ГОСТ 33709.5-2015.

Частью 1 статьи 26 Федерального закона «О техническом регулировании» установлен приоритет действия технических регламентов по сравнению с иными нормативными актами. 15.02.2013 вступил в  силу  межгосударственный Технический регламент Таможенного Союза (решение № 823), которым утвержден перечень отдельных стандартов, необходимых для применения и исполнения Технического регламента, и в этом перечне указан ГОСТ 27584-88.

ГОСТ 27555-87 (ИСО 4306/1-85). Государственный стандарт Союза ССР. Краны грузоподъемные. Термины и определения (введен в действие Постановлением Госстандарта СССР от 24.12.1987 № 4926) закрепляет, что термины, устанавливаемые настоящим стандартом, обязательны для применения во всех видах документации и литературы, входящих в сферу действия стандартизации или использующих результаты этой деятельности.

ГОСТ 33709.1-2015. Межгосударственный стандарт. Краны грузоподъемные. Словарь. Часть 1. Общие положения (введен в действие Приказом Росстандарта от 08.06.2016 № 555-ст) является первой частью серии стандартов «Краны грузоподъемные. Словарь» и устанавливает термины и определения в области краностроения с учетом нормативных положений, содержащихся в международном стандарте ISO 4306-1:2007 Cranes - Vocabulary - Part 1: General (Краны. Словарь. Часть 1. Общие термины).

ГОСТ 33709.5-2015. Межгосударственный стандарт. Краны грузоподъемные. Словарь. Часть 5. Краны мостовые и козловые (введен в действие Приказом Росстандарта от 08.06.2016 № 558-ст)является пятой частью серии стандартов «Краны грузоподъемные. Словарь» и устанавливает термины и определения понятий в области кранов мостовых и козловых с учетом нормативных положений, содержащихся в международном стандарте ISO 4306-5:1994. Cranes - Vocabulary - Part 5: Bridge and Gantry cranes (Краны - Словарь. Часть 5. Общие термины).

Термины, установленные настоящим стандартом, рекомендуется использовать в правовой, нормативной, технической и организационно-распорядительной документации, научной, учебной и справочной литературе.

Если в другом действующем межгосударственном стандарте применены термины, отличные от терминов, которые установлены настоящим стандартом для тех же понятий, то их приведение в соответствие с настоящим стандартом целесообразно осуществлять при очередном обновлении (пересмотре или изменении) другого действующего стандарта. В обоснованных случаях необходимость устранения указанных противоречий может служить основанием для разработки внеочередного изменения другого действующего стандарта.

Термины, установленные настоящим стандартом, рекомендуется использовать в правовой, нормативной, технической и организационно-распорядительной документации, научной, учебной и справочной литературе.

Если в другом действующем межгосударственном стандарте применены термины, отличные от терминов, которые установлены настоящим стандартом для тех же понятий, то их приведение в соответствие с настоящим стандартом целесообразно осуществлять при очередном обновлении (пересмотре или изменении) другого действующего стандарта. В обоснованных случаях необходимость устранения указанных противоречий может служить основанием для разработки внеочередного изменения другого действующего стандарта.

ГОСТ Р 56944-2016. Национальный стандарт Российской Федерации. Краны грузоподъемные. Пути рельсовые крановые надземные. Общие технические условия (утв. и введен в действие Приказом Росстандарта от 01.06.2016 № 463-ст) устанавливает требования к проектированию, изготовлению, монтажу, ремонту и безопасной эксплуатации указанных надземных рельсовых путей, а также требования по обеспечению безопасности при эксплуатации кранов на надземных рельсовых путях.

Существует так же ГОСТ 33171-2014 – при этом ГОСТ 33171-2014. Межгосударственный стандарт. Краны грузоподъемные. Краны металлургические и специальные. Общие технические требования (введен в действие Приказом Росстандарта от 24.06.2015 № 806-ст) применяется на добровольной основе, что следует из Введения к нему.

Таким образом, экспертом в работе использованы все обязательные для применения ГОСТы, в том числе и те, которые разработаны специально для унификации терминологии, используемой в указанной области.

В силу этого заключение эксперта отвечает требованию полноты нормативного обоснования. Указания таможенного органа на то, что в некоторых случаях эксперт ссылается на научные термины, а не на ГОСТы данного вывода не отменяет – потому что ссылки эксперта на научную литературу этим ГОСТам не противоречат.

Таможенный орган указывает, что эксперт не исследовал некоторые из определений, имеющихся в ГОСТах. Вместе с тем, по мнению апелляционного суда, в задачи эксперта входило определение применимой терминологии, а не исключение всех возможных к предложению вариантов применения терминов.

