Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, 

<

...>, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-1972/2025

31 июля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года.

Полный текст  постановления изготовлен 31 июля 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего                  Гричановской Е.В.

судей                                                  Воробьевой Ю.А, Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К.,

при участии в заседании представителей ООО «Тритон» ФИО1 по доверенности от 01.02.2025, ФИО2 по доверенности от 15.01.2025, представителя ФИО3 ФИО4 по доверенности от 16.01.2023, финансового управляющего ФИО5, (посредством системы веб-конференции), рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Тритон» на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 14.04.2025 по делу № А73-1003/2023 по жалобе общества с ограниченной ответственностью «Тритон» (вх. № 29974) на действия финансового управляющего имуществом должника ФИО3 – ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН: 

<

***>),

установил:

определением от 24.07.20232 (резолютивная часть от 17.07.2023) заявление кредитора - общества с ограниченной ответственностью «Тритон» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5. Решением от 22.11.2023 (резолютивная часть от 15.11.2023) должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО5 (далее - финансовый управляющий)

Решением суда от 22.11.2023 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

ООО «Тритон» обратилось в суд с жалобой на действия финансового управляющего ФИО5 По мнению заявителя, в результате неправомерного поведения финансового управляющего, не позволившего надлежащим образом сформировать конкурсную массу, общество «Тритон», получив погашение своих требований, учтенных в составе реестровой задолженности должника, утратило возможность компенсации своих имущественных потерь в виде мораторных процентов. В вину финансовому управляющему вменяется:

1) непринятие мер к установлению неравноценности имущества, полученного бывшей супругой должника в результате произведенного раздела совместно нажитого имущества, поскольку действительная стоимость доли в обществе с ограниченной ответственностью «Фирма Гермес» в действительности составляла 15 000 000 руб., вместо определенной при разделе 1 957 950 руб.;

2) пассивное процессуальное поведение в части требования, предъявленного ФИО6 к включению в реестр требований кредиторов должника;

3) недостоверность вывода об отсутствии в действиях должника признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства.

Финансовый управляющий в отзыве на жалобу возражал против ее удовлетворения. По первому требованию считал, что  в условиях повышенной конфликтности между заинтересованными лицами, он как профессиональный антикризисный менеджер, в ситуации неопределенности правового регулирования действовал, исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования. При этом общество «Тритон», обладая правами кредитора по отношению к ФИО3, не лишено было возможности реализовать самостоятельное право на предъявление возражений в деле 2-1316/2022, в том числе по вопросу определения рыночной стоимости в обществе «Фирма Гермес». По второму требованию финансовый управляющий также просил отказать заявителю в удовлетворении жалобы, ссылаясь на определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 № 305-ЭС19-17553, от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593. Считает, что невыполнение должником обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии от 22.07.2021 не связано с умышленным злонамеренным уклонением должника от погашения задолженности. Доказательства, подтверждающие иное, указывающие на неправомерность действий должника, материалы дела не содержат, а неисполнение ФИО3 обязательств перед банком и последующее исполнение этих обязательств поручителем ФИО6 не свидетельствует о недобросовестном поведении указанных лиц. По третьему требованию финансовый управляющий указал, что анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в дел о банкротстве. Составление заключения о наличии (отсутствии) у должника признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства прав и законных интересов общества «Тритон» не нарушает.

Должник ФИО3 возражал против доводов общества «Тритон», считая недоказанным наличие оснований для признания действий  (бездействия) финансового управляющего несоответствующими закону, требованиям разумности и добросовестности. Права и законные интересы заявителя жалобы не нарушены. По первому требованию ФИО3 указал, что раздел имущества, совокупный размер которого признан в соответствии с решением Советско-Гаванского городского суда Хабаровского края от 20.12.2022 года по делу №2-1316/2022, установленным в размере 103 857 950  руб., между должником и ФИО6 с учетом равенства их долей. Начальная продажная цена имущества определена с учетом согласия кредиторов и являлась достаточной для погашения реестровой задолженности гражданина-должника. Нормативная обязанность для инициирования финансовым управляющим самостоятельных действий, направленных в защиту прав общества «Тритон» на получение мораторных процентов, не установлена. В отношении второго требования должник со ссылкой на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 09.11.2023 по делу № А73-1003/2023 и установленные при его рассмотрении обстоятельства указал на отсутствие у ФИО7 оснований для предоставления возражений по указанному спору, а равно и принятию мер к оспариванию названого судебного акта. Доводы заявителя о перераспределении должником полученных  кредитных средств от ПАО «Сбербанк России» внутри группы (к числу которой, по мнению ООО «Тритон», отнесены ФИО6 и общество «Фирма Гермес») должник считает надуманными и несоответствующими фактическим обстоятельствам. Со ссылкой на сведения выписки по расчетному счету № 

