АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А66-14573/2024

г.Тверь

21 марта 2025 года

(резолютивная часть от 11 марта 2025 года)

Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Сердюк С.В., при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи секретарем судебного заседания Смирновой Д.С., при участии представителя истца - Ширинова Э.Э. по доверенности, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Макларин", г.Тверь ИНН 6901041204 ОГРН 1036900079644, 

к ответчику: ФИО2, г.Тосно, 

 о привлечении к субсидиарной ответственности,           

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Макларин" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее –ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании 578710,12 руб. задолженности, 10011,69 руб. договорной неустойки за период с 21.05.2020 по 09.11.2020, 179,70 руб. почтовых расходов, 14774 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а также 15072 руб. расходов по уплате государственной пошлины по данному исковому заявлению и 612 руб. почтовых расходов.

Судебное заседание проводится в порядке ст. 156 АПК РФ отсутствие ответчика, извещенного надлежащим образом в порядке ст.ст. 121-123 АПК РФ.

Суд огласил, что до начала судебного заседания дополнительных документов получено не было.

Истец поддерживает исковые требования, устно пояснил свою позицию.

Как следует из материалов дела и пояснений представителя истца, между ООО "Афанасий" (Поставщиком) и ООО "Спировский молочный завод" (Покупателем) подписан договор поставки от 27 апреля 2020 года №3728, по условиям которого Поставщик взял на себя обязательство поставлять Покупателю пищевую продукцию в ассортименте в разовой и многооборотной таре (товар) на основе предварительных заявок Покупателя, а Покупатель – принимать и оплачивать товар на условиях настоящего договора (пункт 1.1).

Пунктом 2.3 договора стороны установили, что поставка каждой партии товара оформляется товарно-транспортной накладной; универсальным передаточным документом. Порядок расчетов согласован сторонами в разделе 4 договора. При поставке товаров со сроком годности менее 10 дней предоставляется отсрочка оплаты на 8 рабочих дней.

В соответствии с пунктом 5.1 договора, если при наступлении сроков платежа товар не будет оплачен Покупателем, Поставщик имеет право начислить Покупателю штрафные санкции в размере 0,01% от общей сумы задолженности, подлежащей оплате, за каждый день просрочки.  

Истец по универсальным передаточным документам от 29 апреля 2020 года №92390840, от 30 апреля 2020 года №92394480 передал покупателю товар на общую сумму 598 710,12 руб. Ответчик оплату своевременно и в полном объеме не произвел. Задолженность составила 578 710,12 руб. 

ФИО2 с 25 октября 2019 г. по 12 апреля 2024 г. года исполняла обязанности директора ООО «Спировский молочный завод» (дЛеньково, ул.Центральная, д.55, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 09 ноября 2020 года в рамках дела №А66-10423/2020 с общества с ограниченной ответственностью «Спировский молочный завод», 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации – 29.10.2015, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Афанасий», 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации – 30.10.2003, взыскано 578 710,12 руб. задолженности, 10 011,69 руб. договорной неустойки за период с 21.05.2020 по 09.11.2020, 179,70 руб. почтовых расходов, а так же 14 774 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

 Обществу с ограниченной ответственностью «Афанасий», 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации – 30.10.2003, выдана справка на возврат из федерального бюджета в установленном законом порядке 1 226 руб. государственной пошлины, уплаченной платежным поручением от 27 ноября 2019 года №3016.

12 апреля 2024 года ООО «Спировский молочный завод» исключили из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 02.09.2024.

Истец, считает, что руководитель ООО «Спировский молочный завод» ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее- Закон о несостоятельности (банкротстве) в виде взыскания с него задолженности ООО «Спировский молочный завод» по договору поставки.

Истец в обоснование заявленных требований указывает на то, что на момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «Спировский молочный завод», имело долг перед Истцом в размере 603 675,51 руб. за товары, поставленные по договору поставки от 27.04.2020 №3728. Этот долг остался непогашенным.

Ответчик, являясь руководителем ООО «Спировский молочный завод», знал о долге перед ООО «МАКЛАРИН» и другими кредиторами и был обязан возразить против исключения компании из ЕГРЮЛ, когда 20.12.2023 Управление Федеральной налоговой службы по Тверской области опубликовала сообщение (номер записи: 150000295656452) о предстоящем исключении (п. 3, 4 ст. 22.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Направленная истцом в адрес ответчика претензия оставлена последним без исполнения.

Проанализировав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по правилам ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 64, ст. ст. 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлены основания возникновения гражданских прав и обязанностей, согласно которой гражданские права и обязанности возникают, в том числе, вследствие причинения вреда другому лицу.