Термины, которые анализирует таможенный орган («Параметры, связанные с подкрановыми путями» (в том числе «Расстояние между осями опор крана, измеренное по его продольной оси», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Параметры, связанные с крановыми путями или положениями крана на площадке установки» (в том числе «Продольное расстояние между осями опор крана (тележки)», «Контур, образуемый горизонтальными проекциями прямых линий, соединяющих вертикальные оси опорных элементов крана (колес или выносных опор)»), «Узлы» («Опорная конструкция, оборудованная колесами или катками, имеющая шарнирное соединение для равномерной передачи нагрузок на колеса или катки»)) приводят к ответу на изучаемые вопросы только путем косвенного толкования их содержания и изображений, в то время как эксперт использует буквальные определения, приведенные в этих актах. В связи с этим апелляционный суд считает доводы налогового органа о том, что выводы эксперта противоречат ГОСТам, не верными.

Так же апелляционный суд не принимает довод органа о том, что эксперт вышел за пределы исследования, поскольку «в таможенных целях по ТН ВЭД классифицируются именно возимые товары. Все признаки товара, указанные в тексте соответствующей товарной подсубпозиции ТН ВЭД ТС в качестве критериев классификации (в том числе «на неподвижных опорах»), должны относиться непосредственно к ввозимому товару, в отношении которого осуществляется классификация, и не могут быть применены к рельсам, не являющимся конструктивным элементом самого крана (ввозимого товара)».

Действительно, как указано в определении Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.02.2018 - «...при таможенном декларировании предоставляются только технические документы - именно они должны быть предметом исследования эксперта. Работоспособность крана в собранном виде и условия его работы не входят в предмет исследования и не могут повлиять на выводы эксперта о технологических особенностях конструкции товара, от которых зависит его классификация при таможенном декларировании».

Апелляционный суд указывает, что данный вывод является частью обоснования того, что «осмотр крана в месте его установки и непосредственной эксплуатации не являлся условием верного проведения экспертизы (общество выдвигает ряд замечаний к работе таможенных органов, связанных с осмотром товара, идентификацией его в месте его монтажа и эксплуатации, обоснованностью использования материалов оперативно-розыскной деятельности; специалисты СФУ тоже на место непосредственной работы крана не выезжали).

Предметом настоящего спора не являются вопросы корректности монтажа, работы или эксплуатации крана; наличия у него недостатков или возможность альтернативного использования».

В соответствии с этим выводом апелляционный суд счел ненужным выезд эксперта в место работы крана, ограничившись передачей ему технических документов.

Вопреки доводам отзыва, приведенная органом цитата не означает, что не найдя в технической документации указания на наличие подвижной опоры крана, эксперт не был вправе принять во внимание условия его монтажа и приспособленность работы крана в конкретных условиях – поскольку именно эти обстоятельства позволяют определить технические характеристики крана как механизма; что и было сделано экспертом.

На основании всего изложенного апелляционный суд не принимает доводы таможенного органа, свидетельствующие о его несогласии с результатами судебной экспертизы.

Кроме того, апелляционный суд  учитывает следующее.

Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое суд оценивает в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.

При этом, согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Помимо заключения эксперта, в пользу правильности позиции общества свидетельствуют и другие обстоятельства.

Апелляционный суд принимает во внимание Меморандум, подготовленный АО «Дентос Юроп».

В разделе «Понимание» точно описан спорный товар – соответственно, данный Меморандум относим к настоящему спору.

Как следует из Меморандума, он является заключением специалистов по вопросу применения норм международного законодательства для целей классификации товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС.

ТК ТС в статье 1 устанавливал, что таможенное регулирование в таможенном союзе осуществляется в соответствии с таможенным законодательством таможенного союза, а в части, не урегулированной таким законодательством, до установления соответствующих правоотношений на уровне таможенного законодательства таможенного союза, - в соответствии с законодательством государств - членов таможенного союза.

В статье 3 ТК ТС указывалось, что таможенное законодательство таможенного союза состоит из настоящего Кодекса; международных договоров государств - членов таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в таможенном союзе;  решений Комиссии таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в таможенном союзе, принимаемых в соответствии с настоящим Кодексом и международными договорами государств - членов таможенного союза.

Единая товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности таможенного союза, согласно статье 50 названного Кодекса, применяется для осуществления мер таможенно-тарифного и нетарифного регулирования внешнеторговой и иных видов внешнеэкономической деятельности; она основывается на Гармонизированной системе описания и кодирования товаров Всемирной таможенной организации и единой Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Содружества Независимых Государств (статья 51) и утверждается Комиссией таможенного союза.

