АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Дело № А43-2994/2023

г. Нижний Новгород 30 декабря 2025 года

Резолютивная часть определения объявлена 18 декабря 2025 года. Полный текст определения изготовлен 30 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Духана Андрея Борисовича (шифр дела в отделе судьи 39-43/10), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кондауровой В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего ФИО1 (дата рождения: ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Астара, Азербайджан, адрес: 603159, 

<

...>) ФИО2 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, заключенного между ФИО1 и ФИО3, недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу объектов недвижимости,

лица, участвующие в обособленном споре: ФИО3, ФИО1,

при участии:

от финансового управляющего: ФИО4 (по доверенности от 31.10.2023, участвовал в судебном заседании до перерыва 17.12.2025),

от ФИО1: ФИО5 (по доверенности от 26.05.2023, участвовала в судебном заседании до перерыва 17.12.2025),

от ФИО3: ФИО5 (по доверенности от 27.10.2025, участвовала в судебном заседании до перерыва 17.12.2025),

УСТАНОВИЛ:

определением от 06.09.2024 арбитражный суд признал заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) обоснованным, ввел в отношении ФИО1 процедуру реструктуризации долгов, сроком на пять месяцев, утвердил финансовым управляющим имуществом должника ФИО2

Решением арбитражного суда от 27.02.2025 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд 09.07.2025 обратился финансовый управляющий ФИО2 с заявлением, в котором просит суд:

признать недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3;

применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу (в собственность) ФИО1 объектов недвижимого имущества, а именно:

- нежилого здания с кадастровым номером 52:20:1500001:586, площадью 240,8 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Большое Пикино,

ул. Кооперативная, д. 4;

- земельного участка с кадастровым номером 52:20:1500002:1392, площадью 359 +/- 7 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Большое Пикино,

ул. Кооперативная, участок 4;

- земельного участка с кадастровым номером 52:20:2000001:11, площадью 250 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г.о.г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, земельный участок 12А;

- нежилого помещения с кадастровым номером 52:20:2000001:585, площадью 231,2 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, дом 14;

- нежилого здания с кадастровым номером 52:20:2000001:827, пл. 52,9 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, д. 12а.

Кроме того, финансовый управляющий просит взыскать с ФИО3 судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 10.07.2025 заявление принято к производству, судебное заседание назначено на 08.09.2025.

Заявление основано на статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьях 10, 170 ГК РФ и мотивировано тем, что в результате совершения данной сделки причинены убытки кредиторам должника.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.07.2025 заявление принято к производству, судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 08.09.2025.

От ФИО3 05.09.2025 в материалы дела поступил отзыв на заявление, в котором ответчик, ссылаясь на возмездный характер сделки, заявил возражения относительно заявленных финансовым управляющим требований. Так, ФИО3 пояснила, что она осуществляет с 2021 года предпринимательскую деятельность, доход от которой позволяет приобретать различное имущество, в том числе для ведения бизнеса. В подтверждение своего дохода ответчиком представлена налоговая декларация. Также ФИО3, подтверждая свою финансовую возможность, указала на реализацию в 2023 году транспортного средства, которое перешло в ее собственность в порядке наследования.

В материалы дела 08.09.2025 от ФИО1 поступил отзыв на заявление, в котором должник также заявил возражения относительно заявленных финансовым управляющим требований.

Определением суда от 08.09.2025 судебное заседание отложено до 29.09.2025. Указанным определением ФИО1 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

В порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание неоднократно откладывалось с целью представления дополнительных документов и направления запросов.

Из Межрайонной ИФНС России № 19 по Нижегородской области поступили справки о доходах по форме 2-НДФЛ, полученные у налоговых агентов за период с 2021 г. по 2024 г, а также декларация по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2021 г.

От финансового управляющего 28.10.2025 в материалы дела поступили возражения на отзывы ответчиков, в которых указано следующее. Сторонами не представлено

доказательств произведения оплаты в рамках заключенного договора купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022. Факт расходования оплаты по спорному договору должником также не раскрыт.

