СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7492/2021(7)-АК

Дело № А60-44851/2020

01 марта 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 01 марта 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Зарифуллиной Л.М., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

финансового управляющего ФИО2 (паспорт),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 10 января 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления ФИО4 о признании обязательств перед кредитором, основанных на договоре поручительства по кредитному договору от 13.05.2019 №1-1200-19-007, общим обязательством супругов ФИО5 и ФИО6,

вынесенное в рамках дела № А60-44851/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5  (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),

установил:

07.09.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Реминвест» (далее – общество «Реминвест») о признании ФИО5 (далее – ФИО5, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.09.2020 принято к производству суда, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2020 (резолютивная часть от 16.12.2020) заявление общества «Реминвест» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ 29.12.2020 (сообщение № 5981831), в газете «Коммерсантъ» 16.01.2021№ 6 (6968), стр. 78.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2021 (резолютивная часть от 28.05.2021) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 11.06.2021 № 100 (7062), стр. 111.

24.10.2023 в арбитражный суд поступило заявление кредитора ФИО4 (далее – ФИО4) о признании требований, основанных на договоре поручительства по кредитному договору от 13.05.2019 №1-1200-19-007, в размере 13 838 050 руб. 17 коп., общим обязательством супругов ФИО5 и ФИО6 (далее – ФИО6), взыскании солидарно с ФИО5 и ФИО6 13 838 050 руб. 17 коп. (с учетом уточнения требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.01.2024 (резолютивная часть от 26.12.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт со ссылкой на то, что судом не исследованы обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней кредитор приводит доводы о том, что поскольку в договоре поручительства от 13.05.2019 №1-1200-19-007 с должником есть согласие его супруги на распоряжение общим имуществом, то долг по нему является совместным, следовательно, при реализации совместного имущества доля ФИО6 должна также распределяться на погашение долга по данному договору. Считает, что денежные средства, полученные в рамках данного договора, были потрачены на общие нужды семьи М-вых, в том числе на нужды супруги должника, а иное должником и ФИО6 не доказано, обстоятельства расходования денежных средств не раскрыты. Обращает внимание, что траты денежных средств на нужды семьи также подтверждаются обстоятельствами, установленными в рамках дела №А60-1536/2020 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Вагонник» (далее – общество «НПП «Вагонник»), контролирующим лицом которого являлся ФИО5 Кроме того, отмечает, что суд, отказав в ходатайстве об истребовании доказательств, нарушил права ФИО4 на предоставление доказательств обоснованности предъявленных требований, которые не могли быть получены кредитором самостоятельно.

До судебного заседания от ФИО6 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, по доводам которого просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В представленных отзывах финансовый управляющий ФИО2 и кредитор общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Желдордеталь» поддержали доводы, приведенные в апелляционной жалобе, о необходимости признания долга общим обязательством супругов М-вых.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий должника настаивал на правомерности позиции кредитора, приведенной в апелляционной жалобе, считает определение суда подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между обществом СКБ Приморья «Примсоцбанк» (далее – Банк) и обществом «НПП «Вагонник» заключен договор об открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 13.05.2019 №1-1200-19-007 (далее – кредитный договор), по условиям которого Банк принял на себя обязательство открыть клиенту кредитную линию с лимитом задолженности в сумме 50 000 000 руб., на срок до 13.05.2021 по ставке 11% годовых (пункт 1.6 кредитного договора), а клиент принял обязательство в полном объеме возвратить Банку полученный кредит и уплатить проценты за пользованием им.

В обеспечение указанного обязательства заключен ряд договоров поручительства, в том числе договор поручительства от 13.05.2019 №1-1200-19-007/04 с ФИО5, в котором имеется согласие ФИО6 на распоряжение общим имуществом супругов.

09.12.2021 между Банком (цедент) и индивидуальным предпринимателем ФИО7 (далее – предприниматель ФИО7, цессионарий) заключен договор цессии, согласно которому цедент уступает цессионарию право требования денежной суммы по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 13.05.2019 №1-1200-19-007, заключенному с обществом «НПП «Вагонник» в размере 40 379 075 руб. 26 коп.

Определением суда от 08.06.2022 в реестр требований кредиторов ФИО5 включено требование предпринимателя ФИО7 в размере 40 379 075 руб. 26 коп. 