То есть по своей правовой природе ТН ВЭД относится к международным актам – так как выходит за пределы национального законодательства и утверждается органом, не входящим в систему органов власти Российской Федерации, статус которого утвержден международным договором. Данный вывод подтверждается и Определением Верховного Суда РФ от 18.09.2014 № 303-КГ14-900 по делу № А73-14340/2013.

В статье 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  сказано, что арбитражные суды рассматривают дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации и нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, актов органов местного самоуправления.

При этом, как следует из части 4, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, арбитражный суд применяет правила международного договора.

То есть в данном случае арбитражный суд применяет нормы международного права.

Статьей 14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  закреплено, что при применении норм иностранного права арбитражный суд устанавливает содержание этих норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в Министерство юстиции Российской Федерации и иные компетентные органы или организации Российской Федерации и за границей либо привлечь экспертов. Лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм.

Указанный Меморандум является доказательством, подтверждающим содержание норм международного права, и, по мнению общества, должен содействовать суду в установлении содержания норм ТН ВЭД.

То есть Меморандум является допустимым доказательством.

Между тем, из содержания Меморандума следует правильность позиции общества по настоящему спору – по основаниям, подробно в нем изложенным. Компетентность специалистов, дающих заключение, подтверждена представленными к Меморандуму документами.

Так же апелляционный суд учитывает письмо ФТС от 13.12.2017 №06-49/7225, в котором процитировано мнение Секретариата ВТО.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

В силу общепризнанного принципа международного права pacta sunt servanda, нашедшего свое закрепление, в частности, в статье 27 Венской конвенции о праве международных договоров от 23.05.1969, соблюдение действующих договоров предполагает необходимость их добросовестного выполнения.

Международная Конвенция по Гармонизированной системе описания и кодирования товаров (совершена в Брюсселе 14.06.1983, далее - Конвенция) возлагает на Российскую Федерацию как государство - участника данного международного договора обязанность обеспечивать соответствие применяемых таможенно-тарифных и статистических номенклатур Гармонизированной системе (далее также - Гармонизированная система описания и кодирования товаров Всемирной таможенной организации).

Обязательность применения Гармонизированной системы в Российской Федерации, кроме того, вытекает из пункта 2 статьи 25 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014), согласно которому Гармонизированная система описания и кодирования товаров Всемирной таможенной организации является основой ТН ВЭД Евразийского экономического союза.

Применение Гармонизированной системы включает в себя обязательное использование ее Основных правил интерпретации (пункт 1 статьи 3 Конвенции).

Статьи 6 - 7 Конвенции также предусматривают учреждение Комитета по Гармонизированной системе, одной из функций которого является разработка пояснений, классификационных решений и прочих рекомендаций, необходимых для интерпретации Гармонизированной системы. Названные рекомендации, в соответствии со статьей 8 Конвенции, имеют цель обеспечить единообразную интерпретацию и применение Гармонизированной системы, подготавливаются в ходе сессии Комитета по Гармонизированной системе, с участием уполномоченных представителей государств и после своего принятия считаются утвержденными Всемирной таможенной организацией.

Поскольку рекомендации по классификации товаров принимаются Всемирной таможенной организацией в соответствии с полномочиями, возложенными на нее Конвенцией, соблюдение принципа добросовестного исполнения этого международного договора предполагает уважительное отношение к интерпретационным актам (актам официального толкования), исходящим от Комитета по Гармонизированной системе.

С учетом этого в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» указано, что неправильная классификация товара таможенным органом является основанием для вывода о незаконности оспариваемого классификационного решения, и при проверке обоснованности классификационного решения судами могут учитываться рекомендации (разъяснения) по классификации товаров, данные Всемирной таможенной организацией в соответствии со статьей 7 Конвенции, в отношении которых Российская Федерация не заявила об отказе в их применении.

Таким образом, участники внешнеэкономической деятельности имеют правомерные ожидания в отношении того, что осуществляемая в соответствии с Гармонизированной системой классификация товаров, имеющая значение, в том числе, для определения размера таможенных платежей, будет носить объективный, предсказуемый и прозрачный характер, унифицированный в большинстве государств мира, и не будет зависеть от усмотрения таможенных органов, что являлось бы недопустимым в публичных правоотношениях.

С учетом изложенного, как указано в Определении Верховного Суда РФ от 20.09.2017 № 305-КГ17-3138 по делу А40-32818/2016, немотивированный отказ судов учитывать при разрешении спора разъяснения Всемирной таможенной организации, на которые полагалось общество при обращении в таможенный орган, не могут быть признаны правильными.