Заявитель обращает внимание суда на то, что спорная сделка заключена между заинтересованными лицами в короткий срок после взыскания с должника задолженности. Указанное обстоятельство подтверждается определением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.09.2024 по делу № А43-2994/2023. Данные последовательные совместные действия ответчиков, по мнению финансового управляющего, свидетельствуют о причинении ущерба правам и законным интересам кредиторов. Факт причинения ущерба кредиторам и наличие цели в причинении ущерба, а также осведомленность ответчика о такой цели сделки позволяет, по мнению финансового управляющего, также признать ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий отметил, что ФИО3 не представлены доказательства реального наличия денежных средств в размер 13 242 000 руб. Представленная налоговая декларация не раскрывает полученной прибыли от осуществления предпринимательской деятельности, не содержит сведения о несении расходов, связанных с ее осуществлением.

Помимо изложенного в возражениях на отзыв финансовым управляющим обобщены сведения об имеющихся у должника активов с предположительной стоимостью, которые соотнесены с размером предъявленных кредиторами требований. В результате проведенного анализа ФИО2 пришел к выводу о недостаточности имеющегося имущества для осуществления расчетов с кредиторами.

Из ГУ МВД России по Нижегородской области 31.10.2025 поступили сведения о транспортном средстве «Lada Granta».

В материалы дела из филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по Нижегородской области поступили выписки из ЕГРН.

ФИО3 представлен отзыв на исковое заявление, в котором ответчик дополнительно пояснила порядок осуществления оплаты по спорной сделке, согласно которому произведена оплата покупки транспортного средства в размере 743 720 руб. В подтверждение представлены договор и квитанция об оплате; осуществлена передача наличных денежных средств в размере 9 498 280 руб., из которых: 600 000 руб. получены от продажи транспортного средства «Lada Granta», 798 280 руб. являлись собственными сбережениями и 8 100 000 руб. получены ответчиком в результате реализации объекта недвижимости по адресу: г. Бор, сельский поселок Память Парижской Коммуны,

ул. Герцена, 5; оставшиеся 3 000 000 руб. представляли собой кредитные средства.

От финансового управляющего поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов, в котором указано, что в короткий период времени до даты совершения оспариваемой сделки в собственность ФИО3 поступили еще 8 объектов недвижимости. Материальное положение ФИО3 не позволяло ей произвести оплату за приобретение объектов недвижимости одновременно как у сторонних лиц, так и у должника. Кроме того, ФИО3 приобрела у должника транспортное средство «Toyota Land Cruiser 150 (Prada)», 2015 г.в.

Заявитель пояснил, что ФИО3 и ФИО1 являются заинтересованными лицами, ведут совместное хозяйство, воспитывают совместную несовершеннолетнюю дочь, соответственно имеют общий интерес в сохранении полноценного права собственности на спорные объекты недвижимости и недопущении обращения на них взыскания.

В материалы дела 18.12.2025 от ФИО3 поступили возражения, в которых указано на необоснованность доводов финансового управляющего.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал ранее заявленные требования. Представитель ответчиков просил суд отказать в удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в отзывах, возражениях.

Суд, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, изучив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, приходит к выводу, что требования подлежат удовлетворению в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 (продавец) и

ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022 (далее – договор), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество:

- нежилое здание с кадастровым номером 52:20:1500001:586, площадью 240,8 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Большое Пикино,

ул. Кооперативная, д. 4;

- земельный участок с кадастровым номером 52:20:1500002:1392, площадью 359 +/- 7 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Большое Пикино,

ул. Кооперативная, участок 4;

- земельный участок с кадастровым номером 52:20:2000001:11, площадью 250 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г.о.г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, земельный участок 12А;

- нежилое помещение с кадастровым номером 52:20:2000001:585, площадью 231,2 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, дом 14;

- нежилое здание с кадастровым номером 52:20:2000001:827, пл. 52,9 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, д. 12а.

По условиям пункта 3.1. договора общая стоимость недвижимого имущества составляет 13 242 000 руб.