<

***> должник указывает, что поступившие кредитные средства в дату их поступления на счет направлены на уплату страховых взносов, а также поставщикам (третьим лицам) на оплату товаров, работ, услуг в суммах, корреспондирующих сумме поступивших заемных средств. В отношении третьего требования должник указывает на недоказанность заявителем обстоятельств недостоверности заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и /или преднамеренного банкротства от 16.10.2023. 

Должник возражал против удовлетворения ходатайства заявителя об истребовании дополнительных доказательств от нотариуса ФИО8, ссылаясь на то, что ООО «Тритон» не является кредитором должника, поскольку его требования погашены в ходе процедуры реализации имущества, а финансовым управляющим проведена надлежащим образом работа по получению документации от третьих лиц; сведения, которые могли поставить под сомнение полноту представленной документации,  со стороны заявителя не раскрыты.

Должником заявлено ходатайство о прекращении производства по жалобе, указывая на отсутствие у ООО «Тритон» статуса заинтересованного лица, и невозможность определить в защиту какого интереса направлено инициирование производства по рассмотрению жалоб.

Определением от 01.04.2025 суд отказал в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по настоящему обособленному спору, не установив оснований считать, что вследствие погашения кредиторской задолженности ООО «Тритон» утратило право на подачу жалобы на действия (бездействия) финансового управляющего со ссылкой на ч. 1 ст. 60 Закона о банкротстве.

ФИО6 в отзыве на жалобу указывала на отсутствие правовых оснований для ее удовлетворения, ссылаясь на преюдициальность выводов, изложенных в решении Советско-Гаванского городского суда Хабаровского края от 20.12.2022 по делу № 2-1316/2022, а также на направленность действий заявителя на реализацию посредством использования механизма подачи жалобы на действия (бездействие) финансового управляющего как на инструмент правовой защиты от последствий своевременно несовершенных процессуальных прав.

Определением суда от 14.04.2025 жалоба общества с ограниченной ответственностью «Тритон» (вх. № 29974) оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда от 14.04.2025, ООО «Тритон», являясь кредитором по мораторным процентам, обратилось в суд с жалобой на принятый судебный акт. В обоснование требований жалобы приведены те же доводы, что и в суде первой инстанции об утрате возможности получения мораторных процентов. Считает, что суд по собственной инициативе изменил предмет требования заявителя, изложив и рассмотрев требования кредитора в ином смысловом значении, уклонившись от рассмотрения заявленных ООО «Тритон» требований в жалобе (вх. № 29974). Указывает, что финансовый управляющий не обжаловал судебный акт в части раздела имущества супругов – стоимости доли в размере 100% уставного капитала в ООО «Фирма Гермес». В материалы дела финансовым управляющим представлен договор купли-продажи от 02.07.2021 о приобретении должником и его бывшей супругой указанной доли за 15 000 000 руб. у гражданина ФИО9 При разделе имущества, ФИО6, в том числе, перешла доля вышеуказанного общества, стоимость которой определена – 1 957 950 руб. при этом, 07.04.2023 (через четыре месяца после раздела имущества) в ЕГРЮЛ внесены сведения о новом участнике ООО «Фирма Гермес», в связи с продажей ФИО6 указанной доли (установлено определением арбитражного суда Хабаровского края от 27.03.2024 по делу № 473-1003/2023). В рамках дела № А73-1003-6/2023 представитель ФИО6 сообщил, что стоимость продажи указанной доли составила 15 000 000 руб., т.е. в 7,5 раз больше стоимости определенной при судебном разделе общего имущества должника ФИО6 Таким образом, за четыре месяца с момента передачи указанной доли ФИО6 и ее последующей продажи, финансовое положение ООО «Фирма Гермес» не менялось, соответственно и рыночная (либо действительная) стоимость доли уставного капитала также не могла так значительно измениться. Иными словами, реальная рыночная стоимость доли общества на момент раздела составляла 15 000 000 руб., так как была продана с теми же активами общества, с которыми первоначально перешли ФИО6, но по рыночной стоимости, значительно превышающей стоимость, определенную при судебном разделе имущества. При таких обстоятельствах, очевидна перспектива обжалования судебного решения несправедливого раздела. Между тем, вышеуказанным доводам и представленным доказательствам суд не дал никакой оценки. Кроме того, по мнению общества, судом не рассмотрено требование и не дана оценка в части ненадлежащего проведению анализа раздела совместно нажитого имущества по решению суда от 20.12.2022 между должником и бывшей супругой на предмет неравноценности в пользу бывшей супруги. Считает, что п. 8 Постановления № 63, на который ссылается суд, регулирует отношения по обжалованию сделок на основании ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Указанные нормы не подлежали применению, поскольку спор возник в части раздела имущества супругов. Суд также не учел, активное процессуальное поведение ООО «Тритон» направленное на защиту своих имущественных прав в ходе всей процедуры банкротства должника. ООО «Тритон» полагает, что суд не принял во внимание, что в августе 2024 года, благодаря сформированной ООО «Тритон» конкурной массе, реестровые требования ООО «Тритон» полностью погашены, в следствии чего, общество лишено прав конкурсного кредитора. После чего, финансовый управляющий немотивированно перестал продолжать работу по сбору доказательств и подготовке к иску по обжалованию решения по несправедливому разделу имущества должника. Считает, что, ООО «Тритон» приведены убедительные доводы и доказательства того, что оспаривание раздела имущества должника в части доли ООО «Фирма Гермес» могло привести к положительному результату. Определением арбитражного суда Хабаровского края от 09.11.2023 по делу № A73- 1003-5/2023 требования ФИО6 в размере 7 007 018,57 руб. признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом принадлежащего последнему имущества Форвадера Ponsse Buffalo 2017 года выпуска, государственный регистрационный знак 8506XH27, VIN: 

