СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                               Дело № А27-3473/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2018 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 29 марта 2018 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд 

в составе: председательствующего Фроловой Н.Н.,

судей Иванова О.А., Логачева К.Д., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Винник А.С. с использованием средств аудиозаписи,

при участии:

от ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова»: ФИО1, доверенность от 01.03.2016, ФИО2, доверенность от 27.10.2017, 

от иных лиц: не явились (извещены),

рассмотрев апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Строительная компания» ФИО3 (рег. № 07АП-10488/15 (14)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18 декабря 2017 года (судья Дорофеева Ю.В.) по делу № А27-3473/2015 о несостоятельности (банкротстве) ликвидируемого должника – общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, город Новокузнецк) по заявлениям ФИО4, город Новокузнецк, ФИО5, город Новокузнецк, ФИО6, город Новокузнецк, ФИО7, город Новокузнецк, ФИО8, город Новокузнецк, ФИО9, город Прокопьевск, ФИО10, город Новокузнецк, ФИО11, город Новокузнецк, ФИО12, город Новокузнецк, ФИО13, город Новокузнецк, ФИО14, город Новокузнецк, ФИО15, город Новокузнецк, ФИО16, город Новокузнецк, ФИО17, город Новокузнецк, ФИО18, город Новокузнецк, ФИО19, город Новокузнецк, ФИО20, город Новокузнецк, ФИО21, город Новокузнецк, ФИО22, горд Новокузнецк, ФИО23, город Новокузнецк, ФИО24, город Новокузнецк, ФИО25, город Новокузнецк, ФИО26, город Новокузнецк, ФИО27, город Новокузнецк, ФИО28, город Новокузнецк, ФИО29, город Новокузнецк, ФИО30, город Новокузнецк, ФИО31, город Новокузнецк, ФИО32, город Новокузнецк, ФИО33, город Новокузнецк, ФИО34, город Новокузнецк, ФИО35, город Новокузнецк, ФИО36, город Новокузнецк, ФИО37, город Новокузнецк, ФИО38, город Новокузнецк, ФИО39, город Новокузнецк, ФИО40, город Новокузнецк, ФИО41, город Новокузнецк, ФИО42, город Новокузнецк, ФИО43, город Новокузнецк, ФИО44, город Новокузнецк, ФИО45, город Новокузнецк, ФИО46, город Новокузнецк, ФИО47, город Новокузнецк, ФИО48, город Новокузнецк, ФИО49, город Новокузнецк, конкурсного управляющего ООО «Строительная компания» ФИО3,

к ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова», ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, город Новокузнецк о признании недействительными сделок, и применении последствия их недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Кемеровской области 13 мая 2015 года (полный текст решения изготовлен 20 мая 2015 года) признал ликвидируемого должника - общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания» (далее - ООО «СК», должник) несостоятельным (банкротом), открыл конкурсное производство сроком на шесть месяцев, судебное разбирательство по отчету о результатах проведения процедуры назначил на 27 октября 2015 года. Конкурсным управляющим утвердил ФИО50. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30 мая 2015 года № 94.

Определением суда от 22 августа 2017 года арбитражный управляющий ФИО50 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «СК».

22 августа 2017 года конкурсным управляющим должника утверждён ФИО3.

Процедура конкурсного производства продлена сроком на шесть месяцев. Судебное разбирательство по отчету конкурсного управляющего назначено в судебном заседании 11 декабря 2017 года.

Конкурсные кредиторы 29 мая 2017 года обратились в арбитражный суд с заявлением о признании на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительной сделкой договора инвестирования строительства жилого дома №05/24 от 01 ноября 2014 года, заключенного между ООО «СК» (ранее ООО «Новокузнецкий ДСК» им. А.В. Косилова) (застройщик) и ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косинова», город Новокузнецк ИНН 

<

***> (далее - ответчик). 

В качестве последствий недействительности сделки кредиторы просят признать прекращенными права требования ответчика к должнику на сумму 128 939 000 руб.

Определением от 05 июня 2017 года заявление принято к производству.