Согласно пункту 3.3. договора покупатель производит оплату общей стоимости недвижимого имущества, указанной в пункте 3.1. договора, не позднее 25.05.2025 в следующем порядке: 4 000 000 руб. в срок не позднее 25.05.2023; 4 000 000 руб. в срок не позднее 25.05.2024; 5 242 000 руб. в срок не позднее 25.05.2025.

В пункте 2 договора указано, что продавец обязуется в день подписания настоящего договора передать покупателю недвижимое имущество.

В соответствии с пунктом 2.3. договора стороны договорились, что акт приема-передачи составляться не будет объекты недвижимости передаются при подписании настоящего договора и путем символического вручения документов.

ПАО «Сбербанк России» 06.02.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) в связи с наличием непогашенной задолженности более трех месяцев на общую сумму

4 345 863 руб. 19 коп.

Определением от 06.09.2024 арбитражный суд признал заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) обоснованным, ввел в отношении ФИО1 процедуру реструктуризации долгов, сроком на пять месяцев, утвердил финансовым управляющим имуществом должника ФИО2

Решением арбитражного суда от 27.02.2025 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд 09.07.2025 обратился финансовый управляющий

ФИО2 с заявлением, в котором просил суд признать вышеуказанный договор

купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, заключенный между

ФИО1 и ФИО3, недействительной сделкой

Как указывает финансовый управляющий, в данном случае оспаривается мнимая, подозрительная, безденежная сделка должника, заключенная между заинтересованными лицами и направленная на вывод имущества. Указанная сделка совершена с намерением причинить вред кредиторам, так как в результате её совершения из собственности должника выбыло недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации с торгов.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по

требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи свидетельствует совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

ФИО3 в отзыве на исковое заявление дополнительно пояснила порядок осуществления оплаты по спорной сделке, согласно которому произведена оплата покупки транспортного средства в размере 743 720 руб. В подтверждение представлены договор и квитанция об оплате; осуществлена передача наличных денежных средств в размере 9 498 280 руб., из которых: 600 000 руб. получены от продажи транспортного средства «Lada Granta», 798 280 руб. являлись собственными сбережениями и

8 100 000 руб. получены ответчиком в результате реализации объекта недвижимости по адресу: г. Бор, сельский 

<

...>; оставшиеся 3 000 000 руб. представляли собой кредитные средства.

Таким образом, основным источником приобретения указанного имущества являются денежные средства, вырученные от продажи реализации объекта недвижимости по адресу: г. Бор, сельский 

<

...>.

В случае ссылки стороны обособленного спора в деле о банкротстве на передачу наличных денежных средств к ней предъявляется стандарт доказывания, установленный в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление № 35), независимо от характера обособленного спора. Кроме того, в случае возложения бремени доказывания на сторону, оспаривающую передачу наличных денежных средств, на нее налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Указанное имущество в виде объекта недвижимости по адресу: г. Бор, сельский 

<

...> реализовано ответчиком

ФИО3 по договору купли-продажи от 09.09.2021 на сумму 8 100 000 руб. Указанное недвижимое имущество приобретено в собственность ФИО3 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 16.08.2021, заключенного с ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие».

Между тем согласно поступившему из Межрайонной ИФНС России № 15 по Нижегородской области регистрационному делу в отношении ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» судом установлены следующее.

ФИО6 приобретена в собственность доля уставного капитала в размере 100% на основании договора от 04.02.2003. Также после приобретения доли в уставном капитале ФИО6 была назначена директором общества. Стоимость доли составляла 100 000 руб.

В свою очередь, решением ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» от 30.08.2012 с ФИО6 сняты полномочия директора. На должность директора ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» назначен ФИО1 Кроме того, должник, заплатив 25 000 руб., принят в состав участков на основании заявления от 28.08.2012. Уставной капитал общества увеличен до 125 000 руб. Размер его доли составил 20%.