В статье 12 ГК РФ указано, что защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами, в том числе, путем возмещения убытков.

В рассматриваемом случае истец обратился в суд с требованием о взыскании с ответчика, являвшегося директором Общества, денежных средств, присужденных к взысканию с Общества решением суда, в порядке субсидиарной ответственности.

 В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

 В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае, если лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда), по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ установлено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума № 53).

Соответственно, в исключительных случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве)) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа в порядке статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее -Закон № 129-ФЗ) является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом.

Предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)). При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности -для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ПС РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Также в Вестнике государственной регистрации дополнительно опубликованы две записи о предстоящем исключении организации из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью данных (Запись 10090141 от 18.11.2021 и 13893159 от 23.11.2022). Данные процедуры исключения были прекращены в связи с поступлением заявлений от заинтересованных лиц (https://www.vestnik-gosreg.ru/).

При этом исключение юридического лица из реестра как недействующего в связи с тем, что оно в течение длительного периода времени не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 03.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 и др.).

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 №303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума № 53).

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Также лицо считается контролирующим должника лицом в случае если он является руководителем должника, членом исполнительного органа должника, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (п.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ № ЮЭ9965-24-118785615 от 02.09.2024 г. директором и единственным участником со 100% долей является ФИО2.

В соответствии с вышеизложенным, ФИО2 является контролирующим должника лицом и является надлежащим ответчиком по данному заявлению.

На момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «Спировский молочный завод», имело долг перед Истцом в размере 603 675,51 руб. за товары, поставленные по договору поставки от 27.04.2020 №3728. Этот долг по сей день остается непогашенным.

Ответчик, являясь руководителем ООО «Спировский молочный завод», знал о долге перед ООО «МАКЛАРИН» и другими кредиторами и был обязан возразить против исключения компании из ЕГРЮЛ, когда 20.12.2023 Управление Федеральной налоговой службы по Тверской области опубликовала сообщение (номер записи: 150000295656452) о предстоящем исключении (п. 3, 4 ст. 22.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»)

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа в порядке статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее -Закон № 129-ФЗ) является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом.

ООО «Спировский молочный завод» заключило договор поставки с ООО«Макларин» 27.04.2020. С этого момента организация заключила множествогосударственных контрактов, о чем свидетельствуют записи из единойинформационной системы в сфере закупок, в частности следующие контракты:

1.№ 2690201616920000229 от 6 июля 2020 г с ГБУЗ ОКПНД на сумму

1956 534,83 Р;

2. № 2691400027620000042 от 30 июня 2020 г с ГБУ "Ржевский дом-интернат для престарелых и инвалидов" на сумму 985 253,6 Р;

3. № 2690800236320000044 от 7 июля 2020 г с ГБУ ВДИ на сумму 797468 Р;

4. № 2690201603120000220 от 6 июля 2020 г с ГБУЗ "ГКБ №7" на сумму 654 504,8 Р;

5. № 2691600867220000037 от 6 июля 2020 г с ГБУ УДОМЕЛЬСКИЙ ПНИ на сумму 556 415,03 Р;

6. № 2690201017420000558 от 23 июня 2020 г с ГБУЗ "ОКБ" на сумму 530 512,77 Р;

7. № 2691400027620000035 от 30 июня 2020 г с ГБУ "РЖЕВСКИЙ ДОМ-ИНТЕРНАТ ДЛЯ ПРЕСТАРЕЛЫХ ФИО3» на сумму 523 965,75 Р;

8. № 2690800061620000232 от 6 июля 2020 г с ГБУЗ "ВЫШНЕВОЛОЦКАЯ ЦРБ" на сумму 471 054,71 Р.

Совокупная сумма всех контрактов, которые заключались организацией составляет 23 034 078 рублей (https://zakupki.gov.ru/epz/main/public/home.html).

Также в дополнение отметим, что Общество под руководством Ответчика многочисленно попадало в реестр недобросовестных поставщиков. В единой информационной системе в сфере закупок в сведениях из реестра недобросовестных поставщиков по ИНН 

<

***> можно найти 101 запись об ООО «Спировский молочный завод».

Совокупность данных по заключенным государственным контрактом говорит о следующем:

Ответчик после закупки молочной продукции у Истца стал заключать государственные контракты с различными учреждениями, но уже как поставщик.

С 24.04.2020 по 01.01.2021 Ответчик заключил 201 государственных контрактов на общую сумму 23 034 078 рублей. При этом Ответчик свои обязательства исполнил частично только перед несколькими заказчиками, а исполнение большей части государственных контрактов прекратилось в 2021 году. Неразумность и недобросовестность действий Ответчика подтверждается несоразмерностью взятых обязательств на компанию и производственными возможностями организации. Ответчик знал или должен был знать о производственных мощностях молочного завода, но несмотря на это, все равно продолжал заключать новые государственные контракты, при этом не исполнив обязательства по предыдущим соглашениям.