<

***>. Судом установлено, что финансовый управляющий в указанном деле не участвовал, возражения не представил. В последующем, финансовый управляющий также не обжаловал судебный акт, в том числе, по вновь открывшимся обстоятельствам либо с учетом положений п. 8. ст. 71 Закона о банкротстве. В рамках банкротного дела погашены реестровые требования кредиторов, в том числе и сомнительное требование ФИО6 Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями, изложенными в ходатайстве финансового управляющего № 90 от 14.10.2024. Апеллянт считает, что несмотря на наличие сведений о выводе активов должника в сумме 246 435 000 руб. (150 000 0000 + 96 435 000), финансовым управляющим не исследована документация должника и не проведен анализ сделок должника, чем нарушены положения п. 2, 5, 8, 9 Временных правил № 855. Сведения о сделках должника, на основании которых происходило отчуждение активов, не нашли своего отражения в заключении. В такой ситуации, подготовленное финансовым управляющим заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства является неполным и не отражает анализ сделок должника. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела,               о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом                               на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет                  по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в ст. 121 АПК РФ.

ООО «Тритон» заявлено ходатайство об истребовании дополнительных доказательств от нотариуса ФИО8 договора купли-продажи доли ООО «Фирма Гермес» (дата внесения в ЕГРЮЛ сведений об участнике ООО «Фирма Гермес» - 07.04.2023, представленных ООО «Фирма Гермес» на государственную регистрацию по форме Р13014 от 31.03.2023 № 4121А. Заявитель указывает на невозможность самостоятельно запросить указанные доказательства, в связи с отказом нотариуса в предоставлении таких сведений (ответ нотариуса от 22.07.2024 № 6710).

В письменном отзыве (с учетом дополнений) ФИО3 приводит возражения на доводы жалобы. Просит определение суда оставить без изменения. Считает, что изложенные судом в судебном акте в иной интерпретации заявленные обществом требования не изменило предмет жалобы (требований заявителя), не привело к принятию незаконного судебного акта. Считает, что судом первой инстанции разрешены заявленные ООО «Тритон» требования, правильно установлены юридически значимые обстоятельства и в соответствии с ними сделаны верные выводы. В определении суда отмечено, что иные доводы со ссылкой на нарушения, которые были допущены ФИО5 при проведении процедуры банкротства в отношении ФИО3, не подлежат судебной оценке, исходя из сформулированных в просительной части ООО «Тритон» требований, подлежащих разрешению в рамках настоящего спора. ФИО3 возражает против удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств, поскольку такое ходатайство уже рассмотрено судом, по результатам которого вынесено определение от 21.06.2024 об отказе в его удовлетворении. Указывает, что только после того, как финансовым управляющим после закрытия реестра требований кредиторов должника отказано в заявлении ООО «Тритон» в выплате мораторных процентов, представители ООО «Тритон» обратились с жалобой на бездействия ФИО10, в том числе стали обвинять публично (в зале судебных заседаний) в мошеннических действиях должника ФИО3, представителя Лесь- ФИО11, и финансового управляющего ФИО7, не имея на это никаких оснований.