Конкурсный управляющий 29 сентября 2017 года обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой уведомления ответчика от 31 декабря 2014 года о проведении зачета взаимных требований между должником и ответчиком на сумму 897 600 рублей. 

В качестве последствий недействительности сделки управляющий полагает необходимым восстановить задолженность ответчика перед должником по договору купли-продажи квартиры № 2 по адресу 

<

...> в сумме 897 600 рублей.

Определением от 10 октября 2017 года заявление управляющего принято к производству, его рассмотрение на основании статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объединено с заявлением конкурсных кредиторов для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18 декабря 2017 года суд отказал в удовлетворении заявления конкурсных кредиторов ООО «Строительная компания» о признании недействительной сделкой договор инвестирования строительства жилого дома № 05/24 от 01 ноября 2014 года. Отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Строительная компания» о признании    недействительной сделкой уведомление ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова» о проведении зачета взаимных требований между ООО «Новокузнецкий домостроительный комбинат им. А.В. Косилова» (ООО «Строительная компания») и ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова» на сумму 897 600 рублей.

С определением суда от 18 декабря 2017 года не согласился конкурсный управляющий ООО «Строительная компания» ФИО3, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Указав, что имеются основания, содержащиеся в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве для признания недействительной сделкой зачет взаимных требований от 31 декабря 2014 года на сумму 897 600 рублей. Заявление о зачете является недействительной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова» представило в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность доводов, изложенных в ней. Указав, что отсутствуют обстоятельства позволяющие признать спорную сделку, недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как сделку, в результате совершения которой был причинен имущественный вред кредиторам. Относительно требования конкурсного управляющего о признании заявления о зачете ООО «НДСК» им. А.В. Косилова по договору купли-продажи квартиры №2 по адресу: 

<

...> недействительной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации даны разъяснения в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах".

В судебном заседании представители ООО «Новокузнецкая домостроительная компания им. А.В. Косилова» с апелляционной жалобой не согласились по основаниям, изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об  отсутствии оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 01 ноября 2014 года между должником (застройщик) и ответчиком (инвестор) заключен договор № 05/24 инвестирования строительства жилого дома, по условиям которого должник обязуется выполнить работы по строительству и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать инвестору финансовый результат - 108 квартир с внутренней отделкой, расположенных в девятиэтажном жилом доме общей площадью 4 959,18 кв.м (данные проектные), расположенном по адресу: Россия, Кемеровская область, город Новокузнецк, Новоильинский район, микрорайон 24, жилой дом № 5, а инвестор профинансировать строительство объекта и принять финансовый результат в срок, установленный в пункте 1.3 договора.

В соответствии с пунктом 1.4 инвестор обязуется профинансировать строительство объекта на сумму 128 939 000 рублей.

В пункте 2.2 договора стороны согласовали, что сумма договора оплачивается инвестором на расчетный счет застройщика в срок до 31 декабря 2015 года либо иным способом, не запрещенным действующим законодательством Российской Федерации.

Финансирование строительства осуществлено посредством прекращения взаимных обязательств сторон на сумму 128 939 000 рублей на основании уведомления о проведении зачета взаимных требований от 03 ноября 2014 года. 

По условиям зачета прекратились обязательства должника перед ответчиком по выплате чистой прибыли, распределенной общим собранием учредителей от 02 октября 2014 года, 31 декабря 2014 года  перед  ФИО51;  также  прекратились  обязательства  ответчика  перед должником по договору инвестирования строительства жилого дома № 05/24 от 01 ноября 2014 года.

Соглашением от 19 декабря 2014 года стороны расторгли договор инвестирования, согласовав, что сумма в размере 128 939 000 рублей возвращается должником ответчику путем перечисления на расчетный счет ответчика. По соглашению сторон возможна иная форма расчетов, в том числе зачетом встречных обязательств (при наличии).

На основании уведомления от 31 декабря 2014 года стороны зачли взаимные права требования на общую сумму 897 600 рублей. 