Из протокола общего собрания участников от 04.10.2012 следует, что уставной капитал общества увеличен до 320 000 руб. ФИО7, заплатив взнос в размере 195 000 руб., вошла в состав участников общества. В связи с увеличением размера уставной капитал общества распределился следующим образом между участниками: 31,25% - ФИО6; 7,81% – ФИО1; 60,94% - ФИО7

В дальнейшем ФИО6 вышла из состава участников (протокол общего собрания участков от 22.02.2013).

Между тем впоследствии на рассмотрении Арбитражного суда Нижегородской области находилось исковое заявление ФИО6 к ФИО7, ФИО1, ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» о признании права собственности на долю в уставном капитале общества, по результатам рассмотрения которого определением Арбитражного суда Нижегородской области от 26.02.2014 по делу № А43-17882/2013 утверждено мировое соглашение, заключенное между сторонами. По условиям мирового соглашения стороны договорились о том, что истец на доли в уставном капитале общества не претендует, ответчики по настоящему мировому соглашению уплачивают истцу денежные средства в размере 9 061 000 руб. в порядке, установленном мировым соглашением, а право собственности на доли в уставном капитале общества сохраняются за ответчиками в неизменном виде, а именно:

ФИО1 – доля в уставном капитале ООО «Чистоборское ТКП» - 7,81%, ФИО7 – доля в уставном капитале ООО «Чистоборское ТКП» - 60,94%,

ООО «Чистоборское ТКП» - доля в уставном капитале ООО «Чистоборское ТКП» - 31,25%.

Протоколом общего собрания участков от 21.02.2014 распределена доля общества, ранее принадлежавшая ФИО6 По результатам распределения ФИО1 стал обладателем доли в размере 11,36%, ФИО7 – 88,64%.

Из протокола общего собрания участников от 06.12.2018 следует, что уставной капитал общества увеличен до 340 000 руб. ФИО3, заплатив взнос в размере 20 000 руб., вошла в состав участников общества. В связи с увеличением размера уставной капитал общества распределился следующим образом между участниками: 83,43% - ФИО7; 10,69% – ФИО1; 5,88% - ФИО3

ФИО7 и ФИО1 24.12.2018 направили заявления участника общества о выходе из общества. В связи с поступлением указанных заявлений доля в размере 94,12% перешла обществу и распределена оставшемуся участнику

ФИО3 (протокол общего собрания участников от 24.12.2018).

При этом суд отмечает, что из договора купли-продажи недвижимого имущества от 16.08.2021 следует, что в собственности ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» на основании договора купли-продажи от 22.10.2008 находился ликвидный объект недвижимости - нежилое помещение по адресу: г. Бор, сельский 

<

...>.

Факт выплаты ФИО6 по условиям вышеуказанного мирового соглашения денежных средств в размере 9 061 000 руб. обусловлен, в том числе наличием в обществе вышеуказанного ликвидного объекта недвижимости. В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 не отрицала данное обстоятельство.

Таким образом, ФИО6 в связи с выходом из состава участков общества полагалось 9 061 000 руб. Вместе с тем ФИО3 фактически стала единственным участком общества, внеся лишь взнос в размере 20 000 руб. При этом доказательств осуществления вышедшим участникам общества (ФИО1 и ФИО7) какой-либо компенсации не представлено. Отсутствие произведения каких-либо выплат подтверждено представителем ФИО3 в судебном заседании.

Между тем суд, руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве, приходит к выводу, что стороны оспариваемой сделки находились между собой в отношениях фактической аффилированности.

Аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказать влияние на деятельность юридических или физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Согласно представленному ответу ГУ ЗАГС по Нижегородской области от 28.10.2024 ФИО1 и ФИО3 являются родителями несовершеннолетней

дочери ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Согласно пояснениям должника стороны оспариваемой сделки ведут совместное хозяйство и проживают по одному адресу.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии фактической аффилированности между ФИО3 и ФИО1

В этой связи ответчик ФИО3, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, стала обладателем 100% доли в уставном капитале

ООО «Чистоборское торгово-коммерческое предприятие» за 20 000 руб.