Финансовый управляющий в письменном отзыве (с учетом дополнений)  также приводит возражения на доводы жалобы, просит в ее удовлетворении отказать. Указывает, что имущество, включенное в конкурсную массу ФИО3, реализовано на торгах, при этом, требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов (в том числе основной долг, пени, штраф), полностью погашены. ООО «Тритон», обладая правами кредитора по отношению к ФИО3, на основании решения суда от 05.10.2022 по делу № А73-14884/2021 имело возможность заявить свои возражения в деле № 2-1316/2022 (в том числе по вопросу определения рыночной стоимости доли), однако предоставленным правом не воспользовалось. Более того,  ООО «Тритон», как основной кредитор в деле о банкротстве должника, возражений на заявленные ФИО6 требования не представляло, не оспаривало судебный акт о включении требований в реестр требований кредиторов. Тем самым признав обоснованность требований и законность принятого судебного акта. ООО «Тритон» в материалы дела не представило доказательства превышения размера перечисленных денежных средств в размере  одного процента стоимости активов должника и причинения вреда кредиторам. Брачный договор был оспорен самой ФИО6 по ее иску о признании его незаконным и разделу совместно нажитого имущества в судебном порядке. Эти два требования рассматривались одновременно. Брачный договор был признан судом недействительным, имущество между бывшими супругами разделено по ?.

Кредитор ФИО6 в письменном отзыве просит определение суда оставить без изменения, поскольку  раздел совместного имущества между супругами произведен в соответствии с законом. Довод жалобы о необходимости суброгации требований кредитора спустя полтора года считает необоснованным.

В судебном заседании 25.06.2025 представители ООО «Тритон» настаивали на доводах жалобы с учетом представленных возражений. Просили ходатайство об истребовании доказательств удовлетворить.

Представитель должника поддержал доводы отзыва. Просил отказать в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств. 

Конкурсный управляющий также поддержал свою позицию, изложенную в отзыве.

Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы по ходатайству  апеллянта откладывалось на 16.07.2025.

В судебном заседании 16.07.2025 участвующие в деле представители и финансовый управляющий настаивали на раннее изложенных позициях.

В силу ч. 4 ст. 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

Частью 2 ст. 268 АПК РФ предусмотрено, что дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Согласно ч. 3 ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Согласно абзацу 6 п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований ч. 3 ст. 65 АПК РФ должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Данное ходатайство должно соответствовать требованиям ч. 2 ст. 268 АПК РФ, то есть содержать обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Коллегией не установлено оснований для истребования перечисленных апеллянтом доказательств, поскольку они не имеют отношения ни к одному требуемому для доказывания обстоятельству.

Кроме того, аналогичного содержания ходатайства об истребовании доказательств в порядке ст. 66 АПК РФ были заявлены при рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции и обоснованно оставлены судом без удовлетворения.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ст. 266 – 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое судебное определение не подлежит отмене.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, конкурсный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей арбитражного управляющего определен в ст. 20.3, 129, 130, 131, 139 Закона о банкротстве, неисполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными. При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

Согласно ч. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве арбитражный управляющий, действуя в качестве финансового управляющего в процедурах банкротства гражданина, обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. Судебное оспаривание сделок должника, предусмотренное главой III.1 Закона № 127-ФЗ и применяемое при банкротстве физических лиц, согласно абзацу первому ч. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве является одним из механизмов формирования конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов гражданина. 

Таким образом, в силу закона финансовый управляющий должен предпринимать меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника – гражданина, в том числе посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности сделок, заключенных или исполненных должником. 

В то же время, толкуя категорию разумности и добросовестности поведения арбитражного управляющего, судебная практика признает, что деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов. 

Не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. 

К обстоятельствам, имеющим юридическое значение для квалификации поведения арбитражного управляющего, относятся: наличие достаточной совокупности оснований для оспаривания сделок (установленных законом признаков подозрительности сделок и т.п.); были ли эти основания известны арбитражному управляющему, либо должны были стать известными при должном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей; могла ли реализация арбитражным управляющим полномочий на оспаривание сделки привести к пополнению конкурсной массы, защите прав и законных интересов должника и кредиторов; имелись ли у арбитражного управляющего рациональные причины для отказа от оспаривания сделок.