Исходя из условий уведомления, прекратились обязательства должника перед ответчиком по соглашению о расторжении договора инвестирования от 19 декабря 2014 года, обязательства ответчика перед должником по уплате стоимости квартиры № 2 по ул. Братьев Сизых, 12 по договору купли-продажи от 31 декабря 2014 года.

Конкурсные кредиторы, обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, указали на отсутствие финансовой необходимости привлечения 01 ноября 2014 года инвестора для строительства дома, поскольку строительство многоквартирного дома началось задолго до подписания спорного договора и до создания ответчика (31 октября 2014 года). Договор инвестирования является мнимой сделкой, направленной на вывод активов должника ответчику, исключительно на создание искусственной кредиторской задолженности должника перед ответчиком, которая из требований, вытекающих из участия в обществе (выплата дивидендов), посредством спорной сделки трансформировались в требования третьей очереди (задолженность по соглашению о расторжении договора инвестирования). Ответчик с помощью искусственно созданной задолженности посредством взаимозачетов расплачивался по заключенным договорам купли-продажи и получал ликвидное имущество должника.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, указал, что оспаривает зачет взаимных требований между сторонами на сумму 897 600 рублей как подозрительную сделку по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. По мнению конкурсного управляющего, на момент совершения спорной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Через месяц после зачета взаимных требований участниками должника принято решение о добровольной ликвидации общества, ликвидатором подано заявление о признании должника банкротом (дело №А27-1479/2015), заявление мотивировано тем, что при проведении ликвидации должника установлена невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме. Вступившим в силу определением от 10 октября 2016 года по настоящему делу установлено, что на 30 декабря 2014 года должник отвечал признаку неплатежеспособности, так как имелись неисполненные обязательства перед ООО «Водоканал», ООО «Стройизыскания», ООО «Титан». Спорная сделка совершена с заинтересованным лицом с целью причинения вреда кредиторам должника. Вторая сторона сделки, являясь к должнику заинтересованным лицом, знала о такой цели. Также управляющий указывает на то, что в результате совершенной сделки ответчику оказано предпочтение по удовлетворению его требований, что является основанием для признания сделки недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. Кроме того, заявитель полагает, что спорный зачет не состоялся, так как им были прекращены обязательства с не наступившим сроком исполнения - срок исполнения обязательств по оплате квартиры по условиям договора купли-продажи от 31 декабря 2014 года наступил 31 марта 2015 года.

Суд первой инстанции, отказывая конкурсному управляющему и кредиторам в удовлетворении заявлений, исходил из того, что оснований, содержащихся в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве для признания недействительной сделкой зачет взаимных требований от 31 декабря 2014 года на сумму 897 600 рублей, не установлено. Договор инвестирования строительства не отвечает признакам мнимой сделки.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо

скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 года N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника

к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления N 63).

           Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 10 марта 2015 года, оспариваемая сделка совершена должником 31 декабря 2014 года, то есть, в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Материалами дела подтверждается, что ответчик и должник в силу статьи 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными лицами, поскольку единственный участник и директор ответчика (ФИО51) на момент совершения спорной сделки являлась мажоритарным участником должника и его единоличным исполнительным органом.

Между тем, доказательств, подтверждающих наличие признаков недостаточности имущества должника в момент совершения сделок, не представлено.

Конкурсный управляющий, обосновывая довод о наличии по состоянию на 31 декабря 2014 года признака недостаточности имущества, сослался на данные бухгалтерского баланса должника за 2014 год.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Под недостаточностью имущества должника Закон о банкротстве подразумевает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 15 Федерального закона «О бухгалтерском учете» отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, является обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что определение наличия признака недостаточности имущества должника по данным бухгалтерского баланса за 2014 год, составленного уже с учетом операций по спорной сделке, является неправильным.

Кроме того, согласно бухгалтерскому балансу должника за 2014 года стоимость активов составила 187 179 тыс., размер кредиторской задолженности - 177 179 тыс. руб., то есть, довод конкурсного управляющего о признаке недостаточности имущества по состоянию на 31 декабря 2014 года, опровергается данными указанного бухгалтерского баланса должника.