Вместе с тем следует учитывать, что в схожий период, а именно: с 21.06.2021 по 02.06.2022, ФИО3 приобрела в собственность еще 8 объектов недвижимости:

нежилое здание с кадастровым номером 52:20:1700007:1082; нежилое здание с кадастровым номером 52:20:1400013::1077; нежилое здание с кадастровым номером 52:20:2000001:1397; нежилое здание с кадастровым номером 52:20:1600008:487;

земельный участок с кадастровым номером 52:20:1400013:147; земельный участок с кадастровым номером 52:20:1700007:614; земельный участок с кадастровым номером 52:20:1600010:685; земельный участок с кадастровым номером 52:20:1600010:684.

Совокупная кадастровая стоимость указанных объектов недвижимости составляет 18 701 064 руб. 48 коп.

Кроме того, 26.01.2021 должник продал ФИО3 транспортное средство «Toyota Land Cruiser 150 (Prada)», 2015 г.в.

При этом иных источников, помимо указанных ранее, ответчиком ФИО3 не раскрыто.

Согласно поступившим сведениям о доходах по форме 2-НДФЛ общая сумма дохода ФИО3 в 2021 году составляла 153 600 руб., в 2022 году – 176 600 руб., в 2023 году – 179 300 руб., в 2024 году – 231 600 руб.

Проанализировав вышеперечисленные нормы права в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, с учетом приобретения в небольшой промежуток времени вышеперечисленного имущества, суд приходит к выводу, что у ФИО3 отсутствовала финансовая возможность для покупки спорных объектов недвижимости у ФИО1 на общую сумму 13 242 000 руб.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание отсутствие в материалах дела надлежащих документальных и иных доказательств наличия у ФИО3 финансовой возможности приобрести объекты недвижимости, а также доказательств передачи денежных средств ФИО1 по оспариваемому договору купли-продажи, суд пришел к выводу о недоказанности в данном случае предусмотренных пунктом 26 Постановления № 35 условий для признания факта оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Использование формальных правовых механизмов для достижения результата, который сторонами сделки не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления правом, которое не может быть признано добросовестным поведением участников гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 ГК РФ).

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд - оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65 и 71 АПК РФ).

В рассматриваемом случае волеизъявление сторон оспариваемой сделки не совпадает с реальной целью мнимой сделки, поскольку ФИО3 и должник при заключении договора не предполагали реальной передачи титула к приобретателю, намереваясь сохранить имущество за должником (в сфере его хозяйственного господства и контроля через ФИО3) и одновременно избежать обращения взыскания на него.

Экономическая целесообразность совершения приведенных действий с имуществом должника не раскрыта. Согласно пояснениям должника документы, подтверждающие расходование денежных средств, полученных в результате совершения оспариваемой сделки, отсутствуют.

Установленные по делу фактические обстоятельства, свидетельствуют о том, что ФИО1 совместно с ФИО3, предприняли превентивные меры по выводу ликвидного имущества путем оформления рассматриваемой сделки.

Учитывая обстоятельства дела, действия ФИО1 по отчуждению своего имущества в период спора совершены со злоупотреблением правом, поскольку они очевидно направлены на создание препятствий в возвращении имущества в конкурсную массу должника. При этом передача имущества в собственность сожительницы свидетельствует о мнимости сделки, поскольку не преследовала цели создания соответствующих правовых последствий, а имущество фактически осталось во владении самого должника.

Проанализировав представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая отсутствия доказательств оплаты по договору, наличие признаков фактической аффилированности, суд приходит к выводу о мнимости сделки по договору купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, поскольку возникшие между сторонами правоотношения только формально имели гражданско-правовую природу, их возникновение и существование было бы невозможной, если бы ФИО3 не была заинтересованным лицом.

В соответствии с пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка - договор купли-продажи недвижимого имущества совершен 26.05.2022, заявление о признании должника банкротом принято к производству 13.02.2023, т.е. сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера

имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 7 вышеуказанного постановления в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Наличие признаков фактической аффилированности между ФИО1 и ФИО3 судом установлено.