Обращаясь в суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего, ООО «Тритон» ссылается на непринятие мер к установлению неравноценности имущества, полученного бывшей супругой должника в результате произведенного раздела совместно нажитого имущества, поскольку действительная стоимость доли в ООО «Фирма Гермес» в действительности составляла 15 000 000 руб.

Финансовый управляющий судебное решение, которым при разделе имущества имущество оценено в размере  1 957 950 руб., не оспорил, лишив тем самым ООО «Тритон» получить мораторные проценты в деле о банкротстве  должника за счет его имущества.

Кроме того, пассивное поведение финансового управляющего при предъявлении аффилированным  лицом ФИО6 к включению в реестр требований кредиторов должника требований, подлежащих субординации,  и недостоверность вывода финансового управляющего в отчете об отсутствии в действиях должника признаков преднамеренного (фиктивного) банкротств, подтверждают доводы ООО «Тритон» о незаконности действий (бездействия) финансового управляющего.

То, что ООО «Тритон» само не оспорило судебное решение и определение, по мнению кредитора, не препятствует требовать исполнение  финансовым  управляющим своих обязанностей надлежащим образом и обжаловать его действия (бездействие), не позволившие получить кредитору мораторные проценты.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что  по своей правовой природе мораторные проценты представляют собой особую санкцию за невозврат долга в банкротстве, заменяющую иные предусмотренные гражданским законодательством меры ответственности за несвоевременное исполнение должником своих денежных обязательств. 

Конкурные кредиторы имеют право на получение мораторных процентов при достаточности имущества должника. Назначение мораторных процентов состоит в предотвращении безвозмездного пользования чужими денежными средствами и служит компенсационным способом возмещения имущественных потерь кредиторов, вызванных несвоевременностью возврата денежных средств, при введении штрафных ограничений ввиду введения в отношении должника процедуры банкротства. 

Ключевым является то обстоятельство, что право на получение мораторных процентов возникает исключительно при достаточности имущества должника.

 В силу ч. 1 ст. 141 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. 

В ст. 2 Закона о банкротстве приведено понятие термина «реализация имущества гражданина», под которым понимается реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов и освобождения гражданина от долгов. 

Основной обязанностью для финансового управляющего является в силу абзаца второго п. 8 ст. 213.8 Закона о банкротстве принятие мер по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. 

Имущество выявлено, реализовано, реестровые требования погашены.

До того, как реестровые требования, в том числе и  ООО «Тритон», были погашены, кредитор  не  обращался в суд  с жалобой на  финансового управляющего, сам не инициировал судебные  споры по принятым судами решениям. Только после того, как ему финансовый  управляющий отказал в уплате мораторных  процентов, способ возмещения которых во вне банкротом порядке кредитор не утратил, кредитор обратился в суд с настоящей жалобой.

Отклоняя доводы кредитора, суд первой инстанции не установил в действиях  ФИО5 недобросовестного поведения.

Согласно п. 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление                    № 63), в силу ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании              ст. 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Общество «Тритон», вопреки его  доводам, будучи кредитором должника и в силу закона наделенным широким объемом правомочий, своевременных мер к реализации прав на защиту своих имущественных интересов не произвело. Решение собрания кредиторов не  инициировало, не выражало несогласие  с оценкой имущества должника, доказательств иной стоимости  имущества не представляло.

Сделку по отчуждению в последующем  имущества кредитор не оспорил.

Доказательств обращения ООО «Тритон» к финансовому управляющему с требованием о принятии мер по обжалованию раздела имущества должника в материалы обособленного спора также не представлено.

В силу п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при рассмотрении предложения об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы кредитора и приведенные им доказательства, а также оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления. При рассмотрении жалобы кредитора на отказ арбитражного управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки.

Инициирование судебного разбирательства по вопросу оспаривания сделки, предполагающее зачастую проведение экспертизы, зачастую сопряжено с высоким риском увеличения затрат, обусловленных ростом размера текущих расходов в процедуре банкротства, и, порождают возникновение для кредиторов риска наступления негативных последствий (поскольку, в случае недостаточности имущества, получат меньшее, чем на что могли бы рассчитывать в случае, если бы соответствующие действия по оспариванию не были совершены).

Процедура банкротства проводится арбитражным управляющим, который, являясь субъектом профессиональной деятельности, принимает текущие управленческие решения и меры к установлению состава конкурсной массы. Оспаривание сделок, совершенных должником, а равно и принятие мер к обжалованию судебных актов, состоявшихся в рамках гражданских дел, с участием должника, является полномочием арбитражного управляющего, которое подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы.