Из материалов дела следует, что по данным бухгалтерского баланса должника за 2013 год (году, предшествующему заключению спорной сделки) стоимость активов также превышала размер кредиторской задолженности - 3 386 327 тыс. руб. над 1 894 573 тыс.руб., что, как правомерно указано судом первой инстанции, свидетельствует об отсутствии на дату совершения сделки признака недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий, обосновывая наличие по состоянию на 31 декабря 2014 года признака неплатежеспособности, сослался на принятие 28 января 2015 года решения о ликвидации общества и обращения ликвидатора в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в котором указано, что в ходе добровольной ликвидации установлена невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме. Также управляющий ссылался на вступившее в силу определение суда по настоящему делу от 10 октября 2016 года, которым по состоянию на 30 декабря 2015 года установлен признак неплатежеспособности должника.

Однако вступившим в силу определением от 12 июля 2017 года по настоящему делу установлено отсутствие по состоянию на 31 декабря 2015 года у должника признака неплатежеспособности и дана оценка наличию на эту дату обязательств перед иными кредиторами, в том числе, ООО «Водоканал», ООО «Стройизыскания», ООО «Титан», а также перед физическими лицами.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции,  о том, что, исходя из совокупности обстоятельств дела, конкурсный управляющий не доказал все условия для признания сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Спорная сделка совершена 31 декабря 2014 года, то есть за пределами месячного срока до возбуждения производства по делу – 10 марта 2015 года.

            Отсутствие у должника по состоянию на 31 декабря 2014 года – дату совершения сделки, а также после её совершения признака неплатежеспособности исключает признание спорных сделок недействительными на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, как совершенной с преимущественным удовлетворением требований ответчика.

На основании изложенного, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, не установив оснований, содержащихся в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве для признания недействительной сделкой зачет взаимных требований от 31 декабря 2014 года на сумму 897 600 рублей, обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборот.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон. 

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 N 17020/10 указано, что положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

Следовательно, при признании сделки недействительной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны представить доказательства, свидетельствующие, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех гражданско-правовых последствий, которые наступают в ходе исполнения сделки. 

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований, поскольку сам факт совершения оспариваемой сделки свидетельствует не только о намерении, но и о создании реальных правовых последствий между сторонами. 

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи статья 1 Федеральный закон от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" инвестиции - денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

По условиям договора инвестирования строительства жилого дома № 05/24 от 01 ноября 2014 года (пункт 2.2), уведомления о зачете взаимных требований от 03 ноября 2014 года в качестве инвестиций использованы права требования, что не противоречит Федеральному закону "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений". 

В результате произведенного зачета от 03 ноября 2014 года должник был освобожден от обязательств по выплате дивидендов ответчику, следовательно, приобрел возможность направления средств, подлежащих выплате в качестве дивидендов, на строительство жилого дома по спорному договору инвестирования.

Согласно материалам дела, должник как юридическое лицо создан 2003 году, о чем 16 июля 2003 года в единый государственный реестр (далее - ЕГРЮЛ) внесена соответствующая запись. Участниками должника являются ФИО51 (доля участия 96% уставного капитала), ФИО52 (доля участия 4% уставного капитала).

Из анализа финансового состояния должника следует, что должник являлся предприятием с полным циклом строительных работ. Главная продукция - сборные десятиэтажные и девятиэтажные жилые дома. Должник осуществлял строительство для Федеральной программы государственного учреждения реструктуризации шахт (ГУРШ) по заказу Администрации Кемеровской области.

Согласно ЕГРЮЛ запись о создании ответчика внесена в реестр 31 октября 2014 года. Единственным участником и единоличным исполнительным органом ответчика является ФИО51. Основной вид деятельности - строительство жилых и нежилых зданий.