Отсутствие факта полного исполнения хотя бы одного из государственных контрактов подтверждает доводы Истца о том, что Ответчик, будучи руководителем организации должника не намеревался их исполнять.

Также помимо закупки молочной продукции у Истца, Ответчик заключал договоры и с другими организациями. ООО «Спировский молочный завод» в 2020 году также покупал продукцию и не исполнил свои обязательства по оплате у следующих организаций:

1. АО «Торжокский молочный комбинат "Тверца» на сумму 227902,40руб. (Дело № А66-11845/2020);

2. ООО «Оптовая компания верхневолжский продторг» на сумму 531780 руб. (Дело № А66-1336/2020).

Данные факты свидетельствуют о наличии продукции у организации Ответчика для дальнейшей переработки и реализации в целях извлечения прибыли. Но

Ответчик, будучи руководителем организации, не предпринимал действий в целях извлечения прибыли и дальнейшего исполнения своих обязательств перед кредиторами.

ФИО2, ее представители ни в одном судебном заседании не участвовали, возражения по иску не подавали.

Такое поведение ответчика, обязанного действовать в интересах контролируемого юридического лица и кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника, раскрывать ее при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства, давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности, является недобросовестным процессуальным поведением, препятствующим осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Именно поведение ФИО2 привело к невозможности полноценной проверки доводов истца о причинах, по которым общество «Спировский молочный завод» не произвело расчеты с истцом до исключения из ЕГРЮЛ, в связи с чем в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве невозможность осуществления расчетов с кредитором по вине контролирующего лица презюмируется.

Согласно позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 27.12.2021 года № 308-ЭС17-15907, законодатель разделяет обязательства по основаниям их возникновения, указывая, в том числе, что они могут возникнуть как из договоров и других сделок, так и вследствие причинения вреда (пункт 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность поручителя перед кредитором связана с исполнением гражданско-правовой сделки - соответствующего договора, предусмотренного параграфом 5 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, и состоит в том, что поручитель должен нести ответственность за основного должника.

Субсидиарная же ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам подконтрольного лица определен в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предыдущей редакции) и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Таким образом, в размер субсидиарной ответственности включается размер непогашенных требований кредиторов, что и является предполагаемым объемом вреда, который причинен контролирующим должника лицом.

 В ситуации, когда исполнение обязательств должника перед кредитором обеспечено поручительством лица, являющегося одновременно контролирующим основного должника лицом, наличие судебного решения о взыскании с такого лица задолженности по договору поручительства само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности в качестве контролирующего должника лица.

В силу различия оснований возникновния (правовой природы) ответственности поручителя и субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, получение исполнения (предъявление требований) с поручителя по обязательствам основного должника не препятствует одновременному взысканию задолженности с контролирующего Должника лица в порядке привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности.

Размер субсидиарной ответственности ФИО2 подтвержден вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тверской области от 09 ноября 2020 по делу № А66-10423/2020.

 Представленный истцом расчет сомнений у суда не вызывает, ответчиком не опровергнут и принимается судом.

 С учетом изложенного, иск подлежит удовлетворению в полном объеме, с ФИО2 подлежит взысканию в порядке субсидиарной ответственности:

 - 578710,12 руб. задолженности,

 - 10011,69 руб. договорной неустойки за период с 21.05.2020 по 09.11.2020,

 -179,70 руб. почтовых расходов и 14774 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ на ответчика относятся понесенные истцом судебные расходы по настоящему делу по уплате госпошлины в сумме 15 072 руб., а также судебные почтовые расходы в сумме 612 руб.

Размер судебных расходов подтвержден документально.

Руководствуясь статьями 71, 110, 121-123, 156, 167-171, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Взыскать в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., урож. г.Буденновск Ставропольский край, в пользу общества с ограниченной ответственностью "Макларин", г.Тверь (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>):

 - 578710,12 руб. задолженности,

 - 10011,69 руб. договорной неустойки за период с 21.05.2020 по 09.11.2020, 

 -179,70 руб. почтовых расходов и 14774 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 

 -а также 15072 руб. расходов по уплате государственной пошлины по данному делу и 612 руб. почтовых расходов.

 Исполнительный лист выдать взыскателю в порядке ст. 319 АПК РФ после вступления решения в законную силу.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд (г.Вологда) в месячный срок со дня принятия.

 Судья С.В. Сердюк