ООО «Тритон» инициировало рассмотрение жалобы на действие управляющего виду получения сведений о недостаточности денежных средств для целей удовлетворения требований указанного юридического лица на получение мораторных процентов.

По своей правовой природе мораторные проценты представляют собой особую санкцию за невозврат долга в банкротстве, заменяющую иные предусмотренные гражданским законодательством меры ответственности за несвоевременное исполнение должником своих денежных обязательств.

Назначение мораторных процентов состоит в предотвращении безвозмездного пользования чужими денежными средствами и служит компенсационным способом возмещения имущественных потерь кредиторов, вызванных несвоевременностью возврата денежных средств, при введении штрафных ограничений ввиду введения в отношении должника процедуры банкротства.

Конкурные кредиторы имеют право на получение мораторных процентов при достаточности имущества должника. Ключевым является то обстоятельство, что право на получение мораторных процентов возникает исключительно при достаточности имущества должника.

В силу ч. 1 ст. 141 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Из анализа абзаца второго п. 8 ст. 213.8 Закона о банкротстве основной обязанностью финансового управляющего является принятие мер по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. Осуществляя соответствующие действия, управляющий не связан с размером кредиторской задолженности, учтенной в реестре или за реестром.

Позиция, на которой настаивает ООО «Тритон», состоит в том, что, несмотря на выражаемые сомнения в действительности правомерного раздела имущества ФИО3 и ФИО6 в ходе проведения всей процедуры банкротства, актуальность рассмотрения вопроса о формировании конкурсной массы с учетом определения ликвидности отчужденной доли в ООО «Фирма Гермес», возникла исключительно после получения информации от финансового управляющего о недостаточности денежных средств для целей погашения мораторных процентов.

Вместе с тем действующее законодательство исходит из презюмирования добросовестности поведения сторон, а также процессуальных правил о порядке реализации ими своими правами.

Довод о пассивном поведении финансового управляющего при рассмотрении требований ФИО6 по включению в реестр требований кредиторов должника, рассмотрен судом первой инстанции и отклонен. Суд исходил из отсутствия нормативно закрепленной обязанности для арбитражного управляющего по подаче возражений против всех (без исключения) требований кредиторов. Напротив, действуя разумно и добросовестно, мотивированные возражения подлежат представлению после выявления обстоятельств, указывающих на необоснованность соответствующих требований либо, вызывающих сомнение относительно обоснованности и размера.

Довод о том, что финансовым управляющим недостоверно сделал вывод об отсутствии в действиях должника признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, также проверен судом первой инстанции и отклонен.

Так, из заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства следует, что в разделе 2.2  финансовый управляющий указал на проведенный анализ  договоров, заключенных между должником и его контрагентами. При этом финансовый управляющий усмотрел необходимость проведения анализа в процедуре реализации имущества гражданина. Основания для оспаривания подозрительных сделок не установил.

Неплатежеспособность должника и достаточность принадлежащего ему имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве ООО «Тритон» под сомнение не ставится (требования кредиторов включая основной долг, пени, штрафы погашены в полном объеме), заключение о наличии (отсутствие) признаков фиктивного преднамеренного банкротства, равно как и финансовый анализ не может нарушать прав и законных интересов заявителя жалобы.

Суд первой инстанции верно отметил, что заявление о банкротстве возбуждено на основании заявления ООО «Тритон», что исключает довод о  фиктивности банкротства. 

Признавая жалобу на действия (бездействие) финансового управляющего необоснованной, суд  руководствовался ст. 20.3, 20.4, 60, 213.9 Закона о банкротстве и фактически исходил из того, что действия финансового управляющего отвечают критериям добросовестности и разумности поведения.

Суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апеллянта повторяют его позицию в суде первой инстанции.

Иная оценка апеллянтом доказательств и обстоятельств по делу, несогласие с выводами суда, не  является основанием для отмены  обжалуемого судебного акта, в отсутствие законных к тому  оснований.

Не отражение судом в своем судебном акте всех доводов, изложенных лицами, участвующими в деле, не является процессуальным нарушением и не означает, что они не исследовались судом и не принимались во внимание при принятии судебного акта. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2020 N 305-ЭС20-12165 по делу № А40-164942/2019.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 14.04.2025 по делу                                           № А73-1003/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Ю.А. Воробьева

Л.В. Самар