01 ноября 2014 года ответчик заключает с ОАО «Новокузнецкий завод резервуарных металлоконструкций имени Н.Е. Крюкова» соглашение о намерении заключить договор купли-продажи квартир, расположенных в многоквартирном жилом доме по адресу: г. Новокузнецк, Новоильинский район, микрорайон 24, жилой дом 5.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что ответчик, заключая с должником спорный договор инвестирования, намеревался в дальнейшем реализовать полученные от должника по этому договору квартиры третьему лицу - ОАО    «Новокузнецкий завод резервуарных металлоконструкций имени Н.Е. Крюкова», является обоснованным.

Данное обстоятельство свидетельствует о действительности намерения ответчика при заключении спорной сделки.

Кроме того, 12 ноября 2014 года ответчик заключает с ООО ЧОП «Медведь-НК» договор № 57 по охране общественного порядка, по условиям которого ООО ЧПО «Медведь-НК» принимает на себя обязательства по контролю объектов капитального строительства, помещений и материальных ценностей, расположенных по адресу (строительному): г. Новокузнецк, Новоильинский район, микрорайон 24, многоквартирный жилой дом № 5, многоквартирный жилом № 8, что также подтверждает действительность намерения ответчика по созданию правовых последствий заключения оспариваемого договора инвестирования.  

В материалы дела представлено платежное поручение № 5421 от 14 декабря 2016 года об оплате оказанных ООО ЧОП «Медведь-НК» услуг за ноябрь, декабрь 2014 года.

В подтверждение того обстоятельства, что строительство жилого дома по адресу: г. Новокузнецк, Новоильинский район, микрорайон 24, жилой дом 5 на 01 ноября 2014 года приостановлено в связи с необходимостью привлечения инвестиций, ответчик представил копии приказов Инспекции государственного строительного надзора Кемеровской области «Об утверждении программы проверок при строительстве объектов». 

Согласно приказу от 22 мая 2014 года № 167/02-ОС утверждена программа проведения проверок строительства этого жилого дома. В соответствии с представленной программой проверок они должны были быть проведены 19 ноября 2014 года, 28 апреля 2015 года, 26 мая 2015 года в июне 2015 года. 

При этом согласно графику строительства жилого дома от 19 мая 2014 года работы по строительству должны выполняться с мая 2014 года по июнь 2015 года.

Приказом от 14 октября 2014 года № 463/02-ОС Инспекцией государственного строительного надзора Кемеровской области утверждена откорректированная программа проведения проверок № 2. В соответствии с программой проверок, утвержденной этим приказом, проверка наружных сетей тепло-, водо-, энергоснабжения, канализации должна состоятся с 12 по 13 мая 2015 года, внутренняя отделка квартир и мест общего пользования - с 02 по 03 сентября 2015 года. Согласно графику строительства жилого дома от 23 сентября 2014 года в период с сентября 2014 года по февраль 2015 года строительных работ не предполагалось.

Суд первой инстанции, установив вышеприведенные обстоятельства, обоснованно пришел к выводу о том, что по состоянию на октябрь 2014 года строительные работы жилого дома № 5 силами должника не осуществлялись. 

Доказательств, опровергающих данный вывод суда первой инстанции, не представлено.

Из материалов дела следует, что после заключения оспариваемого договора инвестирования (01 ноября 2014 года) в ноябре, и декабре 2014 года на строительном объекте проведены работы, связанные со строительством наружных водопроводов.

Данное обстоятельство подтверждается Актами освидетельствования скрытых работ № 1, № 9 от 12 ноября 2014 года, № 2 от 14 ноября 2014 года, № 10 от 17 ноября 2014 года, № 3 от 20 ноября 2014 года, № 11 от 21 ноября 2014 года, № 12 от 05 декабря 2014 года, № 4 от 09 декабря 2014 года, № 5, № 13 от 10 декабря 2014 года, № 14 от 12 декабря 2014 года, № 6 от 14 декабря 2014 года, № 7, № 8,№ 15, № 16 от 16 декабря 2014 года.

Обосновывая причины расторжения договора инвестирования, ответчик указал на выполнение работ по строительству с низким качеством, что не устраивало ответчика инвестора. 