13.03.2023 между предпринимателем ФИО7 и ФИО4 заключен договор уступки прав (требований), в соответствии с которым права требования к ФИО5 перешли (уступлены) к ФИО4 Стоимость уступаемого права составляет 1 500 000 руб.

Определением суда от 23.05.2023 произведена замена кредитора третьей очереди в реестре требований кредиторов должника с предпринимателя ФИО7 на правопреемника ФИО4 с требованием в сумме 40 379 075 руб. 26 коп. 

Полагая, что фактически все денежные средства и имущество общества «НПП «Вагонник» принадлежали семье М-вых и кредит также был истрачен на нужды семьи, в том числе на содержание ФИО6, учитывая, что ФИО6 не жила на одну пенсию, получала дивиденды с общества, при этом, в рамках дела о банкротстве общества «НПП «Вагонник» преюдициально установлено, что часть денежных средств ФИО5 незаконно снял для своей семьи, кредитор пришел к выводу, что обязательство возникло по инициативе обоих супругов, следовательно, возникшие обязательства в рамках договора поручительства являются общими и ФИО6 является солидарным должником, ФИО4 обратилась в суд с рассматриваемыми требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение обеспечительных сделок по обязательствам третьего лица не свидетельствует о возникновении общих обязательств супругов по данным обязательствам.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (то есть главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 указанной статьи.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Таким образом, в случае банкротства одного из супругов (бывших супругов) имущество, нажитое ими в период брака, подлежит реализации исключительно в рамках дела о банкротстве гражданина, доля другого супруга в виде части вырученных средств выплачивается ему после такой реализации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке. 

Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ).

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213,19, пункт 4 статьи 213.24 Закон о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Статьей 34 СК РФ предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Помимо общего совместного имущества супруги могут иметь и общие долги перед третьими лицами.

В случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, если все, полученное по обязательству одним из супругов, было использовано на нужды семьи. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на стороне, претендующей на распределение долга (пункт 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

Применение указанной правовой позиции обусловлено тем, что разрешение споров, связанных с разделом общего имущества бывших супругов, как правило, сопровождается наличием межличностного конфликта, повышенной вероятностью представления в подтверждение возникновения общих обязательств супругов доказательств, достоверность которых вызывает сомнения.

При этом супруг должника, который возражает против признания долга общим, доказательства расходования денежных средств представить не может, поскольку он фактически денег не тратил. Судебная практика позволяет в таких ситуациях обеспечить защиту прав такого лица и возлагает на него обязанность отвечать по обязательству наравне с должником в обязательстве только при наличии доказательств использования денег на нужды семьи.

В то же время, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, а также между кредиторами и супругом должника, не желающим отвечать по обязательству, стороной которого он предположительно является; конкуренция кредиторов; высокая вероятность злоупотребления правом) и объективной сложности получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств, должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

Законодательство устанавливает презумпцию согласия супруга на совершение сделки, заключенной его супругом.

В силу пункта 2 статьи 253  Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. В развитие презумпции испрошенного согласия одного из участников отношений совместной собственности на сделку, совершаемую другим участником этих отношений, пункт 2 статьи 35 СК РФ установил, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Такое правило ведения общих дел в имущественных отношениях со всей закономерностью влечет за собой общую ответственность по принятым одним из лиц в пользу их обоих обязательствам.

Таким образом, для возложения на ФИО6 солидарной обязанности по требованию правопреемника Банка, обязательство должно являться общим, то есть, как следует из пункта 2 статьи 45 СК РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что брак между ФИО5 и ФИО6 заключен 30.08.1974, в настоящее время не расторгнут, кредитные договоры между Банком и обществом «НПП «Вагонник», обеспечительные сделки между Банком, ФИО5 (поручительство), ФИО6 (согласие на распоряжение общим имуществом супругов) действительно заключены в период брака супругов М-вых.

Единственным участником заемщика общества «НПП «Вагонник» являлся ФИО5

Из пояснений должника следует, что кредитные денежные средства, предоставленные обществу «НПП «Вагонник» были использованы для пополнения оборотных средств и приобретения основных средств, т.е. использовались в финансово-хозяйственной деятельности данного общества.

Предоставление со стороны учредителя должника поручительства по обязательствам общества является обычной практикой при предоставлении банком кредитных средств хозяйствующим субъектам.

Из системного толкования норм материального права следует, что поручительство как личное обязательство, ответственность по которому несет сам поручитель, не является сделкой по распоряжению общим имуществом супругов и по получению имущества в пользу семьи, вследствие чего обязательства по договорам поручительства, заключенным должником с третьим лицом, не могут быть признаны общими с его супругой.