Как следует из процитированного мнения, «изделия №1 и №2 четко соответствуют описанию субпозиции 8426.11 («краны мостовые на неподвижных опорах»), поэтому они должны быть классифицированы в товарной позиции 8426 (субпозиция 8426.11) путем применения ОПИ 1 и 6.

На приложенном к ответу обращении сфотографированы изделия №1 и №2 –оборудование, аналогичное спорному (установлено в цехе), балки и рельсы опираются на стены, изделия №3 и №4 стоят на открытом воздухе – то есть не имеют отношения к спору – именно их противопоставляет между собой орган.

То есть данное письмо и приведенное в нем мнение Секретариата ВТО подтверждают правильность позиции общества, и учитываются судом.

Письмо от 15.03.2018 №06-82/14224 самостоятельного значения не имеет, так как по содержанию является отсылкой к изученному мнению ВТО.

Вместе с тем апелляционный суд не принимает ссылку общества на предварительное решение Южного таможенного управления, так как данное решение выдано другому хозяйствующему субъекту, сведения о товаре, необходимые для классификации (графа 7) содержат обобщенное описание, определить его относимость к спорному крану не возможно. Тоже самое касается и Классификационного решения, обязательного к исполнению таможенными органами, перевод с немецкого которого представлен в материалы дела в судебном заседании 29.09.2017.

Ссылки общества на письмо ФТС России от 21.02.2017 №06-51/08543 не могут быть приняты апелляционным судом – оно дано в ответ на письмо от 09.02.2017 №15-03-18/0156, которого нет, однако из самого ответа невозможно установить характеристики конкретного товара, которого касался заданный вопрос.  В письме имеется ссылка на исследование от 13.01.2017 №12408090/0467 – в материалах настоящего дела такого исследования не фигурирует, что косвенно свидетельствует о не относимости этого доказательства к спору.

На основании всего вышеизложенного, апелляционный суд приходит к выводу, что общество правильно классифицировало товар по коду 84 26 11 000 0 Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза, утверждённого решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16 июля 2012 года № 54 (далее - ТН ВЭД ТС) «-краны мостовые на неподвижных опорах». Ставка ввозной таможенной пошлины – 0 %.

В таком случае решение Хакасской таможни от 02 марта 2017 года № РКТ-10604000-17/000001 по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС, согласно которому товар – технологический мостовой кран подлежит классификации в товарной подсубпозиции 8426 19 000 0 «-- прочие». Ставка ввозной таможенной пошлины – 5% - не верно, и не верно и решение о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары от 02 марта 2017 года.

То есть требования общества подлежали удовлетворению.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Третий арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Республики Хакасия по настоящему делу принято с нарушением норм материального права, и подлежит отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

При обращении в суд первой инстанции обществом оплачено 6000 рублей государственной пошлины – по 3000 рублей за каждое требование, в том числе 3000 рублей по платежному поручению №2878 от 18.04.2017 и 3000 рублей по платежному поручению №3692 от 15.05.2017.

При подаче апелляционной жалобы обществом оплачено 3000 рублей государственной пошлины по платежному поручению №6321 от 08.08.2017.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче апелляционной жалобы на решение арбитражного суда, государственная пошлина должна составлять 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.  При этом пункт 3 этой же статьи говорит, что при подаче заявлений о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными размер государственной пошлины для организаций - 3000 рублей. Поскольку в данном случае жалоба подана на судебный акт, в котором заявлено неимущественное требование о признании ненормативного правового акта недействительным, размер государственной пошлины должен составлять 1500 рублей.

Остальная часть государственной пошлины должна быть возвращена заявителю на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Поскольку в данном случае решение принято в пользу общества, то его расходы по оплате государственной пошлины подлежат возмещению за счет ответчика, всего 7500 рублей.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «31» июля 2017 года по делу № А74-7005/2017 отменить. Принять новый судебный акт.

Заявленное требование удовлетворить. Решения по классификации товара по ТН ВЭД ЕАЭС от 02 марта 2017 года № РКТ-10604000-17/000001, решения о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары от 02 марта 2017 года признать недействительными.

Взыскать с Хакасской таможни (ИНН 1901015893, ОГРН 1021900533423) в пользу акционерного общества «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод» (ИНН 1902014500, ОГРН 1021900670758) 7500 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Возвратить акционерному обществу «РУСАЛ Саяногорский Алюминиевый Завод» (ИНН 1902014500, ОГРН 1021900670758) 1500 рублей государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению №6321 от 08.08.2017.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

 

Н.А. Морозова

Судьи:

 

Е.В. Севастьянова

 

Д.В. Юдин