В силу абз. 34 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем, доказывание цели причинения вреда кредиторам возможно и в отсутствие признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении экономической коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Суд также принимает во внимание, что определением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.09.2024 по настоящему делу о банкротстве в реестр требований кредиторов должника включены требования ПАО «Сбербанк России» в сумме 5 077 608 руб. 69 коп. Установлена следующая очередность погашения требований:

5 036 984 руб. 49 коп. – требования кредиторов третьей очереди; 40 624 руб. 20 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов.

Требования ПАО «Сбербанк России» основаны на ненадлежащем исполнении должником обязательств по кредитным договорам, обязательства по исполнению которых приняты ФИО1 до даты оспариваемого договора.

В этой связи на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России», впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника, что дополнительно свидетельствует о признаках неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки.

Довод относительно достаточно имеющегося имущества в собственности должника для осуществления расчетов с кредиторами подлежит отклонению в силу следующего.

В возражениях на отзыв финансовым управляющим обобщены сведения об имеющихся у должника активов с предположительной стоимостью, которые соотнесены с размером предъявленных кредиторами требований. В результате проведенного анализа ФИО2 установил, что предположительная стоимость имеющихся активов у должника составляет 6 265 500 руб. При этом размер неисполненных обязательств

должника составляет 11 398 464 руб. 67 коп. Таким образом, суд соглашается с финансовым управляющим о недостаточности имеющегося имущества для осуществления расчетов с кредиторами.

При установленных судом фактических обстоятельствах настоящего обособленного спора: совершение оспариваемых сделок последовательно в течение короткого промежутка времени, аффилированными лицами; в неполучении должником встречного исполнения, при этом формально спорное имущество выбыло из его владения и на него не могут обратить взыскание кредиторы, в то же время имущество продолжает оставаться в кругу его семьи, он и ФИО3 (сожительница и мать их совместного ребенка) сохранили контроль над проданным имуществом и имеют возможность им пользоваться; в отсутствие экономической и иной целесообразности заключения оспариваемых сделок, суд приходит к выводу о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для признания недействительными всех оспариваемых сделок, фактически направленных на вывод актива должника в пользу заинтересованного лица как по общегражданским основаниям пункта 2 статьи 170 ГК РФ, так и по специальным банкротным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Намерения сторон были направлены на оставление такого имущества в кругу семьи и сохранения за ним контроля, то есть, совершены безвозмездно, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и в результате совершения сделок такой вред был причинен.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Последствия признания недействительной сделки должника установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве, в силу которой все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения (пункт 1 указанной нормы).

В качестве применения последствий недействительности сделки кредитор просит вернуть объекты недвижимости в конкурсную массу.

В связи с тем, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, заключенные между ФИО1 и ФИО3, признан судом недействительными, спорные объекты недвижимости подлежат возврату в конкурную массу должника.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 110, 184-186, 188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

заявление финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 26.05.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника следующее недвижимое имущество:

нежилое здание площадью 240,8 кв.м. с кадастровым номером 52:20:1500001:586,

расположенное по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, 

<

...>;

земельный участок площадью 359 +/- 7 кв.м. с кадастровым номером 52:20:1500002:1392, расположенный по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Большое Пикино, ул. Кооперативная, участок 4;

земельный участок площадью 250 кв.м. с кадастровым номером 52:20:2000001:11, расположенный по адресу: Нижегородская обл., г.о.г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, земельный участок 12А;

нежилое помещение площадью 231, 2 кв.м. с кадастровым номером 52:20:2000001:585, расположенное по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, дом 14;

нежилое здание площадью 52,9 кв.м. с кадастровым номером 52:20:2000001:827, расположенное по адресу: Нижегородская обл., г. Бор, п. Чистое Борское (Редькинский с/с), ул. Октябрьская, д. 12а.

Исполнительный лист выдать после вступления определения в законную силу по заявлению взыскателя.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 7500 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления определения в законную силу.

Определение может быть обжаловано в течение месяца со дня его вынесения в Первый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Нижегородской области.

Судья А.Б. Духан