В обоснование данных доводов в материалы дела был представлен приказ № 307 т 14 ноября 2014 года «О проведении обследования объектов капитального строительства», которым в целях контроля качества выполнения строительно-технических работ на объектах капитального строительства многоквартирных жилых домов № 5, № 8 микрорайона 24 Новоильинского района сформирована комиссия, перед которой поставлена задача в срок не позднее 30 ноября 2014 года доложить о результатах проверки.

По результатам проверки управляющий директор должника был уведомлен о выявленных недостатках строительства и установлен срок для их устранения (10 декабря 2014 года) с последующим расторжением договоров в случае невыполнения таких требований.

Из пояснений ответчика следует, что в связи с не устранением выявленных недостатков в установленный срок (до 10 декабря 2014 года), инвестиционный договор № 05/24 от 01 ноября 2014 года был расторгнут соглашением от 19 декабря 2014 года.

Обстоятельства некачественного выполнения должником строительных работ по возвещению многоквартирных домов подтверждаются реестром требований кредиторов должника, в который включены требования собственников жилых помещений в многоквартирных домах, построенных должником, представляющие собой стоимость устранения недостатков.

Изложенные обстоятельства подтверждены материалами дела.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что трансформация требований по выплате дивидендов, право требования которых перешло к ответчику от ФИО51 по договору уступки прав требования от 03 ноября 2014 года, не свидетельствует о мнимости договора инвестирования.

Довод подателя жалобы о том, что заявление о зачете является недействительной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции отклоняется за необоснованностью.

При отсутствии соглашения о расторжении договора инвестирования, права требования дивидендом могли быть направлены на зачет взаимных требований, как самостоятельные обязательства, так как статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательства зачетом не запрещает сторонам заключить соглашение о прекращении неоднородных обязательств.

  Соответствующая правовая позиция изложена в абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", согласно которой нормы статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие предпосылки прекращения обязательства односторонним заявлением о зачете, не означают запрета соглашения договаривающихся сторон о прекращении неоднородных обязательств или обязательств с не наступившими сроками исполнения и т.п..

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства намерения должника по состоянию на дату заключения договора № 05/24 от 01 ноября 2014 года инвестирования строительства жилого дома обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, в ходе которого требования участника по выплате дивидендов подлежали бы удовлетворению в порядке пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве, что подтверждало бы довод кредиторов, управляющего о действиях должника, ответчика исключительно в интересах ответчика без учета интересов третьих лиц. 

Доказательств наличия в производстве арбитражного суда заявлений кредиторов о признании банкротом представлено не было. 

Решения общих собраний участников о распределении чистой прибыли недействительными не признаны.

Поскольку иных доказательств мнимости договора № 05/24 от 01 ноября 2014 года инвестирования строительства жилого дома ни кредиторы, ни управляющий не представили, суд первой инстанции, обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки мнимой по смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод конкурсного управляющего о том, что обязанность ответчика по оплате договора купли-продажи на 31 декабря 2014 года не наступила, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку противоречит содержанию указанной сделки.

Так, согласно абзацу первому статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. 

В соответствии с пунктом 4.1 договора купли-продажи определено, что он вступает в силу с даты его подписания. 

Расчет между ответчиком и должником производится в следующем порядке: до 31 марта 2015 года путем их перечисления на расчетный счет должника либо иным способом, не запрещенным законодательством (пункт 2.1 договора).

Спорный зачет совершен 31 декабря 2014 года.

В соответствии с пунктом 1.7 договора купли-продажи на дату подписания договора квартира передана ответчику, договор имеет силу акта приема-передачи.

Таким образом, из буквального толкования договора купли-продажи в дату его подписания взаимные обязательства сторон, вытекающие из договора, наступили, в том числе, и наступила обязанность по его оплате. 

31 марта 2015 года является пресекательным сроком, который отличен от даты, с которой договор купли-продажи связывает наступление обязанности уплаты.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271                    Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18 декабря 2017 года по делу № А27-3473/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Строительная компания» ФИО3 – без удовлетворения.   

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть                     обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение месяца               путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции. 

Председательствующий  Н.Н. Фролова 

           Судьи                          О.А. Иванов

                                                                                                            К.Д. Логачев