Заключение договора поручительства свидетельствует о готовности поручителя индивидуально принять на себя риск неисполнения обязательства основным должником в силу фидуциарных отношений. Законодательство не предусматривает возможности распространить такую готовность исполнить обязательство на иных лиц, в том числе на супруга поручителя.

Множественность лиц на стороне поручителя может быть обусловлена только исключительными случаями, например, переводом части долга с согласия кредитора, правопреемством и пр.

В ординарной ситуации стать поручителем можно только в силу прямого волеизъявления, при этом каждый из нескольких поручителей отвечает независимо от иных.

Также следует учитывать, что правовая модель общего долга, возникающего по инициативе участия в какой-либо сделке одного из супругов, основана на предусмотренном законом обстоятельстве в виде получения полученного по сделке в пользу семьи, то есть второго супруга.

Поэтому сделки, не предусматривающие эквивалентно-возмездный обмен в виде взаимных предоставлений, не могут образовывать общие долги супругов, так как в силу таких сделок участвующий в них супруг прямо ничего не получает (например, все акцессорные обязательства).

Любая косвенная выгода от участия в безвозмездной сделке (например, согласие кредитора на выдачу займа под условием поручительства иных лиц) не может расцениваться как повод считать возникший долг общим, так как вопрос получения этой выгоды должен быть рассмотрен применительно к тем сделкам, где непосредственно происходит перемещение имущества и денежных средств.

Таким образом, договор поручительства, в отличие от договора займа, не предоставляет другой стороне сделки какой-либо возмездный эквивалент, который бы мог быть распределен внутри семьи, в связи с чем, обязательство, вытекающее из договора поручительства, не является тем обязательством, которое охватывается положениями статьи 45 СК РФ.

Многочисленной судебной практикой выработано понятие семейных нужд, под которыми понимаются расходы, направленные на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. В частности это могут быть расходы на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование, приобретение жилья для совместного проживания и другие затраты на поддержание необходимого уровня жизни семьи в целом и каждого из членов семьи.

Следовательно, заключение обеспечительных сделок по обязательствам третьего лица, не свидетельствует о возникновении общих обязательств супругов по данным обязательствам.

В рассматриваемом случае бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что кредитные средства, предоставленные обществу, были выведены из обладания общества «НПП «Вагонник» либо направлены на удовлетворение личных нужд семьи М-вых, в материалы обособленного спора не представлено.

Позиция кредитора о том, что зарегистрированное на имя ФИО6 имущество свидетельствует о расходовании спорных кредитный денежных средств на личные нужды не нашла своего подтверждения, поскольку из материалов дела следует, что указанное кредитором имущество приобретено до заключения между Банком и обществом «НПП «Вагонник» кредитного договора, а именно в период с 2008 по 2013 года.

Также судом установлено, что ФИО6 является получателем страховой пенсии по старости, согласно представленным ФИО6 справке о размере выплат от 07.12.2023 в 2019 году размер выплат составил 17 026 руб. 09 коп. ежемесячно, в 2020 году – 18 182 руб. 94 коп. ежемесячно, в 2021 году – 19 328 руб. 59 коп. ежемесячно, в 2022 году – 20 990 руб. 60 коп. ежемесячно; согласно справкам 2-НДФЛ в 2019 год общий размер дохода составил 1 000 руб., 2020 году – 1 000 руб., 2021 году – 3 300 руб.

Доказательств того, что после получения заемных средств произошло существенное увеличение (приращение) имущественной массы супругов М-вых, в материалы дела не содержат.

Доказательств того, что расходы должника и его супруги на нужды семьи не могли быть покрыты за счет поступлений от работодателя, иных доходов, а также за счет получаемой пенсии, не представлено.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2013 №116-О, пункт 2 статьи 45 СК РФ находится в системной связи с ее пунктом 1, согласно которому по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. Данная норма конкретизирует применительно к семейным правоотношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества (пункт 3 статьи 256); ответственность перед кредитором в силу обязательства несет должник (пункт 1 статьи 307); обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (пункт 3 статьи 308).

В рамках настоящего обособленного спора достаточных доказательств, достоверно свидетельствующих об использовании заемных денежных средств на общие семейные нужды супругами либо использование их для приобретения имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, суду не представлено.

Как верно указано судом, то обстоятельство, что доходы от предпринимательской деятельности являются общим имуществом супругов, не свидетельствует о том, что денежные средства, привлекаемые обществом, в том числе и с использованием средств одного из супругов, являются совместным имуществом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 35 СК РФ к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Если должником и был бы получен доход от предпринимательской деятельности, то это не доказывает расходование заемных денежных средств на нужды семьи, что не позволяет признать обязательства по кредитным договорам, полученным хозяйствующим субъектом, общим обязательством супругов.

Структура денежных обязательств должника перед кредитором состоит только из акцессорных обязательств и что по правовой природе обеспечительная сделка по договору поручительства непосредственно не связана с получением денежных средств самим должником. Кроме того, обстоятельств, свидетельствующих о том, что поручительство выдано должником в целях формирования семейного бюджета, а также о том, что кредитные средства, полученные обществом, фактически предназначались лично должнику и именно данные средства израсходованы на семейные нужды должника, не приведено; доказательств, подтверждающих, что обязательства, вытекающие из договоров поручительства, возникли по инициативе обоих супругов, и супруга должника приняла на себя обязательства солидарно отвечать за исполнение им своих обязательств по договорам поручительства, не имеется. При этом получение должником дохода от участия в обществе само по себе об ином не свидетельствует и не может быть отнесено к полученному в результате заключения договоров поручительства по обязательствам последнего, где выгодоприобретателем являлся не должник, а общество.

Учитывая совокупность вышеприведенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания обязательств перед кредитором общим обязательством супругов М-вых.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

Убедительных доводов, опровергающих установленные выше обстоятельства, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Довод апелляционной жалобы о том, что факт признания определением от 13.04.2022 по делу №А60-1536/2020 недействительной сделки по перечислению обществом «НПП «Вагонник» в пользу ФИО5 денежных средств в сумме 227 280 руб. свидетельствует об использовании денежных средств на нужды семьи М-вых, следовательно обязательство по возврату банковского кредита является общим обязательством супругов, судом признается несостоятельным. Незаконность сделки по перечислению ФИО5 денежных средств в сумме 227 280 руб., как разницы между размером заработной платы ФИО5 по справкам 2-НДФЛ и фактической полученной суммой денежных средств, не свидетельствует о том, что предоставленный обществу «НПП «Вагонник» на основании кредитного договора от 13.05.2019 №1-1200-19-007 (с лимитом задолженности 50 млн руб.) кредит породил общее обязательство супругов М-вых по возврату Банку денежных средств, основанное на договоре поручительства, заключенном с ФИО5

Утверждение апеллянта о том, что ФИО5 и ФИО8 (сын должника и бывший руководитель общества «НПП «Вагонник»), получив банковский кредит, распределили его среди аффилированных между собой лиц (различных обществ), также несостоятельно, т.к. не подтверждает факт того, что кредитные средства были использованы на нужды супругов М-вых.

Довод апелляционной жалобы о необоснованности претензий ФИО6 на денежные средства, полученные от реализации ? доли литейного цеха в г.Касли, поскольку данный цех явно не применялся для хозяйственных нужд семьи М-вых, имущество предназначено для коммерческих целей и ведения предпринимательской деятельности, судом рассмотрен и признан подлежащим отклонению. Рассматриваемый спор не является спором о праве на имущество, следовательно, вопросы приобретения, источники приобретения имущества и целевое использование имущества в предмет судебного исследования не входят.

Утверждение апеллянта о том, что поскольку ФИО6 претендует на денежные средства, вырученные от реализации коммерческого объекта, постольку долги от предпринимательской деятельности должны быть общими обязательствами супругов, судом признается ошибочным, т.к. нормы семейного законодательства о признании обязательства общим не предусматривают такого основания как целевое использование ранее приобретенного имущества.

Вопреки позиции апеллянта о нарушении норм процессуального права, суд, отказывая в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных доказательств, правомерно указал, что исходя из предмета и обстоятельств настоящего обособленного спора, перечисленные заявителем доказательства не являются относимыми, не имеют правового значения для разрешения заявленных требований, обоснованно признав, что доказательства, собранные по рассматриваемому спору, достаточны для его рассмотрения по существу, что согласуется с положениями статьи 66 АПК РФ.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных статьей 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательствам не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 10 января 2024 года по делу № А60-44851/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова 

 

Судьи

 

Л.М. Зарифуллина

 

Т.Н. Устюгова